5.Формы собственности, обязательства, право наследования в Древнерусском государстве. Имущество в древней руси


5.Формы собственности, обязательства, право наследования в Древнерусском государстве.

Гражданско-правовые отношения в Киевской Руси регулировались нормами обычного и церковного права. В Русской Правде появляются нормы обязательственного и наследственного права.

Содержание права собственности по РП различалось в зависимости от субъекта-собственника и объекта собственности. Нормы РП защищают частную собственность, регулируют порядок ее передачи по наследству, по обязательствам и договорам. Объектом собственности первоначально были вещи, принадлежащие человеку (конь, боевое снаряжение, одежда), позднее объектом собственности становится земля и другие виды угодий.

Гражданские обязательства в Древней Руси допускались только между свободными лицами и возникали или из договора, или из причинения вреда. Договоры заключались в устной форме, при свидетелях, на торгу или в присутствии специального лица - мытника. В РП упоминаются следующие договоры: купля-продажа, мена, займ, личный найм, хранение, поручение и др. Предметом купли-продажи могли быть люди, вещи; существовал институт самопродажи. Условиями действительности договоров купли-продажи и мены было отсутствие пороков в продаваемой вещи, приобретение вещи за деньги от ее собственника, присутствие двух свободных свидетелей и трезвое состояние продавца и покупателя.

Различался займ с процентами и без процентов. Заем с процентами, превышавший три гривны, требовал свидетелей, удостоверявших договор в случае спора. В займах до 3 гривен ответчик очищал себя присягой. Заем до одного рубля обеспечивался поручительством, а выше рубля - письменным актом и закладом. Обязательства возникали и в результате правонарушений гражданского характера. С целью предупредить споры о цене испорченных и уничтоженных предметов РП определяла стоимость ряда предметов (княжеский конь с пятном ценился 3 гривны, а кони смердов - 2 гривны). Остальные предметы имели цену без различия владельцев.

Для наследственного права важное значение имела социальная принадлежность субъектов. Дочери бояр и дружинников имели право наследования, а у смердов наследовать могли лишь сыновья, при отсутствии сыновей имущество считалось выморочным и поступало в пользу князя. Наследственная масса делилась между сыновьями поровну, но младший сын имел преимущество - он получал двор отца. Незаконнорожденные дети наследственных прав не имели, но если их матерью была раба-наложница, то они вместе с ней получали свободу.

6. Понятие преступления, виды преступлений и наказаний в Древнерусском государстве.

Уголовное право и процесс достаточно подробно регулируются нормами РП. Преступление (П) по РП определяется термином «обида», т. е. причинение морального или материального ущерба лицу или группе лиц, а не нарушение закона или государственной воли. П не отграничивается в законе от деликта.

Объект П - личность и имущество. Объективная сторона П делится на две стадии: покушение на П и оконченное П. В РП проявляются зачатки понятия «соучастие», но еще нет разделения на роли соучастников. Все соучастники П отвечают поровну. Имеется представление о превышении пределов необходимой обороны. К смягчающим обстоятельствам РП относит состояние опьянения, к отягчающим - корыстный умысел. Субъект П - все физические лица, за исключением рабов.

Субъективная сторона П включает умысел или неосторожность.

РП еще не знает возрастного ограничения уголовной ответственности, понятия невменяемости, разграничения мотивов П. Среди имущественных Пнаибольшее внимание РП уделяет краже (татьбе). Наиболее тяжким видом татьбы считалось конокрадство, ибо конь был важнейшим средством производства, а также и боевым имуществом. К имущественным П также относились разбой, уничтожение чужого имущества, угон, повреждение межевых знаков, поджог, злостная неуплата долга.

П против личности: убийство, нанесение увечий и других телесных повреждений, оскорбление действием. Система наказаний по РП довольно простая. Высшая мера наказания - ≪поток и разграбление≫, назначалась за убийство в разбое, поджог и конокрадство. Наказание заключалось в конфискации имущества и обращении преступника вместе с семьей в рабство. Следующим по тяжести видом наказания была ≪вира≫ - штраф, который назначался только за убийство. Если за преступника платила община, то это называлось ≪дикой вирой≫. За нанесение увечий, тяжких телесных повреждений назначались ≪полувиры≫. Все остальные П наказывались ≪продажей≫ - штрафом, размер которого зависел от тяжести П. Продажа поступала в казну, а потерпевший получал ≪урок≫ - денежное возмещение за причиненный ущерб. Смертная казнь в РП не упоминается, хотя применялась на практике.

studfiles.net

Право собственности и владения в Киевской Руси

Нормы гражданского права Киевской Руси четко не очерчивали Права собственности в современном понимании, поскольку ни субъекта, ни объекта вещного права конкретно не был определен. Правда " Русская правда "различает право собственности - собственность князя, бояр, церкви на борт, полеводческие ограничения и т.п. и право владения - фактическое пользование какой-то вещью. В роде субъекта права собственности и владения выступают физические (князь, боярин, тиун, смерд) и юридические (монастыри, верви, роды, епископства) лица. То есть можно говорить как об индивидуальном, так и общественное право собственности Объектом права собственности были одежда, украшения, земля, дома, борт, рабы (их дети, имущество и продукты труда), лодки, скот и птица, вещи (оружие, орудия труда) и т.д.

Земля считалась собственностью государства (князя), а все землевладельцы фактически были землепользователями на различных условиях. Феодальная собственность на землю существовала в виде княжеского домена (жребия) боярских вотчин, монастырских угодий. Источниками приобретения права собственности на землю считались: освоение пустошей явочным порядком, заем, захват силой в общин, получение за службу в виде феода. Вотчина (унаследованное земельное владение) состояла из частной собственности на палаты (хоромы) хозяина, жилья для слуг, челяди, холопов, смердов, орудия труда, земельные угодья, леса, борт, охотничьи и промысловые участки. Все животные на них тоже считались частной собственностью.

Собственник движимого имущества пользовался, владел и распоряжался им по своему усмотрению, ему гарантировался судебную защиту права собственности (возврата вещи, возмещения повреждения, ущерба). Частная собственность охранялась штрафными санкциями, размер которых зависел от вида и количества украденного, места совершения преступления (в поле или в оцарку).

Право собственности наследовалось по завещанию и по закону. Об этом есть упоминание уже в соглашении 911 г. Руси с Византией. Унаследовать могли только сыновья умершего (двор обязательно доставался младшему по принципу минорату), а при их отсутствии - братья. Только боярская собственность могла добраться дочерям (право - привилегия. Если дети у умершего несовершеннолетние, - ими и их частной собственностью хозяйничали опекуны: мать, близкие родственники, добрые люди, церковь, которые возвращали имущество при достижении совершеннолетия. По праву обязательств собственность можно было покупать, продавать, давать взаймы, аренду, залог, аренду, кладь т.д.

Ключевые понятия: собственность, объект, субъект, владения, пользования, распоряжения, наследования, обязательственные действия.

histua.com

право собственности, виды обязательств, наследование, семья, брак, понятие и виды преступлений, система наказаний. Судопроизводство в Древнерусском государстве — КиберПедия

Гражданско-правовые отношения в Киевской Руси регулировались нормами обычного и церковного права. В РП появляются нормы обязательственного инаследственного права. Содержание права собственности по РП различалось в зависимости от субъекта-собственника и объекта собственности. Нормы РП защищают частную собственность, регулируют порядок ее передачи по наследству, по обязательствам идоговорам.

Объектом собственности первоначально были вещи, принадлежащие человеку (конь, боевое снаряжение, одежда), позднее объектом собственности становится земля и другие виды угодий. Гражданские обязательства в Древней Руси допускались только между свободными лицами ивозникали или из договора, или из причинения вреда. Договоры заключались в устной форме, при свидетелях, на торгу или в присутствии специального лица - мытника. В РП упоминаются следующие договоры: купля-продажа, мена, займ, личный найм, хранение, поручение и др. Предметом купли-продажи могли быть люди, вещи; существовал институт самопродажи. Условиями действительности договоров купли-продажи и мены было отсутствие пороков в продаваемой вещи, приобретение вещи за деньги от ее собственника, присутствие двух свободных свидетелей итрезвое состояние продавца и покупателя. Различался займ с процентами и без процентов. Заем с процентами, превышавший три гривны, требовал свидетелей удостоверявших договор в случае спора. В займах до 3 гривен ответчик очищал себя присягой. Заем до одного рубля обеспечивался поручительством, а выше рубля - письменным актом и закладом.

Обязательства возникали и в результате правонарушений гражданского характера. С целью предупредить споры о цене испорченных и уничтоженных предметов РП определяла стоимость ряда предметов (княжеский конь с пятном ценился 3 гривны, акони смердов - 2 гривны). Остальные предметы имели цену без различия владельцев.

Для наследственного права важное значение имела социальная принадлежность субъектов. Дочери бояр и дружинников имели право наследования, а у смердов

наследовать могли лишь сыновья, при отсутствии сыновей имущество считалось выморочным и поступало в пользу князя. Наследственная масса делилась между

сыновьями поровну, но младший сын имел преимущество - он получал двор отца. Незаконнорожденные дети наследственных прав не имели, но если их матерью была

раба-наложница, то они вместе сней получали свободу. Для древнерусского права характерен классический состязательный процесс с процессуальным равенством сторон при пассивной роли суда. Суда был гласным и открытым взору народа. Судопроизводство носило устный характер.

 

Суды не были отделены от княжеской администрации. Каких-то особых форм судебного процесса не было, он не разделялся на уголовный и гражданский. Вместе с тем, только по уголовным делам было возможно гонение следа, т.е. расследование преступления по горячим следам. Особой формой предварительного расследования дела был свод. Свод начинался закличем - публичным объявлением о краже. Если законный собственник находил человека со своей вещью, тот (новый владелец вещи) должен был объяснить, где и у кого он ее приобрел и так дальше; человек, который не мог объяснить происхождение похищенной вещи, объявлялся вором и подлежал соответствующей ответственности. Крайним (т.е. вором) объявлялся также тот, в чьих руках находилась вещь до того, как ее следы уходили в другую землю. Также собственник забирал свою вещь, если свод доходил до третьего, а третий сам продолжал свод.

 

Свидетели делились на послухов (рассказывали про образ жизни подозреваемого и пр.) и видоков (очевидцев происшествия). Были и вещественные доказательства (например, поличное - украденная вещь).

 

Особым видом доказательства была ордалия, выделялись испытания железом, испытания водой.

 

Сословия: городское(посадское население : боярство,духовенство, купечество,ремесленники,рабочие,торговцы) и смерды-общинники: платили налоги и выполн обяз только в пользу гос-ва – были свободными, а смерды крепостные(находивш в кабале), закупы (работающий у феодала за плату), холопы (собственность господина) –зависимые.

Понятие и виды преступлений: преступление-нарушение закона или княжеской воли,причинен морального или материал вреда. Объектом преступления были личность и имущ-во. Виды преступлений: покушение на прустпление(достать меч,но не ударить) и оконченное преступление. Существовало определение соучастников, повторность преступления. Преступление предполагало умысел и неосторожность. Существовали имущественные преступления: разбой не отличимый от грабежа, кража, уничтожение чужого имущества, угон, поджог, конокрадство

Наказания: высшей мерой наказния явл поток и разграбление(за убийство и поджог, конокрадство)- выдача преступника в рабство и конфискац имущ-ва.

