Древние иранцы были белыми. Иранцы и скифы в истории
История современного города Афины.
Древние Афины
История современных Афин

Странные «белые гунны». Древние иранцы были белыми


Иранцы - Ээя

 

«ПАРНИ, КОТОРЫЕ ХОДЯТ ПО ПИНСКУ» (Продолжение)

ПЕРСИЯ И СОПРЕДЕЛЬНЫЙ МИРЧтобы узнать, кем себя считали древние персы, очень далеко ходить не придется. «Я, Дарий, перс, сын перса, арий с арийскими корнями ...», говорит их знаменитый предводитель, который правил в 521 — 486 BC годах до нашей эры. Потомки персов — современные иранцы тоже хорошо помнят о том, кем были их предки. Так, например, статья об истории этой страны, помещенная на сайтах иранских посольств за границей, обычно начинается со слов: «Иран — это древняя арийская цивилизация ...»И с этим соглашается, пожалуй, каждый — даже самый что ни на есть недоброжелатель Ирана. Однако, у нас, славян, которые, в отличие от подавляющего большинства других народов, до этой цивилизации, согласно генетической науке, имеют самое непосредственное отношение, такое утверждение может вызвать разве что, в лучшем случае недоверие — мол, ну какие из них, этих смуглых мусульман, арии. Да и в нашу собственную причастность ко всемогущим античным персам верится как-то с трудом. Однако, не надо так категорично реагировать на информацию только из-за того, что она нам кажется невероятной. Ее необходимо проверить. Уже самый поверхностный взгляд на результаты генетических исследований убедит нас в том, что средний житель сегодняшнего Ирана на процентов 20 все еще действительно является арием — славянином. Помимо этого, выяснится, что у иранцев, хотя и в меньшем размере, присутствует и другая славянская гаплогруппа — гаплогруппа варягов-руссов! Т. е., среднестатический иранец все еще славянин даже на более, чем 20 процентов. И это в 21-м веке после почти тысячи лет существования в изолированном состоянии среди не слишком дружественного окружения, благодаря которому персы не могли не подвергнуться интенсивной ассимиляции! Когда мы еще вдобавок ко всему обратимся к античным источникам, которые проливают свет на то, каким был внешний вид древних персов, мы окончательно удостоверимся, что персы были высокими светловолосыми людьми с голубыми глазами, а не народом, внешность которого свойственна жителям ближневосточного региона. Помимо содержательных текстов, сохранилось и множество изображений, на которых адекватно отражен внешний облик рядового гражданина древнего персидского государства (Смотри слева: изображение персидского воина времен Дария І на глазированном кирпиче, которое хранится в Лувре, Париж. Обратите внимание на цвет глаз. Справа: «Голова Mертвого Перса », 230 — 220 год до нашей эры, Tерме Mузей, Рим).

При знакомстве с историческими источниками также нельзя не заметить то обстоятельство, что территория современного Ирана начала заселяться мигрантами с Севера еще где-то в 9-м тысячелетии до нашей эры, и, как оно становится ясным, это заселение происходило в несколько этапов. Бросается также в глаза, что на разных этапах истории ОДИН И ТОТ ЖЕ НАРОД мигрантов с Севера имел разные названия. Я не буду перечислять их, чтобы не сбить с ума уважаемого читателя. Ситуация очень похожа на историю с так называемыми «славянами», когда единокровный народ искусственным образом нагло разделили на множество неких «радимичей», «валахов», «этрусков», «полян», «антов», «германцев» и т. д., дали им в зубы разные религии вместо своей единственной ведической, разбили их, в дополнение, на «западных», «восточных», «южных» или, вообще, «белых и пегих» с целью выставить их как отдельные племена или даже враждебные по отношению друг к другу расы, чтобы мы — современные потомки тех якобы «племен» никогда не нашли концов. Так, например, очень больно видеть на страницах учебников по истории нечто вроде: «Скифам (или славянам) Причерноморья не повезло, так как с юга им постоянно угрожали набегам Персы ...» По всему видно, что автор подобных строк настолько зазомбирован традиционными клише, что в независимости от того, какую научную степень он имеет, польза от такого ученого-историка будет нулевая. Бедолага, видно, даже и мысли никогда такой не допускал, что как «скифы» или «славяне», так и «персы» с точки зрения генетической науки являются неотъемлемыми частями одного и того же народа.

На самом деле все происходило намного проще. Климатические условия последнего «малого» похолодания толкнули носителя гаплогруппы R1а Славянина-Ария из своей арктической прародины на юг. В Иран он попал, главным образом, используя бассейн реки Ра (Волги) и акваторию Каспийского моря, которое, кстати, в те далекие времена было намного большим и занимало пространство вплоть до слияния с Аральским морем. На пути к Ирану Славянин-Арий на одном из этапов своего путешествия на юг — ВНИМАНИЕ, ЭТО ОЧЕНЬ ВАЖНО! — генетически «тронул» носителя русо-варяжской гаплогруппы I — своего брата Славянина-Руса, который, как мы уже знаем, был исконным жителем Европейского континента, и, частично ассимилировался с им, добавив к своим маркерам славянина-ария еще и генетику славянин-руса. В свою очередь, Славянин-Рус в то же время на-полную зачерпанул себе славяно-арийских генов беженцев с севера. Произошло это никак не меньше, как 10000 лет назад в географическом регионе, где лежит сегодняшняя Беларусь и прилегающие к ней территории. Так образовалась генетическая композиция белорусов, которая у них, в отличие от подавляющего большинства других народов, сохранила свои первичные свойства до нашего времени. Быть иначе оно просто не могло, поскольку территория сегодняшней Беларуси являлась во времена славяно-арийского исхода с Севера восточным пограничьем расселения Славян-Русов. Элементарная логика подсказывает, что Славяне-Арии не могли в массовом количестве вклиниться во владения уже хорошо учредившихся в Европе Русов, которые находились на приблизительно одинаковом с Ариями уровне технологического прогресса. Ариям был необходим жизненный простор и они находили его, идя дальше на юг. Тем не менее, поскольку миграция Славян-Ариев имела быть довольно продолжительной, в зоне их непосредственного соприкосновения со Славянами-Русами, которая проходила как раз через ту землю, где сейчас лежит Беларусь и Северная Украина, образовался некий сорт перманентных отношений между этими двумя великими народами. Эти отношения в конечном счете привели к образованию мощного русо-арийского сообщества, которое позже, распространившись по всей Северо-Центральной Европе и образовав также свои форпосты на Аппенинском полуострове, Балканах и Ближнем Востоке, воплотилось, наконец, в ряде знаменитых государственностей античности и средневековья. Это обстоятельство и является ответственным за наличие гаплогруппы I у жителей сегодняшнего Ирана, который, как известно, находится далеко от Европы — ареала традиционного расселения носителя гаплогруппы I Славянин-Руса.Надо отметить, что Иран является самым восточным пунктом на географической карте, куда вообще дошло присутствие русо-варяжской генетики Славян-Русов. Тот факт, что древний перс был со славянами нынешними и, в особенности, с белорусами, в кровном родстве, подтверждает не только генетика. Если мы бросим взгляд на жителей сегодняшнего Ирана, мы не сможем не заметить, что среди них много представителей с самым что ни на есть европеоидной видом. Так, например, спикер иранского парламента господин А. Лариджани по внешнему виду скорее напоминает белорусского учителя, чем человека с Ближнего Востока (смотри слева выше: г-н Лариджани). Видеть среди современных иранских граждан белого человека из числа коренных жителей — дело не очень сложное. В Иране до сих пор много не только светлокожих полностью по-европейски выглядящих людей, но и самых настоящих блондинов (справа: дети из деревни на северо-западе Ирана).

eeyan.mypage.ru

Иранцы. Божества древних славян

Основная идея древнеарийского верховного бога, представителя небесного света, поборника тьмы и злых демонов, выразилась в Иране в лице бога Ормузда или Агурамазды, т.е. премудрого владыки, «величайшего из богов», как именует его древняя надпись[175]. Геродот, описывая религию персов, говорит, что они имеют обыкновение приносить Зевсу жертвы на высших вершинах гор, «причем призывают весь небесный круг»[176]. Без сомнения, Геродот под именем Зевса понимает бога небес Агурамазду. Последний, по словам Авесты, есть высший из богов, создатель неба и земли, податель всех благ. Его называют, в гимнах Авесты, блестящим, величественным, источником радостей и добра, святейшим, мудрейшим, всеведущим, чистым. Он не только создал мир, но и постоянно управляет им, он – владыка всего творения, превысший царь: «Восхваляю Агурамазду, – читаем в Авесте, – создавшего скот, создавшего чистоту, воду и добрые деревья, создавшего блеск света, землю и все благое. Ему принадлежат царство, могущество, власть». Митра, обращаясь к Агурамазде, с воздетыми к небу руками, называет его «небесным, святейшим, творцом мира, чистым»[177].

Явление небесного света самым осязательным образом проявлялось в ослепительном блеске солнца. Поклонение солнцу, как небесному светилу, как физическому явлению, засвидетельствовано многими гимнами Авесты, где неоднократно встречаются молитвенные обращения к солнцу: «Взойди, блестящее солнце, снабженное быстрыми конями, – взывают к нему в Авесте, – поднимись на Нага berezaiti (высокую, небесную гору) и свети тварям…, на пути, созданном Агурамаздой, (на пути) обильном влагой, в воздухе, созданном богами!»[178] Солнцу приписывали, как и звездам, очистительную силу[179]: «Восхваляем солнце бессмертное, блестящее, снабженное сильными конями, – восклицает певец Авесты. – Когда солнце светит, когда блистает его свет, то являются небесные добрые гении (Yazatas). Они собирают блеск, они распространяют блеск, они распределяют блеск по созданной Агурамаздой земле… Когда солнце возрастает, то земля, созданная Агурамаздой, бывает чиста, бывают чисты воды рек, вода семен, вода морей, вода прудов, тогда очищаются чистые творения, принадлежащие ?penta Mainyu (т.е. Агурамазде). Если же солнце не взошло бы, тогда Дэвы (злые духи) убили бы все живущее; тогда ни один небесный Yazata не был бы в состоянии отстранить их, противостоять им». Авеста называет солнце «оком Агурамазды».

Народы Ирана поклонялись и богу солнца, в лице Митры, которого почитали владыкою света и правды, победителем тьмы и стужи, подателем урожая полям, пищи и плодородия стадам, наконец, богом войны и подателем побед над врагами: «Я сотворил его (Митру), – говорит Агурамазда, – столь же достойным почитания и поклонения, как я сам». Митра появлялся с востока, восседая во всем своем величии на блестящей колеснице, запряженной четырьмя быстрыми белыми конями. Никогда не дремлющий, всегда бдящий, он следил за всем происходящим в мире тысячью ушей, десятью тысячами очами. Он в одно и тоже время и милостивый, и ужасный, мстительный бог; деятельность его в том или другом случае бывает настолько же благодетельна, сколько и разрушительна. И в этическом отношении он великий бог, враг лжи, он же – покровитель договоров: «Восхваляем Митру… приказывающего водам бежать, деревьям расти. (он) податель тучности стад, владычества, детей, жизни». «Быстрых коней дарит Митра, обладающий пространными пастбищами, если ему не говорят лжи… Пусть он придет к нам и подаст защиту, радость, милость, исцеление, победы… Митра, поддерживающий столбы высокого жилища, делает его сильным, непоколебимым, подает этому жилищу множество скота и людей, если он бывает удовлетворяем; другие жилища, гце ему наносится оскорбление, он разрушает. Ты и злой и благой в одно и тоже время; о Митра, для стран, для людей; ты владыка, о Митра, над миром и раздором в странах… Даруй нам богатства, силы и победоносности, насыщения и исцеления, добрую славу и чистоту души, величие и познание святости».

«Митра стоит во главе битвы; стоя в битве, он разгромляет ряды борющихся»[180]. Он, могущественный, насылает на них наказание и страх, он сносит головы людей, обманывающих Митру. Митру, в его блестящей поездке по небу, сопровождают божественные герои, поражающие злых духов: ему предшествует Верефрагна (Verethraghna), с правой стороны несется ?rao?a, «святой», с левой – Ra?nus, сильный, с Митрой же шествует и огонь. Колесница Митры защищается тысячью луков, тысячью златоконечных стрел, тысячью коней, тысячью метательных дисков, тысячью ножей, тысячью палиц. Митра сам держит в руке страшную палицу, «сильнейшее из оружий, победоноснейшее из оружий», которой страшатся Ариман и все прочие злые духи. Этой же палицей он карает страны, противные Митре: он избивает ею коней и людей. Ему, богу солнца, приносились в жертву белые кони (Ксенофонт). В войске персидского царя Дария (последнего) содержался «солнцев конь», украшенный золотой сбруей, покрытый белой попоной[181]. В войске Ксеркса, отправлявшегося на войну против греков, по свидетельству Геродота, находилась священная колесница, в которую было запряжено восемь белых коней; управитель колесницы шествовал за ней пешком, держа вожжи в руках, так как ни один смертный не смел садиться на нее[182]. 3 Геродот называет ее колесницей Зевса, но не может быть сомнения, что это была колесница, посвященная Митре.

