Крепостные укрепления Киевской Руси. Оборонительная система древней руси


Система подземных оборонительных сооружений Древней Руси «Четыре креста»Тайны мира и человека

 

1 682

Картинки по запросу подземелья древней руси

В течение IX-XV веков на Руси, как повествуют сохранившиеся исторические источник, была создана система подземных сообщений между поселениями, имеющих оборонное значение. Их протяженность вызывает восхищение – сотни километров. В узловых точках этой системы, как правило, на поверхности, стояли храмы. Входов в подземелья было немного и знали о них только посвященные. Вероятнее всего, всю систему тайных подземных ходов создали только монахи.

Сегодня известна система, получившая название «Четыре креста»:

Первая – Киевский крест;

 

Вторая – северо-западная система: Остров, Порхов, Псков, Новгород, Изборск, Печоры, Гдов, Ладога, Тихвин, Орехов, Ивангород, Копорье, Ям;

Третья – восточная система: на Урале;

Четвертая – южная: Средняя Азия, Краснодарский край, Крым.

Система «Четыре креста» являлась самой большой тайной древней Руси и олицетворяла силу и мощь русского государства.

К XVI век в России действовали каменные крепости, связанные между собой не только хорошими дорогами для быстрого передвижения на лошадях, но и подземными ходами, уходящими за территорию крепостей на расстояния до 30 км. Эти подземные проходы предназначались для подвоза продовольствия и боеприпасов в случае их осады. Ходы были рассчитаны на движение по ним на конных повозках.

На сегодня известно о 49 подземных ходах древней Руси. В тоже время, в настоящее время не доказано, что существует некая глобальная сеть подземных ходов на Руси. Пока известно, что практика строительства тоннелей под землей сводилась к созданию отдельных подземных ходов, не связанных с друг другом. Со временем многие подземные коридоры либо обвалились, либо заросли кальцитовой корой и исчезали. Поэтому найденные подземные ходы древних русичей, которые сохранились, немногочисленны.

В Москве и области очень много подземных ходов. Большинство из них возникли при проведении горных работ – в московском регионе добывали белый камень. Специалисты, изучающие подземные ходы под Москвой, утверждают, что под столицей проходят четырехуровневые подземные коридоры. Никаких карт этих подземелий не существует. Все они построены в разное время. Глубина их различна – зависит от рельефа местности. На самом нижнем уровне находятся тоннели относящиеся к системе Четырех крестов (9-16 век). На втором и третьем уровне проходят ходы, построенные в 16-19 веках (как правило к ним относятся объекты под дворцово-парковыми резиденциями). Ходы первого уровня, чаще всего, выполняли хозяйственную функцию: соединяли кухню со столовой или же были, так называемыми потешными ходами, которые использовались для развлечения богатых вельмож, а построены они были в 18-19 веках. Как правило, ходы различных уровней не соединяются между собой, чтобы исключить затопление нижних уровней через верхние. В подземных ходах находятся многочисленные ловушки.

В Петербурге все дворцы великих князей, построенные в 18-19 веках, имеют потайные ходы. А под самим императорским дворцом выстроены целые катакомбы с большой сетью ответвлений в виде широких коридоров, уходящих далеко от здания. Глубина подземных тоннелей не превышает 6-10 метров, поскольку в те времена строители подземных коридоров не имели необходимого опыта и технологий для прокладки тоннелей на больших глубинах.

На севере Петербурга располагается любимое место отдыха горожан – Шуваловский парк. Под самим парком находится большая сеть подземных ходов. Легенды указывают на их создателя – массона, графа Шувалова. Кроме этих древних подземных ходов там же существуют тайные ходы, построенные военными в более поздний период. Кстати, практически во многих парках Петербурга были построены оборонные сооружения с подземными переходами, дотами и помещениями. Предполагается, что их возводили перед Первой мировой войной, а модифицировали перед Второй мировой войной.

В 1970 году произошел интересный случай. Недалеко от Петербурга в районе поселка Саблино двое подростков пошли в известные всем катакомбы. Они наткнулись на неприметный лаз, заваленный камнями. Через него мальчики попали в сводчатый коридор шириной около двух метров, прорубленный в красном песчанике. В этом подземном проходе остались следы узкоколейки, а от основного коридора шли многочисленные ответвления. Ребята прошли по этому коридору 6 км, и, хотя проход шел дальше, мальчики решили вернуться.

Сохранились рассказы старожилов, утверждающих, что существует подземный лабиринт, уходящий под Волхов. Он может вывести к Новгороду. Эти ходы пытались исследовать, но в подземельях недостаточно воздуха и люди возвращались обратно.

Согласно существующим легендам есть подземный ход ведущий из Печерской крепости на расстояние в 50 верст и доходит он до Псковской крепости. Ход достаточно узкий и идти по нему можно только пригнувшись, но подземный проход имеет удобные пещеры для отдыха, собственные родники и запас свеч.

Не исключено, что эти находки подземных проходов под русскими городами, были частью системы Четырех крестов, ее фрагментами, а вполне возможно, представляли собой отдельные автономные укрепрайоны. При этом, идея с существованием отдельных укрепрайонов достаточно правдоподобна, поскольку длина коридоров могла быть оптимально подобрана в соответствии с задачами обороны, да и этот подход давал возможность строить подземные ходы в соответствии с конкретным ландшафтом местности.

История подземных ходов была бы безобидной, если бы многочисленные источники в зарубежных странах не рассказывали о наличии некой межконтенентальной сети подземных тоннелей. Вот, что рассказывал старый человек своему сыну, когда привел его в подземелье под Бабьей горой, находящейся между Польшей и Словенией: «По тоннелям, которые расходятся отсюда, можно попасть в разные страны и на разные континенты. Вот тот, что слева, в Германию, затем в Англию, и дальше, на американский континент. Правый тоннель тянется в Россию, на Кавказ, потом в Китай и Японию, а оттуда — в Америку, где соединяется с левым. Попасть в Америку можно и по другим тоннелям, проложенным под полюсами Земли. На пути каждого тоннеля есть «узловые станции», подобные той, в которой мы сейчас находимся». Рассказ старика прервал странный звук, похожий на тот, что издает поезд. Старик продолжил рассказ: «Тоннели, которые ты видел, построили не люди, а могущественные существа, живущие под землей. Это их дороги для передвижения с одного конца подземного мира на другой. А передвигаются они на летающих огненных машинах. Если бы мы оказались на пути такой машины, то сгорели бы заживо. К счастью, звук в тоннеле слышен на большом расстоянии, и у нас достаточно времени, чтобы избежать такой встречи.»

На сегодня подземный мир исследован мало и это можно объяснить множеством причин. Но если мы сможем найти подземные цивилизации, то это станет настоящей сенсацией 21 века!

via

Это интересно

 

taynikrus.ru

Крепостные укрепления Киевской Руси

Древнерусские укрепления VIII−Х вв. были еще очень примитивны и могли успешно выполнять свои оборонительные функции лишь потому, что противники, с которыми приходилось тогда сталкиваться восточным славянам, не умели осаждать укрепленные поселения. Но и тогда многие из этих поселений не выдерживали натиска и гибли, захваченные и сожженные врагами. Так погибли многие укрепления днепровского левобережья, уничтоженные в конце IX в. степными кочевниками — печенегами. Строить же более мощные укрепления, которые могли бы надежно защищать от кочевнических набегов, не было экономической возможности.