Вира0 штраф за убийство, родственникам уплачиволось головничество. Существовала дикая вира- налагалась на всю общину(круговая порука)

Продажа-штраф в зависимости от тяж-ти преступления

Брак: запрещалось многоженство, наложничество, своевольный развод, браки между близк родственниками, устанавливался порядок разделения имущества супругов

Владимиро-суздальское: Андрей Боголюбский перенес центр из киева во Владимир,назначил посадников в города, усилилась власть князя. Поместное землевладение; князья даровали вассалам права на суд, налоги. Вотчинная монархия, приоритет князя над боярами. Вотчина: дворцовая, боярская и черная

Галицко-волынское княжество: сословное-представительская монархия(вассал моего вассала не мой вассал) боярский совет имел широкое влияние

Вопрос 8

Процесс феодальной раздробленности и его особенности на Руси. Образование суверенных государств-княжеств и их правовой статус. Владимирско-Суздальское и Галицко-Волынское княжества: сравнительный анализ.

Феодальная раздробленность Руси оформилась в конце первой трети XIIв., после смерти вел. кн. Мстислава Владимировича Великого. Предпосылки для раздробленности создала знаменитая резолюция Любечского съезда (съезда князей) 1097 года: "Каждый да держит вотчину свою" После этого князья постепенно перестали признавать свою зависимость от киевского великого князя.

Долгое время отечественная историография отрицала наличие феодализма в средневековой Руси, считая, что на Руси существовала особая, удельная общественная система, т.к. не было четко выраженной (по западноевропейскому образцу) сюзеренно-вассальной системы. Средневековое русское право не было похоже на западноевропейское классическое феодальное право.

С другой стороны, если шире посмотреть на состояние вещей, сюзерены и вассалы в средневековой Руси все же существовали. Так, в XII-XIIIвв. Большое развитие получила система иммунитетов, освобождавших боярские вотчины и удельные княжества, а также монастыри от (велико)княжеского управления и суда. Старшими сюзеренами были великие князья, им подчинялись удельные князья, вассалами первого уровня являлись бояре, владевшие своими вотчинами, и монастыри, которым принадлежали обширные земельные угодья. В одних руках (княжеских и боярских), как и в Западной Европе, объединялись имущественные и государственно-властные полномочия.

Феодальная раздробленность на Руси имела свою специфику, в частности, этому способствовало татаро-монгольское иго в XIII-XVвв.

Феодальная раздробленность в нашей стране имела два основных этапа: первый - XII-XIIIвв. (до татаро-монгольского нашествия) и второй - XIII-XVвв. (период утраты национального суверенитета)

Причины распада Древнерусского государства:

Потеря Киевом авторитета

а) борьба за киевский престол сопровождалась войнами

б) давление кочевников® уход населения в спокойные районы

2. ослабление пути «из варяг в греки» (перестал приносить доход)

3. Экономические. Самодостаточная система натурального хозяйства ограничивала товарооборот между землями и способствовала их изоляции.

cyberpedia.su

Имущественные отношения по Русской Правде

⇐ ПредыдущаяСтр 2 из 5Следующая ⇒

Русская Правда содержит в себе прежде всего нормы уголовного, наследственного, торгового и процессуального законодательства; является главным источником правовых, социальных и экономических отношений восточных славян.

Обязательство представляет собой правоотношение, в силу которого лицо, нарушившее интересы другого лица, обязано совершить определенные действия в пользу потерпевшего В Русской Правде обязательства из деликтов влекут ответственность в виде штрафов и возмещения убытков. Укрывающий холопа должен вернуть его и заплатить штраф (ст. Краткой Правды). Взявший чужое имущество (коня, одежду) должен вернуть его и заплатить 3 гривны штрафа (ст. ст. 12, 13 Краткой Правды).

Договорные обязательства оформляются в систему при становлении частной собственности, но понятия абстрактного понятия договора еще не существует. Позднее под договором стали понимать соглашение двух или нескольких лиц, в результате которого у сторон возникают юридические права и обязанности. В Древней Руси существовало несколько разновидностей договоров. Право собственности и обязательственные отношения.Древнерусское законодательство знало довольно развитую систему норм, регулирующих имущественные отношения. В законе отражаются отношения собственности, предусмотрена правовая защита как недвижимого, так и движимого имущества. Феодализм характеризуется наличием полной собственности феодала на средства производства и неполной собственности на работника. При этом феодально-зависимый крестьянин также наделен определенными средствами производства. Феодальная собственность на Руси возникает на базе распада первобытнообщинных отношений.

Обязательствавозникали из причинения вреда и из договоров. Например, человек, нанесший ранение другому человеку, кроме уголовного штрафа должен был оплатить убытки потерпевшего, в том числе услуги врача. Для древнерусского обязательственного права характерно обращение взыскания не только на имущество, но и на саму личность должника, а порой даже на его жену и на детей. Так, злостного банкрота можно было продать в холопы. Русская Правда знает определенную систему договоров. Наиболее полно регламентирован договор займа.

Вопрос об имущественных отношениях между супругами не со­всем ясен. Очевидно, однако, что жена имела определенную имуще­ственную самостоятельность. Закон допускал имущественные споры между супругами. Жена сохраняла право собственности на свое при­даное и могла передавать его по наследству. Дети находились в полной зависимости от родителей, особенно от отца, имевшего над ними почти безграничную власть. Наследственное право. Понятие наследства возникает непосред­ственно с появлением частной собственности; вместе с тем наследст­венное право восточных славян, получившее распространение после образования Древнерусского государства, сохраняло многие черты патриархальных отношений.

При наследовании по закону, т.е. без завещания, преимущества имели сыновья умершего, к ним же переходили и военные обязанности отца. При наличии сыновей дочери не получали ничего (на наследников возлагалась лишь обязанность вы­дать сестер замуж). Наследственная масса делилась, очевидно, по­ровну, но младший сын имел преимущество — он получал двор отца. Незаконные дети наследственных прав не имели, но если их матерью была раба-наложница, то они вместе с ней получали свободу. Право отца распоряжаться имуществом при составлении завещания не ог­раничивалось. Исключение из этого правила состояло в том, что он не мог завещать имущество дочерям.

Уголовное право по Русской Правде + виды наказаний
Древнерусское законодательство большое внимание уделяет уголовному праву. Ему посвящено много статей Русской Правды, уголовно-правовые нормы есть и в княжеских уставах. Cвоеобразно трактует Русская Правда общее понятие преступления: преступно только то, что причиняет непосредственный ущерб конкретному человеку, его личности или имуществу. Отсюда и термин для обозначения преступления - "обида". Cоответственно пониманию преступления как "обиды" строится в Русской Правде и система преступлений. Русская Правда знает лишь два рода преступлений - против личности и имущественные. В ней нет ни государственных, ни должностных, ни иных родов преступлений. Это не означало, конечно, что выступления против княжеской власти проходило безнаказанно. Просто в таких случаях применялась непосредственная расправа без суда и следствия. Вспомним, как поступила княгиня Ольга с убийцами своего мужа. В уголовном праве особенно ярко проявляется классовая природа феодального права, открыто встающего на защиту господствующего класса и пренебрегающего интересами трудящихся. Это отчетливо видно при рассмотрении отдельных элементов состава преступления. Так, субъектом преступления может быть любой человек, кроме холопа. За действия холопа отвечает его господин. Однако в некоторых случаях потерпевший может сам расправиться с холопом-обидчиком, не обращаясь к государственным органам, вплоть до убийства холопа, посягнувшего на свободного человека. Русская Правда не знает еще возрастного ограниченияуголовной ответственности,понятия невменяемости. В литературе высказывалось суждение, что опьянение по Русской Правде смягчало ответственность (убийство на пиру). В действительности при убийстве в драке имеет значение не состояние опьянения, а элемент простой ссоры между равными людьми. Больше того, Русская Правда знает случаи, когда опьянение вызывает повышенную ответственность. Так, если хозяин закупа бьет его под пьяную руку, то теряет этого закупа со всеми его долгами; купец, пропивший доверенный ему чужой товар, отвечает не только в гражданском, но и в уголовном порядке, притом весьма строго. Русской Правде известно понятие соучастия. Эта проблема решается просто: все соучастники преступления отвечают поровну, распределение функций между ними пока не отмечается. Русская Правда различает ответственность в зависимости от субъективной стороны преступления. В ней нет различия между умыслом и неосторожностью, но различаются два вида умысла - прямой и косвенный. Это отмечается при ответственности за убийство: убийство в разбое карается высшей мерой наказания - потоком и разграблением, убийство же в сваде (драке) - только вирой. Состояние аффекта исключает ответственность. Что касается объективной стороны состава преступления, то подавляющее число преступлений совершается путем действия. Лишь в весьма немногих случаях наказуемо и преступное бездействие (утайка находки, длительное невозвращение долга). Наиболее ярко классовая природа древнерусского права выступает при анализе объекта преступного посягательства. Ответственность резко различается в зависимости от социальной принадлежности потерпевшего. Среди имущественных преступлений наибольшее внимание Русская Правда уделяет краже (татьбе). Наиболее тяжким видом татьбы считалось конокрадство, ибо конь был важнейшим средством производства, а также и боевым имуществом. Известно и преступное уничтожение чужого имущества путем поджога, наказуемое потоком и разграблением. Суровость наказания за поджог определяется, очевидно, тремя обстоятельствами. Поджог - наиболее легкодоступный, а потому и наиболее опасный способ уничтожения чужого имущества. Он нередко применялся как средство классовой борьбы, когда закабаляемые крестьяне хотели отомстить своему господину. Наконец, поджог имел повышенную социальную опасность, поскольку в деревянной Руси от одного дома или сарая могло сгореть целое село или даже город. В зимних условиях это могло привести и к гибели массы людей, оставшихся без крова и предметов первой необходимости. Cистема наказаний Русской Правды еще довольно проста, а сами наказания сравнительно мягкие. Высшей мерой наказания, как уже отмечалось, был поток и разграбление. Сущность этой меры не совсем ясна. Во всяком случае, в разное время и в разных местах поток и разграбление понимался по-разному. Иногда это означало убийство осужденного и прямое растаскивание его имущества, иногда - изгнание и конфискацию имущества, иногда - продажу в холопы. Следующей по тяжести мерой наказания была вира,назначавшаяся только за убийство. Если за преступника расплачивалась его вервь, то это называлось дикой вирой. За основную массу преступлений наказанием была так называемая продажа - уголовный штраф. Ее размеры были различны в зависимости от преступления. Виры и продажи, шедшие в пользу князя, сопровождались возмещением ущерба потерпевшему или его семье. Вире сопутствовало головничество, размер которого нам не известен, продаже - урок.