Хранительницей небесной влаги Авеста называет женское божество Ardv?-??ra An?hita, т.е. высокую, чистую (незапятнанную) богиню. Она описывается в виде сильной, красиво сложенной девы, с блестящим ликом и прекрасными руками, «более блестящими и б?льшими, чем кони». На голове ее красовалась золотая диадема, украшенная ста звездами, в ушах – золотые серьги, на шее – золотое ожерелье; широкое золотое одеяние, спускавшееся многочисленными складками, обхватывало ее стан, на ногах надеты были золотые сандалии. Груди ее свешивались через пояс. Верхняя одежда ее была сделана из блестящего бобрового меха (т.е. из гладкого меха водного животного). Она ехала в колеснице, в которую запряжены были четыре белых животных. Анагита была богиня самая благодетельная: источник небесных вод есть в то же время и источник плодородия и жизни. К ней обращались с разными молитвами, преимущественно же беременные женщины молились ей, прося от нее помощи в родах. Она давала девицам мужей, очищала мужское семя, очищала тела женщин для родов и даровала женщинам благополучные роды и надлежащее молоко. Высокое значение ее доказывается тем, что к ней обращались с жертвоприношениями и молитвами самые знаменитые божественные герои, и сам Заратустра, и даже Агурамазда; ей поклонялись не только в Иране, но и в Каппадокии, именно в Армении, даже в Бактрии, Дамаске и Сарде. К ней взывали о помощи и иноверцы[183]. Богиня эта, очевидно, сделалась прототипом позднейших малоазийских и греческих богинь луны, которым приписывались разные благодетельные качества, особенно же покровительство родам и дарование здоровья и жизни. – Другим хранителем или источником небесной влаги был «великий владыка, Пуп вод», божество мужского пола, творец и благосклонный покровитель человека, живший в водах небесного озера Воуру-Каша, по выражению Авесты, «приносящий пользу призывающим его», «имеющий самый чуткий слух», по отношению к предлагающим ему жертвы[184]. Непосредственным же подателем дождя Авеста называет блестящую звезду Тистрию, вступающую в ожесточенную борьбу со злым демоном Daeva Apao?a, представителем засухи[185].

Агурамазде, по учению Авесты, подчинялась толпа добрых духов. Все они жили на востоке, на высоте, вблизи солнца и звезд. Им противополагалась толпа злых духов, обитавших на западе или холодном севере, в темных подземельях, во мраке ада, самом дурном месте. Во главе их стоял Ариман, Angro-mainyus, т.е. злое мыслящий, названный так в противоположность Агурамазде, которому давался эпитет ?penta-mainyus, т.е. святое или доброе мыслящий.

Добрым духам (bagha) принадлежали: свет, вода, плодородная земля, добрые растения, нивы и пр.; злым духам (daeva) принадлежали: тьма, холод, засуха, ядовитые травы, болезни, смерть и пр. Все звери, живущие в норах и вредящие нивам (крысы, мыши, муравьи и т.п.), пресмыкающиеся животные (черепахи, ящерицы и пр.), насекомые (комары, вши, блохи и пр.) суть твари злого духа. Оттого величайшей заслугой считалось истребление животных Аримана; вследствие того, жрецы всегда носили с собой трость для убивания гадов. «Маги, – говорит Геродот, – собственноручно умерщвляют все, кроме собак и людей; они считают своей обязанностью избивать муравьев, змей и вообще все ползущее и летающее»[186].

Идея о боге небесного света не утратилась и у той ветви арийского племени, которая заселила долину Инда, перерезанную многочисленными его притоками, – «страну пяти потоков».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

religion.wikireading.ru

Древние иранцы. Мидия

Древние иранцы, принадлежавшие к одной из ветвей индоевропейцев, появились на территории современного Ирана на рубеже II - I тысячелетий до н.э., причем в науке до сих пор не решен вопрос, откуда они появились - с территорий Кавказа или из Средней Азии через прикаспийские степи. Вступив во взаимодействие с местным населением - хурритами, касситами и др. - и частично ассимилировав его, иранцы с VIII в. до н.э. стали господствующим этносом, разделившимся, в свою очередь, на две части - мидян на севере и персов на юге. Войны Ассирии с Урарту, вторжения киммерийцев и скифов создали благоприятную ситуацию для консолидации мидянских племен, на основе которой сложилось государство Мидия, ставшее уже в VII в. до н.э. сильной державой, союз которой с Вавилонией сыграл решающую роль в крушении Ассирии.

Удачливый правитель Мидии Киаксар (625 - 585 гг. до н.э.) не только разгромил Ассирию, но сумел покорить и подчинить также Урарту и рад других стран от прикаспийских степей до Малой Азии, где им был заключен союз с крупным Лидийским царством. Сын Киаксара Астиаг (585 - 550 гг. до н.э.) предпринимал усилия для сохранения и укрепления могущества Мидии. Однако в этой борьбе он встретил ожесточенное сопротивление региональной племенной знати, обогащение которой в ходе завоевательных войн способствовало ее усилению. Среди иранских племен, находившихся в зависимости от царей Мидии, были и ведшие борьбу с их соседями-эламитами персы.

Располагавшиеся на юге иранского плато, рядом с древним Эламом, персы долгие десятилетия существовали практически автономно от этнически близких им мидян. Консолидация персов в государство происходила медленно и чуть запаздывала по сравнению с мидянской. Однако автономия эта способствовала политической независимости формировавшегося государства. Правитель персов Кир I во второй половине VII в, до н.э. признавал авторитет Ассирии, с которой мидяне вели ожесточенную борьбу, а во времена его сына Камбиза I, женатого на дочери Астиага, персы были уже вассалами Мидии. Сын Камбиза Кир II был по матери внуком царя Мидии, и это родство сыграло определенную роль как в его судьбе, так и в судьбах всех, персов.

Кир II Великий и держава Ахеменидов

Став в 558 г. до н.э. царем персов, Кир II в 553 г. выступил против Мидии и в 550 г. покорил ее, соединив тем самым в своих руках власть над обеими родственными ветвями древних иранцев. Вскоре энергичный Кир присоединил к своему государству Элам и, выступив против Лидии, разбил войска ее царя Креза, славившегося во всем древнем мире своими несметными богатствами. Подчинив почти всю Малую Азию, а затем и значительную часть Средней Азии, Кир выступил против Вавилона и в 538 г. захватил его, после чего персам добровольно подчинились и зависевшие от Вавилона небольшие государства, включая восточносредиземноморские. Намереваясь выступить против последнего из крупных соперников, Египта, Кир решил предварительно обезопасить среднеазиатские границы своей державы, но потерпел неудачу и погиб в сражении с массагетами в 530 г.

Созданная Киром держава Ахеменидов* за короткий срок стала крупнейшей в мире; ее границы простирались от средиземноморского побережья до среднеазиатских оазисов. Непокоренным оставался Египет, так что неудивительно, что именно против него двинул свои силы сын Кира Камбиз II, в армию которого кроме персов были включены воины едва ли не всех покоренных его великим отцом стран и народов, не говоря уже о финикийском флоте. Египетские войска не сумели противостоять натиску этой армии: в 525 г. Египет был покорен, а Камбиз провозглашен его фараоном (27-я династия). Вслед за этим персы предполагали идти походом в Эфиопию и через ливийские пески на Карфаген, но недостаток продовольствия и общая неподготовленность огромной армии к длительным экспедициям в сложных условиях привели к крушению первоначальных замыслов. Кроме того, тревогу Камбиза вызвали дошедшие до него слухи о волнениях в Персии, вызванных ложными сведениями о его гибели и претензиями его брата Бардии на престол. Камбиз приказал казнить Бардию и поспешил обратно, но неожиданно умер в пути. В этой критической ситуации на передний план выступил, согласно некоторым данным, жрец (маг) Гаумата, выдавший себя за Бардию.

* Персидские цари возводили свою родословную к Ахемену, жившему в VIII - VII вв. до н.э.

Традиционная версия о первом из известных истории самозванцев, сыгравших серьезную роль в политической борьбе крупного государства, ныне специалистами подвергнута сомнению: считается, что к власти пришел все-таки подлинный Бардия. Как бы то ни было, но взявший в свои руки- власть Бардия (или Лжебардия-Гаумата) несколько месяцев успешно управлял империей и даже провел ряд реформ, направленных на укрепление центральной власти и ослабление знати. Возможно, именно это, в сочетании с достигавшими Персии противоречивыми слухами о Камбизе II (жив? или все-таки умер?), что ставило нового царя в двусмысленное положение, привело к острой политической борьбе в правящих кругах, в ходе которой осенью 522 г. Бардия (Лжебардия?) был убит заговорщиками. Один из них, представитель младшей ветви Ахеменидов Дарий, после этих событий был провозглашен новым царем персов.

Придя к власти, Дарий столкнулся с тяжелой ситуацией. Во всех концах империи вспыхивали восстания; одна за другой недавно присоединенные к Персии страны пытались добиться независимости. Опираясь на армию, молодой царь жесткой рукой подавил восстания и восстановил эффективную власть центра. В знак своих успехов он повелел высечь на Бехистунской скале гигантское барельефное изображение с надписью на нескольких языках. И изображение, и надпись (сыгравшая в свое время важную роль в расшифровке клинописи) призваны были закрепить в поколениях память о великой победе. Однако военными успехами деятельность Дария не ограничилась - с них она практически только началась, ибо центр тяжести ее был в ином, т.е. в тех реформах, которые обеспечили почти двухвековое владычество персов на Ближнем Востоке.

studfiles.net

Европеоиды Востока | Блогер aniase на сайте SPLETNIK.RU 27 мая 2013

Европеоиды Востока

Знойными красавицами и жгучими брюнетами в странах Ближнего Востока или в государствах Индостана никого не удивить, а вот их голубоглазые или зеленоглазые да ещё и нередко при этом белокожие и русоволосые обитатели выглядят очень необычно и даже экзотично. Но, на самом деле всё объясняется просто. Начну с жителей Ирана, персов, которые, как известно, являются потомками древних ариев и само название Иран есть производная от Арианы, что означает "страна ариев". Но арабское нашествие в VII веке нашей эры очень изменило этнический состав Ирана, но тем не менее там до сих пор часто встречаются такие лица :

Деревенская девочка (Хорасан, Вост. Иран)

Пожилой иранец (Вост. Иран) :

Иранская девочка(Вост. Иран)

Модели - персы

Лейла Милани - канадская модель иранского происхождения:

Иранская модель:

Иранская модель Клаудия Линкс. Родилась в Тегеране в 1982 г., сейчас живёт в Лондоне:

Иранская девочка из Арпанаха (провинция Хузестан)

Иранская девушка:

Один из иранских политиков:

Курдский малыш:

Курдская девочка:

Когда арийские племена заняли Индию, то они не стали уничтожать завоёванных ими чернокожих дравидов. И хотя в результате кастовой системы арийские племена не смешивались с дравидами, но за несколько тысячелетий взаимная ассимилиция всё-таки сделала своё дело и индусы весьма потемнели. Однако касты, которые в Индии считаются высшими, а также народности сикхов и джатов до сих пор заметно белее основной массы населения Индии, а некоторые их представители вообще имеют типично европейский фенотип.

Всеми любимая Айшвария Рай

Ритик Рошан

Селина Джейтли

Радж Капур, легенда индийского кинематографа

Каришма Капур, актриса, одна из представительниц легендарной династии

Карина Капур

А вот, что называется,  фотографии  из жизни. На них, в основном, представлены жители Северной Индии.

Кашмирская девочка (Джамму и Кашмир, Сев. Индия) :

Женщина из Пенджаба, Сев. Индия

Раджастанка, Сев. Индия:

Девушка из Кашмира:

Индийская девочка из Кашмира, Сев. Индия:

Мужчины из Северной Индии:

Маленькая индианка (Пенджаб, Сев. Индия)

Школьница из штата Уттаранчал (Гималаи, Сев. Индия)

Сикхская девочка:

Сикх:

Далее представлено достаточное количество фотопортретов жителей Афганистана и Пакистана, многих из которых можно легко принять за европейцев, если бы не их национальная одежда и особенные глаза.

