Задница, жир и другие непонятные слова. Слово в древней руси


Известные слова, которые в Древней Руси имели совершенно другое значение

Известные слова, которые в Древней Руси имели совершенно другое значение 

 Слова, которые современные люди используют в ежедневном общении, во времена Древней Руси имели иное, а иногда и совершенно противоположное значение, утверждают учёные-лингвисты. Впрочем, подтверждение этому могут найти даже историки-любители, почитав берестяные грамоты.

… Если братья будут вести тяжбу перед князем о наследстве.

Бумага для письма появилась на Русь только в 15-ом веке и достаточно быстро вытеснила пергамент и бересту. Некоторые лингвисты считают, что слово «бумага» пришло в русский язык из позднелатинского – «bombacium» означало хлопок. Бумага в смысле «документ» и бумажник в смысле место хранения денег – явлении более позднее.

Слово «жиръ» в древнерусском языке было связано со словом «жить» и означало «богатство, нажитое, роскошь, изобилие». Это слово считалось хорошим предзнаменованием для ребенка, поэтому многие древнерусские имена содержали этот корень: Домажир, Жировит, Жирослав, Нажир. В «Слове о полку Игореве» говорится, что Игорь погружает жиръ (т.е. богатство) на дно половецкой реки Каялы.

Задницей на Руси называли то, что человек оставил своим потомкам в наследство. О том, что это характернейший славянский социальный термин свидетельствует заголовок заметки в Русской Правде — «А се о задницѣ». В заметке говорится: «Аже братья ростяжються передъ княземь о задницю» («если братья будут вести тяжбу перед князем о наследстве»). Землю, которая никому не досталась по наследству, называли «беззадщина».

Древние употребляли слово «здоровый» в контексте «успешный и благополучный». Этимологически слово означало «из хорошего дерева». В Новгородской IV летописи есть такой пример: «приидоша вси здорови, но ранени, а Иванъ Клекачевичь привезенъ преставися с тои раны». Становится понятно, что даже смертельно раненный воин мог был здоровым – ведь он вышел победителем.

В древнерусском языке слово «присягнуть» означало только «дотронуться» и «прикоснуться». В значении «поклясться в верности» это слово начало употребляться уже в 16 веке под влиянием польского словам «przysięgać».

Слово «убить» на Руси означало не только «убить до смерти», но ещё и «поколотить». В одной из берестяных грамот, где женщина жалуется влиятельному родственнику, говорится: «Избил (убиле) меня пасынок и выгнал со двора. Велишь ли мне ехать в город? Или сам поезжай сюда. Я избита (убита есьмъ)».»

Произнося слово «целовать», люди на Руси вовремя необязательно имели ввиду прикосновения губ. Слово это означало в первую очередь «приветствовать». Ещё в одном контексте словам «целовать» означало «чтить и поклоняться». В летописях часто говорится о том, что князья «целовали Богородицу», но потом это целование нарушали.

Источник.

filov.mypage.ru

Задница, жир и другие непонятные слова • Arzamas

Arzamas составил список знакомых каждому слов, которые в Древней Руси значили совершенно другое

Составил Дмитрий Сичинава

Иноки читают новонапечатанные книги. Иллюстрация из «Истории об отцах и страдальцах соловецких». XVIII век © Walters Art Museum

Бумажникъ. Слово это не раз встречается в древнерусских источниках и означает «хлопчатобумажный войлок» или «тюфяк на вате». По-видимому, бумага — заимствование из позднелатинского bombacium, «хлопок». Бумага, на которой пишут, появилась на Руси только в XV веке и быстро вытеснила бересту и пергамен  Пергамен — обработанная специальным образом кожа животных, основной материал для письма до изо­бретения и распростра­нения бумаги.. А бумага в смысле «документ» и бумажник как место хранения документов (а также «бумажек», денег) — явление еще гораздо более позднее.