В Х и особенно в XI в. военная обстановка значительно обострилась. Все сильнее чувствовался напор печенегов; юго-западным районам Руси грозила опасность со стороны сложившегося польского государства; более опасными стали и нападения балтийских, летто-литовских, племен. Однако в это время появились уже новые возможности для строительства укреплений. Резкие социальные сдвиги, которые произошли на Руси, привели к тому, что появились поселения новых типов — феодальные замки, княжеские крепости и города в собственном смысле этого слова, т. е. поселения, в которых главенствующую роль играло не сельское хозяйство, а ремесло и торговля.

В первую очередь стали строиться замки — укрепленные поселения, служившие одновременно и крепостью, и жилищем феодала. Имея возможность мобилизовать для строительства значительные массы крестьян, феодалы возводили очень мощные оборонительные сооружения. Небольшая площадка для жилья, окруженная сильными укреплениями, — наиболее характерная особенность феодального замка.

Еще более мощные укрепления могли возводить растущие средневековые города. Здесь, как правило, оборонительные стены окружали уже очень значительное пространство. Если площадь феодального замка обычно не достигала даже 1 га, то огражденная площадь города была не менее 3–4 га, а в наиболее крупных древнерусских городах она превышала 40–50 га. Городские укрепления состояли из нескольких (большей частью двух) оборонительных линий, из которых одна окружала небольшую центральную часть города, называвшуюся детинцем , а вторая линия защищала территорию окольного города .

Наконец, сложение раннефеодального государства и централизованной власти вызвало к жизни третий тип укрепленных поселений. Кроме замков и городов, появились собственно крепости, которые князья строили в пограничных районах и заселяли специальными гарнизонами.

Во всех этих случаях было возможно создавать хорошо организованные и достаточно мощные укрепления, чтобы успешно противостоять вражеским нападениям, учитывая особенности применявшейся при этом тактики.

Тактика осады и захвата

Тактика захвата укреплений в XI в. заключалась в следующем: прежде всего пытались напасть на город   врасплох, захватить его внезапным набегом. Тогда это называлось изгоном   или изъездом . Если такой захват не удавался, приступали к систематической осаде: войско окружало укрепленное поселение и становилось здесь лагерем. Такая осада обычно называлась облежанием . Оно имело задачей прервать связь осажденного поселения с внешним миром и не допустить подхода подкрепления, а также доставки воды и продовольствия. Через некоторое время жители поселения должны были сдаться из-за голода и жажды. Типичную картину облежания рисует летопись, описывая осаду Киева печенегами в 968 г.: «И оступиша леченези град в силе велице, бещислено множество около града, и не бе льзе из града вылести, ни вести послати; изнемогаху же людье гладом и водою».

Такая система осады — пассивная блокада — была в ту пору единственным надежным средством взять укрепление; на прямой штурм решались лишь в том случае, если оборонительные сооружения были заведомо слабыми, а гарнизон малочисленным. В зависимости от того, насколько жители осажденного поселения успевали подготовиться к обороне и запастись пищей и особенно водой, осада могла продолжаться различное время, иногда до нескольких месяцев. С учетом этих тактических приемов и строилась система обороны.

Прежде всего укрепленное поселение старались расположить так, чтобы местность вокруг хорошо просматривалась, и противник не мог внезапно подойти к городским стенам и особенно к воротам. Для этого поселение строили либо на высоком месте, откуда имелся широкий обзор, либо, наоборот, в низменной, заболоченной и ровной местности, где на большом протяжении не было никаких лесов, оврагов или других укрытий для врагов. Основным средством обороны стали мощные земляные валы с деревянными стенами на них, которые строились так, чтобы с них можно было вести обстрел по всему периметру укрепления. Именно стрельба с городских стен не позволяла осаждавшим штурмовать укрепления и заставляла их ограничиваться пассивной блокадой.

Стрельба в этот период применялась исключительно фронтальная, т. е. направленная прямо вперед от крепостных стен, а не вдоль них. Чтобы обеспечить хороший обстрел и не дать противнику подобраться к стенам, стены обычно ставились на высоком валу или на краю крутого естественного склона. В укреплениях XI в. естественные защитные свойства рельефа местности по-прежнему учитывались, но они отошли на второй план; на первый план выдвинулись искусственные оборонительные сооружения — земляные валы и рвы, деревянные стены. Правда, и в укреплениях VIII–IX вв. иногда были валы, однако там они играли гораздо меньшую роль, чем рвы. По существу валы являлись тогда лишь следствием создания рвов, и насыпали их лишь из той земли, которую выбрасывали из рва. В укреплениях XI в. валы имели уже большое самостоятельное значение.

Город Тумашь в XI–XII вв.

2. Город Тумашь в XI–XII вв. Реконструкция автора по материалам городища Старые Безрадичи

На всей территории древней Руси в XI в. наиболее распространенным типом укреплений оставались по-прежнему поселения, подчиненные рельефу местности, т. е. укрепления островные и мысовые. В Полоцкой и Смоленской землях, где было много болот, часто использовали для этой цели, как и раньше, болотные островки. В Новгородско-Псковской земле тот же оборонительный прием применяли несколько иначе: здесь укрепленные поселения нередко ставили на отдельных холмах. Однако во всех районах Руси чаще всего употребляли не островной, а полуостровной, т. е. мысовой, прием расположения укреплений. Удобные, хорошо защищенные природой мысы при слиянии рек, ручьев, оврагов можно было найти в любых географических условиях, чем и объясняется их широчайшее применение. Иногда строили еще мысовые укрепления, где вал, как это было до Х в., шел с одной только напольной стороны, со стороны рва, однако вал теперь сооружали гораздо более мощный и высокий. Большей же частью как в островных, так и в мысовых укреплениях XI в. вал окружал поселение по всему периметру. В Киевской земле очень типичным примером может служить городище Старые Безрадичи — остатки древнего городка Тумашь (рис. 2), а на Волыни — детинец городища Листвин в районе г. Дубно (рис. 3).

Детинец города Листвин.

3. Детинец города Листвин. Х−XI вв.

Появление укреплений правильной формы

Однако не все памятники крепостного строительства XI в. были полностью подчинены конфигурации рельефа. Уже в конце Х — начале XI в. в западнорусских землях появились укрепления с геометрически правильной схемой — круглые в плане. Иногда они располагались на естественных всхолмлениях и тогда были близки к укреплениям островного типа. Встречаются такие круглые крепости и на равнине, где валы и рвы имели особое значение.

Наиболее своеобразный тип укреплений этого времени представлен некоторыми памятниками Волыни. Это городища, близкие по форме к квадрату с несколько скругленными углами и сторонами. Обычно две, а иногда даже три стороны их прямолинейны, а четвертая (или две стороны) — округла. Расположены эти городища на плоской, большей частью заболоченной местности. Наиболее крупным среди них является город Пересопница; очень характерен также детинец стольного города Волыни — Владимира-Волынского.

Несомненно, что в различных районах древней Руси планировка укреплений имела свои особенности. Однако в целом все типы русских укреплений XI в. близки друг другу, поскольку все они были приспособлены к одинаковым тактическим приемам обороны, к ведению исключительно фронтальной стрельбы со всего периметра крепостных стен.