Пуштун, Афганистан:

Пуштун, Пакистан:

Пуштунский мальчик, Пакистан:

Пуштунская девочка (Зона племён, северо-запад Пакистана) :

Пуштун, Пакистан(вот его совсем не отличишь от европейца) :

Афганский мальчик стоит рядом с общественным водопроводом в Кабуле:

Пуштунская девочка, одна из известных работ фотографа Стива Маккари:

Юный житель Нуристана, Восточный Афганистан:

Житель Читрала, Сев.Пакистан

Афганская девочка стоит у колючей проволоки в городе Кандагар на юге Афганистана:

Фотография афганской девочки Стива Маккари, также одна из самых известных его работ:

Житель Читрала, Пакистан:

Афганские дети из Кандагара машут канадскому капралу:

Дети из Кабула:

Девочка из Северного Пакистана:

Афганская девочка в деревне Галбалай в долине Пех, провинция Кунар, северо-восток Афганистана. Девочка смотрит, как офицеры армии США разговаривают с ее отцом – местным старейшиной – во время патрулирования:

Афганские беженцы

Таджик из Пандшера:

Афганец. Владелец шашлычной.

Юноша из Северного Пакистана:

Девушка (слева) народности бурушо из долины р. Хунза (Сев. Пакистан)

Мальчик бурушо из Пакистана

Женщина с ребёнко, бурушо

Девочка бурушо:

Мальчик из Западного Афганистана:

Девочка из провинции Герат, Афганистан:

Девушка из Нуристана, Восточный Афганистан:

Маленький афганец:

Девочка из Нуристана:

Маленькие нуристанки:

Дети Нангархара (Джелалабад, Сев-вост. Афганистан)

Маленькая нуристанка(фото 1971 года)

Девочка нуристанка:

Девочка из Нуристана:

и самая известная из всех фотографий:

Высоко в горах Пакистана на границе с Афганистаном, в провинции Нуристан, разбросано несколько крошечных плато. Местные жители называют данный район Чинтал. Здесь проживает уникальный и загадочный народ - Калаши.

 Мать с сыновьями:

Их уникальность заключается в том, что этому индоевропейскому по происхождению народу удалось выжить почти в самом сердце исламского мира. А между тем калаши исповедуют вовсе не авраамический культ - ислам, а исконную, народную веру...

Калашей на сегодня сохранилось не более 6 тыс. человек - они самая миниатюрная и загадочная этническая группа Азиатского региона. Говорят на калашском языке дардской группы индоевропейских языков (однако около  половины слов их языка не имеет аналогов в других дардских языках, как и в языках соседних народов). В Пакистане распространена версия, что калаши являются потомками воинов Александра Македонского , но это всего лишь версия. Внешность некоторых калашей характерна для североевропейских народов, среди них часто встречается голубоглазость и блондинизм. Учёные относят калашей к белой расе - это научный факт.

     В конце первого тысячелетия в Азию пришел ислам, а с ним и беды индоевропейцев и в частности народа калашей, не желающих изменить вере предков.  Местные мусульманские общины настойчиво пытались заставить калашей принять ислам.  И многие калаши вынуждены были подчиниться. Тех, кто не подчинялся и хотя бы тайком отправлял языческие культы, власти в лучшем случае гнали с плодородных земель, загоняя в горы, а чаще - уничтожали. Жестокий геноцид народа калаши продолжался вплоть до середины XIX  века, пока крохотная территория, которую мусульмане называли Кафирстан (земля неверных), где обитали калаши, не попала под юрисдикцию Британской империи. Это спасло их от полного истребления. Но и сейчас калаши находятся на грани исчезновения.

Берберы Северной Африки

Никто не знает, когда они пришли на север Африки и откуда. Но случилось это за много сотен лет до того, как эти земли завоевали арабы и даже до прихода финикийцев. Среди берберов до сих пор много светлоглазых и даже  светловолосых  несмотря на почти что полную и многовековую ассимиляцию  арабами.  Берберы своеобразны в антропологическом отношении. Среди берберского населения Марокко можно выделить несколько расовых типов. I-й, наиболее интересный – высокорослый, длинноголовый, с узким высоким носом, часто имеют русые или рыжие волосы, голубые глаза и белую кожу.

Зинедин Зидан также берберского происхождения

Большинство берберов сегодня живёт в горах. Берберских деревень множество. Скорее всего берберы заселили земли Северной Африки из Европы. Как считают некоторые исследователи, многие слова берберских диалектов имеют индоевропейские корни. Тем не менее, язык берберов учёные относят к семито-хамитским. Конечно, языки у соседних народов смешиваются, и влияние семитов на берберов многовековое. Но основа языка, если её очистить от «грима» многочисленных завоевателей окажется не семитская! Первые королевские династии Магриба – берберские. Потом берберы приняли ислам и начали постепенно забывать своё  прошлое.

 

 

www.spletnik.ru

Иранцы и скифы в истории

Русские и иранцы связаны многими корнями – языковыми, культурными, религиозными. Свидетельства древних историков говорят о преданиях, согласно которым наши предки, скифы, тысячу лет царствовали в земле Иранской, и «власть их была кроткая и мирная, благословенная для рода человеческого». Юстин отмечает, что это было давно, «прежде власти ассирийской». Скифы тут смешались с народом саков-ванов, народом земледельческим. Однако даже если оставить вне контекста рассказа сюжет о далеком прошлом наших великих народов, духовная близость иранцев и русских очевидна. А. С. Хомяков считал, что «великие центры мысленной деятельности человеческой, Иран и северо-восток Африки, распространяли жизнь и движение по всей земле». Порой лучи этой мысли темнели, отдаляясь от своих источников; теплота жизни исчезала по мере того, как колонии утопали в пространстве пустынь и отрывались от взаимного общения, но иранская духовность полностью исчезнуть никак не могла. Влияние иранской культуры огромно. Не случайно тот же Хомяков отмечал, что корень просвещения санскритского «не в Индии, а в иранской колыбели», что высшие касты Индии, само санскритское слово, да и святыни духовного брахманства, то есть «все лучшее и благороднейшее, принадлежит Ирану». Что же касается славянского мира, он, очевидно, «долее всех оставался с ним в связи и подвергся его влиянию в северных приволжских областях (это заметно из многоглавных идолов и… многоглавных церквей)».

Сак. Золотая пластинка из Амударьинского клада

В начале II тысячелетия до н. э. арии, населявшие степи от Волги до Западной Сибири, полагают, разделились на две части. Одна из них двинулась в направлении полуострова Индостан и к середине II тысячелетия до н. э. дошла до Индии (индоарии), другая тогда же пришла на территорию Северного Ирана и осела там. Арии встретились с персами – потомками индоевропейцев, переселившимися ранее в Азию. Ученые говорят о глубоком культурном воздействии ариев на иранцев.

Персиянка

Персы смогли создать великую державу (империю), объединив лидийцев, мидян, скифов, персов и иранцев. Царь Мидии Киаксар (Царь Кий) сумел создать регулярную армию и совместно с вавилонянами в ряде битв (612 и 605 гг. до н. э.) разбил грозную Ассирию. На север Двуречья из прикаспийских степей устремились тогда как мидяне, так и арии-митаннийцы. По Геродоту, северо-западная часть Мидии называлась Матиена. Там, около Каспийского моря, проживал народ меотов, который относят к арийцам. Налицо известная общность родственных народов этого региона – Ирана, Таджикистана, Узбекистана, Азербайджана, Армении, Грузии. Мидийская держава включала в себя Северную Месопотамию, Гирканию, часть Парфии, Персию, Элам, страну Маннеев, Урарту, часть Малой Азии.

Голова царя Сасанидской династии

Конечно, на столь длительном отрезке истории всякое случалось между народами, учитывая остроту борьбы племен за жизненное пространство. Персы, грозные воители, захаживали на просторы Скифии. После успешных походов в Индию Дарий решил подчинить скифов Северного Причерноморья. Вспомним еще раз о тех событиях… В 515 году до н. э. он двинулся на земли скифов, надеясь их разбить или, по крайней мере, устрашить. У похода были конкретные цели: 1) создание во Фракии базы для обеспечения вторжения в Грецию; 2) защита путей сообщения для армии; 3) наказание гордых и агрессивных скифов, не раз ранее угрожавших его империи. Историки отмечают: «Дарий в русских степях видел родину тех народных толп, которые грозили в конце концов его странам, и считал нападение на них лучшим способом защиты». Царь неплохо подготовился к походу, собрав огромную армию, которую Геродот определил в 700 000 человек. Цифра безусловно завышена, как все цифры, приводимые греками. Вряд ли армия его превышала 70—100 тысяч человек. Были у персов и корабли. Наведя плавучий мост через Босфор, армия двинулась к Дунаю, затем в причерноморские степи.

Г. Г. Гагарин. В осаде

Скифы применили тактику «выжженной земли». Геродот говорил, что, отступая, скифы засыпали на пути персидского войска колодцы и источники, уничтожали растительность, уводили стада и скот. На пути огромной персидской армии часто горела степь, оставляя без корма тысячи лошадей и вьючных верблюдов. Скифская конница беспокоила персов, но в решающие сражения не ввязывалась. Скифы завлекали их в глубь территории. Дарий попался на эту уловку. Армия потянулась по бескрайним просторам, дошла до Танаиса (Дона) и переправилась через него. Наконец скифы решили перейти к более активным действиям, отправив на север, в безопасное место, семьи и весь скот. Конное войско скифов, разделенное на две конные армии, подобно Первой и Второй конной, стало наносить удары по измотаннным частям Дария.

Скифы и согдийцы. Фрагмент рельефа из Персеполя

Вконец обозленный Дарий встал перед дилеммой, что делать дальше (гоняться за недостижимым врагом было бессмысленно; скифы, ударив, тотчас исчезали, находясь на расстоянии дня пути от основных сил Дария). Тогда-то и появился «глашатай» скифов с дипломатическим посланием весьма оригинального содержания. Посол передал царю персов птицу, мышь, лягушку и пять стрел и потребовал разгадать смысл зашифрованного послания. Дарий созвал военный совет и после долгих раздумий один из его вельмож, Гобрий, похоже, разгадал смысл дипломатической почты. Он объяснил смысл символического послания скифов Дарию: «Если вы, персы, как птицы не улетите в небо, или как мыши не зароетесь в землю, или как лягушки не поскачете в болото, то не вернетесь назад, пораженные этими стрелами». Вскоре прояснилось истинное значение слов.

Слова свои скифы подкрепили активной военной тактикой. Они стали все чаще нападать на персидскую конницу, раз за разом нанося ей поражение. Та спасалась бегством, укрываясь за отрядами пеших воинов-наемников, известных выучкой и дисциплиной греческих гоплитов.

Об исходе всей кампании сообщает Геродот. Вскоре персы поняли: добиться победы над врагом, которого невозможно настичь и одолеть, нельзя. Дарий нес большие потери в войске от голода, жажды и болезней и вынужден был вернуться. Спасением он обязан Гистиею и другим греческим тиранам, которые не согласились с предложением Мильтиада сломать мост. И хотя все области к югу от Дуная и Фракия пока остались в подчинении у персидских владык, скифы так и остались непокоренными. Однако культурное и генетическое влияние Древнего Ирана на кочевников, конечно, было очень заметным.

Изображение на горельефе Персеполя

Между иранской культурой и скифскими территориями наладились тесные контакты… Историк отмечает: «Естественно, больше всего ахеменидские изделия нравились скифам. Обеденные сервизы, роскошные ложа и троны, предназначенные для пиршеств в шатрах персидских чиновников, пребывающих в действующей армии, соответствовали вкусам… вождей кочевников-скифов. Скифские гробницы были досконально меблированы, и в любом случае скифы не только имели тесные отношения с мидянами и персами, но и поставляли со своих уральских территорий много золота, в котором Персия нуждалась». В скифских курганах тому подтверждение: найдено немало вещей и предметов типично ахеменидских (ритон из Куль-Оба, рога для питья, клад в Зивие).

Электровый сосуд из кургана Куль-Оба

Так что мы отдаем себе отчет в том, сколь многим обязаны мы персам. Ростовцев пишет: «Но Скифия, конечно, не могла равняться с Персией ни по своей культурности, ни по своей государственности. Персия унаследовала от своих предшественников – Ассиро-Вавилонии, алародийских царств, Лидии, Фригии, Финикии и Египта – старую и прочную государственность и культуру; через Малую Азию она вошла в тесную и непосредственную связь с эллинским миром, приведшую к попыткам включения эллинского мира в мировую персидскую державу. На этих базах создался ее пышный государственный и культурный расцвет. Скифы же, поскольку можно судить по единственному достоверному свидетельству об их государственности и культуре – свидетельству Геродота, остались и на юге России преимущественно кочевниками, и государство их типичным государством конных кочевых наездников с сильною конною дружиною под управлением неограниченного державного владыки-царя. Их державу надо представлять себе организованной в типе позднейшего Хазарского царства или татарской Золотой Орды». Но есть и иные мнения.