 

Судебный процесс по Русской Правде + стадии, наказания
Древнейшей формой судебного процесса был суд общины, члены которой в равной степени обладали правами и обязанностями тяни в судебных разбирательствах. Состязательность сторон сохранялась долгое время, поэтому процесс в Древней Руси называют состязательным (реже - обвинительным). Ему присущи такие отличительные Черты, как относительное равенство сторон и их активность при рассмотрении дела в сборе доказательств и улик. Поводами к возбуждению процесса служили жалобы истцов, захват преступника на месте преступления, факт совершения преступления. Судебный процесс в Древней Руси делился натри стадии и начинался по жалобе потерпевшего. Первая стадия называлась заклич. В людном месте потерпевший сообщал о преступлении, например, о краже своего имущества. Пропавшее имущество подробно описывалось, чтобы его можно было опознать среди другого имущества. Затем наступалавторая судебная стадия - свод. Тот, у которого пропажа обнаруживалась, должен был указать, у кого он приобрел украденную вещь. "Свод" продолжался до тех пор, пока не обнаруживался человек, не способный объяснить, как к нему попала украденная вещь. Этот человек признавался виновным. Если вторая стадия не увенчалась успехом, переходили к третьей стадии, называвшейся гонение следа. Она представляла собой розыск преступника и поиск доказательств. Такой поиск проводился либо самим потерпевшим и его родственниками, либо членами общины. Основными доказательствами были свидетельства очевидцев и обнаружение самих украденных вещей в руках или на дворе обвиняемого. Доказательствами считались всевозможные испытания - водой, железом... Сторонами приносилась присяга - словесная клятва. По гражданским делам кидался жребий. До XVI в. в качестве судебного доказательства сохранился древний обычай биться с оружием или в рукопашную на поединке - поле. Смертная казнь и телесные наказания действительно не упоминались в Русской Правде. Однако согласно летописям они существовали. Задолго до появления Русской Правды на Руси был распространен обычай решать спор на судебном поединке - поле. Кто одолеет в бою, тот и выигрывал дело. Русская Правда умалчивала о том, что этот обычай был сохранен и позднее, вплоть до XVI в. Существует мнение, что эти пробелы не случайны и связаны с влиянием духовенства, которое протестовало против сохранения языческих, "туземных", традиций в правовой системе Руси.

 

Читайте также:

lektsia.com

Правовой статус женщины на Руси в IX-XVI вв

Право на владение и распоряжение имуществом, земельной собственностью

Положение женщины в русском феодальном обществе IX – XVI вв. не может быть обрисовано с достаточной полнотой без исследования дееспособности представительниц различных классов и социальных групп в имущественно-правовой сфере. Эта проблема не только связана с историей развития древнерусского права в целом и семейного в частности, но и помогает найти ответы на таки важнейшие вопросы, как например, истоки неравноправия женщин, их имущественные права в соотношении с нормативами древнерусского феодального законодательства и реального социального положения женщин, возможности и широта имущественно-правовой и социальной самостоятельности[29].

Законодательные нормы, касавшиеся имущественного статуса представительниц разных классов и социальных групп и действовавшие в период от Русской Правды (РП) до первого общерусского Судебника, уходят корнями в глубокую древность, в эпоху складывания феодальных отношений. Первое упоминание о полномочиях женщин на владение определенным имуществом содержит уже один из наиболее ранних юридических памятников – Договор 911 г. Олега с Византией, утвердивший право женщины сохранить за собой часть общего с мужем имущества даже в случае, если муж совершил убийство и предстал перед законом. Иными словами, в том имуществе, которое получала жена преступника «по закону», имелся и ее собственный выдел, «часть», отдельная от мужниной (ибо в статье речь идет об отдаче «его части», т. е. части мужа, родственникам).

Понятие «часть», на которую имела право и которой располагала женщина, вошло в юридический быт вместе с первой кодификацией законов. О ней упоминается в статьях Пространной Правды (ПП) об имущественных правах женщин в семьях смердов, «свободных мужей» и привилегированного сословия. О том, что и «робы» могли обладать какой-либо собственностью, нормативные источники столь раннего времени ничего не сообщают.

Женское имущественное владение, именуемое в РП «частью», вероятно, включало приданое и не входящее в его состав некоторое парафернальное имущество – собственность жены, которой она могла распоряжаться по своему усмотрению. Впоследствии парафернальное имущество жены передавалось мужу только на основе доверенности, а обеспечением добросовестности управления им служила законная ипотека на имуществе мужа в пользу жены[30].

Существование приданого в древнейший период истории Руси доказано еще в XIX в., хотя и РП, и другие нормативные акты того времени не знают данного термина. Свидетельство летописца указывает на существование приданого еще в древнем обычном праве, что позволяет усомниться в правильности утверждения о том, что институт приданого был заимствованием византийских юридических норм. Владение приданым, по РП, присуще людям из среды почти всех классов и социальных групп феодального общества, в том числе и смердам. Сам термин «приданое» появляется в актах не ранее конца XV в. (в Судебнике 1497 г[31]. есть упоминание о «приданом холопе»). Первые рядные договоры о назначении приданого встречаются лишь в середине XVI в. Что касается свидетельств ненормативного характера о назначении приданого, то от рассматриваемого времени (до конца XVI в.) их до нас дошло очень мало.

Сложнее вопрос о том, владела ли женщина чем-либо помимо приданого. О существовании параферналъного имущества жены в первом браке нет прямых сведений в русских памятниках. Но следует обратить внимание на определенное Уставом князя Ярослава взыскание за покражу «свадебного» и «сгородного».

Первый термин относительно ясен: это то, что получала невеста при свадьбе. «Сгородное» – термин менее понятный. Он по-разному описан в различных списках Устава и не объяснен до сих пор. Существование в русском юридическом быте брачного сговора позволяет предположить, что «сговорное» («сгородное») являлось либо одной из составляющих приданого, либо частью или даже самим парафернальным имуществом, приносимым женой в дом мужа.

Более понятной представляется структура «части», которой владела женщина в связи с вторичным замужеством. По-видимому, это, прежде всего то же приданое, по отношению к которому древнерусские женщины обладали правом не только владения, но и распоряжения. Иначе было бы необъяснимым появление самостоятельной собственности женщины в браке, а между тем уже Устав князя Владимира считает принципиально возможным спор по поводу имущества. Тот же Устав предполагает возможность конфликта вдовы с братьями, снохой, свекровью и собственными детьми по поводу имущества. Трудно согласиться с тем, что это установление было введено с целью ограничения дееспособности женщины путем передачи вопросов об имуществе в ведение церковной юрисдикции, действовавшей на основании аналогичных казусов в византийских законах и ограничивавших права женщин. Здесь необходимо найти свидетельства развития имущественных прав женщин, состоявших в браке[32].

Во-первых, тот факт, что кредиторы мужа обращали свое, взыскание против жены, подтверждает наличие у жены определенного имущества. Во-вторых, в Уставе князя Ярослава муж предстает посягателем на имущество супруги. В-третьих, ст. 36 Псковской судной грамоты (ПСГ)[33] также свидетельствует о том, что жена могла являться истцом в деле взыскания долга по неформальным документам. В-четвертых, договор Новгорода с немцами 1269 – 1270 гг. подчеркнул не только отсутствие общности имущества супругов, но и наличие тайной ипотеки на имуществе жены, т. е. невозможность использования ее имущества под залог имущественных сделок мужа. (Материальную ответственность за долги мужа жена несла лишь в случае его смерти, став наследницей его движимости и недвижимости)[34].

Отметим, что тенденция имущественной неответственности супруги не сразу утвердилась в русском законодательстве. Несмотря на то, что русско-византийский договор X в. ввел ее в одну из своих статей, РП еще требовала отдачи имущества жены на «разграбление» в случае совершения преступления мужем. Однако новгородское право XIII века вновь возвратилось к системе тайной ипотеки на имуществе жены, т. е. признало невозможность его залога, что отвечало экономическим изменениям, связанным с усилением феодализации общества.

Таким образом, законодательные памятники IX – XV вв. дают возможность утверждать, что в данный период времени женщина была социально свободная. Принадлежавшие к привилегированному сословию и выходившие замуж вторично, могли обладать помимо приданого и некоторым парафернальным имуществом, которое могло появиться у нее за годы либо супружеской жизни (как следствие свободного распоряжения своим приданым), либо вдовства при выполнении опекунских функций[35].

О развитии норм опекунского права говорит наличие в Древней Руси института женского опекунства, которого тогда еще не знало западноевропейское средневековье. Сходство же институтов опеки в Византии и Древней Руси определялось близостью систем общественно-экономического строя, а не заимствованием правовых норм.

Рассматривая эту проблему более подробно, необходимо выяснить: вступала ли вдова автоматически в права умершего супруга по отношению к детям, или же она являлась их опекуном только по закону и эта власть над детьми определялась официальным ее положением?

На основании РП можно утверждать, что знатные женщины после смерти мужа полномочно становились опекуншами малолетних детей и управляли хозяйством по праву старшинства, пользуясь добытком (имуществом) и неся ответственность за убытки лишь в случае вторичного замужества. Даже когда опекаемые становились совершеннолетними, за труды по их воспитанию матери-вдове предоставлялось право остаться в доме своих детей даже против их воли, сохраняя при этом свой выдел на содержание – «часть». Судя по Псковской судной грамоте, позже было установлено, что отказ от содержания престарелой матери должен вести к изъятию в ее пользу у недостойного сына всей части наследуемой им собственности, которую нажили совместно отец и мать. Если же женщина вторично выходила замуж, то она возвращала опекаемым всю принятую на опеку движимость и недвижимость, включая приплод от рабов и скота. Если это имущество опекаемых пускалось в оборот, то прибыль шла в пользу ближайшего родственника опекунши[36].

За счет этой прибыли возмещался, видимо, и ущерб в имуществе, принятом опекуншей после смерти завещателя.

Более поздние нормативные акты не касаются вопросов, связанных с женским опекунством. Это позволяет предполагать, что древние нормы права опеки традиционно действовали и позже.

РП в отличие от аналогичных кодексов западнославянских земель не вводит в юридический быт понятие соопекунов-мужчин при вдовах, предоставляя женщинам значительную самостоятельность. Основанием для права вдовы на опеку были не только ее соучастие в правах на общее семейное имущество, но и принципы родительской власти, авторитет матери в быту, который делал ее (хотя и на период, ограниченный вторым замужеством) полновластной главой семьи.

Рассмотренные права женщин на владение приданым и некоторым парафернальным имуществом, а для представительниц привилегированного сословия и на опекунство над детьми органически связаны с наследственным аспектом древнерусского права собственности. Именно в нормах наследственного права раскрываются эволюция и те глубокие сдвиги, которые происходили в системе личных и общественных отношений супругов, и особенно в правах женщин. Почти все древнерусские правовые документы, в том числе и РП, уделили этой области юриспруденции особое внимание.

О наследовании в низших сословиях РП дает мало сведений. В семье смерда после его смерти обеспечивались его незамужние дочери, поскольку считалось, что вышедшие замуж уже получили свою «часть» в виде приданого или в иной форме. Поскольку в статье имеется указание на всех детей, а не только на сыновей, ее можно толковать так: дочери не наследуют только при сыновьях; если сыновей нет, то имущество переходит к дочерям, а если среди них есть незамужние, то им полагается часть для приданого. Аналогично в ст. 92 РП умирающий «делит дом свой детем»[37]. Это могло означать возможность для завещателя делить имущество не только между сыновьями, но и между дочерьми: ведь наследование по завещанию могло и не совпадать с наследованием по закону, согласно ст. 94 РП о выдаче замуж незамужних сестер.

На примере развития наследственного права представительниц свободного и привилегированного населения можно проследить эволюцию права наследования, связанную с усилением феодализации общества. Изначальным этапом подобной эволюции был период господства общинного строя, когда женщине вне зависимости от ее матримониального положения отказывалось в праве наследования не только недвижимого имущества, но и движимости. Выделение какой-либо собственности в руки женщины могло тогда привести к росту рентабельности хозяйства чужого рода и, в конечном счете, к социальному неравенству. Этот этап почти не нашел отражения в древнерусских письменных источниках.