В XII в. никаких существенных изменений в организации обороны укреплений не произошло. Русские крепости этого времени отличаются в ряде случаев большей продуманностью плановой схемы, большей ее геометрической правильностью, но по существу относятся к тем же типам, которые уже существовали в XI в.

Характерно широкое распространение в XII в. круглых крепостей. В западнорусских землях городища круглые в плане известны уже с Х в., в Киевской земле и в Среднем Поднепровье такие крепости стали строить лишь со второй половины XI в.; в Северо-Восточной Руси первые круглые укрепления относятся к XII в. Хорошими примерами круглых укреплений в Суздальской земле могут служить города Мстиславль (рис. 4) и Микулин, Дмитров и Юрьев-Польской. В XII в. круглые в плане крепости широко применяются уже на всей древнерусской территории. По такому же принципу построены полукруглые крепости, примыкающие одной стороной к естественному оборонительному рубежу — берегу речки или крутому склону. Таковы, например, Перемышль-Московский, Кидекша, Городец на Волге.

Город Мстиславль в XII в.

4. Город Мстиславль в XII в. Рисунок А. Чумаченко по реконструкции автора

Широкое распространение круглых в плане укреплений в XII в, объясняется тем, что крепость такого типа наиболее точно отвечала тактическим требованиям своего времени. Действительно, расположение укреплений на плоской и ровной местности разрешало вести наблюдение за всей округой и тем самым затрудняло неожиданный захват крепости. Кроме того, это позволяло устраивать внутри укрепления колодцы, что было крайне важно в условиях господства тактики пассивной длительной осады. Таким образом, отказываясь от защитных свойств холмистого рельефа и крутых склонов, строители укреплений в XII в. использовали другие свойства местности, дававшие не меньшую, а быть может, даже большую выгоду. И, наконец, важнейшим достоинством круглых крепостей было удобство вести фронтальную стрельбу с городских стен во всех направлениях, не опасаясь, что конфигурация рельефа может создать где-либо «мертвые», непростреливаемые участки.

В южных районах Руси в XII в. получают распространение также и многовальные укрепления, т. е. крепости, окруженные не одной оборонительной оградой, а несколькими параллельными, каждую из которых воздвигали на самостоятельном валу. Такие укрепления были известны и раньше, в Х−XI вв., но в XII в. этот прием применяется более широко. В некоторых городищах, расположенных на границе Киевского и Волынского княжеств, в так называемой Болоховской земле, количество параллельных линий валов достигает иногда даже четырех: таково городище древнего города Губин (рис. 5).

Городище Губин в Болоховской земле

5. Городище Губин в Болоховской земле. XII–XIII вв.

Несколько иной характер имела планировка крупных древнерусских городов. Детинец часто строили так же, как обычные укрепления, т. е. почти всегда по мысовой схеме, а с напольной стороны защищали его мощным валом и рвом. За рвом располагался окольный город, обычно в несколько раз превосходящий размерами площадь детинца. Оборонительная система окольного города в некоторых, наиболее благоприятных случаях также была рассчитана на защиту естественными склонами по боковым сторонам и валом с наполья. Такова схема обороны Галича, в котором детинец прикрыли с наполья двумя мощными валами и рвами, а окольный город — линией из трех параллельных валов и рвов. На севере Руси по той же мысовой схеме построена оборона древнего Пскова.

Все же полностью выдержать мысовую схему в обороне крупных городов обычно практически было почти невозможно. И поэтому, если детинец и строился как мысовое укрепление, то валы и рвы, ограждавшие окольный город, сооружались большей частью иначе. Здесь учитывались уже не столько естественные оборонительные рубежи, сколько задача прикрыть всю площадь торгово-ремесленного посада, достигавшую иногда очень больших размеров. При этом оборонительные стены окольного города часто не имели какой-либо определенной, четко выраженной схемы, а строились с учетом всех наличных естественных рубежей — оврагов, ручьев, склонов и пр. Такова система обороны Киева, Переяславля, Рязани, Суздаля и многих других крупных древнерусских городов. Защищенная площадь Киева достигала 100 га, Переяславля — более 60 га, Рязани — около 50 га.

Есть несколько крупных древнерусских городов с иной схемой обороны. Так, во Владимире-Волынском детинец относится к «волынскому» типу укреплений, т. е. имеет форму прямоугольника, как бы сочетающегося с кругом, а окольный город представляет собой огромное полукруглое городище. В Новгороде Великом детинец имеет полукруглую форму, а окольный город — неправильно округлую, причем окольный город расположен на обоих берегах Волхова, и, таким образом, река протекает через крепость.

Несомненно, что все типы планировки укреплений XI–XII вв., как полностью подчиненные рельефу местности, так и имеющие искусственную геометрическую форму, отвечают одинаковым принципам организации обороны. Все они рассчитаны на защиту по всему периметру фронтальной стрельбой с городских стен.

Применение тех или иных плановых приемов объясняется разными причинами — определенными естественно-географическими условиями, местными инженерными традициями, социальным характером самих поселений. Так, например, укрепления округлого типа в западнорусских землях существовали уже в конце Х — первой половине XI в.; появление их было здесь связано с инженерной традицией северо-западной группы славян, которые издавна приспосабливали свое строительство к местным географическим условиям — болотистой низменной равнине, моренным всхолмлениям и пр.

Однако распространение крепостей округлого типа сперва в Среднем Поднепровье, а затем и в Северо-восточной Руси было вызвано уже иными причинами. Небольшие круглые городища («тарелочки»), широко распространенные в Среднем Поднепровье, — это поселения определенного социального типа — укрепленные боярские дворы, своеобразный русский вариант феодальных замков. Круглые городища Северо-восточной Руси — тоже феодальные замки, но часто не боярские, а крупные княжеские. Иногда это даже довольно значительные княжеские города (например, Переславль-Залесский).

Связь круглых в плане укреплений с поселениями определенного социального характера — с феодальными замками — объясняется очень просто. В XI–XII вв. круглые укрепления наиболее точно соответствовали тактическим принципам обороны. Но строить их можно было лишь целиком заново на новом месте, выбрав наиболее удобный участок. К тому же правильную геометрическую форму укрепление могло получить лишь при его постройке военным специалистом, поскольку народной традиции возведения круглых укреплений ни в Южной, ни в Северо-восточной Руси не было. Кроме того, строительство круглых крепостей на равнине требовало большей затраты труда, чем укреплений островного или мысового типа, где широко использовались выгоды рельефа. Естественно, что при таких условиях круглый тип мог найти применение прежде всего в строительстве феодальных замков или княжеских крепостей.

Очень своеобразный социальный характер имели некоторые укрепления северо-западных районов древней Руси. Здесь встречаются небольшие, часто примитивные укрепления, полностью подчиненные защитным свойствам рельефа. В них не было постоянного населения; они служили крепостями-убежищами. Деревни северо-западных районов Руси состояли обычно всего из нескольких дворов. Конечно, каждая такая деревня не могла возвести собственную крепость и для постройки даже самого примитивного укрепления несколько деревень должны были объединяться. В мирное время такие крепости-убежища поддерживались в боеспособном состоянии жителями этих же соседних деревень, а при вражеских вторжениях сюда сбегалось окрестное население, чтобы переждать опасное время.



biofile.ru

УКРЕПЛЕНИЯ ДРЕВНЕЙ РУСИ, Видео | Российская история и история СССР Wiki

ЛОХ-ТВ представляет.