Жиръ. Это слово связано со словом жить (так же, как пир с пить) и означало «нажитое, богатство, изобилие, избыток, роскошь». Жировой слой организма тогда назывался тукъ (ср.: тучный). Слово жиръ носило положительную окраску и считалось хорошим предзнаменованием для ребенка — многие древнерусские имена содержат этот корень: Жирослав, Жировит, Домажир, Нажир, Жирочка... В «Слове о полку Игореве» Игорь «погружает» жиръ, то есть русское богатство, на дно половецкой реки Каялы. Следы этого значения остались в поговорке «Не до жиру (т. е. не до роскоши), быть бы живу». Сейчас слово «жир» окрашено скорее отрицательно. Показательно, как Мандельштам обыграл взятое им из «Слова» сочетание печаль жирна (где это значит просто «обильна»): «О боже, как жирны и синеглазы // Стрекозы смерти, как лазурь черна...», потом «жирными, как черви», станут у него пальцы Сталина.

Задница. У слов передьнии и задьнии в древнерусском языке были метафорические значения, связанные с временем. Обычно передним считалось «предстоящее», а задним оставшееся «позади», но бывало, что и наоборот (например, слово «прежний» тоже связано с «передний»). Задницей называлось то, что осталось после человека на будущее, — наследство. Это характерней­ший славянский социальный термин, много раз упоминающийся в Русской Правде. Там есть и такой заголовок: «А се о задницѣ». «Аже братья ростяжються передъ княземь о задницю» — «если братья будут вести тяжбу перед князем о наследстве». А земля, не доставшаяся никому по наследству (выморочная), называлась «беззадщина». Историки иногда стыдливо ставят ударение задни́ца, хотя акцентология однозначно свидетельствует, что и тысячу лет назад ударение было на первом слоге.

Здоровый (сдоровъ, сторовъ). В древности это слово, означающее этимологически «из хорошего дерева», означало «благополучный», «успешный», входило в состав устойчивого сочетания здоровъ добръ (ср.: подобру-поздорову). Например, в Новгородской четвертой летописи (в статье 1292 года) есть такой поразительный пример: и приидоша вси здорови, но ранени, а Иванъ Клекачевичь привезенъ преставися с тои раны. Даже смертельно раненный воин может быть «здоровым» — ведь он выиграл битву!

Принимать (приимати). У этого слова в древнерусском было много значений, причем оно, как и упомянутые выше слова «передний» и «задний», могло значить противоположные вещи: как собственно «принимать» (гостеприимно), так и, наоборот, «арестовывать». Впрочем, в последнее время такое жаргонное значение появилось опять: «ребят приняли» можно услышать и в современном бандитском фильме. В «Истории иудейской войны» Иосифа Флавия, переведенной, возможно, на Руси, утверждается, что один персонаж «лучших» людей «принимал», а «злых» тоже «принимал». В греческом тексте этой фразы нет. Если текст не испорчен, то это свидетельство того, как русские люди могли легко понимать слово в разных значениях в одинаковом контексте (и, вероятно, каламбурить).

Присягнуть (присягнути). Голландский исследователь Де-Влаам видел в берестяной грамоте № 724 XII века (где начальник отряда жалуется, что «осмь», то есть восьмерка воинов, «высягла») антоним к присягнути, то есть «воины сложили присягу». Версия красивая и идеально подходящая к контексту, но неверная. В древнерусском языке слово присягнути могло значить только «прикоснуться», «дотронуться» (ср.: осязание, досягать). Новое значение «поклясться (в верности)» появилось у него только в XVI веке под влиянием польского przysięgać.

Убить (убити). Раньше это слово могло значить не только «убить до смерти», но и «поколотить». Одно из самых жутких дошедших до нас берестяных писем — послание «с плачем» от женщины к влиятельному родственнику: «Избил (убиле) меня пасынок и выгнал со двора. Велишь ли мне ехать в город? Или сам поезжай сюда. Я избита (убита есьмъ)».

Хотеть (хотѣти). Раньше это слово было, в частности, вспомогательным глаголом, обозначающим будущее время (конструкции «буду делать» еще не было) или что-то неотвратимое. «Хотеть» можно было довольно необычных вещей. В «Повести временных лет» (статья 997 года) осажденные горожане жалуются: се уже хочемъ померети отъ глада, а отъ князя помочи нѣту. Умереть от голода они, конечно же, не хотят, просто говорят, что это вот-вот произойдет, если ничего не поменяется.