Лишь косвенное указание на существование в предшествовавшую эпоху упомянутого выше архаичного правила отстранения женщины от наследования имеется в ст. 95 РП. Согласно этой сложной по составу статье, дочь не наследует, когда она «сестра». Очевидно, ранее дочь не имела прав ни на какое семейное имущество.

Усиление феодализации общества, преобладание территориального принципа над родовым, рост социального неравенства способствовали развитию процесса приобретения знатными женщинами прав на владение и распоряжение собственностью. По нормативным актам XI – XII вв. русские женщины предстают владелицами и распорядительницами движимого имущества. Основную часть его, как уже отмечалось, составляло приданое в совокупности с парафернальным имуществом. В случае смерти супруга женщины привилегированного сословия наследовали, получая «часть», и не рассчитывали на осуществление права собственности по отношению ко всему наследству, под которым следует понимать непременно всю совокупность движимости и недвижимости семьи[38].

Вопрос о понимании структуры наследства имеет принципиальное значение, между тем досоветская и современная наука мало обращалась к нему. Если под наследством понимать только наследуемую вдовой собственность мужа, то придется согласиться с положением о том, что древнерусские женщины не имели наследственных прав, поскольку РП четко и определенно решает эту проблему. Если же под наследством иметь в виду всю совокупность собственности, т. е. приданое, парафернальное имущество жены, отдельную собственность мужа, совместно нажитую движимость и недвижимость, то нельзя не признать, что женщины в рассматриваемое время уже обладали некоторым кругом наследственных прав. Они не были и не могли быть в случае наследования по закону собственницами всего совокупного имущества семьи, хотя и пользовались им до совершеннолетия детей на правах опекунства и системы семейной иерархии.

Можно даже предположить, что запрещение получать все наследство и свидетельствует как раз о том, что женщины, становившиеся полновластными хозяйками имущества после смерти супруга, стремились закрепить свои права на все наследство, хотя по закону могли наследовать лишь его часть. Логично предположить, что на втором этапе эволюции имущественных прав наследуемой частью была только движимость. Во времена РП под «частью» подразумевалась известная сумма средств, некий выдел на содержание, находившийся в полной собственности женщин[39].

В пропорциональном отношении «часть» матери вряд ли была меньше «части» каждого из детей: если бы существовало неравенство в количественном отношении, оно было бы специально оговорено в законе. Жена же причисляется к первому ряду наследников, ее права оговариваются в первую очередь.

Особый интерес представляет ст. 94 РП, по которой переживший свою жену супруг не получал наследственной доли в имуществе покойной, а только управлял этим имуществом. На «часть» первой жены имели право только ее дети, даже если отец передал эту «часть» своей второй жене, т. е. мачехе этих детей. Кроме того, в русской науке бытовала несколько иная точка зрения насчет толкования этой статьи РП[40].

Ст. 94 РП обосновывает не только право владения имуществом жены, но и право распоряжения им. Разница между этими понятиями очевидна. Правом владения располагали и женщины на правах опекунства, но превратить общее семейное имущество в единоличную собственность не могли, как и мужья по отношению к женскому парафернальному имуществу. Не случайно при растрате имущества первой жены муж (а в случае его смерти – сводный сын) должен был, как утверждается в некоторых списках РП, возместить убыток.

Таким образом, сравнение положения вдовы и вдовца в русском законе позволяет говорить о равенстве их прав.

Еще более интересна ст. 106 РП, устанавливающая наличие у древнерусских женщин не только наследственных прав, но и права женщины в отличие от своего мужа выбирать, кому из детей передать свое наследство. По этой статье предпочтение отдавалось тому, кто проявил больше внимания к матери.

Что касается прав братьев и сестер на этом, втором этапе эволюции имущественных отношении, то они не были одинаковыми. Сестры, например, не получали всего наследства, если братья выдавали их замуж. Но если бы дочь вообще не была наследницей, то РП употребила бы именно термин «дочь», а не «сестра». Следовательно, в принципе дочери являлись наследницами, а специальное акцентирование того факта, что сестра при наличии братьев не являлась наследницей, как раз не исключает распространенности в быту наследования имущества дочерьми, а говорит о тех случаях, когда брат являлся старшим в семье и мог заменить родителей[41].

Последний, третий этап эволюции имущественных прав знатных женщин – утверждение возможности владения недвижимостью: землей, «отчиной». Этот этап зафиксирован лишь в поздних источниках. Так, суд Пскова, разбирая наследование без завещания, т. е. по закону, утверждает, что, если после смерти человека останется «отчина», жене можно было пользоваться ею пожизненно, если только она не выйдет замуж. Такое же требование предъявляется и к мужу умершей жены, после которой тоже может остаться недвижимое имущество.

В конце XIII века утверждается правило, касающееся дочерей: они получают часть «имения» и тем самым закрепляются равные права братьев и сестер на недвижимость, хотя Судебник 1497 года (ст. 60) оставил приоритетное право за братьями. Показательно, что в конце XIII в. даже незаконная жена могла претендовать на «прелюбодейную часть» в имуществе, умершего, чтобы прокормить общих с ним детей, и даже вести тяжбу с его законной женой[42].

Таков процесс эволюции приобретения представительницами господствующего класса имущественных, в частности наследственных, прав, который нашел отражение в нормативных актах IX – XV вв. Само расширение имущественных прав женщин, получение ими прав на владение недвижимой собственностью органически связано с общими экономическими и социально-классовыми изменениями, характерными для государства, развивающегося по феодальному пути и преодолевшему к началу XVI века.

Последний этап эволюции имущественных прав женщин привилегированного сословия – это свободное распоряжение и пользование ими недвижимым имуществом. Уже в берестяных грамотах конца XII – XIII вв. упоминаются женщины, владевшие недвижимым имуществом[43].

Можно сказать, что жена и сын главы большого семенного клана были должны удовлетворить земельные и денежные претензии к ним в связи с кончиной последнего. При этом претензии по поводу земельного участка выставляли не только братья покойного, но и их.

Известно женское землевладение и в княжествах. Уже в XII в. в одном из граффити Софии Киевской упомянута княгиня Всеволожая как покупатель «земли Волновой», за которую она заплатила «семьсот гривен собольиных»[44].

В памятниках XIV – XV вв. число сведений о распоряжении земельным имуществом женщинами резко увеличивается. Немало упоминаний о женском владении недвижимостью содержит эпиграфический материал.

Новгородские грамоты на бересте – это в основном бытовая, житейская переписка. Юридическая сторона ситуаций, отчетливо показанных новгородскими берестяными грамотами, может быть обоснована актовым материалом XIII – XV вв., подтверждающим дееспособность представительниц привилегированного сословия как в передаче во владение, продаже, так и в приобретении недвижимой собственности.

Акты дарения частной недвижимой собственности, совершенные самими женщинами из привилегированных социальных групп, нашли отражение в грамотах, носящих наименование «данные» и «вкладные». В комплексе документов, связанных с реализацией женщинами права собственности на недвижимость (около 400 опубликованных и найденных в архивах актов), эти грамоты преобладают.

При рассмотрении актов дарения земли женщинами – данных и вкладных грамот в пользу монастырей – немаловажным вопросом является определение частоты самостоятельных процессуальных действий женщин.

Рассматриваемая с точки зрения определения субъекта, совершившего акт дарения, совокупность грамот распадается на три группы актов[45]:

1. дарения во исполнение воли умерших мужей или других родственников мужского пола, например свекра;

2. совместные с мужем, отцом и родственниками мужского пола дарения;

3. самостоятельные действия женщин.

Тот факт, что последняя группа включает половину всех грамот данного комплекса, – серьезный аргумент в пользу распространенности процессуальных действий женщин, не зависимых от других членов семьи.

Примечательно, что некоторые из дошедших от XV в. документов отразили и альтернативные ситуации, когда муж «дает» недвижимость «по слову» жены.

Определенное распространение имели, по-видимому, и совместные дарения отца и матери своим детям. Формально добровольный акт дарения в действительности оказывался результатом длительных предшествующих экономических отношений между земельными собственниками – участниками сделки.

Примыкающая к группе данных и вкладных группа жалованных грамот представляет интерес с двух точек зрения. С одной стороны, жалованные грамоты являются ценным источником по истории иммунитета и помогают воссоздать картину судебно-фискальных прав привилегированных владелиц земли. С другой стороны, жалованные грамоты, закреплявшие разными путями переход недвижимости во владение феодалов, так же как и обычные, вкладные, характеризуют правомочность женщин в области передачи земельных владений[46].

Значительную группу актов, связанных с продажей земельных владений женщинами, представляют 33 купчие грамоты. Судя по этим грамотам, продажа недвижимости женщинами светским лицам – явление более распространенное, чем пожалования им.

Следует отметить такую форму возмездной передачи недвижимости, как «дача в куплю», предполагающая уплату за землю некоторой суммы, по-видимому, меньшей ее действительной стоимости. Покупка такого рода позволяла женщине – продавцу недвижимости владеть проданной землей до смерти с потерей права на распоряжение проданным имуществом.

Купчие, отразившие продажу недвижимости женщинами, свидетельствуют о разнообразии правовых норм, в которых проявлялась мобилизация земельной собственности.

Если считать доказанной дееспособность женщин привилегированного сословия в заключение актов дарения и продажи недвижимости в XIII – XV вв., то можно предположить, что в то время женщины свободно совершали также обмен и раздел земельной собственности, хотя документов, отражающих сделки такого рода, совершенные женщинами, значительно меньше, чем данных, жалованных и купчих.

К вопросу о дееспособности женщин в области сбыта имущества относится и реализация их права на заклад и налог недвижимости, ибо женщины привилегированного сословия, несомненно, обладали этим правом. Таким образом, рассмотренный материал об участии женщин в дарении, продаже, обмене, залоге недвижимой собственности подтверждает правомочность представительниц господствующего класса в имущественной сфере[47].

Вопрос о правомочности и дееспособности женщин привилегированного сословия охватывает и область приобретения недвижимого имущества в его основных формах: получение в дар (безвозмездное приобретение), купля и получение в качестве приданого или наследства.

Наиболее распространенным способом приобретения недвижимой собственности женщинами было получение ее в приданое и наследование по отцу, мужу и другим членам семьи. Незамужняя женщина, пока был жив отец, находилась в материальной и личной зависимости от него и имела ограниченные имущественные права не только на распоряжение, но и на владение недвижимостью. После смерти отца, а тем более обоих родителей происходили существенные изменения, касавшиеся получения женщинами части оставшейся после родителей недвижимой собственности. В то время как западные современницы древнерусских женщин получали приданое чаще всего в виде денег и движимости, в русских документах содержится немало примеров получения в качестве приданого недвижимой собственности.

Наследование по отцу прямо и непосредственно связано с приданым; наиболее раннее упоминание в актах об этой форме наследования – середина XIV в. В ряде случаев передача земельной собственности замужней дочери сопровождалась упоминанием и о ее муже, т. е. наследуемая часть вотчины давалась супругам в совладение. Это, однако, не было следствием действия каких-либо нормативных установлений или обычного права. В каждом конкретном случае завещатель поступал так, как того требовали интересы сохранности и целостности земельного владения. Например, распространенной формой приобретения знатными женщинами земли в Пскове было получение ее в не ограниченную какими-либо условиями собственность, предусматривающую право дальнейшего распоряжения приобретенной землей.