ВЕЛИКАЯ РУССКАЯ ОБОРОНИТЕЛЬНАЯ СИСТЕМА ИЛИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО СУЩЕСТВОВАНИЯ НА РУСИ ЦИВИЛИЗАЦИИ 15000 ЛЕТ НАЗАД.

ВВЕДЕНИЕ И КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ

Выпуск 1-0. КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ. Великая Русская оборонительная система.

Выпуск 1-1.

Выпуск 1-1. Система городов-крепостей Руси . МОЙ ГОЛОС ИЗМЕНЕН ПОД ПЬЯНЬ

В Первой части устанавливается существование на Руси гигантских укрепленных линий и система городов-крепостей, чей объем работ превышает объем работ по созданию 1000 пирамид Хеопса и чье существование немцы-"академики", написавшие нам историю - просто забыли упомянуть

Часть 1-2.

Выпуск 1-2. Когда была создана древняя оборонительная система Руси.

В видео - продолжен рассказ о Крепостях-Звездах Древней Руси, в котором предпринята попытка установить древность этих сооружений. На основании проведенного исследования установлена исключительная древность Русских крепостей-звезд, о которой даже не помышляет современная "трактовка" истории - академиками немцами.

Часть 1-3.

Выпуск 1-3. Куда ориентирована и что защищает древняя система Руси.

В этой 3-й части, устанавливается факт безусловной ориентации Крепостей-Звезд на уникальный объект на Земле. А также высказывается предположение о их Втором назначении.

Часть 1-4.

Выпуск 1-4. Древняя оборонительная система Руси - еще назначения. МОЙ ГОЛОС ЮТУБОМ ИЗМЕНЕН ПОД ПЬЯНЬ

В этой части я устанавливаю дополнительный, помимо оборонного - функционал крепостей звезд.

Часть 1-5.

Выпуск 1-5. Единая система ГОРОДОВ Руси. МОЙ ГОЛОС ЮТУБОМ ИЗМЕНЕН ПОД ПЬЯНЬ

В этой части я устанавливаю единую систему, которую представляли из себя крепости звезды.

Часть 1-6.

Выпуск 1-6. Древняя оборонительная система Руси в народных СКАЗАХ.

В этой части я рассматриваю влияние того, что являли из себя крепости-звезды на Руси, на Русское народное устное творчество (сказы).

Часть 1-7-1. https://www.youtube.com/watch?v=pK3uepmzV3Q Как назывался Питер, когда он так еще не назывался?

Часть 1-7-2. Дополнения и уточнения.

Выпуск 1-7-2. Русская Оборонительная Система. Соловей-Разбойник.

Про Соловья-Разбойника.

Часть 1-7-3. РАБОТА НАД ОШИБКАМИ.

Выпуск 1-7-3. Крепости-Звезды. Работа над ошибками

И что из этого следует.

Часть 1-7-4. Как выглядела Земля до катастрофы.

Выпуск 1-7-4. Как выглядела Земля до потопа. МОЙ ГОЛОС ИЗМЕНЕН ЮТУБОМ ПОД ПЬЯНЬ

Часть 1-7-5. Корректировка времени глобальной катастрофы.

Выпуск 1-7-5. ЛОХ-ТВ представляет. Крепости-Звезды Руси.

Выпуск 1-7-6. Допотопное метро.

Выпуск 1-7-6. КРЕПОСТИ-ЗВЕЗДЫ Дополнение

Выпуск 1-8. Как проистекала глобальная катастрофа.

Выпуск 1-8. Крепости-Звезды Руси

Выпуск 1-9. Крепости звезды и атмосферное электричество.

Выпуск 1-9. Крепости-звезды. Атмосферное электричество

historyrussia.wikia.com

Оборонительные сооружения Руси в 14-15 веках

Отличительной особенностью оборонительных сооружений XIV — первой половины XV в. является дифференцированный подход зодчих к конструкциям в соответствии с их местом в системе обороны. Валы и стены, расположенные со стороны достаточно мощных естественных заграждений, очень невелики и имеют простейшую конструкцию. Валы и стены с напольной, «приступной» стороны гораздо более мощные и высокие и имеют более сложную и совершенную конструкцию.

Так, высота валов Звенигорода и Старицы — около 8 м. Передний склон вала делали всегда более крутым — обычно не менее 30° к горизонту, а тыльный склон — несколько более пологим. Горизонтальные площадки на вершине вала первоначально делали узкими, как в валах XI–XII вв., но позже, с усложнением конструкции оборонительных стен, они достигали ширины 8–9 м.

Как и раньше, земляная насыпь вала часто не имела внутреннего деревянного каркаса; таковы чисто земляные валы Романова и Плеса. Для насыпки валов использовали местный грунт, по возможности наиболее плотный, иногда даже чистую глину, как в новгородской крепости Холм. При отсутствии хорошего грунта брали и более слабые материалы, даже песок; таковы валы псковских крепостей Велье, Котелно и др. Наконец, там, где почва была каменистой, вал целиком насыпали из камней, как это сделано в Тиверском городке.

Сооружались и валы с внутренним деревянным каркасом. Обычно он представлял собой срубную дубовую стенку с короткими поперечными перерубами, выступающими в тыльную сторону. Располагаясь под самым гребнем вала, стенка выходила на его поверхность. Такой тип каркаса является упрощением каркасов валов русских крепостей XII в. и известен по укреплениям Звенигорода, Рузы, Вереи, Галича-Мерьского, построенным примерно на рубеже XIV и XV вв. В валах Калуги и Воротынска, крепостей на южной границе Московского княжества, обнаружены наклонные каркасы, расположенные не в тыльной, а в лицевой части вала, склон которого они должны были укреплять. Перед большими валами часто оставляли горизонтальную площадку-берму, чтобы воспрепятствовать сползанию вала в ров.

Рвы в укреплениях XIV — первой половины XV в. обычно широкие и глубокие. Они, как правило, отрезали крепость с напольной стороны и имели очень большое значение в системе обороны. Часто в качестве рвов использовали подрезанные естественные овраги. Рвы обычно имели симметричный профиль с уклоном стенок около 30°. Достаточно широко применялось в это время также и эскарпирование склонов.

Стены крепостей Северо-восточной Руси вплоть до конца XV в. были деревянными. Единственное исключение — стены Московского Кремля, построенные из тесаного камня в 1367–1368 гг., когда пришли в ветхость дубовые стены, сооруженные примерно за тридцать лет до этого. Деревянные стены XIV в., по-видимому, мало отличались от стен более раннего времени и представляли собой срубную однорядную стену, скрепленную короткими поперечными перерубами. В верхней части располагалась прикрытая бруствером площадка для воинов. Позднее, в связи с совершенствованием камнеметов, стены начали делать более толстыми, состоящими не из одного, а из двух рядов бревен. Утолщение стен стало необходимым в XV в., когда рядом с камнеметами в осаду крепостей включилась огнестрельная артиллерия — пушки.

Для противодействия ударам каменных пушечных ядер начали строить стены из двух и даже трех срубных стенок с засыпкой пространства между ними землей или камнями.