Бактрийский серебряный рельеф

Конечно, есть различия: мы – православные христиане, а они – мусульмане. Однако наши веры гораздо ближе, чем веры разных конфессий внутри христианского мира. Сегодня идут горячие споры о роли мусульманства в мире и о том, какова тональность Корана. Часто в речах о мусульманах и священной книге Пророка имеются в виду разные смыслы: каковы будут взаимоотношения Запада и Востока в этом тысячелетии. Интересуют спорящих вовсе не религиозные мотивы веры, христианских заповедей или сур Корана, а то, что почерпнут оттуда люди, к каким действиям книги побудят сотни миллионов последователей. Дело не в том, выглядит ли Коран по сравнению с Библией «манифестом пацифизма». И даже не в том, один ли бог у нас. Единые боги не мешали Греции, Вавилону, Риму, Египту, Израилю, Ирану, Китаю, Индии, Македонии и Карфагену воевать.

Страницы Корана

Некий праведный халиф в VII веке н. э. верно заметил, что «Коран – носильщик». Но ведь точно такими же носильщиками являются Талмуд и Библия. Они наполняются лишь тем содержанием, которое вкладывают в них полководцы и политики, жрецы и пророки. Приведу лишь один пример. Можно прочитать суру Корана (Покаяние, 5): «А когда кончатся месяцы запретные, то избивайте многобожников, где их найдете, захватывайте их, осаждайте, устраивайте засаду против них во всяком скрытом месте! Если они обратились и выполняли молитву и давали очищение, то освободите им дорогу: ведь Аллах – прощающий, милосердный!» Уверяем: разные лица, прочтя ее, наверняка и интерпретируют текст на свой лад. Одно прочтение – у правоверного мусульманина, главного муфтия России, другое – у террориста. Точно так же из одной и той же суры (Покаяние – 9,12) мусульмане, иудеи, христиане Запада почерпнут, в переводе на современный язык, разное содержание: «Они не соблюдают в отношении верующих ни клятвы, ни условия. Они – преступники», или: «А если они нарушили свои клятвы после договора и поносили вашу религию, то сражайтесь с имамами неверия, – ведь нет клятв для них…»

Как же должен понимать эту суру палестинец, у которого украли его землю, которому десятки лет обещают справедливый мир, а Израиль даже слышать не желает (до недавнего времени это было так) о возвращении земель?! Как иракцы, иранцы, да и многие арабы еще могут прочесть суру 5 (Трапеза, 37), глядя на действия США и их союзников в Ираке, стране, которая была захвачена под явно надуманным предлогом, подло и преступным образом? Конечно, они скажут янки: «Действительно, воздаяние тех, которые воюют с Аллахом и Его посланником и стараются на земле вызвать нечестие, в том, что они будут убиты, или распяты, или будут отсечены у них руки и ноги накрест, (и) будут они изгнаны из земли».

Восточная миниатюра. Приезд важного вельможи

Могучий иранский мир, как это было и в далекой древности, когда он посылал в конце VIII века до н. э. завоевательные волны на север, к северным берегам Черного моря, так и на юг, в пределы Ванского царства, ныне готов воссоединиться с той Русской цивилизацией, что поднимается в своей новой ипостаси на просторах евразийского мира. Восточное и греческое предание, как подчеркивал М. Ростовцев, не случайно называло северную и южную волну иранцев скифами. Иранцы – «родственники скифов», «наша близкая родня».

Дикий кабан

Мы – одна кровь, напоенная жаром священного огня, битвы добра со злом, ароматом цветов и степей, волнующей, щемящей душу и сердце поэзией, открытой и благородной, как у персов, религией, девиз которой – Правда и Справедливость. Иран стал «родиной неутомимых работников, трезвых борцов за существование и культурные блага, бдительных воинов и исторических деятелей, сплоченных и последовательных. Такими мы видим иранцев в истории…» И хотя в долгой истории нашего добрососедства случались и печальные недоразумения, и военные конфликты, даже убийства, но общая тональность отношений почти всегда была доброжелательной и безусловно дружелюбной.

Правда, одним из таких горестных событий стало убийство в Персии посла А. Грибоедова. Смерть эта полна необъяснимого. Хотя, возможно, причина в том, что мы бываем невнимательны и пренебрежительны к нравам и обычаям чужеземцев. В романе Тынянова сотрудник посла, Мальцов, высказал визирю Алаяр-хану, пришедшему выразить соболезнование, свой взгляд на это событие: «Виноват, к великому моему сожалению, – русский посол. Он, и только он… Император в премудрости своей ошибся. Господин Грибоедов не оправдал доверия. Это я могу теперь говорить везде и всюду. Он презирал и ругался обычаям Ирана, священным обычаям его, он отнял двух жен у одного почтенного лица, он не остановился перед тем, чтобы отнять у самого падишаха, у его величества, слугу…» У нас и ныне, к сожалению, встречаются послы, которые скорее вредят и гадят, чем помогают России.

Портрет поэта С. А. Есенина. 1925 г.

Разумеется, и нападение фанатичной толпы было кем-то умело инспирировано. Стоит напомнить, что тогда же в Грузии вспыхнуло восстание, направленное против России и подготовленное, вероятно, на английские деньги. У генерала Паскевича не было на сей счет сомнений. Министр иностранных дел граф Нессельроде ответил ему письмом (16 марта 1829 г.): «Отношение в. сиятельства государь император изволил читать с чувством живейшего прискорбия о бедственной участи, столь внезапно постигшей министра нашего в Персии и всю почти его свиту, соделавшихся жертвою неистовства тамошней черни. При сем горестном событии е. в. отрадна была уверенность, что шах Персидский и наследник престола чужды гнусному умыслу и что сие происшествие должно приписать опрометчивым порывам усердия покойного Грибоедова, не соображавшего поведения своего с грубыми обычаями и понятиями черни тегеранской, а с другой стороны, известному фанатизму и необузданности сей самой, которая одна вынудила шаха и в 1828 году начать с нами войну. Сопротивление мятежникам, сделанное персидским караулом, бывшим у министра Грибоедова, немалое число людей из сего караула и из войск, присланных от двора, погибших от народного возмущения, служат, по-видимому, достаточным доказательством, что двор персидский не питал никаких против нас враждебных замыслов».

Но лучше всего, проникновеннее, теплее, искреннее всех сказал о персах и о своем к ним отношении Есенин:

Голубая родина Фирдуси,

Ты не можешь, памятью простыв,

Позабыть о ласковом урусе…

И в глазах, задумчиво простых,

Голубая родина Фирдуси.

Хороша ты, Персия, я знаю,

Розы, как светильники, горят

И опять мне о далеком крае

Свежестью упругой говорят.

Хороша ты, Персия, я знаю…

Но тебя я разве позабуду?

И в моей скитальческой судьбе

Близкому и дальнему мне люду

Буду говорить я о тебе —

И тебя навеки не забуду…

Сердце иранской цивилизации состоит из ряда культурных оазисов, городов – Хамадана, Тегерана, Исфахана, Мешхеда, Кума и других. Все они имеют ряд известных памятников. В Куме, религиозной столице Ирана, которую еще называют «Святой землей», находится немало памятников старины и святынь шиитов. Здесь же резиденция шиитских имамов. Город был основан в IV–V веках н. э. Тут находится мечеть и мавзолей святой Фатимы, что построена в VIII веке. Великолепный ансамбль состоит из мечети, находящейся в центре двора, окруженного каменной стеной. В центральном зале мечети – гробница Фатимы. В ансамбль входит и известное на весь мир медресе, или теологическая школа. Шиитские студенты называются «талибами». Многие из них стремятся стать аятоллой, но для этого нужно не менее 20–30 лет изучать Коран и хадисы. Это довольно трудный путь. Порой же оказывается, что легче изучить устройство автомата Калашникова. Наиболее выдающейся и глубоко почитаемой мечетью Кума является Джамкаран (в 6 км от центра города).

Сцена из Рустемиады

Место для строительства было выбрано еще святым аль-Махди, двенадцатым шиитским имамом, которому это место указал якобы сам Аллах. Ее построил около 1000 года шейх Ариф Салех Хасан ибн Мослех Джамкарани. Самая древняя мечеть Кума – Атик (Атигар), построенная в 707 году на месте зороастрийского храма огня, разрушенного арабами. Для людей литературы, поэзии, культуры особый интерес представляют две столицы Хорасана – Нишапур и Мешхед. На языке фарси (персидском) «khor» означает «солнце», а «san» – «место» или «обитель». Таким образом, Хорасан – «место, где встает солнце», колыбель персидского языка и всей иранской цивилизации. Хорасан – сердце Центральной Азии, узел, связывающий Восток и Запад, Север и Юг. Здесь пересекались все караванные пути – лежал «Великий шелковый путь». Мешхед – современная столица Хорасана, второй по значению (после Кума) священный центр и крупный торговый центр. Здесь же находится великолепная мечеть имама Резы, восьмого шиитского имама, жившего в IX столетии. В 912 году султан Масуд Газневи возвел над могилой большой мавзолей. Сейчас это огромный комплекс из 33 зданий, расположенных на Запретной территории («Харам») – круглом, окруженном каналами острове. В центре ансамбля стоит мечеть с золотым куполом, возведенная над могилой имама Резы. Стены мечети до половины облицованы мрамором, а выше их покрывает великолепный ковер из ярких майоликовых плит, на котором нанесены арабской вязью стихи из Корана. Купол мечети и два «золотых минарета» видны за многие километры, рядом богатейший музей с уникальной коллекцией золотых изделий, ковров и предметов искусства. Город Нишапур – место торговли обеих сторон (Востока и Запада), «его товары вывозятся во все страны, у его ткани слава и блеск, в нее наряжаются жители Египта и Ирака. Там собираются плоды и туда ездят ради науки и торговли. Он – «ярмарка Фарса, Синда и Кермана, складочное место Хорезма, Рея и Джурджана», – писал арабский географ и путешественник X века Мукаддаси. В Нишапуре находится и могила одного из самых замечательных поэтов Востока – Омара Хайяма (ок. 1048–1123).

Омару Хайяму

Много лет уж бреду я дорогой земной,

Но прекрасней стихов

не видал под луной…

За один только твой вдохновенный

родник,

Не колеблясь,

отдам все сокровища книг.

О имам Хорасана, ученейший муж,

Царь поэтов Востока,

властитель их душ,

Знай, что где-то в России далекой —

Необъятной, великой, святой,

синеокой —

Много тех, кто давно очарован тобой,

Твоей страстной, волшебной,

хмельною строкой.

В. Миронов

Омар Хайям

Немало общего видим в стиле и приемах строительства мастеров Ирана и Средней Азии в VII–IV веках до н. э., что заметно на примере создания «городищ с жилыми стенами» – и не только в древнем Хорезме, но в Согде и Бактрии. Эти города продолжали существовать и в дальнейшем. Как подчеркивают специалисты, вертикальное членение их стен, а также формы дворцов правителей, увенчанных башнями, весьма созвучны традициям древнего зодчества Месопотамии или Ирана… В столице древнего Хорезма (Топраккале) открыт был усилиями советских археологов дворец правителя, имевший более ста помещений, украшенный монументальными статуями и рельефами. В одном из его залов находились статуи царей, окруженные фигурами членов семьи и, возможно, богов-покровителей. В другом зале – фигуры воинов (реконструкцию «Зала воинов» позже выполнил М. Орлов).

Гробница Омара Хайяма

Немалый интерес представляет и городище Старая Ниса в древней парфянской столице Нисе, недалеко от современного Ашхабада. Тут провели исследования археологи во главе с М. Массоном. Строительство дворца велось в I–III веках н. э. Представление об искусстве древних народов можно составить по великолепной реконструкции парадного зала дворца и вообще по многим предметам из так называемого «Амударьинского клада». Случайные находки в Северной Бактрии (Южный Таджикистан) ясно указывают на сходство культур народов Средней Азии с культурой персов и мидян. К тому же бактрийцы в течение двух веков входили в орбиту интересов Ахеменидской державы. Образы людей в бактрийском искусстве поэтому сходны с их изображениями в Ассирийском и Ахеменидском царствах. Скажем, таково великолепное изображение сака на золотой пластине из клада Амударьи.

Зал дворца в Нисе. Реконструкция

Огромна империя Сасанидов, куда с 226 по 651 год входила и территория современного Ирака. Подобно тому как владения Митры простирались от Инда до Понта Эвксинского, говоря о наследии персов, мы видим разнообразное смешение языков, вер, культур, идеологий. Если арабский язык за два столетия господства Аббасидов полностью заменил язык пехлеви в науке и образовании, то на фарси говорили все обитатели этих мест. Тут мирно уживались суфизм, шиитство, зороастризм, другие религиозные течения.

Сасанидское блюдо из Амударьинского клада. Серебро. VII в. н. э.

С давних времен персидские купцы селились в Средней Азии, так как туда бежало после нашествия арабов немало персов. На базе персидского языка сформировался и таджикский. Поэтический дар персов несравненен. И не ницшевского Заратустру, в котором обрел себя тип озлобленного человека с его идеей «жить – значит господствовать», а образ суфиев, которых зовут «добрыми» и «друзьями», вижу я в благородном лике перса. Порой ощущаем свое родство и с огненным пророком Заратустрой, что творил совершенный мир усилием мысли или с помощью меча, что низвергнет злокозненных дэвов.