Юридический статус, на основании которого производились земельные передачи от отца к дочерям, не исчерпывался передачей им земли в совладение и в безусловное пользование. Существовал обычай и передавать землю «в кормлю», бывший как бы промежуточной формой между первыми двумя формами наследования по отцу. При передаче земли по завещанию между ближайшими родственниками (особенно между мужем и женой) это была одна из наиболее распространенных форм сделок[48].

Таким образом, существовало три формы наследования женщинами земель по отцу: передача земли в совладение, «в кормлю» и в безусловное пользование и распоряжение.

Права наследования по другим родственным линиям – брату, дяде отразились в небольшом количестве документов. Данные акты подтверждают, что женщины, в том числе и являвшиеся непрямыми родственницами (например, племянницы), тоже располагали правом получения наследства – части общей семейной земельной собственности.

Свидетельств о наследовании недвижимости женщинами по матери и свекрови хотя и немного. Упоминание о существовании в общей семейной земельной собственности некоторой части, передаваемой традиционно по женской линии рода, позволяет объяснить нередкую передачу представительницами господствующего класса земельного имущества именно невесткам, причем в их личную собственность, а не в совладение с мужьями или сыновьями.

В случае отсутствия завещания в письменном виде родственницы наследовали по закону, и действовали при этом, по-видимому, общие правила. Во всех духовных представительниц господствующего класса объектом распоряжения является земля и движимость (в некоторых случаях). Примечательно, что знатные женщины в своих духовных нередко назначали правоприемницами после своей смерти женщин же, прежде всего дочерей, реже внучек, племянниц, снох[49].

Между тем изучение структуры наследуемой женщинами семейной «отчины» позволяет утверждать, что «в кормлю» передавалась лишь особая, строго определенная часть всего земельного наследства, которая в каждом конкретном случае могла быть и больше, и меньше остальной наследуемой женщинами земельной собственности, на которую они имели все права, могли ею распоряжаться и завещать по своему усмотрению.

Иной характер, как в юридическом, так и в социально-экономическом отношении имели наследуемые женщинами земли, не являвшиеся их частной феодальной собственностью. У великих княгинь такие земли составляли особый, прижизненный удел. В него входили деревни, села, волости, традиционно принадлежавшие вотчиннице при жизни и передававшиеся по завещанию из поколения в поколение. Обычно эти владения выделялись в земельных массивах одного или нескольких сыновей, причем завещатель указывал на обязательность передачи их после смерти владелицы обратно в родовую вотчину. В составе удела могли быть купли и другие приобретении мужа.

Необходимо отметить, что купли, продажи, обмены и другие сделки осуществлялись только с частной феодальной собственностью. Чаще всего при наследовании родительской вотчины явный приоритет имели сыновья. Но во многих духовных «части» земель, наследуемые женой и сыновьями, либо вовсе не разделялись, либо были приблизительно равны, а иногда выдел матери превышал выдел каждого из сыновей. Тем не менее, женщины, и, прежде всего жены, входили в целом в первый ряд наследников.

Среди различных способов получения женщинами привилегированного сословия прав на недвижимую собственность необходимо отметить и участие жен и вдов феодалов в процессе колонизации. В рассматриваемое время она осуществлялась главным образом на землях Русского Севера, Обонежья и Подвинья. Новгородские феодалы быстро прибирали к рукам эти окраинные и малонаселенные районы путем простой экспроприации общинных земель, реже покупки.

Наступление на права черносошных крестьян, прямой захват их земель, осуществляемый представителями администрации вотчины знатных боярынь, описывают последних как типичных аллодисток, положение и права которых в общей системе социально-классовых отношений мало чем отличались от положения и прав представителей другого пола[50].

Итак, имущественные права и положение женщин, принадлежащих к привилегированным социальным группам, были относительно прочными и регулировались нормами, закрепленными светским феодальным законодательством. Права их на семейное имущество выражались через такие категории собственности, как приданое, определенное парафернальное имущество, часть общего семейного имущества (выдел, «часть») и др. Эти права женщин обеспечивались выдачей приданого при выходе замуж. Приданое было их собственностью, сохранявшейся за ними после смерти супруга и в случае бездетности или отсутствия заблаговременно составленного письменного завещания (наследования по закону) возвращавшейся в семью родителей женщины.

В период существования семейного союза в отношении приданого муж и жена составляли единое юридическое лицо и находились в совладении. Гораздо реже женщины самостоятельно реализовывали свое право собственности в отношении этой части семейного имущества, осуществляя с ним некоторые сделки. Последнее особенно относится к тем случаям, когда приданое получалось в форме движимого имущества, прежде всего ценностей и денежных средств. Получение приданого в виде недвижимости находилось в прямой зависимости от положения женщины в системе феодальной иерархии: «приданые» земли упоминаются чаще в тех актах, где субъект-получатель обладает наиболее высоким социальным статусом.

В парафернальное имущество представительниц господствующего класса также входила некоторая собственность, в том числе недвижимая, которая могла быть получена в дар, куплена или унаследована. Наличие собственных денежных средств и относительная имущественная самостоятельность замужних женщин делали необязательным указание на соучастие мужа или опекуна в актах сделки (данных, жалованных, купчих)[51].

Приданое в форме недвижимости было характерно в основном для XIV – XV вв., но отдельные свидетельства о правах женщин на наследование земельной собственности и на распоряжение ею встречаются уже в конце XIII – начале XIV в.

Приоритетное право на наследование отцовской вотчины имели прямые родственники-мужчины (сыновья, братья завещателя), при их отсутствии – прямые родственницы-женщины (даже при наличии непрямых потомков по мужской линии, например внуков), т. е. в русском феодальном законодательстве к концу рассматриваемого периода действовал принцип когнатического родства. При отсутствии прямых наследников земельное наследство передавалось в руки непрямых родственников, из круга которых женщины также не устранялись (наследование по дяде, по брату).

Вдова при наследовании по мужу приобретала определенные права на распоряжение не только собственным имуществом, но и частью общего семейного владения. Право распоряжения частью «отчины» нередко было ограничено (до совершеннолетия детей, до вторичного замужества), а иногда было и пожизненным.

При жизни мужа движимая и недвижимая собственность жены находилась в общем семейном владении, поэтому в период существования супружеского союза женщина выступала в большинстве случаев как соучастница в общих с мужем семейных сделках. После смерти супруга вдовы проявляли большую имущественную самостоятельность, однако полномочия их в области права собственности были все-таки ограниченны. Преимущественное право при получении наследства имели наследники-мужчины. Кроме того, они получали части завещанной вотчины в собственность, и, как правило, без ограничений.

В нормативных памятниках от Русской Правды до общегосударственного Судебника 1497 года отразились два основных периода эволюции прав женщин в области права собственности: владения и распоряжения движимым имуществом (X – XIII вв.) и распространения владельческих и собственнических прав женщин на недвижимость (XIV – XV вв.)[52].

Древнерусские женщины привилегированного сословия, обладавшие широкими правами в области приобретения движимого и недвижимого имущества, были дееспособны и в области его реализации – в продаже, обмене, залоге, пожаловании.

Распространение права владения и распоряжения недвижимым имуществом на представительниц господствующего класса подтверждает высокий уровень общественного и экономического развития Руси, достигнутый ею к концу XVI в., и свидетельствует об окончательном или, по крайней мере, значительном преодолении дофеодальных пережитков в имущественной сфере древнерусского права. Исследование имущественных прав женщин способствует раскрытию особенностей строения и эволюции феодальной земельной собственности



biofile.ru

Идея собственности в Древней Руси — реферат

И суть становища ея и  ловища…» «В лето 6455 (947) иде Ольга  Новугороду и устави по Мъсте погосты  и дани и по Лузе оброкы и дани. И ловища ея суть по вьсеи земли  и знамения и места и погосты. И сани ея стоять в Пльскове до сего дьне. И по Дънепру перевесища и по Десне. И есть село ея Ольжичи и доселе».

Ольга, сама будучи христианкой, пыталась повысить роль этой религии  в своем государстве. Но она не смогла решить вопрос о подчинении новой церковной организации  и к тому же столкнулась с языческой  оппозицией. Повзрослевший сын Игоря  и Ольги Святослав отстранил  от власти свою мать, и вопрос о принятии в качестве государственной религии  христианства был отложен.

Святослав Игоревич (964-972 гг.) вел чрезвычайно активную внешнюю  политику. В его правление Киеву  было подчинено наиболее отдаленное восточнославянское племя - вятичи и  нанесено решительное поражение  Хазарскому каганату (965-966 гг.). Но грандиозная  война 967-971 гг., затеянная Святославом  на Балканах (сначала против Болгарии, а затем против Византии), не отвечала интересам собственно Руси. В то же время утрата прежнего могущества Хазарией сделала ведущей силой  в Северном Причерноморье агрессивных  кочевников печенегов. Печенеги становятся постоянными врагами лесостепного пограничья. Именно от рук печенегов  князь Святослав погиб, когда  в 972 г. возвращался из Болгарии на родину. Несмотря на смерть верховного правителя, Древнерусское государство оказалось  достаточно прочным образованием, и  после непродолжительной княжеской  междоусобицы в правление Владимира  Святославича наблюдается его расцвет. Владимир (980-1015 гг.) провел ряд реформ, способствовавших укреплению государства. Важным событием стало официальное крещение Руси (988-990 гг.).

Карамзин Н.М. писал: «В самый  первый век бытия своего Россия превосходила обширностию едва ли не все тогдашние  государства европейские. Завоевания Олеговы, Святославовы, Владимировы  распространили ее владения от Новагорода и Киева к западу до моря Балтийского, Двины, Буга и гор Карпатский, а  к югу – до порогов Днепровских  и Киммерийского Воспора; к северу и востоку – граничила она  с Финляндиею и с чудскими народами, обитателями нынешних губерний Архангельской, Вологодской, Вятской, также с мордвою и с казанскими болгарами, за коими, к морю Каспийскому, жили хвалисы, их единоверцы и единоплеменники (почему море называлось тогда Хвалынским или Хвалисским)».

Таким образом, появление  у восточных славян государства  с центром в Киеве стало  результатом длительного процесса социально-экономического и политического  развития. Основным содержанием этого  процесса являлись рост сельскохозяйственной продукции, позволивший содержать  группу людей, участвующих в производстве материальных благ, и укрепление верховной  власти вождей, статус которых становится наследственным. Вожди, в славянском регионе называемые князьями, постепенно все больше функций сосредотачивают  в своих руках и распространяют свою власть на все большую территорию.

 

2 Идея собственности в  Древней Руси

 

В феодальном обществе право  собственности в среде феодалов определяется их взаимной связью и  связью с государством, то есть системой вассальной зависимости, а в крестьянской среде системой запретов на распоряжение. От различий этих отношений зависит  и различия в статусе собственности. В дореволюционных исследованиях  шло в основном обсуждение вопросов о существовании родовой и  частной собственности, мнение о  коллективных формах земельной собственности  преобладало.

К категории смердов относились как свободные, так и зависимые  крестьяне, все смерды платили дань. В период развития феодальных отношений  на Руси шел процесс перехода смердов  в зависимое состояние. Русская  Правда указывает на наличие двух категорий смердов: свободных и  зависимых.

Смерды - это основная масса  феодальнозависимого населения, которое  в большинстве своем состояло в общине. С развитием феодальных отношений часть смердов-общинников сохранила независимое от частных  владельцев положение, а большая  часть их попала под власть частных  владельцев. Форма зависимости смерда от феодала определялась тем, на чьей земле он жил.