Целовать (цѣловати). Наши далекие предки не обязательно имели в виду лобзание (прикосновения губ) — слово это означало «приветствовать» (буквально «желать быть целым») и носило, вероятно, даже несколько литературный оттенок. В найденной в прошлом году грамоте купец обсуждает с компаньоном возможные убытки: «А если испортишь товар, пусть будет ни тебе, ни мне. И целую тебя», то есть, конечно же, просто «приветствую». Было слово «целовь» (цѣлъвь), «приветствие», которое тоже один раз встретилось в начале письма. Были определенные контексты, в которых этот глагол подразумевал физический контакт, — это те, где речь идет о приложении к кресту и иконам, особенно в знак клятвы (на страницах летописей князья постоянно «целуют» крест или Богородицу, клянясь соблюдать договор, а потом нередко «целование» нарушают). Но и здесь это производная от основного значения — «поклоняться, чтить».  

arzamas.academy

Какие слова в Древней Руси означали интимную жизнь

К сексу и всему, что с ним тесно связано, в Древней Руси относились с большой долей фантазии. При этом никакой табуированности этой темы не было.

До конца X века русичи были язычниками со всеми вытекающими из этого факта последствиями. Секс ассоциировался у них с праздником, радостью жизни и весельем. Сексуальных запретов практически не существовало.

Блудницы и пляски у костра Один мужчина мог иметь несколько жен (до четырех). Если женщине доставалось в супружестве мало ласки, она тут же находила себе утешение на стороне. Никто никакую девственность до свадьбы не хранил. Молодая девка совершенно спокойно могла искать подходящего сексуального партнера для будущего замужества, не ограничиваясь во время поисков одними только поцелуями. Девушку, находящуюся в таких поисках, называли блудницей от слова «блудить», что означало «искать», «находится в поисках». Никакого отрицательного оттенка это понятие не имело. И девушки, и парни могли иметь сексуальную связь как с одним, так и с несколькими партнерами. На массовых гуляньях, посвященных богу Яриле, который ассоциировался у славян с плодородием, народ с удовольствием предавался групповому сексу.

Как славяне называли сам процесс и участвующие в нем части тела Не было никаких табу и в отношении лексики. Русичи называли все своими именами, да еще и проявляли в этом деле большую выдумку. Помимо широко известных матерных слов и их производных славяне употребляли и более иносказательные выражения для называния мужских и женских половых органов и самого соития. «Заниматься сексом» у славян означало: «еться», «пежиться», «тетериться». В Московских диалектах была версия «тараканиться». Производить над кем-то действия сексуального характера – «ярить» (от имени Ярило), «дрюкать», «еть». Мужской половой орган назывался тоже по-разному: «елдак» (варианты – «елдык», «елда»), «конец», «хрен», «уд» (от слова «уд» произошло понятие «удовольствие»). Также в старинных славянских лечебниках (своеобразные «методички» для практикующих знахарей) член назывался «лихарь», «фирс», «мехирь». Головку полового органа русичи называли «плешью» или «плюшкой», пах – «стегном», мужские яички – «шулятами» или «ядрами». Семенная жидкость в тех же славянских лечебниках именовалась «плотом». Столь же колоритные названия существовали и для женских половых органов. Наружные половые органы женщины носили давно забытое название «луно» (или «луна»). Его можно встретить в древних славянских заговорах. Половые губы назывались «затворами», а влагалище – «мясными вратами».

О внутреннем устройстве женщин простые русичи не особо задумывались. Знахари же и повитухи были в курсе, что женщина вынашивает ребенка в некоем особом месте, которое они называли «матица», «золотник», «нутро» или «дна» (матка). И общим для обоих полов было название еще одной части тела, которая привлекала немало внимания, - это «гузно» или «гузнышко» (то же, что и ягодицы). Так что помимо обсценной лексики у наших предков был целый пласт более скромных, но не менее колоритных выражений.

slavtradition.com