Порой об Иране говорят как о теократии. Но это совсем не так… В одном из произведений известного теолога, философа, правоведа мусульманского мира Абу Хамида ал-Газали ат-Туси (1058–1111) (он побывал в Сирии, Хиджазе, Иерусалиме), автора «Элексира счастья», которого и по сей день читают в школах Ирана, Пророк спрашивает правоверного, не боится ли он ухода в небытие. Подумав, тот спросил посланника Аллаха: «А разум будет там со мной?» «Будет» – сказал Пророк. «Тогда я ничего не боюсь», – последовал ответ мудреца.

Золотая маска

Открыть Иран под силу людям высочайшего духа, приверженным к справедливости. Будьте внимательны к традициям и вере этого народа, постарайтесь полюбить его. Только влюбленным в него откроет он свое сердце. Недаром Руми учил: «Где бы ты ни был и в каком бы состоянии ни находился, всегда старайся быть влюбленным». Многое для нас близко в современном Иране, стране воинов, поэтов, духовных лидеров, пророков, ученых.

Мимбар в мечети, откуда говорил Джалалуддин Руми

Расскажу еще одну притчу Джалалуддина Руми: «К дверям возлюбленного подошел человек и постучал. Его спросили: «Кто там?» Он ответил: «Это я». Ему сказали: «Здесь нет места для Меня и Тебя». Дверь осталась запертой. После года уединения и лишений человек вернулся и постучал вновь. Спросили: «Кто там?» Человек сказал: «Это ты». Дверь открылась перед ним». Найдите сходство и общность интересов – и Иран непременно вам «откроет дверь». Подобно юному и могучему Гелиосу, богу воинства, совместно одержим победу в сражениях на поле брани и в сфере духа, оставаясь защитниками справедливости и правды.

История и география связывают нас прочнее свадебного покрывала и брачного кольца. Предпосылки к тесному союзу двух стран (а в более широком плане и регионов – Ирана, Средней Азии и России – районов Евразии) возникли, можно сказать, еще с середины III–II тысячелетий до н. э. Тогда чудовищная засуха на юге Туркмении и в Туранской долине Средней Азии стимулировала не только вторжения индоевропейских племен в Европу (в Британию, Скандинавию, Элладу, Причерноморье и т. д.), в Переднюю и Малую Азию, но и заметно стимулировала развитие производства, разработку рудников, овладение техникой литья на юге России, в Сибири и на Урале. А. В. Гудзь-Марков пишет: «В период, прошедший с середины III до середины II тысячелетия до н. э., в степях Евразии сложился величайший центр силы континента. Наиболее богатым сырьем для металлургических горнов районом великой степи оказался юг Урала, где начиная с XVIII в. до н. э. родился первый этап археологической андроновской культуры. Появление в степях Евразии значительного оседлого населения центров культуры и производства юга Туркмении и севера Ирана (Геоксюр, Анау, Намазга, Тепе-Гиссар) объясняет практически мгновенный, невиданный ни до ни после расцвет юга Урала XVIII–XV вв. до н. э. В богатых металлургическим сырьем землях tora Урала сложилась не просто своеобразная кузница великой степи, тут сформировалась своего рода столица военной аристократии индоевропейской кочевой стихии Евразии. Именно южноуральская степная элита явилась непосредственной преемницей древней переднеазиатской и южнотуркменской индоевропейской цивилизаций VI–III тыс. до н. э., главным духовным символом которых с V тыс. до н. э. являлся классический крест, ставший в дальнейшем олицетворением христианства». Тут строились невиданные здания (бревенчатые срубы площадью от 25 до 100 м, с сенями-выходом в середине стены), возводились мощные укрепления с валами и частоколом. На территории найдены боевые колесницы, воспетые «Ригведой». Возможно, стоит вспомнить и об уникальном древнейшем центре цивилизации на Урале (в Аркаиме). Сегодня имеются все предпосылки для соединения научно-индустриальных и сырьевых возможностей великой России, а также людских, экономических, природных ресурсов громадной Евразии.

Священный град Аркаим на Урале

Иран является ценным и важным геополитическим и торговым партнером современной России. Находясь на стыке между Ближним, Средним и Дальним Востоком, они в течение тысячелетий контролировали великие торговые пути, связывавшие Средиземное море с Индией и Китаем. Как подчеркивал в своем труде В. Гурко-Кряжин, обладание узкими ущельями, прорубленными природой в колоссальном бастионе Иранского плато, которое имеет среднюю высоту в 5–6 тысяч футов и окружено валом высочайших хребтов, делает Иран хозяином трансазиатской магистрали, кратчайшего пути из Европы в Азию и Китай. Иран вместе с Ираком и Средней (или Центральной) Азией является тем подбрюшьем, по которому проходят кровеносные вены и аорты Великой Азии. По меткому замечанию В. Берара, «здесь пересекаются диагонали старого мира». Англичане не случайно называли Иран не иначе как «столбовой дорогой народов» (the highway of nations). Стратегическая дорога, которую сами персы звали царским путем, вела от Средиземного моря к древней столице Экбатан (Хамадан) и далее по Северной Персии через Рагу (Тегеран), Нишпур, к границам нынешнего Афганистана. Здесь она раздваивалась: северный путь шел к оазисам Средней Азии, южный же – через колоссальные горные барьеры – к долинам Индского Пятиречья. На обладании этой важнейшей магистралью, как отмечают, «и было основано могущество персов (ахеменидов)». Кстати говоря, и Александр Великий одной из главных целей похода его войск в эти края считал установление контроля над индоперсидской магистралью. По ней уже тогда на Запад (причем в огромных количествах) экспортировались пряности, хлопчатобумажные изделия, химические краски и особо прочная сталь. В конце II века до н. э. значение этой магистрали еще более возрастает, так как она смыкается с китайским путем и «приводит Средиземное море в связь с побережьем Тихого океана». Тогда же по крупнейшей мировой торговой артерии устремился новый поток товаров, культурные ценности. Затем по «Хорасанской дороге» двинулись арабские купцы, достигая в ряде случаев даже берегов Балтики.

В. Васнецов. Бог Отец. Фреска Владимирского собора в Киеве

Российская империя (в лице умнейших государственных деятелей) прекрасно понимала значение Ирана как важнейшего стратегического партнера. Правда, у русских в Азии и на Востоке был давний (умный и грозный) соперник – Англия. Заполучив в руки Индию, та пыталась обеспечить сухопутные подступы к жемчужине своей короны и обезопасить их. В Афганистане сделать это не удалось, и тогда англичане стали подумывать о том, как бы лучше «возродить Персию, отождествляя интересы своей империи с интересами Англии». Однако когда Англия завязла в Южной Африке (в англо-бурской войне), как США с Англией – в нынешнем Ираке, тут-то и наступил час России… Финансовое положение Ирана в конце XIX – начале XX века (при шахе Музаффер-эд-Дине) было далеко не блестящим. Правитель остро нуждался в деньгах. Англичане отказали ему в займе. И первый заем в 25 500 000 рублей ему предоставила Россия (1901 г.), через два года ею был дан еще один заем – в 10 млн рублей. Тогда мы были в силе.

Иранские ученые на конгрессе философов в России. 2005 г.

В то время это были огромные деньги. Достаточно сказать, что ежегодный доход всей персидской казны составлял в сумме всего 15 млн рублей. Понятно, что при таком финансовом влиянии у русских капиталистов появилась возможность активно участвовать в развитии иранской промышленности. Вскоре русский промышленник Лианозов получил в полное распоряжение богатейшие рыбные промыслы на Каспии. Плавание в Каспийском море стало монополией пароходного общества «Кавказ и Меркурий», а русские пароходы заходили даже в Персидский залив. В Басре учредили русское консульство, а в Бушире стоял казачий отряд и крейсер. Сегодня это звучит странно, но тогда нам удалось на этом «фронте» одолеть в торговле даже многоопытных и хитрющих британцев. Если в 1883 году общая торговля Англии с Персией равнялась 75 млн франков, то спустя 10 лет она понизилась до 50 млн франков. Россия же довела стоимость своего товарооборота до 125 млн франков. Рекордным годом для русской торговли явился конец 1913 – начало 1914 года, когда ее ввоз в Персию равнялся 62,2 процента всего ввоза, тогда как у Англии – 12,5 процента. Уж не потому ли Англия предпочла равнодушно созерцать расстрел семьи Романовых (родной им по крови), но только не спасать ее – с перспективой возможного восстановления могучей империи?!

Убранство комнаты персидского вельможи

Русские тогда, заметим, плотно закрыли Кавказ для иностранного транзита, благодаря чему товары Англии вынуждены были двигаться неудобным (а следовательно, дорогим) путем. Говоря об этом нынешним политикам России, мы надеемся, что они четче поймут роль Ирана, Ирака, Индии, Китая, Кавказа, Центральной Азии в общем раскладе мировой геополитики, а еще больше – в картине будущей мировой экономики. Неужели кто-то еще думает, что европейцев и янки всерьез интересуют какие-то там «права человека» в Афганистане, Ираке, Иране, Грузии, Белоруссии, Украине или где бы то ни было… Их политика – покер, грязная игра, с помощью которой выигрывают или проигрывают (и не только деньги, но страны и народы). Американцы уже сейчас (за полвека до того, как основная экономическая работа перейдет в Азию и Сибирь) готовят военные колонии, базы, форпосты, порты в регионах. Россия, ее вожди будут просто последними глупцами (как и вожди бывшего Советского Союза), если серьезно не подготовятся к мировой экономической и военно-политической экспансии. Перед ней походы Дария, Ксеркса, Рамсеса, Александра Македонского и римлян ничто.

«Тонущее воинство». Фреска. Храм Ильи Пророка в Ярославле

Верю, жизнь с ее динамикой, энергией сблизит два великих народа. Север и Юг должны соединить свои стальные руки, руки витязей, мудрецов, поэтов и купцов. Вырисовывается реальность перспективы создания «пути из варяг в персы». Железнодорожный путь скоро соединит Россию, Азербайджан, Иран (и треть ее пройдет по территории России). Европа весьма заинтересована в этой дороге жизни, ибо путь в Индию через наши пенаты и Иран будет для европейцев на 20 суток короче, чем доставка грузов через Суэцкий канал. Как знать, может, не так уж и далек звездный час воссоединения великого арийского братства. Будьте уверены, путь сей единодушно и дружно благословят Христос (Исса) и Мухаммад. Поэтому действительно мудрый и волевой политик России никогда не допустит того, чтоб Соединенные Штаты Америки (с неконтролируемым президентом) захватили в свои руки эту важную дорогу, установив контроль над территорией Ирана и ее великим народом…

Миниатюра из рукописи XVI в.

И чтобы вам впредь не говорить: «Книга ниспослана была только двум народам до нас, и мы действительно были небрежны к ее изучению» (Коран, Сура 6. Скот).

historylib.org

Странные «белые гунны». Игорь Коломийцев. Тайны Великой Скифии. Книги по истории онлайн. Электронная библиотека

Об эфталитах сейчас знают только специалисты по средневековой истории Евразии да еще небольшое число энтузиастов, увлеченных изучением прошлого древних этносов. А между тем некогда это был народ, создавший огромное государство в самом центре Азии. Его правителям принадлежали все земли от сибирской реки Иртыш до восточных рубежей Ирана и от оазисов речных долин Сырдарьи и Амударьи до провинций Северной Индии. И все же большая часть этой страны лежала в области Афганского нагорья, Памира и Тянь-Шаня, посему в историю азиатского континента эфталиты вошли, как загадочные белые горцы.

Действительно, внешний вид выделял их среди всех народов Востока. По описанию соседей они отличались светлыми, часто рыжими волосами, глазами небесно-голубого цвета и настолько бледной кожей, что от южного солнца она казалась красноватой. За свою блондинистость они и получили прозвище «белые гунны». Хотя сейчас это имя никому ничего не говорит, некогда почти вся Азия содрогалась при его упоминании. Как писал один персидский историк того времени: «Даже в мирное время никто не мог мужественно и без страха смотреть на эфталита или даже слышать о нем, не то что идти на него войной открыто» [66].

О происхождении эфталитов ученые спорят до сих пор. Большинство полагает их потомками сарматских племен Средней Азии, ссылаясь при этом на то обстоятельство, что их язык, насколько он науке известен, возможно, родственен древнеперсидскому. Гумилев, напротив, считает этих горцев выходцами из Тибета. Между тем хотя сарматские племена азиатских степей и некоторые обитатели Тибетского высокогорья и были рыжеволосыми, надо признать, что вряд ли они подходят на роль прародителей «белых гуннов». И те и другие давно перемешались с более темнокожим и кареглазым монголоидным населением Азии и их облик не вызывал удивления у соседей, как это постоянно происходило в отношении эфталитов.