Наряду с холопами, закупами, смердами в документах упоминаются  наймиты. Термин «наймит» применялся в  Древней Руси к разным категориям людей и употреблялся в трех значениях:

1.Лицо, обязавшееся выполнять  за вознаграждение определенную  работу.

2. Арендатор.

3. Закладной человек (наймит - закуп).

Во всех случаях под  наймом понимается договор между  человеком, который обязуется трудиться, и человеком, который будет пользоваться результатами труда. В процессе развития феодальных отношений на Руси унифицировалось правовое положение, феодальнозависимого крестьянства.

В Х-ХI вв. общинные пережитки  на Руси были еще довольно значительны. Однако определять степень наличия  коллективных и индивидуальных форм собственности весьма трудно из-за недостатка источников. В Русской  Правде в подавляющем большинстве  случаев речь идет об индивидуальной собственности (конь, оружие, одежда и  т. д.). Скорее всего, в развитых районах, где действовало княжеское законодательство, индивидуальная (частная) собственность  играла решающую роль.

Собственник по Русской Правде имел право распоряжаться имуществом, вступать в договоры, получать доходы с имущества, требовать его защиты при посягательствах. Объектами  права собственности выступает  весьма обширный круг вещей - кони и  скот, одежда и оружие, торговые товары, сельскохозяйственный инвентарь и  многое другое.

Другие источники свидетельствуют  о наличии в рассматриваемый  период индивидуального крестьянского  хозяйства. Однако они указывают  на существование сел, погостов, вервей, весей сельских населенных пунктов  с коллективными формами владения землей. Вероятно, это соседские  общины с индивидуальной формой собственности  на дворовый участок и, периодическими переделами пахотной земли. Платежи  налогов князю не препятствовали населению распоряжаться землей по коллективному усмотрению, т.к. единицей обложения данью была не земля, а  двор, хозяйства.

Собственность феодалов возникала  как частная и основанная на княжеских  пожалованиях. В ХI в. летописи упоминают  о селах княжеских дружинников, в XII в. таких свидетельств уже гораздо  больше. Вотчины бояр были частной  собственностью. Князья раздавали земли  под условием службы (владения бенефициальго  типа, временного или пожизненного).

Земельная собственность  церкви возникла на основе государственных  пожалований в виде десятины. В  дальнейшем она росла за счет вкладов, покупок и т.д.

Субъектами права собственности  могли быть только люди не рабского состояния. Деление вещей на движимость и недвижимость не нашло юридического оформления, но статус движимости разработан в Русской Правде довольно обстоятельно. Собственность и ее содержание, а  также различные виды владения не имели специальных обобщающих терминов, однако на практике законодатель различал право собственности и владение.

Собственник имел право на возврат своего имущества (коня, оружия, одежды, холопа) из чужого незаконного  владения на основе строго установленной  процедуры, и за причиненную «обиду»  назначался штраф в 3 гривны. Возвращение  вещей требовало свидетельских  показаний и разбирательства  при необходимости перед «сводом  из 12 человек.

Общий принцип защиты движимой собственности заключался в том, чтобы вернуть ее законному хозяину  и заплатить ему штраф в  качестве компенсации за убытки. Движимое собственное (включая холопов) считается  в Русской Правде объемом полного  господства собственника: при спорах о его возвращении государство  не накладывает штрафов, стороны  сами договариваются между собой. Доверившие имущество рабам и холопам (для  торговых операций и т.д.) несли в  случае причинения убытков и истребления  вещи ответственность перед третьими лицами в полном объеме.

Иными словами, законодатель понимал, что право собственности  определяется волей самого собственника. Защита движимой собственности, если это  не было связано с уголовным преступлением, не носило сословного характера, и каждый был вправе равнозначно определять ее судьбу.

По Русской Правде общество не хотело знать раба, а знало  только его господина, который и  отвечал за раба перед обществом. Раб не имел права собственности; не только все приобретенное трудом раба, но и жена и дети раба составляли собственность его господина. Закон  не признавал за рабом даже прав семейных; так, если раб переходил во владение другого господина - жена и дети его оставались у прежнего господина.

Законодательство о холопах  построено на идее: холоп есть вещь господина. Отсюда вытекают узаконения, в силу которых господин должен был  платить за все обиды и долги  холопа и выкупать его; за свои преступления раб не подлежал наказанию: раба князь  не казнил, за него в ответе господин, хотел - платил, не желал - отдавал истцу; за него закон не вступался, не назначал за убийство, им совершенное, и за другие преступления пени в княжескую казну. За все это расплачивался сам  господин, который мог убить раба, продать, заложить и т.п. Воля господина  была единственным законом для раба. Закон дозволял продажу свободного человека в рабы, строго наблюдая при  этом, чтобы продажа свободного человека совершалась с его согласия и  чтобы при ней не было насилия  и обмана.

Кроме того, Русская Правда предоставляла значительные льготы при освобождении раба. При покупке  раба закон взимал в пользу князя 30 кун, а при отпуске раба на волю - 9 кун, и те взимались, кажется, более для того, чтобы господин раба перед самим судом засвидетельствовал свою волю о даровании рабу прав свободного человека, после чего последний не мог уже подвергнуться притязаниям на него прежнего господина как на собственность.

Русская Правда, желая обеспечить свободу проданного раба, даже признает особый класс свободных людей, известный  под именем изгоев, находившихся под  защитой церкви. Освобожденные рабы считались изгоями до тех пор, пока не причислялись к какой-либо общине и тогда из-под защиты церкви поступали  под защиту своей общины.

В Русской Правде отражены нормы наследственного права, известно наследование по закону и наследование по завещанию. Русская Правда определила два различных порядка наследования по закону: один - для бояр, другой - для  смердов. «Если умрет кто из бояр или дружинников, то князь не наследует, а получают наследство дочери, если сыновей не останется" (ст. 9l). «Если смерд умрет бездетным, то наследует князь, если останутся в доме незамужние дочери, то выделить на них некоторую часть; если же будут замужем, то не давать и части (ст.90).

Смысл этих статей, ограничивающий право наследования смердов, заключается  не в том, что дочери смерда не могут  продолжить трудовой эксплуатации земельного участка. Все дело в стремлении князей к дальнейшему обогащению, в том  числе и за счет выморочного хозяйства  смерда. Бояре же, являвшиеся крупными землевладельцами, отстаивали право  собственности на вотчины и право  передачи их по наследству. Интересна  по содержанию ст.92, где в первой части воля умершего главы семьи  выражена в форме завещания. Закон  представлял завещателю полную, неограниченную свободу распоряжения, он не был  органичен кругом наследников. Наследователь  мог лишать некоторых детей наследства вообще. Если завещания не было, то по закону имущество переходило детям (сыновьям). Статья 106 сформулирована более  четко: «А мать (пусть) дает свое (имущество) тому сыну, который (был) добр (по отношению  к ней, пусть он от первого мужа или от второго), а если все ее сыновья будут неблагодарны, то может  отдать (свое имущество той) дочери, которая ее кормила». Русское право  наследования имело еще некоторые  особенности. Дочери при наличии  сыновей наследства не получали (ст. 95). Младший сын имел преимущество перед своими старшими братьями в  наследовании двора отца (ст. 100). «Меньшему  сыну отцовский двор».

Дети одной матери, но разных отцов, наследовали имущество  своих отцов. Но если умирал отчим, растратив  имущество своих пасынков, то его  дети были обязаны уплатить своим  единоутробным братьям все, что  их отец утратил из имущества пасынков (ст. 104, 105).

Жена не являлась наследницей  основной массы имущества своего супруга (ст. 93), а получала только долю (выдел). Русской Правде известно деление  детей на законных и незаконных. Под последними (ст. 98) подразумевались дети рабыни - наложницы, после смерти отца они не могли наследовать его имущество, но получали с матерью свободу.

Нормами Русской Правды о  наследовании закреплялись как права, так и обязанности наследников. Так, на наследников возлагалась  обязанность выделить часть имущества  церкви на помин души (ст. 92 и 93), а  на наследников- сыновей - обязанность  выдать сестер замуж, «как они могут».

В тесной связи с наследованием  находится опека. Она назначалась  в случае смерти отца, малолетства  детей, вторичного замужества матери или  в связи с се смертью. Опекун принимал на себя известные юридические обязанности  по сохранению имущества опекаемых  до совершеннолетия, в противном  случае он возмещал убытки.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Появление у восточных  славян государства с центром  в Киеве стало результатом  длительного процесса социально-экономического и политического развития. Основным содержанием этого процесса являлись рост сельскохозяйственной продукции, позволивший содержать группу людей, участвующих в производстве материальных благ, и укрепление верховной власти вождей, статус которых становится наследственным. Вожди, в славянском регионе называемые князьями, постепенно все больше функций сосредотачивают  в своих руках и распространяют свою власть на все большую территорию.

Собственность и ее содержание, а также различные виды владения не имели специальных обобщающих терминов, однако на практике законодатель различал право собственности и  владение.

Собственник имел право на возврат своего имущества (коня, оружия, одежды, холопа) из чужого незаконного  владения на основе строго установленной  процедуры, и за причиненную «обиду»  назначался штраф в 3 гривны.

В феодальном обществе право  собственности в среде феодалов определяется их взаимной связью и  связью с государством, то есть системой вассальной зависимости, а в крестьянской среде системой запретов на распоряжение.

 

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ

 

  1. Зуева М.Н., Чернобаева А.А. История России: Учеб. для вузов. – М.: Высш. шк., 2010. – 245с.
  2. Исаев И.А. История государства и права России: Полный курс лекций. – 2-е изд. перераб. и доп. – М.: Юрист, 2008. – 315с.
  3. Карамзин Н.М. Об истории государства Российского / Сост. А.И.Уткин. – М.: Просвещение, 2011. – 298с.
  4. Кузнецов И.Н. История Отечества. – 2-ое изд. – М.: Издательство деловой и учебной литературы – Мн.: Амалфея, 2008. – 456с. 
  5. Кузьмин А.Г. История России с древнейших времен до 1618 г.: Учеб. для студ. высш. учеб. заведений: В 2 кн. – М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 2009. – 378с.
  6. Мазарчук Д.В., Темушев С.Н. История русской государственности и права (до октября 1917 г.): курс лекции. – Мн.: Эдит ВВ, 2008. – 238с.

myunivercity.ru

Идея собственности в Древней Руси — контрольная работа

 

 

 

Факультет: Экономический

Кафедра: Рекламы, связей с общественностью и гуманитарных дисциплин

 

 

 

 

 

Контрольная работа

по дисциплине: «История экономики и российского предпринимательства»

 

Вариант Б

Тема: Идея собственности в Древней Руси

 

Выполнил:

 

Группа:

 

Контактная информация:

 

Отметка о регистрации:

 

дата, подпись специалиста (заполняется  специалистом кафедры)

Проверил:

 

ФИО преподавателя

Дата:

 

Оценка:

 

Примечания:

 
 
 
 

 

 

Пермь 2013

Содержание

 

Введение………………………………………………………………..…..3 1.Возникновение древнерусского государства………………………..…4 2.Зарождение и становление права собственности в Древней Руси…....9 Заключение………………………………………………………………..13 Список литературы……………………………………………………….14 

 

Введение

 

     Средневековая история Руси является тем основополагающим периодом, в рамках которого формировалась  ее культурно-историческая специфика, происходило зарождение и развитие форм государственности, этническая и  политическая эволюция Руси в Россию. Этот обширный период охватывает IX-XVI вв. и делится на ряд самостоятельных  хронологических этапов, неравнозначно  обеспеченных источниками и по-разному  освещенных в исторической литературе.   