В укреплениях меньшего военного значения, а особенно в небольших укрепленных поселениях, например, в боярских усадьбах, строили более простые деревянные стены столбовой конструкции, где основу составляли врытые в землю столбы, в пазы которых укреплялись горизонтальные бревна. Стена такого типа укрепляла боярскую усадьбу Хабаров городок близ Юрьева-Польского.

Деревянные стены крепостей Новгородской и Псковской земель были того же типа, что и в Северо-восточной Руси; сходна и эволюция их конструкции. Так, в новгородской крепости Холм (XV в.) стена состояла из трех бревенчатых стенок и имела общую толщину 2 1/2 м. Однако в Северо-западной Руси уже с XIV в. достаточно широко строят каменные крепости. Зачатки этой традиции восходят еще к XII–XIII вв., когда были построены каменные укрепления в Ладоге и Копорье. В XIV и XV вв. здесь развернулось уже интенсивное каменное оборонительное строительство: появились каменные стены в Новгороде и Пскове (как в детинце, так и в окольном городе), а также каменные крепости Порхов, Остров, Орешек, Изборск, Ям (рис. 14). В псковской крепости Велье, построенной в XIV в., половина городских стен была каменной.

Изборская крепость. Башня Вышка. XV в.

14. Изборская крепость. Башня Вышка. XV в.

Важно отметить, что если строительство каменных башен в Западной Волыни связано с влиянием польского и венгерского зодчества, то в новгородских и псковских каменных крепостях нет никаких следов иноземного воздействия. Сложение здесь устойчивой традиции каменного оборонительного строительства, очевидно, объясняется издавна выработанными приемами местной инженерной «школы», а также обилием в этом районе залежей известняковой плиты.

Часть каменных укреплений новгородских и псковских земель выстояла до наших дней. Правда, большинство из них было позднее капитально перестроено, но Порховская крепость 1387 г., лишь частично переделанная в 1430 г., сохранилась почти целиком. Изборская крепость, несмотря на несколько этапов реконструкции, в основном относится к середине XV в.

В каменных крепостях Северо-западной Руси, так же как и в деревянных, стороны, обращенные к реке или к крутым склонам, приспособлены к защите с помощью фронтальной стрельбы и поэтому лишены башен. Все башни расположены там, где был возможен штурм и где, следовательно, была необходимость во фланкирующем обстреле стен. Каменные стены XIV — первой половины XV в. имели различную толщину: на наиболее ответственных участках с напольной стороны крепости — до 3–4 м, а на других участках — 1 1/2 — 2 м. Уже в первой половине XV в. каменные стены часто усиливают с помощью дополнительных каменных прикладок, что вызвано применением при осаде пушек крупного калибра. В верхней части стен возводили каменные зубцы, а за ними располагали деревянную площадку для воинов. Как деревянные, так и каменные стены обычно покрывали кровлей.

В военном зодчестве XIV — первой половины XV в. в отличие от предшествующего периода большую роль играют башни; но это башни не наблюдательные и не для кругового обстрела, расположенные внутри крепости, а для фланкирования стен. Они слегка выступали вперед от плоскости стен и находились главным образом там, где стены меняли свое направление, т. е. на углах крепости. Места расположения башен часто легко определяются по округлым расширениям земляных валов, на которых эти башни стояли. Так, например, отчетливо видны места расположения башен в Старице, Романове, Вышегороде на Протве, Вышегороде на Яхроме и ряде других укреплений XIV–XV вв. Башни в это время обычно называли стрельницами , а в псковской земле — кострами .

К сожалению, менее ясно устройство самих башен. Известно, что прямоугольные и многогранные (в каменной архитектуре — круглые) башни применялись одновременно. До настоящего времени сохранилось несколько каменных башен конца XIV — первой половины XV в. в Порхове, Изборске, а, быть может, также в Кореле. Квадратная (так называемая Малая) башня в Порхове была построена вместе с крепостью в 1387 г. и сохранилась без существенных переделок (рис. 15). Она разделена на четыре яруса с помощью балочных перекрытий (мостов) , толщина ее стен — 1,4 м. Остальные башни Порховской крепости имеют полукруглую в плане форму; они были реконструированы в 1430 г., при этом толщина их стен доведена до 4 м. Бойницы в башнях Порховской крепости очень узкие и еще плохо подходят для установки в них пушек, Башни Изборской крепости гораздо лучше приспособлены для этой цели: их бойницы имеют с внутренней стороны значительные расширения, как бы камеры, где и ставились орудия.

Малая башня Порховской крепости. 1387 г.

15. Малая башня Порховской крепости. 1387 г.

Очень усложнилось в XIV–XV вв. устройство крепостных ворот. Конечно, в укреплениях второстепенного значения ворота бывали довольно простыми, они имели характер воротной башни, как в укреплениях XII–XIII вв. Однако в более мощных и совершенных крепостях начали сооружать сложные въездные устройства. Прежде всего сам въезд в крепостях XIV — первой половины XV в. часто размещали не в напольной стене крепости (как это обычно делали раньше), а в одной из ее боковых сторон. Сторона, подверженная штурму, ворот не имела. Таким образом, даже подход к воротам уже представлял известные трудности. Кроме того, вместо простых ворот стали сооружать захабы   — специальные устройства перед воротами, представляющие собой как бы небольшие узкие коридоры между крепостными стенами. Очень часто в начале такого захаба ставили башню.

Для того чтобы попасть внутрь укрепления, нужно было пройти через ворота, затем через захаб и, наконец, через вторые, внутренние ворота. Весь этот путь находился под контролем защитников крепости и целиком простреливался. Деревянные захабные устройства не сохранились, но зато известно несколько таких въездов в каменных крепостях — в Порхове, Острове, Изборске, Пскове.

В XV в. ворота начали усиливать опускными решетками, перегораживавшими проезд. Решетки эти делались железными или деревянными, но обитыми железом. Камера для подъемного устройства такой решетки хорошо сохранилась, например, в Порховской крепости.

Перед воротами через ров перекидывали мосты. Как и раньше, они были деревянными, довольно узкими, опирающимися на столбы. Подъемных мостов на Руси не строили вплоть до конца XV в.

Кроме одних или нескольких ворот, в крепостях обычно имелись еще дополнительные потайные выходы — вылазы . Снаружи эти вылазы были замаскированы деревянной стенкой или земляной насыпью, а в каменных крепостях их закрывали тонкой каменной стенкой, сложенной заподлицо с наружной поверхностью крепостной стены, так что противник снаружи не мог обнаружить место вылаза. Использовались эти потайные выходы во время осады для внезапных вылазок. Остатки таких вылазов сохранились в Изборской и Порховской крепостях.

Одной из важнейших задач было обеспечение крепостей водой на случай осады. Вплоть до XV в. эту задачу решали двумя способами — либо рыли внутри крепости колодец (иногда его делали очень глубоким), либо в предвидении осады запасали воду в бочках. С XV в. начали строить специальные устройства для водоснабжения — тайники . Они представляли собой подземные коридоры, идущие из крепости вдоль склона холма вниз до того уровня, где можно было легко отрыть колодец. Коридоры эти делали сравнительно неглубокими, но затем их покрывали кровлей, засыпали землей и тщательно маскировали, чтобы противник во время осады не мог обнаружить тайник. Остатки тайников сохранились в Изборске, в Копорье, в небольшом московском городке Кременске и в некоторых других крепостях.