Столь ярко выраженный североевропейский тип внешности не так часто встречается даже на территории Старого Света, не то, что так далеко в горах Востока. Кем же были эти блондины на самом деле, и каким ветром занесло их в самое сердце азиатского материка? Думаю, что без собственного расследования нам здесь никак не обойтись.

Известный византийский историк Прокопий Кессарийский, подчеркнувший, что эфталиты — народ «уннского племени», сообщал о них: «Из всех уннов они одни белы телом и не безобразны лицом» и еще, что «они не кочевники, подобно другим уннским племенам, но издревле занимают плодоносную страну» [165].

Хотя термин «гунны» никогда не использовался античными писателями столь же широко, как «скифы», тем не менее, иногда его употребляли в расширенном толковании, в значении «кочевники» вообще. (Подобно тому, как китайцы именовали «ху» любого жителя северной степи.) Но, как видим, в данном конкретном случае это отнюдь не объясняет того, почему их причисляли к «уннам». Ибо тот же Прокопий специально подчеркивает их оседлый образ жизни, да и расовый тип эфталитов, очевидно, ничего общего с монголоидностью гуннов не имеет.

Более того, страна обитания эфталитов находилась за тысячи километров от Северного Причерноморья, где древние авторы локализуют степную державу царя Аттилы. Данное обстоятельство византийский историк также не преминул подчеркнуть: «Хотя эфталиты народ Уннского племени, но они не смешаны и не сносятся с известными нам Уннами, ибо ни смежной области у них нет, ни вблизи от них те не живут». Более того, обычаи эфталитов также не имели ничего общего с привычной дикостью «сотрясателей Вселенной». По замечанию Прокопия: «Образом жизни они не похожи на других уннов и не живут как те по-скотски, но состоят под управлением одного царя, составляют благоустроенное гражданство, наблюдая между собою и с соседями справедливость не хуже римлян или кого другого» [165]. Для сравнения приведу слова Аммиана Марцеллина о характере и привычках настоящих, то есть этнических гуннов: «...в перемириях они не верны и непостоянны, быстро увлекаются всяким дуновением новой надежды и во всем полагаются на свою необузданную храбрость. Подобно неразумным животным, они не имеют никакого понятия о чести и бесчестии... и до такой степени непостоянны и вспыльчивы, что в один и тот же день, безо всякого подстрекательства изменяют своим союзникам и снова примиряются с ними без всякого посредничества» [7]. Кажется, трудно представить себе народ с нравом, более контрастным гуннским традициям, чем описанные Прокопием «справедливые» по отношению к соседям и «благоустроенные» эфталиты.

Но почему же тогда этих оседлых блондинов, «белых телом и не безобразных лицом», обитающих издавна «в плодоносной стране», живущих «не по-скотски» и соблюдающих «справедливость», древние историки, тем не менее, упорно называют «уннами», то есть именем ярко выраженных монголоидов, диких кочевников, населявших противоположный угол евразийского континента?

Очевидно, разгадка данного феномена должна корениться в обшей судьбе двух этих внешне непохожих этносов. Современникам, видимо, было известно об эфталитах нечто такое, что делало их стопроцентными «уннами», хотя и «белыми». Поскольку антропологический тип, язык и повадки горцев явно отличаются от наблюдаемого у степных кочевников, остается, с моей точки зрения, единственно возможная версия — единство исторического прошлого. Проще говоря, византийские историки, вероятно, прекрасно были осведомлены о том, что эфталиты некогда входили в состав государства Аттилы, то есть вместе с этническими гуннами составляли костяк его державы. Это и делало их «уннами». Действительно, многие германские и сарматские племена Северного Причерноморья добровольно присоединились к могущественной орде кочевников и сохраняли верность потомкам Аттилы вплоть до полного развала этой степной империи. Значит, называя их «белыми гуннами», византийский историк и его коллеги, наверняка, тем самым подчеркивали именно факт истории этого этноса, его тесную связь в прошлом с бывшей державой грозного кочевого царя.

Только этим можно объяснить попадание эфталитов в число «уннских» племен. Надо заметить, что от других народов они, кроме того, отличались уникальными брачными обычаями, поскольку практиковали не многоженство, как иные восточные племена, а многомужество и, по свидетельству древних историков, «братья имели одну жену» [66]. Поэтому эфталитки, по сообщениям китайских летописцев, носили меховые шапки с торчащими из них рогами, причем, сколько имелось у женщины мужей, столько и роговых отростков было на головном уборе. Не отсюда ли, кстати, пришло общеевропейское выражение «рогатый муж»?

Немаловажно и то, что воевали «белые гунны», в основном, в пешем строю, вооруженные боевыми секирами и кинжалами.

Кем же в принципе могли быть эти странные горцы? Давайте, подытожим собранные сведения. Итак, выходцы из державы Аттилы, но не этнические гунны. Их женщины занимают привилегированное положение в обществе. Подобное нам встречалось у сарматов, роль слабого пола у которых порой вполне отвечала древней легенде о воинственных амазонках. Да и язык эфталитов, возможно, был иранского круга. С другой стороны, они оседлы, предпочитают воевать в пешем строю. Их любимое оружие характерно более для германцев. И главное, внешний облик тоже, скорее, соответствует нашим представлениям об антропологии древних германских племен, чем давних обитателей Азии сарматов.

Попробуем зайти с другой стороны — проверим имена эфталитов, известные науке из летописных хроник по драматическим событиям VI века. В принципе, историки не очень охотно принимают во внимание фактор родства имен собственных, поскольку полагается, что они зачастую заимствуются у соседей, особенно членами правящих династий. Однако быть может и на этом пути нам встретится нечто интересное.

Высокопоставленный эфталитский вельможа, лидер проперсидской группировки, звался несколько неожиданно для Востока — Катульф [165]. Между тем корень «ульф» по-восточногермански означает «волк». И употреблялось это прозвище в именах древних германцев чрезвычайно часто. Например, одним из первых готских епископов был знаменитый Ульфила — Волчонок. Он перевел Библию на язык этого народа. В именах современных западных германцев до сих пор слышатся грозные отзвуки звериной темы — Вольф, Рудольф, Адольф — в переводе: «волк», «рыжий волк», «благородный волк». Впрочем, и корень «кат», вполне возможно, родом из древнегерманского прошлого. По крайней мере, один из германских вождей времен войны с маркоманами носил прозвище Катуальда. Уальд — означает «дикий». Значит, «кат» тоже несло некую смысловую нагрузку. Между тем, что если мы правильно определили корни слова «Катульф», то специфическое произношение выдает его восточногерманское происхождение. Но может быть, родство эфталитов с готами нам просто померещилось?

Ищем далее. Царь эфталитов, напавший на Индию, носил имя Тораман. Как известно, «Тор» — это бог-громовержец у скандинавов и восточных германцев, «ман» — просто человек; сравните «аллеманы», «маркоманы» — названия германских племен. Возможно, данное прозвище переводится как «человек, посвященный богу грозы».

И, наконец, последний правитель государства «белых гуннов» именовался Готфар. Живший от него за многие тысячи километров, фактически на противоположной окраине континента — в нынешней Испании, царь восточногерманского племени вандалов, предшественник хромого Гизериха, звался почти так же — Готфарий. Иначе говоря, все три известных науке эфталитских имени оказались не только, что само по себе почти невероятно, германскими, но именно восточногерманскими. Заимствовать их у соседей эфталиты никак не могли, ближайшие носители данной речи в это время жили на территории Крымского и Апеннинского полуостровов — то есть за многие тысячи километров от эфталитских пределов.

Таким образом, единственным вариантом, объясняющим попадание восточногерманских имен собственных в горы Афганистана и Памира, представляется безусловное признание эфталитов выходцами с территории Готского царства, захваченного в середине IV столетия грозными гуннами. После распада державы Аттилы и сокрушительных поражений кочевников в Европе, некие германские воинские контингента, отступая вместе с гуннами на Восток, могли оказаться в Средней Азии. Испытывая недостаток в женщинах (на последнее обстоятельство явно намекает обычай многомужества), они должны были породниться с местными сарматскими племенами (амазонками Средневековья). Возможно, именно так возникло племя эфталитов. По крайней мере, только эта версия снимает все противоречия и объясняет все загадки «белых гуннов». Но не поторопились ли мы со своими выводами, есть ли у науки хоть какие-то сведения о восточных германцах в глубинах Азии, не считая, конечно, нашего вольного перевода эфталитских имен и смелых предположений по поводу их антропологии? Оказывается, есть. Археологи обнаружили кое-какие следы черняховской культуры, той самой, что осталась от блистательного Готского царства времен Гермонариха, не только на Западе, где пребывание восточных германцев фиксируется многочисленными средневековыми хрониками, но и в прямо противоположном направлении. Исследователи Щукин и Шаров пишут по этому поводу: «Заметим также попутно, что некоторые вещи горизонта Виллафонтана, в частности двухпластинчатые фибулы оказываются не только в Италии, но и далеко на Востоке. Целая серия таких фибул и часто сочетающихся с ними на Западе пряжек, обнаружена в погребениях так называемой Джетыасарской культуры в Восточном Приаралье и низовьях Сырдарьи вплоть до Байконура в Казахстане» [225]. Разъясню, что горизонтом Виллафонтана ученые называют Черняховские памятники позднего периода, датируемые примерно рубежом IV—V столетий. То есть временем, когда оставшиеся в Восточной Европе готы и прочие германские племена уже попали в зависимость от свирепых кочевников. Что касается фибул, то это застежки для одежды, широко распространенные в мире германцев. Проще говоря, в лице Джетыасарской археологической культуры исследователи обнаружили пребывание восточногерманских племен на территории современных Узбекистана и Казахстана, очень удивились этому обстоятельству и теперь не ведают, с каким народом связать эти памятники. Между тем от низовьев Сырдарьи и Восточного Приаралья уже рукой подать до тех мест, где письменные источники следующего века фиксируют пребывание эфталитов. Похоже, мы дали правильный ответ на вопрос, кто такие «белые гунны».

Но вернемся к прерванному повествованию. В любом случае беглецам-телесцам от встречи с эфталитами не поздоровилось. В 495 году «белые гунны» громят южную часть молодого государства Гаогюй и убивают наследного государя, а через год уничтожают и северную часть государства кочевников-неудачников. Часть телесцев после восьми лет независимости возвращается назад, под защиту привычных хозяев — жужаней. Оставшимся эфталиты назначают вождя Мивоту из числа плененных князей и определяют размер ежегодной дани [56].

По-видимому, эфталитское иго было не столь тяжким, как жужаньское, ибо вскоре телесцы смелеют, и при поддержке регулярных китайских войск их новый вождь Мивоту наносит поражение жуань-жуаньскому кагану Футу (в монгольской транскрипции — Богду). Скальп Футу победитель Мивоту отправляет в Китай и в награду получает ценные дары: набор китайских музыкальных инструментов, 80 музыкантов и 70 кусков шелковых тканей.

Но уже через восемь лет новый каган Чеуну (Чуну у монголов) отомстил за смерть отца. Он наголову разбивает телесцев, захватывает в плен Мивоту, которого казнят, привязав его за ноги к животу лошади и пустив ее вскачь. Из черепа Мивоту, по обычаю жужаней, сделали чашу для застолий, покрыв ее лаком.

Каган Чеуну заключил союз с эфталитами, скрепленный родственным браком. Жужане, как и эфталиты, были, видимо, европеоидами, окруженными со всех сторон чуждыми им в расовом отношении племенами, и поэтому охотно пошли на сближение друг с другом.

Примерно в это же время в эту орду из Западного Китая начинает проникать буддизм. Но у жуань-жуаней он сталкивается с сильным сопротивлением традиционной религии. Жрецы здесь пользуются таким авторитетом, что один из них — некто Хунсюан — даже возглавил посольство в Китай. Пожалуй, это первый подобный случай в истории кочевых государств, когда духовное лицо исполняет посольские функции. В подарок императору жрец привез «идола, жемчугом обложенного», что свидетельствует как о развитии ювелирного искусства у жужаней, так и о сложности их религиозной системы [56].

Но еще большее влияние у кагана Чеуну приобрела жрица по имени Деухунь. Прозвище ее было Дивань, и это одно из немногих слов на жужаньском языке, которое нам достоверно известно. Имена, как и титулы царей, народы иногда заимствуют у соседей, а вот прозвища всегда звучат на родном языке. Что интересно, данное жужаньское слово оказалось иранским. «Дивань» по-персидски означает «одержимая духами». Дивы были богами у древних иранцев до тех пор, пока пророк Заратуштра не ввел поклонение одному лишь Ахуромазде. После этого их перевели в разряд демонических персонажей. Люди всегда неблагодарны по отношению к старым, забытым богам и поселяют их в Преисподнюю.