    Развитие княжеского, боярского и церковного сельского хозяйства и землевладения сопровождалось крупными последствиями социального и политического характера. Здесь на первое место надо поставить зарождение и укрепление идеи частной собственности на землю. Пока к земле прилагался преимущественно личный труд земледельца, он создавал только простое владение до тех пор, пока этот труд прилагался. Факт этот нашел себе определенное и ясное выражение в статье Русской Правды о наследстве. Крестьянское, земледельческое землевладение, как в западной, так и в северо-восточной Руси, долгое время строилось именно на начале трудовой эксплуатации. Крестьянин считался только пользователем, а не собственником, каковым по идее являлся представитель государственной власти — князь. Этот князь без нужды не трогал пользователя, не отбирал у него землю, и  пользователь нередко совершал со своей землей всевозможные сделки. Но вместе с тем и князь считал возможным передать свои права на землю крестьянина боярину, монастырю, считал возможным перевести крестьянина на другую землю и т. д. Боярская земля, боярщина, сделалась надолго синонимами свободной, неотъемлемой земельной собственности, на которую не простирались владельческие права князя, а только государственные.

     Целью данной работы является исследование идеи собственности в Древней Руси. Для достижения данной цели необходимо выполнить следующие задачи:

- рассмотреть историю возникновения Древней Руси;

- изучить идею собственности в Древней Руси;

- проанализировать информацию;

- сделать соответствующие выводы.

 

  1. Возникновение древнерусского государства

 

      Образование Древнерусского государства, рождение первого феодального  государства было не однократным  событием, а процессом длительным. Развитие славянского общества растянулось  на много веков.      Время с VI по IX в. – это  еще последняя стадия первобытнообщинного  строя, время классообразования  и незаметного, на первый взгляд, но неуклонного роста предпосылок  феодализма. Ценнейшим памятником, содержащим сведения о начале Русского государства, является летописный свод «Повесть временных лет, откуда пошла  Русская земля, и кто в Киеве  начал первый княжить и откуда Русская земля стала», составленный киевским монахом Нестором около 1113 года.          Начав свой рассказ, как и  все средневековые историки, со всемирного потопа, Нестор повествует о расселении в древности западных и восточных  славян в Европе. Он четко выделяет в восточнославянском регионе два  крупных межплеменных объединения - северное и южное. В середине IX в. на территории будущей Северо-Западной Руси (Новгородская и Псковская земли) формируется межплеменное объединение, включающее словен, кривичей, чудь, мерю и, возможно, весь. Это объединение  принято называть «северной конфедерацией  племен» или «северным союзом племен», и именно от него, если верить «Повести временных лет», исходила инициатива призвания правителя (Рюрика) «со стороны». Ведущим племенным  союзом, ставшим во главе южнорусского предгосударственного объединения, являлись поляне, представленные в древнейшей летописи как более культурное племя  по отношению к «некультурным» древлянам, радимичам, вятичам и северянам.      В «Повести временных лет» Нестор повествует о том, как был  создан город Киев. Княживший там  князь Кий, по рассказу Нестора, приезжал в Константинополь в гости  к императору Византии, который принял его с большими почестями. Возвращаясь  из Константинополя, Кий построил город  на берегу Дуная, предполагая обосноваться здесь надолго. Но местные жители враждебно отнеслись к нему, и Кий вернулся на берега Днепра.      Ту же картину рисуют византийские писатели VI в. В царствование Юстиниана  огромные массы славян продвинулись к северным рубежам Византийской империи. Византийские историки красочно описывают вторжение в пределы  империи славянских войск, уводивших  пленных и увозивших богатую  добычу, заселение империи славянскими  колонистами. Появление на территории Византии славян, у которых господствовали общинные отношения, содействовало  изживанию здесь рабовладельческих  порядков и развитию Византии по пути от рабовладельческого строя к феодализму.

     Успехи славян в борьбе с могущественной Византией свидетельствуют  о сравнительно высоком для того времени уровне развития славянского  общества: уже появились материальные предпосылки для снаряжения значительных военных экспедиций, а строй военной  демократии позволял объединять крупные  массы славян. Далекие походы содействовали  усилению власти князей и в коренных славянских землях, где создавались  племенные княжения.      Археологические данные вполне подтверждают слова Нестора о  том, что ядро будущей Киевской Руси начало складываться на берегах Днепра тогда, когда славянские князья совершали  походы в Византию и на Дунай, во времена, предшествующие нападениям хазар (VII в.).      Создание значительного  племенного союза в южных лесостепных  областях облегчало продвижение  славянских колонистов не только в  юго-западном (на Балканы), но и в  юго-восточном направлении. Правда, степи были заняты различными кочевниками: болгарами, аварами, хазарами, но славяне  Среднего Приднепровья сумели, очевидно, и оградить свои владения от их вторжений, и проникнуть в глубь  плодородных чернозёмных степей. В VII–IX вв. славяне жили и в восточной  части хазарских земель, где-то в  Приазовье, участвовали совместно  с хазарами в военных походах, нанимались на службу к хазарскому правителю. На юге славяне жили, островками среди других племен, постепенно ассимилируя их, но в то же время и воспринимая элементы их культуры.      На протяжении VI–IX вв. росли  производительные силы, видоизменялись родоплеменные институты, шёл процесс  классообразования. В качестве важнейших  явлений в жизни восточного славянства на протяжении VI–IX вв. следует отметить развитие пашенного земледелия и  выделение ремесла; распад родовой  общины как трудового коллектива и выделение из неё индивидуальных крестьянских хозяйств, образующих соседскую  общину; рост частной земельной собственности  и формирование классов; превращение  племенного войска с его оборонительными  функциями в дружину, господствующую над соплеменниками; захват князьями и знатью племенной земли в  личную наследственную собственность.       К IX в. повсеместно на территории расселения восточных славян образовалась значительная площадь расчищенных  от леса пахотных земель, свидетельствовавшая  о дальнейшем развитии производительных сил при феодализме. Объединением небольших родовых общин, для  которого характерно известное единство культуры, являлось древнеславянское племя. Каждое из этих племен собирало народное собрание (вече), постепенно усиливалась  власть племенных князей. Развитие межплеменных связей, оборонительные и наступательные союзы, организация  совместных походов и, наконец, подчинение сильными племенами своих более  слабых соседей – все это приводило  к укрупнению племен, к объединению  их в более значительные группы.

     Образование раннефеодального государства, постепенно подчинившего себе все восточнославянские племена, стало возможным лишь тогда, когда  несколько сгладились различия между  югом и севером с точки зрения условий ведения сельского хозяйства, когда и на севере оказалось достаточное  количество распаханных земельных  пространств и потребность в тяжелом коллективном труде по подсеке и корчевке леса значительно уменьшилась. Вследствие этого произошло выделение крестьянской семьи как нового производственного коллектива из патриархальной общины.       Разложение первобытнообщинного  строя у восточных славян происходило  в то время, когда рабовладельческий  строй уже изжил себя во всемирно-историческом масштабе. В процессе классообразования  Русь пришла к феодализму, минуя  рабовладельческую формацию. В IX–Х вв. формируются антагонистические  классы феодального общества. Повсеместно  увеличивается количество дружинников, усиливается их дифференциация, идёт выделение из их среды знати –  бояр и князей.      Важным в истории возникновения  феодализма является вопрос о времени  появления на Руси городов. В условиях родоплеменного строя существовали определенные центры, где собирались племенные веча, выбирался князь, совершалась торговля, производились  гадания, решались судебные дела, приносились  жертвы богам и отмечались важнейшие  даты года. Иногда такой центр становился средоточием важнейших видов  производства. Большинство этих древних  центров превратилось позднее в средневековые города.       В IX–Х вв. феодалы создали  ряд новых городов, служивших  как целям обороны от кочевников, так и целям господства над  закрепощаемым населением.      В городах концентрировалось  и ремесленное производство. Старое название «град», «город», обозначавшее укрепление, стало применяться уже  к настоящему феодальному городу с детинцем-кремлем (крепостью) в  центре и обширным ремесленно-торговым посадом. При всей постепенности и  медленности процесса феодализации можно все же указать определенную грань, начиная с которой имеются  основания говорить о феодальных отношениях на Руси. Этой гранью является IX столетие, когда у восточных  славян уже образовалось феодальное государство.      Объединенные в единое государство земли восточнославянских племен получили название Руси. Доводы историков-«норманнистов», пытавшихся объявить создателями Древнерусского государства норманнов, называвшихся тогда на Руси варягами, неубедительны. Эти историки заявляли, что под  Русью летописи подразумевали варягов. Но как уже было сказано, предпосылки  для образования государств у  славян складывались на протяжении многих веков и к IX в. дали заметный результат  не только в западнославянских землях, куда никогда не проникали норманны и где возникла Великоморавская  держава, но и в землях восточнославянских (в Киевской Руси), где норманны появлялись, грабили, уничтожали представителей местных  княжеских династий и иногда сами становились князьями. Очевидно, что  норманны не могли ни содействовать, ни серьезно мешать процессу феодализации.      Среди известий, принадлежащих  Нестору, уцелел один отрывок, в котором  описывается Русь до появления там  варягов. «Вот те славянские области, –  пишет Нестор, – которые входят в состав Руси - поляне, древляне, дреговичи, полочане, новгородские словене, северяне...». Этот список включает только половину восточнославянских областей. В состав Руси, следовательно, в то время еще  не входили кривичи, радимичи, вятичи, хорваты, уличи и тиверцы. В «Повести временных лет» сказано: «Се бо тъкъмо Словеньск язык в Руси: Поляне, Древляне, Новъгородьци, Полочане, Дрьгъвичи, Север, Бужане, зане седоша по Бугу, послеже  же Волыняне». В центре нового государственного образования оказалось племя  полян. Древнерусское государство стало своеобразной федерацией племен, по своей форме это была раннефеодальная монархия.       Возникновение Древнерусского государства связывают с объединением северного и южного конгломератов под властью Олега. Если верить «Повести временных лет», это произошло в 882 г. Олег (то ли воевода, то ли родственник Рюрика) после смерти последнего предпринял поход вниз по Днепру и захватил Смоленск, а затем и Киев, правителей которого, Аскольда и Дира, хитростью выманил из города и убил. Таким образом, под властью одного правителя оказывается очень важная торговая артерия – так называемый «путь из варяг в греки». Некоторые исследователи называют его «становым хребтом» Древнерусского государства. Контроль над важным торговым путем давал значительные экономические выгоды киевскому князю.      Согласно летописи Олег правил только в качестве регента при  малолетнем сыне Рюрика Игоре. Игорь  и становится главой молодого государства  после смерти в 912 г. Олега. Игорю  приходилось много внимания уделять  борьбе с сепаратизмом отдельных  восточнославянских племен. В начале своего правления ему удается  покорить отказавшихся подчиняться  Киеву древлян. Именно в стычке с  древлянами Игорь Старый позднее, в 945 г., и погиб.       Правление вдовы Игоря  Ольги началось с мести древлянам, убившим ее мужа. Вслед за этим Ольга  осуществила ряд реформ по упорядочению взимания дани с населения подвластной  Киеву территории. Архаичный способ сбора дани - полюдье, требовавшее  личного присутствия верховного правителя, было заменено сбором приношений в специальные пункты - погосты. Нестор пишет: «И идее Ольга по Деревьстей земли с сынъм своимь и с  дружиною, уставляющи уставы и укоры. И суть становища ея и  ловища…» «В лето 6455 (947) иде Ольга  Новугороду и устави по Мъсте погосты  и дани и по Лузе оброкы и дани. И ловища ея суть по вьсеи земли  и знамения и места и погосты. И сани ея стоять в Пльскове до сего дьне. И по Дънепру перевесища и по Десне. И есть село ея Ольжичи и доселе». Ольга, сама будучи христианкой, пыталась повысить роль этой религии  в своем государстве. Но она не смогла решить вопрос о подчинении новой церковной организации  и к тому же столкнулась с языческой  оппозицией. Повзрослевший сын Игоря  и Ольги Святослав отстранил  от власти свою мать, и вопрос о принятии в качестве государственной религии  христианства был отложен.      Святослав Игоревич (964-972 гг.) вел чрезвычайно активную внешнюю  политику. В его правление Киеву  было подчинено наиболее отдаленное восточнославянское племя - вятичи и  нанесено решительное поражение  Хазарскому каганату (965-966 гг.). Но грандиозная  война 967-971 гг., затеянная Святославом  на Балканах (сначала против Болгарии, а затем против Византии), не отвечала интересам собственно Руси. В то же время утрата прежнего могущества Хазарией сделала ведущей силой  в Северном Причерноморье агрессивных  кочевников печенегов. Печенеги становятся постоянными врагами лесостепного пограничья. Именно от рук печенегов  князь Святослав погиб, когда  в 972 г. возвращался из Болгарии на родину. Несмотря на смерть верховного правителя, Древнерусское государство оказалось  достаточно прочным образованием, и  после непродолжительной княжеской  междоусобицы в правление Владимира  Святославича наблюдается его расцвет. Владимир (980-1015 гг.) провел ряд реформ, способствовавших укреплению государства. Важным событием стало официальное крещение Руси (988-990 гг.).            Таким образом, появление  у восточных славян государства  с центром в Киеве стало  результатом длительного процесса социально-экономического и политического  развития. Основным содержанием этого  процесса являлись рост сельскохозяйственной продукции, позволивший содержать  группу людей, участвующих в производстве материальных благ, и укрепление верховной  власти вождей, статус которых становится наследственным. Вожди, в славянском регионе называемые князьями, постепенно все больше функций сосредотачивают  в своих руках и распространяют свою власть на все большую территорию.