Особенности организации обороны Руси

Стратегическая организация обороны страны в XII, XIII и XIV вв. носила, как ни странно, менее организованный характер, чем в XI в. Процесс феодального дробления страны не только не давал возможности усовершенствовать оборону границ по сравнению с системой Киевской Руси, но, наоборот, ликвидировал даже то, что уже было создано в этом отношении. Если в XI, а частично еще и в XII в., в Южной Руси существовала согласованная система обороны территории со стороны степи, то позднее каждое княжество строило оборону своих границ самостоятельно. А так как в XIII в. дробление земель продолжалось, границы отдельных княжеств оставались крайне неопределенными.

Когда в XIV в. начался процесс объединения русских земель вокруг Москвы, появилась возможность более обдуманно строить организацию обороны территории. Правда, границы Московского княжества часто менялись, поскольку его территория быстро и непрерывно росла. Поэтому единственной возможностью было не укрепление самих границ, а постройка и усиление крепостей на главных направлениях, по которым противник мог бы двигаться к Москве. Так, на западном направлении особенное значение приобрел Можайск, а на южном — Серпухов, стоявший у переправы через Оку, где обычно проходили татары, когда шли на Москву. На юго-восточном направлении большую роль играла Коломна. Вообще в Московском княжестве в XIV и особенно в XV в. проводилось энергичное строительство новых городов и укрепление старых. Большое количество городов было одним из важных факторов, обеспечивавших относительную безопасность территории крепнувшего Московского княжества. Лишь одна граница этого княжества оставалась более или менее неизменной — граница с Тверской землей. Основным опорным пунктом здесь стал город Дмитров.

Границы Тверского княжества были несколько более стабильны, чем московские. Тверь почти непрерывно враждовала с Москвой и опасалась вторжения московских войск; кроме того, с этой же стороны могло грозить вторжение татар. Поэтому на юго-восточном пограничье Тверского княжества с Московским размещалось большое количество крепостей.

Несколько иначе строилась организация обороны Новгородской и Псковской земель. Несмотря на то что отношения между Новгородом и Москвой были далеко не всегда дружественными и иногда дело доходило до прямых военных столкновений, на новгородской границе со стороны Москвы стояло очень мало крепостей. Наибольшее внимание Новгород и Псков уделяли укреплению своих западных границ (со стороны Немецкого ордена) и южных (со стороны Литвы). Именно здесь сосредоточивались все наиболее сильные новгородские и псковские крепости. При этом, несмотря на полную политическую самостоятельность Пскова от Новгорода в XV в. и даже военные конфликты между ними, на новгородско-псковской границе крепостей почти совершенно не было. Более того, крепости, предназначенные для защиты от Немецкого ордена, новгородцы строили только там, где новгородские земли имели непосредственную границу с орденскими землями. Там же, где между орденскими и новгородскими землями лежала псковская территория, новгородцы крепостей не возводили, очевидно, предполагая, что псковские крепости достаточно надежно прикрывают их с этой стороны.

Дальнейшее строительство укреплений

В XIV–XV вв. строительство укреплений по-прежнему ложилось на плечи феодально зависимого населения. Городовое дело как один из наиболее тяжелых видов феодальной повинности упоминается во многих документах этой поры. Лишь в Новгороде и Пскове, где было сильно развито товарное хозяйство, для строительства каменных укреплений часто пользовались наемной рабочей силой. Однако основные работы по сооружению валов и рвов и здесь выполняли феодально зависимые крестьяне.

Руководство строительством укреплений, как и раньше, лежало на представителях княжеской администрации, военно-инженерных специалистах, которых называли городщиками , или городчиками . Они не только руководили строительством новых, но и следили за поддержанием и ремонтом уже существовавших крепостных сооружений. Обычно городщики были местными землевладельцами и занимали в городе видное положение.

Таких огромных оборонительных сооружений, какие созидались в эпоху Киевской Руси, в XIV — первой половине XV в. уже не возводили, однако постройка многих укреплений оставалась все же очень трудоемким делом. Так, строительство каменного Московского Кремля в 60-х годах XIV в., проведенное в течение одного года, должно было занять одновременно почти две тысячи человек. Конечно, возведение далеко не всех крепостей было столь дорогим и трудоемким. Небольшая боярская усадьба XV в. Хабаров городок могла быть построена в течение одного сезона артелью в количестве примерно 15 человек.

Архитектурно-художественный облик крепостных сооружений также претерпевает существенные изменения. До XIII в. кольцо крепостных стен обладало более или менее равномерным ритмом и город не имел поэтому одного, «главного», фасада. Единственным акцентом была воротная башня, отмечавшая значение въезда в город. С XIV в. город получает один, выделенный и подчеркнутый, фасад. Напольная сторона приобрела особое значение не только с военной, но и с художественной точки зрения, что подчеркивалось напряженным ритмом сосредоточенных здесь башен. Почти во всех сохранившихся крепостях XIV–XV вв. имеются, правда, скупые, но чисто декоративные элементы — полосы орнамента, кресты и пр. Не нарушая общего сурового впечатления могучих стен и массивов башен, эти декоративные мотивы свидетельствуют о том, что строителей крепостей интересовало не только военное, но и художественное значение их сооружений.



biofile.ru

История засечных полос - оборонительных комплексов древней Руси.

Лес определяет быт и хозяйственную деятельность народов с древнейших времен. С ним связаны подсечное земледелие, охота, бортничество, сбор грибов и ягод, заготовка древесины для строительства и топлива - способы использования леса общеизвестны. Но на определенном этапе истории России лес играл еще и большую оборонительную роль, защищая государство от воинственных степных соседей. К сожалению, память об этом постепенно теряется, об уникальной системе оборонительных комплексов - засечных полос - сегодня известно в основном лишь ученым-историкам. Большинство же людей совершенно не представляют их грандиозности.

Величественные оборонительные сооружения, разделявшие некогда земледельческие и кочевые народы, есть во многих странах. В III веке до н.э. на севере Китая построена Великая стена длиною в 5000 километров. В это же время на землях нынешней Туркмении появилась глиняная двухсоткило метровая стена у города Мерва. Можно найти и другие примеры.

Огромные территории, протяженные границы отличали Русское государство с самого его рождения. Воинственные соседи заставляли быть начеку и вести активную оборону. На северо-западных и западных рубежах оборону держали отдельные крепости - Новгород, Псков, Смоленск. Южные же границы защищали иначе: вдоль них были созданы грандиозные оборонительные линии, состоявшие из крепостей и протяженных лесных засек между ними.

"Засе'ка" - слово, вымирающее в русском языке. Так назывались прежде лесные завалы, устраиваемые в оборонительных целях из сваленных крест-накрест деревьев. О засеках упоминают русские летописи начиная с XII века (интересно, что многие отмеченные в них участки сегодня безлесны). Но, вероятно, прием "засекания" леса использовался много раньше, а применялся он по краю оборонительной линии в сражениях вплоть до XIX века, например в Бородинской битве.