Жрица Деухунь, по свидетельству современников, умела волховать и лечить от разных болезней, к тому же обладала неограниченным влиянием на кагана Чеуну. Как передал китайский летописец: «Чеуну очень уважал и любил ее, и, поступая по ее советам, привел государственное управление в запутанность» [56]. Это вызвало раскол в орде, и когда Чеуну находился в очередном набеге на соседей, по приказу его матери «одержимую» задушили. Вернувшийся из похода каган был убит заговорщиками, а престол занял младший брат Чеуну Анагуй (Амгай в монгольской транскрипции).

Против нового кагана выступил Тефа (Шифу) — видимо, некий родственник убитого Чеуну. Анагуй бежал в Китай, заговорщица-мать и другие ее сыновья были убиты. Но к этому времени жужаньский каганат уже был разделен на две части: Запад и Восток. Западный правитель, вождь младшей орды Поломэнь — дядя Анагуя, собрав армию, разбил мятежника Тефу, бежавшего к соседям.

По свидетельству китайских летописцев, жуань-жуаньское государство после этого «пришло в большое волнение, каждый род отдельно живет, и попеременно грабят друг друга» [56]. В это время вновь восстали телесцы. Воспользовавшись беспорядками в каганате, брат замученного вождя Мивоту — некто Ифу — восстановил независимость государства Гаогюй. Армия «Высокой телеги» напала на армию Поломэна и разбила ее.

Но уже в 523 году сбежавший из Китая в Степь Анагуй снова возродил каганат. В следующем году по просьбе китайского императора он подавил народное восстание на северной границе империи. И снова разбил несчастных телесцев, которые, несмотря на свою многочисленность, так и не научились побеждать опытных в военном деле жуань-жуаней. Позже телесцы еще несколько раз поднимали бунты, но каждый раз их подавляли в крови.

Весной 550 года Великая степь снова пришла в движение. Неукротимые неудачники телесцы предприняли очередную попытку освободиться от своих угнетателей. От верховьев Иртыша на своих высоких кибитках эти племена двинулись к сердцу жужаньской державы — Хангайским горам в Монголии, где в это время располагались центральные становища жуань-жуаней. Восстание вспыхнуло, видимо, стихийно, ибо никакого серьезного плана действия у бунтарей не было, да и имена организаторов мятежа до нас не дошли. Не были скоординированы действия телесцев и с потенциальными союзниками — китайской державой Тоба-Вэй. Короче, не было ничего, кроме страстного желания отомстить обидчикам и стремления свергнуть ненавистное иго. Без сомнения, многочисленных, но плохо вооруженных повстанцев ждала участь их предшественников.

Но когда обреченные на заклание добрались почти до середины пути, навстречу им из урочищ и ущелий южного гобийского Алтая вдруг выехали стройными рядами закованные с ног до головы в железо всадники с длинными копьями в руках на высоких и красивых жужаньских конях. Их шлемы и пластинчатые панцири переливались на южном солнце, острия копий сулили смерть, а над всем диковинным войском развевалось невиданное знамя — черное с золотой волчьей головой посередине. Это были тюрки.

historylib.org

“Арийцы и скифы в Азии”.Олег Валецкий

“Арийцы и скифы в Азии”.Олег Валецкий (Из книги «Сербская руна» авторов Олега Валецкого и Браниславы Совиль, вышедшей на сербском языке в издательстве «Пешич и синови» в Белграде в 2014 году)

Книгу «Сербская Руна» Олега Валецкого и Браниславы Совиль можно приобрести по ссылке http://www.delfi.rs/knjige/60231_srpska_runa_knjiga_delfi_knjizare.html

В современной исторической науке Российской Федерации выяснение расовых антропологических особенностей древних народов ныне не слишком популярный вид научной деятельности.Между тем, в России до революции данному вопросу уделялось куда большее внимание, и одним из основоположником данного направления считается русский историк и антрополог Григорий Ефимович Грумм-Гржимайло (1860-1936)-почетный член двух географических обществ – Российского и Нидерландского, который в период с 1920 по 1930 гг. являлся вице-президентом Географического общества СССР. Его взгляды пользовались поддержкой целого ряда тогдашних ученых, в частности, российских академиков – историка-востоковеда С.Ф. Ольденбурга (1863-1934) и историка-антиковеда М.И. Ростовцева (1870-1952).В работе «Расология - наука о наследственных качествах людей» В.Б. Авдеева приводятся данные из исследований Григория Ефимовича Грумм-Гржимайло который, исследовав Памир, Забайкалье, Монголию, Приморье и северную часть Китая, пришел к выводу, что исходным биологическим типом, создавшим культуру на этих просторах, был европеоидный. В монографии «Почему китайцы рисуют демонов рыжеволосыми? (К вопросу о народах белокурой расы в Средней Азии)» (СПб., 1899) Грумм-Гржимайло писал: «Одним из до-китайских народов, населявших бассейн Желтой реки, были рыжеволосые ди... Что «ди» принадлежали к белой (и, вероятно, белокурой) расе, подтверждается и тем обстоятельством, что среди них были великаны. Подобное предположение не заключает в себе ничего невозможного. В доисторические времена белая раса имела совершенно иное распространение, чем теперь. Ее остатки в различных градациях метисации и теперь сохранились в Полинезии и на Зондских островах, в Индокитае, в Южном Китае, в Маньчжурии, в Японии, на крайнем северо-востоке Сибири и в Северной Америке; наконец, в Северном Китае и по настоящее время сохранился еще длинноголовый тип. Следы крови белой расы видны и среди некоторых частей населения Бутана, Непала и Кашмира, чем, между прочим, и объясняется их длинноголовость, прямо поставленные глаза и тонкий, прямой нос».В своей следующей работе «Белокурая раса в Средней Азии» (СПб, 1909)», Г. Е. Грумм-Гржимайло пишет: «Раскопки могил в пределах Алтайско-Саянского нагорья указывают нам на эту горную область как на продолжительную стоянку длинноголовых. Сюда, надо думать, и должны были, главным образом, передвинуться если не автохтоны Забайкалья, то последующее длинноголовое население этой области, принадлежавшее, подобно длинноголовым алтайцам, к высшей расе, скорее всего, даже европейской, что доказывается как формой их черепов, так и гипсовыми масками, из коих многие отличаются замечательной красотой и чертами лица совершенно европейскими».Представителями европейской расы Грумм-Гржимайло считал динлинов, когда-то служивших, по его данным, в гвардии, китайских императоров. Динлины, согласно Грумм-Гржимайло, были высокого роста, крепкого телосложения, с белым цветом кожи и с кавказским обликом лица. Как пишет Грумм-Гржимайло: «...Динлины, хотя и жили деревнями, окруженными пашнями, но вели полуоседлый, полубродячий образ жизни, так как охота составляла всегда главнейший промысел». Потомками динлинов в Азии Грумм-Гржимайло считал хакасов, шорцев, енисейских остяков (кетов), отчасти киргизов.

Карта расселения древних племен Восточной Азии.Карта А.Родионова

В книге Авдеева «Расология - наука о наследственных качествах людей» приводятся строки, написанные другим русским ученым - Александром Ивановичем Вилькинсом, в его монографии «Антропологические темы в Средней Азии» (М., 1884): «Я осматривал множество горных киргизов, населяющих внутренние части Тянь-Шаня, во время путешествия по Кашгарской границе, и не мог не заметить несколько экземпляров, обращающих на себя внимание другими ненормальными для среднеазиатских киргизов признаками. Это были индивидуумы русые, даже почти белокурые. Кроме того, они имели серо-голубые глаза. Мне показалось даже, что и лица этих особей были более правильны, особенно склад глазниц, чем у их сородичей с типичными черными волосами и карей радужиной. Что такая особенность могла быть унаследована от древних обитателей Иссык-кульского побережья, не должно подлежать сомнению; вспомним, что в этом месте еще до начала нашей эры жило голубоглазое и белокурое племя Уссуней. Уссуни были долихоцефалы. Невольно вспоминались мне рассказы о белокурых голубоглазых людях, встречаемых среди Памирских племен и, сопоставив наблюдения, приведенные выше, мне казалось, что в сущности нет поводов отрицать возможность воссоздания при помощи тщательного анализа в общих чертах угасшей теперь ветви горных арийцев, отличавшихся русыми волосами, голубыми глазами и удлиненным черепом».К аналогичным выводам о существовании еще сохранившегося европеидного типа древних «праиндоевропейцев» пришли также русские ученые - С. Д. Масловский (в ходе исследований в Средней Азии с 1895 по 1899 годы), Н. А. Аристов (в своих исследованиях о горцах Припамирья в 1900 году), Д. Н. Анучин (в ходе экспедиции к енисейским остякам) и А.И. Харузин (в ходе экспедиций по территории Персии).Казалось бы, нет смысла оспаривать очевидный факт, что древние иранцы принадлежали к европеидной расе, но ныне подобное утверждение некоторыми черезчур усердными российскими «экспертами» трактуется как пропаганда «национально-расового превосходства над иными народами», ибо, признав факт того, что древние персы антропологически были похожи на современных европейцев, то тем самым приходилось бы современным российским историкам согласиться с заключениями германских историков начала 20-го века, что древние персы имели арийский облик, и что ныне можно было бы трактовать как пропаганду идей о расовом превосходстве “белой" расы.Между тем то, что древние персы принадлежали к европейской расе, доказывает и то, что нуристанцы, живущие на севере Афганистана и Пакистана, как раз и отличаются европеоидным обликом и светлыми волосами, и свидетельствует о том, что они и являлись потомками древнего арийского народа, завоевавшего в древности Индостан, что подтверждается работами антропологов Дэвида Каца (David Katz) и Ричарда Странда (Richard Strand)(«The Kafirs of the Hindu Kush: Art and Society of the Waigal and Ashkun Kafirs».Max Klimburg. Steiner. Stuttgart 1999. Vol. I).

Девушка-нуристанка.Фото из архива Сергея Дерина

Собственно, сама данная область, согласно «Энциклопедии религии и этнологии» («Encyclopedia of Religion and Ethics».Edited by James Hastings Edited by James Hastings. New York. Charles Scribner's Sons) , исторически согласно авторам, писавшим на санскрите, была заселена народом дардов, упоминавшимся еще в самой Махабхарате как дарады, как и римским историком Плинием.

География Индии согласно работам греческих авторов раннего периодаиз книги «Historical Atlas of South Asia», Edited by Joseph E. Schwartzberg

Индия из эпоса "Рамаяна"

Индия из эпоса "Махарабьхарата"

В новое время дарды назывались их соседями кафирами, вследствие сохранившихся у них до 19го века языческих обычаев и верований поклонения силам природы, которые, по мнению исследователя Нуристана профессору Смитсониановского института и университетов «Корнвел» и «Браун» Ричарду Странду(Richard F. Strand), представляли собою архаичную форму индуизма.Вследствие этого соседи дардов, принявшие ислам, называли их страну Кафирстаном, хотя сами жители этой области так себя не называли, а называли себя по названиям племен, на которые они были разделены. Впоследствии название Кафирстан было заменено названием Нуристан, имевшего арабский корень «нур», то есть свет.Первым европейцем, описавшим Кафирстан, был сэр Джордж Скотт Робертсон (Sir George Scott Robertson), опубликовавший в I896 году книгу «Кафиры Гиндукуша»(«The Kafirs of the Hindu Kush»).Что касается языка дардов, то официально он был открыт британским доктором Г. В. Лейтнером в 1866 году и был описан в его книге «Дардистан,Кашмир,Малый Тибет,Ладак,Занскар» ("Dardistan, Kashmir, Little Tibet, Ladak, Zanskar, &c.,"G. W. Leitner).

Карта «Лингвистическая география Индии» из книги «A Historical Atlas of South India», Edited by Joseph E.Schwartzberg

Вместе с тем, как пишет специализирущийся на языках Южной Азии профессор Университета Беркли в Калифорнии Джон Мок(John Mock, Ph.D.University of California, Berkeley), термин доктора Лейтнера закрепился, главным образом, у западных ученых, как, например, у Г. А. Гриерсона(G.A.Grierson), тогда как сами местные племена не называли себя дардами, говоря каждый на своем наречии, делящемся на две основные группы-собственно дардскую и кафирскую и с тем, что единственный литературный дардский язык существовал на кашмирском наречии.Дардские языки являются одной из групп индоевропейских языков, на которых и говорит население Нуристана от Кабульской долины до Кашмира, в литературе эту группу языков иногда называли языки Писача (Piśâca) – по старому названию населения северо-западной Индии, означавшее в санскрите демонов-каннибалов, с которыми индийцы часто ассоциировали дардов.До сих пор четко не определенны различия между этническими группами дардов, проживающих в основном в Северо-Западном Пакистане, и нуристанцев (кафиров), проживающих в Северо-Восточном Афганистане. Долгое время считалось, что и дарды и нуристанцы говорят на одном языке, с тем, что дардский язык является, по мнению многих лингвистов, древней «архаичной» версией санскрита,тогда как кафирский или нуристанский представляет смесь дардского с иными языками.Нуристанский язык был выделен в отдельную группу лишь в 70ых годах 20го века норвежским лингвистом Георгом Моргенштерном(Georg Valentin von Munthe af Morgenstierne) и ныне насчитывается, согласно профессору Ричарду Странду, пять основных наречий нуристанского языка, тогда как наречий дардского языка насчитывается до двадцати, причем единой класификации этих наречий еще нет. Так, одно из самых известных их племен Калаши,частично сохранившее до сих пор многие языческие обычаи,в том числе рангирование мужчин по числу убитых врагов,говорит на нескольких наречиях.Точно также не класифицированны и этнические группы дардов-нуристанцев, которых только у нуристанцев, согласно Ричарду Странду, насчитывается до пятнадцати ,ибо они себя продолжают идентифицировать по племенам.Вместе с тем, в среде дардов-нуристанцев до сих пор сохранен высокий процент лиц, обладающих европейским внешним обликом, и многие дарды до сих пор продолжают исповедовать язычество.