 

2. Зарождение и становление права собственности в Древней Руси

 

       В феодальном обществе право  собственности в среде феодалов определяется их взаимной связью и  связью с государством, то есть системой вассальной зависимости, а в крестьянской среде системой запретов на распоряжение. От различий этих отношений зависит  и различия в статусе собственности. В дореволюционных исследованиях  шло в основном обсуждение вопросов о существовании родовой и  частной собственности, мнение о коллективных формах земельной собственности преобладало.      К категории смердов относились как свободные, так и зависимые  крестьяне, все смерды платили дань. В период развития феодальных отношений  на Руси шел процесс перехода смердов  в зависимое состояние. Русская  Правда указывает на наличие двух категорий смердов: свободных и  зависимых.        Смерды - это основная масса  феодальнозависимого населения, которое  в большинстве своем состояло в общине. С развитием феодальных отношений часть смердов-общинников сохранила независимое от частных  владельцев положение, а большая  часть их попала под власть частных  владельцев. Форма зависимости смерда от феодала определялась тем, на чьей земле он жил.       Наряду с холопами, закупами, смердами в документах упоминаются  наймиты. Термин «наймит» применялся в  Древней Руси к разным категориям людей и употреблялся в трех значениях:

1.Лицо, обязавшееся выполнять  за вознаграждение определенную  работу.

2. Арендатор.

3. Закладной человек (наймит - закуп).

     Во всех случаях под  наймом понимается договор между  человеком, который обязуется трудиться, и человеком, который будет пользоваться результатами труда. В процессе развития феодальных отношений на Руси унифицировалось правовое положение, феодальнозависимого крестьянства.      В Х-ХI вв. общинные пережитки  на Руси были еще довольно значительны. Однако определять степень наличия  коллективных и индивидуальных форм собственности весьма трудно из-за недостатка источников. В Русской  Правде в подавляющем большинстве  случаев речь идет об индивидуальной собственности (конь, оружие, одежда и  т. д.). Скорее всего, в развитых районах, где действовало княжеское законодательство, индивидуальная (частная) собственность  играла решающую роль.      Собственник по Русской Правде имел право распоряжаться имуществом, вступать в договоры, получать доходы с имущества, требовать его защиты при посягательствах. Объектами  права собственности выступает  весьма обширный круг вещей - кони и  скот, одежда и оружие, торговые товары, сельскохозяйственный инвентарь и  многое другое.      Другие источники свидетельствуют  о наличии в рассматриваемый  период индивидуального крестьянского  хозяйства. Однако они указывают  на существование сел, погостов, вервей, весей сельских населенных пунктов  с коллективными формами владения землей. Вероятно, это соседские  общины с индивидуальной формой собственности  на дворовый участок и, периодическими переделами пахотной земли. Платежи  налогов князю не препятствовали населению распоряжаться землей по коллективному усмотрению, т.к. единицей обложения данью была не земля, а двор,хозяйства.     Собственность феодалов возникала  как частная и основанная на княжеских  пожалованиях. В ХI в. летописи упоминают  о селах княжеских дружинников, в XII в. таких свидетельств уже гораздо  больше. Вотчины бояр были частной  собственностью. Князья раздавали земли  под условием службы (владения бенефициальго  типа, временного или пожизненного).      Земельная собственность  церкви возникла на основе государственных  пожалований в виде десятины. В  дальнейшем она росла за счет вкладов, покупок и т.д.       Субъектами права собственности  могли быть только люди не рабского состояния. Деление вещей на движимость и недвижимость не нашло юридического оформления, но статус движимости разработан в Русской Правде довольно обстоятельно. Собственность и ее содержание, а  также различные виды владения не имели специальных обобщающих терминов, однако на практике законодатель различал право собственности и владение.      Собственник имел право на возврат своего имущества (коня, оружия, одежды, холопа) из чужого незаконного  владения на основе строго установленной  процедуры, и за причиненную «обиду»  назначался штраф в 3 гривны. Возвращение  вещей требовало свидетельских  показаний и разбирательства  при необходимости перед «сводом  из 12 человек.     Общий принцип защиты движимой собственности заключался в том, чтобы вернуть ее законному хозяину  и заплатить ему штраф в  качестве компенсации за убытки. Движимое собственное (включая холопов) считается  в Русской Правде объемом полного  господства собственника: при спорах о его возвращении государство  не накладывает штрафов, стороны  сами договариваются между собой. Доверившие имущество рабам и холопам (для  торговых операций и т.д.) несли в  случае причинения убытков и истребления  вещи ответственность перед третьими лицами в полном объеме.      Иными словами, законодатель понимал, что право собственности  определяется волей самого собственника. Защита движимой собственности, если это  не было связано с уголовным преступлением, не носило сословного характера, и каждый был вправе равнозначно определять ее судьбу.      По Русской Правде общество не хотело знать раба, а знало  только его господина, который и  отвечал за раба перед обществом. Раб не имел права собственности; не только все приобретенное трудом раба, но и жена и дети раба составляли собственность его господина. Закон  не признавал за рабом даже прав семейных; так, если раб переходил во владение другого господина - жена и дети его оставались у прежнего господина.     Законодательство о холопах  построено на идее: холоп есть вещь господина. Отсюда вытекают узаконения, в силу которых господин должен был  платить за все обиды и долги  холопа и выкупать его; за свои преступления раб не подлежал наказанию: раба князь  не казнил, за него в ответе господин, хотел - платил, не желал - отдавал истцу; за него закон не вступался, не назначал за убийство, им совершенное, и за другие преступления пени в княжескую казну. За все это расплачивался сам  господин, который мог убить раба, продать, заложить и т.п. Воля господина  была единственным законом для раба. Закон дозволял продажу свободного человека в рабы, строго наблюдая при  этом, чтобы продажа свободного человека совершалась с его согласия и  чтобы при ней не было насилия  и обмана.      Кроме того, Русская Правда предоставляла значительные льготы при освобождении раба. При покупке  раба закон взимал в пользу князя 30 кун, а при отпуске раба на волю - 9 кун, и те взимались, кажется, более для того, чтобы господин раба перед самим судом засвидетельствовал свою волю о даровании рабу прав свободного человека, после чего последний не мог уже подвергнуться притязаниям на него прежнего господина как на собственность.     Русская Правда, желая обеспечить свободу проданного раба, даже признает особый класс свободных людей, известный  под именем изгоев, находившихся под  защитой церкви. Освобожденные рабы считались изгоями до тех пор, пока не причислялись к какой-либо общине и тогда из-под защиты церкви поступали  под защиту своей общины.     Смысл этих статей, ограничивающий право наследования смердов, заключается  не в том, что дочери смерда не могут  продолжить трудовой эксплуатации земельного участка. Все дело в стремлении князей к дальнейшему обогащению, в том  числе и за счет выморочного хозяйства  смерда. Бояре же, являвшиеся крупными землевладельцами, отстаивали право  собственности на вотчины и право  передачи их по наследству. Интересна  по содержанию ст.92, где в первой части воля умершего главы семьи  выражена в форме завещания. Закон  представлял завещателю полную, неограниченную свободу распоряжения, он не был  органичен кругом наследников. Наследователь  мог лишать некоторых детей наследства вообще. Если завещания не было, то по закону имущество переходило детям (сыновьям). Статья 106 сформулирована более  четко: «А мать (пусть) дает свое (имущество) тому сыну, который (был) добр (по отношению  к ней, пусть он от первого мужа или от второго), а если все ее сыновья будут неблагодарны, то может  отдать (свое имущество той) дочери, которая ее кормила». Русское право  наследования имело еще некоторые  особенности. Дочери при наличии  сыновей наследства не получали. Младший сын имел преимущество перед своими старшими братьями в  наследовании двора отца. «Меньшему  сыну отцовский двор».      Дети одной матери, но разных отцов, наследовали имущество  своих отцов. Но если умирал отчим, растратив  имущество своих пасынков, то его  дети были обязаны уплатить своим  единоутробным братьям все, что  их отец утратил из имущества пасынков.      Жена не являлась наследницей  основной массы имущества своего супруга, а получала только долю (выдел). Русской Правде известно деление  детей на законных и незаконных. Под последними подразумевались дети рабыни - наложницы, после смерти отца они не могли наследовать его имущество, но получали с матерью свободу.      Нормами Русской Правды о  наследовании закреплялись как права, так и обязанности наследников. Так, на наследников возлагалась  обязанность выделить часть имущества  церкви на помин души, а  на наследников- сыновей - обязанность  выдать сестер замуж, «как они могут».       В тесной связи с наследованием  находится опека. Она назначалась  в случае смерти отца, малолетства  детей, вторичного замужества матери или  в связи с се смертью. Опекун принимал на себя известные юридические обязанности  по сохранению имущества опекаемых  до совершеннолетия, в противном  случае он возмещал убытки. 

yaneuch.ru