Засеки, послужившие в отдельных боях, с окончанием военных действий утрачивали значение и постепенно исчезали. Но на долговременных стратегических рубежах России постоянные засеки, действующие в комплексе с крепостными сооружениями, поддерживались на протяжении столетий в надлежащем порядке. Общая длина засечных черт приближалась к 4000 километров. До наших дней сохранились лишь отдельные участки этих неповторимых памятников русской истории.

Но вернемся к истокам засек.

В V-XI веках н.э. славянские племена расселялись по Восточной Европе, по территориям, сплошь занятым лесом. В лесной зоне организовалось позднее и Московское государство. Южная его граница вплоть до XVII века примерно совпадала с природной границей широколиственных лесов и лесостепи. За ними простирались обширные восточноевропейские степи - Дикое Поле, принадлежавшее кочевникам. Хозяева его периодически менялись: в начале новой эры то были гунны и авары, в VII-X веках - хазары, затем - печенеги и половцы, с XIII века - монголо-татары, в XVII веке - крымцы и ногайцы. Основным занятием всех перечисленных народов было скотоводство, но, как и большинство кочевых народов, они постоянно совершали грабительские набеги на соседние территории.

Вполне естественно, что оседлое население, примыкающее к степной зоне - балты, угро-финны, а затем и славяне, - защищая себя, оставляли нетронутыми пограничные со степью лесные массивы. Более того, по их южному краю часто устраивали лесные завалы - наиболее простые, быстро сооружаемые и эффективные укрепления, способные если не остановить, то хотя бы задержать вражескую конницу.

Граница леса и лесостепи тянется по Русской равнине в широтном направлении, с запада на восток, поэтому с самого начала было можно соединить отдельные засечные оборонительные линии в одну, но каждое племя (а позднее - княжество), не доверяя соседям, защищалось от набегов самостоятельно и чаще всего неудачно (неслучайно с 1236 по 1480 год Русь находилась под властью Золотой Орды).

К началу XVI века русские земли объединились в Московское государство, появилась возможность создать единый рубеж обороны. Первоначально он проходил по берегу реки Оки - от города Болохова через Белёв до Калуги и далее через Серпухов и Коломну до Рязани. В официальных документах этот рубеж получил название "Берег". По его линии встали каменные укрепления Коломны и Зарайска, деревянный кремль Каширы. Источники не говорят о наличии укреплений между крепостями, известно только, что перегораживались броды и "перелазы" через Оку: устанавливались сваи и частоколы по дну и берегам. "Берег" имел постоянные гарнизоны солдат, численность которых доходила до 5000. Они вели разведку и до подхода основных сил принимали на себя первую оборону против неприятеля.

Такая "береговая" служба продолжалась до конца XVI века, а уже к середине этого века было принято решение выдвинуть оборону южнее, устроив постоянный рубеж между Брянскими и Мещерскими лесами с опорой на города Козельск, Белёв, Тулу, Венёв и Рязань. В отличие от "Берега" здесь с самого начала строили сплошную оборону, в которой крепости соединялись друг с другом лесными завалами или валами. Грандиозный по тем временам рубеж протянулся на 600 километров от Козельска до Рязани, он получил название "Засечная черта" (или просто "Черта"). Иногда его именовали "Государева заповедь".

К делу подошли со всей основательностью. Ввели специальный налог ("засецкие деньги"), для строительства пригласили иностранных инженеров, приняли законы об охране засечных лесов и учредили штат для управления засеками и надзора за ними. Все, связанное с засеками, решалось в Пушкарском приказе.

Засечная черта стала единым комплексом, состоящим из двух одинаково важных частей - линий укреплений и прилегающих к ним лесных массивов. И если засечные леса (пусть не все) хотя бы в каком-то виде дошли до наших дней, то деревянные либо земляные укрепления полностью исчезли. Такая же судьба, к сожалению, постигла практически все деревянные крепости России: мертвое дерево в отличие от живого - материал недолговечный. Однако по сохранившимся в архивах "строельным книгам" и "росписям", которые составлялись во время и сразу после строительства (в них учитывалось буквально каждое бревно), а также по материалам многочисленных археологических раскопок удалось воссоздать полный облик засечных черт.

Основными узлами обороны Черты были города-крепости, возникшие еще до XVI века, - Козельск, Белёв, Одоев, Тула, Венёв (напомним, что городом в древности называлось любое поселение, имеющее ограду). Татарские войска, стремясь к наибольшей подвижности, не применяли артиллерию, а пользовались только легким вооружением - луком и стрелами. Тем не менее все основные засечные крепости строились с расчетом на ведение пушечного боя, так как правительство рассчитывало обороняться не только против татар, но и против других возможных врагов.

Главный элемент любого города - оборонительная стена. Сначала такие стены были в плане округлыми, но с конца XVI века стали многоугольными, с прямыми линиями. Новую их форму диктовало развитие артиллерии: при округлой ограде вдоль стен образуется непростреливаемое "мертвое" пространство". На углах ограды или внутри самой крепости строили башни, которые использовали для установки артиллерийских орудий, для дозора или для проезда, они так и назывались - "дозорные", "проездные", "воротные" башни.

Стены засечных городов представляли собой довольно сложные сооружения. Высота их зависела от местоположения крепости. Если она располагалась на высоком берегу реки, то стены строились ниже, нежели в том случае, когда крепость находилась на ровном месте. Высота стен иногда доходила до 20-30 венцов, а высота башен - до 40. Очень часто по верху стен устраивали нависающие вперед выступы - обламы, в которых делали щели для метания вниз камней и бочек со смолой. В стенах прорубали несколько рядов бойниц, устанавливали гнезда (раскаты) для артиллерийских орудий. Чтобы придать стенам огнестойкость, их снаружи обмазывали глиной (что, впрочем, не спасало от пожара).

Главных дорог-шляхов, по которым двигались кочевники, было немного. Вторая группа крепостей встала как раз на таких дорогах. Все сооружение составляли небольшой острог с тыновой оградой, несколькими башнями и двумя-тремя избами для караула. Кроме острога устраивали глубоко эшелонированную оборону из дополнительных укреплений - надолбов, частоколов и так называемых опускных ворот, устройств, напоминающих современные шлагбаумы. Нередко в дополнение к острогу вперед выносили так называемые земляные городки, квадратные в плане земляные укрепления. Оборону строили так, что можно было отбивать нападение как с южной, "польской", так и с северной, "русской", стороны.

Между острогами и крепостями шли сплошные лесные завалы - засеки, протяженность которых составляла многие сотни километров. Деревья подрубали на высоте около 70 сантиметров и валили вершинами к югу, в сторону возможного удара. Ширина завала составляла около 100 метров, для чего засекали обычно три ряда деревьев. Дополнительно к завалу, как уже говорилось, создавали искусственные укрепления - частоколы, надолбы, волчьи ямы. Максимально использовали естественные преграды - реки, овраги, болота...

Кое-где строили две, три линии завалов, и не только с южного, но и северного края Черты, чтобы наносить удары при возвращении противника из набега. Легко себе представить, как сложно было переправить конницу через ряды поваленных деревьев.

Завалы делали так, чтобы не разрушалась лесная полоса, чтобы оставалась возможность подсаживать молодые деревья и, таким образом, сохранять лес на будущее.

К укреплениям примыкали лесные массивы шириной обычно 3-5 километров, а кое-где и 15-20. В засечных лесах царил, как сказали бы мы сегодня, заповедный режим: не разрешалось распахивать землю, рубить деревья, охотиться, собирать грибы, ягоды и даже просто заходить в лес - "дабы не накладывать стежек". За нарушение правил полагался штраф, а в каких-то случаях и смертная казнь. Нужно сказать, что плотность населения в районе Черты была всегда велика, а значит, велик был и спрос на древесину. И тем не менее за ее использованием следили строго.

Засечная черта административно делилась на звенья, называвшиеся соответственно по ближайшим населенным пунктам - Рязанские, Венёвские, Тульские, Крапивенские, Козельские, Одоевские, Лихвинские, Перемышльские и другие. Звенья отделялись одно от другого "воротами", то есть дорогами, проходящими через засечную полосу с юга на север, и перекрытыми крепостями. У каждого звена - свой управляющий, засечный голова, назначаемый из дворян, а также засечные приказчики и сторожа, которые должны были обеспечивать охрану лесов. Все непорядки на Черте заносились в особые Дозорные книги, многие из которых дошли до нашего времени и находятся в фондах Государственного архива древних актов.

Служба на Засечной черте функционировала четко. Передовые посты вели постоянное наблюдение, а разведку высылали далеко в Дикое Поле, чтобы как можно раньше узнать, если соседи выступили в набег. Обычно вражеские отряды удавалось обнаружить еще в степи, до соприкосновения с укреплениями (для лучшей видимости, а также для того, чтобы лишить вражескую конницу корма, дозоры нередко предпринимали обширные пожоги травы).

Весть о приближающемся неприятеле передавали с помощью костров и зеркал на сигнальных вышках. Гарнизоны ближайших крепостей приводили в боевую готовность, жители же деревень прятались в крепостях, а скот уводили в леса. Тем временем гонцы спешили в ближайший крупный город за военной подмогой. Бои в засеках не были позиционными, их главная задача - задержать, измотать и ослабить противника, дать время жителям спрятаться.

Государство постоянно следило за состоянием Черты. После набегов (примерно раз в 20 лет) из Москвы снаряжали экспедиции для дозора засек. Укрепления ремонтировали, завалы подновляли. Масштабные реконструкции Черты проводили в 1566, 1570, 1638, 1659, 1679 годах. В 1566 году засеки посетил с личным дозором Иван Грозный.

К середине XVI века были созданы Ряжские и Шацкие засеки для защиты от вторжения с востока. После присоединения к России Левобережной Украины (середина XVII века) оформилась Белгородская черта длиной 800 километров.

Со временем границы Российского государства расширялись, возникла необходимость в новых оборонительных рубежах, и Заокская засечная черта постепенно стала терять свое стратегическое значение. На протяжении каких-то 15 лет (1585-1599) на южных границах появилось сразу более десятка городов-крепостей - Воронеж, Ливны, Елец, Оскол, Кромы, Курск, Белгород, Валуйки, Царев-Борисов и некоторые другие. Отсыпано не менее 250 километров земляных валов.

Тогда же по границе завоеванного Иваном Грозным Среднего Поволжья были устроены Симбирские и Закамские засеки. Рубеж, образованный этими тремя чертами, протянулся на 2000 километров от Харькова через Тамбов в Заволжье. А к концу 70-х годов XVII века он был дополнен 600-километровыми Изюмскими и Сызранскими засеками, соединившимися с Симбирской чертой. В XVIII веке, когда завершается строительство Оренбургской черты, общая длина засек в России составляла около 3700 километров.

К началу XVIII века Дикое Поле было покорено: степи и Крым вошли в состав России, набеги кочевников с юга прекратились. Отпала нужда заботиться о засечных оборонительных рубежах. И они стали разрушаться. Однако меры по сохранению самих засечных лесов продолжали предприниматься, например, в 1723 году Петр I издал указ, предписывающий "старозасечные черты досмотреть... и учинить... чертежи", а где "лес опустошен... посеять желудьми дубовыми". И тем не менее леса около бывших засек быстро уничтожались: здесь всегда местность была густо заселена, и древесины требовалось много. В XVIII веке большинство лесов продали в частное владение, и их в основном вырубили, многие участки распахали - тому способствовало исключительное плодородие засечных почв.

Приходилось слышать мнение, что засеки в свое время нанесли урон природе - ведь сколько взрослых, лучших деревьев ушло на устройство завалов. Однако такая точка зрения не более чем курьез. Ущерб от завалов многократно перекрывала польза, которую принесла охрана огромных лесных площадей, прилегающих к засекам.

Что же осталось от засечных лесов сегодня? Сохранились ли они? Да, эти территории в значительной мере продолжают существовать как лесные, хотя, конечно, те, старые, вековые, леса в основном вырублены, их заменили менее ценные породы, часто мелколиственные. На современных картах легко угадать места бывших засечных массивов - это участки сплошного леса, вытянутые с запада на восток и ограниченные с севера и юга плотно заселенной местностью. Массивы, непрерывные на протяжении десятков километров. В них сохранилось много редких растений и животных.

Остатки Заокской засечной черты - самый крупный ареал широколиственных лесов не только в России, но и в Европе. Большое экологическое значение имеют леса и других засечных черт. Несмотря на все порубки и распашки, большинство широколиственных лесов в Белгородской, Липецкой, Рязанской, Тульской, Тамбовской, Пензенской, Самарской областях и сегодня представляют собой именно старозасечные леса. И с полным основанием можно сказать: утратив к XVIII веку оборонительное значение, Засечные черты продолжают ныне играть важную роль в "экологической обороне", являясь хранителями животного и растительного мира.

Все засечные леса представляют собой единственную в своем роде экспериментальную площадку для ученых-экологов. Экология изучает эволюцию растительности и почвенного покрова, восстанов ление экосистем после хозяйственных воздействий (рубок, распашек), после пожаров. Эти процессы длятся десятилетиями и столетиями, оттого столь трудно здесь организовать и осуществить модельные эксперименты. Поэтому такую ценность для науки имеют участки, состояние которых фиксировалось в исторических документах. Засеки в этом выгодно отличаются от других территорий: начиная с XVI века есть письменные свидетельства об их состоянии. Это дозорные книги засек, писцовые, многочисленные документы о продаже засечных лесов, из которых можно почерпнуть богатую информацию о возрасте и составе древостоев, об использовании земель и другие сведения.

Именно в засеках сохранились некоторые участки, вероятно, вообще не испытавшие рубок (например, в заповеднике "Калужские засеки"). Изучение таких первозданных биологических сообществ является "ключом" для многих теоретических построений в лесной экологии.

В 1989-1992 годах одна из независимых экологических лабораторий провела комплексные исследования Заокской черты и предложила проект ее восстановления и охраны. К сожалению, проект "лег под сукно". Между тем еще не поздно принять меры к тому, чтобы не забывалась хотя бы история засек: рассказывать о них школьникам в программах по истории или географии, организовать экологическое просвещение в краеведческих и биологических музеях. И кто знает, может быть, среди будущих поколений найдутся неравнодушные люди, которые, хотя бы частично, возродят "зеленые стены России", и на месте голых пустошей снова зашумят широколиственные леса.

Т. БЕЛЯЕВА, почвовед.

"Наука и жизнь": Зеленые стены России

Средний:

Рейтинг: 5 (2 голоса)

 

www.history-ryazan.ru