Мужчина из религиозной группы кяфиров,принадлежащих к народности нуристанцев проживающих в области Северного Афганистана и Западного Пакистана.Фото из архива Сергея Дерина

Сами дарды исторически проживали и в Тибете, но там, согласно А.Х.Францке(«A history of Ladakh».A. H. Francke.Sterling Publishers PVT LTD. New Delhi), они как и другой европеоидный народ, были ассимилированны монголоидными тибетцами.Существует достаточное число и других свидетельств о существовании в Древнем Китае народа европеоидного облика. Так, французский этнограф Абель Ремюз в 1820 году писал о том, что в китайских летописях о древних народах - динлинах, хакасах и усунях - обитавших к северо-западу от китайцев, говорилось как о белокурых и голубоглазых людях, а среди гуннов существовало племя эфталитов, или белых гуннов, как раз и отличавшихся светлыми волосами.Впрочем, еще персидский историк Рашид эль-Дин писал, что Чингиз-хан родился в племени Борджигин, что означало «голубоглазые», а сам Чингиз-хан как известно из сделанных при его жизни изображений, имел рыжие волосы и бороду.

Изображение Чингиз-хана и фото современных монгол.Фото с сайта Роберта Сепехра

Также и у Гумилева можно найти строки о наличии в монгольском эпосе свидетельств о том, что предками монгол были люди европеоидного облика.В древности границы распространения белой расы простирались практически по всей Азии, и, как пишет сербский историк Ольга Лукович-Пьянович в своей книге «Сербы народ древнейший (Србе-народ најстарији)», 19 февраля 1981 года в “Chicago Tribune” появилась статья о находке в Китае мумии, возраст которой был определен радиоуглеродным методом в 6740 лет, и она представляла собой женщину «белой расы».То, что просторы Сибири и Урала были в древности заселены европеоидным населением, подтверждается и работами современных ученых, которых «неоромантиками» назвать нельзя. Так согласно И.И. Гохману и В.А. Дренову, существует предположение о том, что представители «средиземноморской расы» участвовали в формировании древнего населения цивилизаций Тувы и Верхнего Приобья.Также А.Г. Козинцев в своей работе «Так называемые средиземноморцы Южной Сибири и Казахстана, индоевропейские миграции и происхождение славян» (Музей антропологии и этнографии РАН), описывает археологические находки, которые доказывают «общность» «елунинцев» и «окуневцев» Тувы с населением Западной Европы эпохи бронзы (Ковалев, 2007г.). А.Г. Козинцев пишет, что индоевропейцы двигались внутрь Азии, и это подтверждают мумифицированные тела людей эпохи бронзы и раннего железа из Синьцзяна, представлявших собой русоволосых европейцев, причем Козинцев приводит также мнения К.Н. Солодовникова и С.С. Tура о том, что люди из Синьцзяна вполне могли быть родственными «елунинцам» Тувы. Kозинцев подкреплял свои заключения исследованиями Савинова (1994), Мачинского (1998) и Ковалева (1998) и делал вывод, что скифы пришли как раз из «глубин Азии».Козинцев, после научного анализа многочисленных данных, как возможных скифов рассматривал «окуневцев» из Тувы и «катакомбников» с реки Молочной (Приднепровье),как и представителей ряда культур поздненеолитической серии конца IV тысячелетия до Рождества Христова, найденных в Осторфе на севере Германии. Притом, согласно исследованиям Солодовникова и Тура, «елунинцы» также являются мигрантами и потому, по Козинцеву, ближе всего к «елунинцам» относятся скифы из Верне-Тарасовки в Нижнем Приднепровье, и опять-таки «окуневцы».В современной науке лишь в последнее время закрепилось мнение, что скифы были все таки европеоидным народом, причем широко распространенным по всей Азии.Открытие в 1993 году в кургане скифского времени на плато Укок на Алтае захоронения скифской знатной женщины экспедицией новосибирского археолога Натальи Полосьмак, около границы с Монголией, вызвало тогда сенсацию.

Тело скифянки, найденной при раскопках кургана на Алтае в 1993 году и хранящееся в музее Института археологии и этнографии Сибирского отделения РАН, в Новосибирском Академгородке.Фото «Аргументы и Факты» http://www.aif.ru/

Обследование тела скифянки найденной при раскопках кургана на АлтаеФото «Аргументы и Факты» http://www.aif.ru/ После того, как была проведенна реконструкция ее головы специалистами московской лаборатории Герасимова по костям черепа,то явилось лицо европеоидного типа и, более того, достаточно схожего со славянским обликом с тем, что никаких следов монголоидной расы на лице этой скифянки не наблюдалось. Сам возраст захоронения был определен в лаборатории Института археологии и этнографии Сибирского Отделения РАН в Новосибирске в районе двух с половиной тысяч лет.Реконструкции головы скифянки, найденной при раскопках кургана на Алтае, проведенное специалистами московской лаборатории Герасимова по костям черепаФото «Аргументы и Факты» http://www.aif.ru/ Так же и в Туве, при раскопках «Долины царей» на участках «Аржаан-1» и «Аржаан-2», были обнаружены останки скифских царя и царицы, и экспертиза установила, что останки принадлежат к европеоидной расе, хотя, конечно, трудно, как и в предыдущем случае, определить по отдельным образцам общий физиологический тип скифов и их расовые особености.Трудно не заметить, что направления многих древних миграций на просторах Европы и Азии соответствовали районам расселения древних скифов, которых вполне возможно связать с древним арийским «пранародом».Конечно, на данный момент подобная связка не подкрепляется в достаточной мере научными доказательствами, тем более, что, согласно общепринятому ныне в исторической науке мнению, скифы, как народ, сформировался только начиная с 7-го века до Р.Х. Тем не менее, на основе современных исследований, вполне может закономерное предположение, что на просторах от Северного Причерноморья, Прибалтики и Средней Азии до Алтая и Синьцзяна существовал единый скифский народ европеоидного облика, с тем, что наряду с ним данные территории населяли и иные народы.Как известно, Геродот называл скифами народ, занимавший Северное Причерноморье и Среднюю Азию. Также Геродот пишет («История» 7-64), что скифов персы звали саками, и населяли Пятнадцатую сатрапию персидского царства, находившуюся в Средней Азии. Нигде, ни в одном тексте какого-либо античного историка не пишется, что персы считали, что они и скифы имели общие корни и говорили схожим языком, хотя в древности общность происхождения была очень важным фактором, нередко священным, и древние историки не пропускали возможность подчеркнуть подобную общность.Потому не совсем ясно, почему скифы, в том числе скифы-землепашцы Геродота, жившие, согласно Геродоту, в верховьях рек, впадавших в Черное море, были провозглашены иными современными историками иранским племенем, когда следы их письменности не обнаружены, их язык так и не был дешифрован, а заключения делаются только на основании некоторого сходства находок из скифских курганов с находками из персидских могильников. Так же неясно, какими доказательствами располагают те историки, которые считают, что действительно жившие в тех краях протославяне, ассоциируемые с культурой «боевых топоров», не представляли единого народа с кочевыми скифами. Разве история не полна примеров существования одной этнической общности, тех же арабов наконец, ведущих как кочевой, так и оседлый образ жизни.Однако с таким же успехом можно найти сходство между памятниками персидского и арамейского народов в Месопотамии, в силу естественного взаимопроникновения культур. Китайский путешественник Чжан Цзянь (Второй век от Рождества Христова) писал, что на всем протяжении от Давани (Фергани) до Аньси (Парфии) говорили на одном иранском языке(«Всемирная история», том II (1956) глава XIII. О.В. Кудрявцев, М.М. Дьяконов), и тогда удивительно, почему в Северном Причерноморье и в Сибири не сохранилось памятников достаточно развитой к тому времени иранской письменности, раз уж скифы по подобной логике были иранцами.Персидский царь Дарий, перечисляя подвластные ему народы, упоминает три вида саков, в том числе саков «тех, что за морем», под которыми В.В.Григорьев, автор монографии «О скифском народе-саках» (Типография Императорской Академии наук.Санкт Петербург.1871 г.), понимал скифов, живших в Северном Причерноморье, причем, как пишет Григорьев, на Бисютинской надписи среди девяти бунтовщиков, казненных Дарием, фигура сака была облачена в полном соответствии с описанием Геродотом облачения скифов.В Тридцать пятой главе Второй книги сочинений Диодора Сицилийского пишется, что, согласно Мегасфену, Индия с севера была отделена от Скифии «обитаемой теми из скифов, которые зовутся саками».Сам Диодор Сицилийский считал родиной скифов области, соседние с Индией. Также и Страбон в восьмой главе одиннадцатой книги своего труда скифов, живущих за Каспийским морем, именовал саками и массагетами.Народ саков упоминается также в индийских эпосах «Махарабхарата (в отделе Дрона Парва)» и «Рамаяна» как храбрый и воинственный народ, живший, по мнению В.В.Григорьева, на севере от Индии к югу от Тянь-Шаня и к востоку от Гималаев,то есть в областях современного Нуристана и Кашмира.Наконец, как пишет Григорьев, и китайский историк Баньгу в «Истории Старших Ханей» пишет о народе «Се» жившем, по мнению Григорьева, в Восточном Туркестане,в частности, в районе озера Иссык-Куль, в долине реки Или и в верховьях реки Чуя и на Памире.Однако, в данном случае возникает вопрос, а каково же было этническое происхождение скифов и на каком языке они говорили.Ныне распространенно мнение, что скифы говорили на иранском языке, но никаких доказательств тому не предоставляется, и тут возможны различные версии, в том числе та, которую, согласно книге В.В.Емельянова «Древний Шумер. Очерки культуры»(СПб., «Петербургское востоковедение», 2001г.), выдвинул один из тех, кто первым смог прочитать шумерское клинописное письмо в 1853 году-британский майор Генри Раулинсон в 1853 году,который как раз шумерский язык считал скифским.В.В.Григорьев в книге «О скифском народе-саках» писал, что, по его мнению, как и мнению других европейских историков Ф.Г.Германа,Маннерта,Линднера, древние скифы- саки были славянами,и когда он написал свою книгу,то никто его «псевдоученым» не называл,хотя, конечно, не все с его мнением соглашались.Одним из доказательств славянского происхождения скифов, помимо их имен собственных, по мнению Григорьева, также был широко распространенный в среде скифов культ топора, являвшийся, как известно, характерной особенностью славянских племен, вплоть до одного из последних славянских племен-карпатских гуцулов.При этом автор гипотезы о том, что скифы были предками германцев, Чарльз Тернер-автор «Истории Англо-Саксов»(«History of the Anglo-Saxons»), согласно Григорьеву, никаких иных доказательств, кроме созвучия имен саков и саксов не приводит.Еще более абсурдной, согласно Григорьеву, была гипотеза немецкого востоковеда Мортмана, выдвинувшего в начале 19го века теорию о том, что скифы были турецким племенем, но ни одного доказательства не выдвинувшего кроме того, что, по его мнению, Фраки, упомянутые в Накши-Рустемской надписи, и есть саки, тогда как так же, по его мнению, имя Фраки применялось для обозначения турок.По мнению же Григорьева, после поражения родственных сакам массагетов (или гетов),живших на границах Китая, гуннами, сами массагеты, разбив в свою очередь саков, затем вместе с ними начали переселение частью на Восточно-Европейскую равнину.Часть же саков, называемых китайцами народом «се», переселились в нынешний Афганистан и дальше в долину Инда и, как пишет Григорьев, ряд исследователей (Джеймс Тод,М.Эльфистон,Клапрот,Сен-Мартин, К.Риттер,Г.Вильсон) считали потомками скифов,под которыми понимались как саки так и массагеты,пуштунское племя джатов,проживающее в Афганистане и Пакистане.

Пуштунская деревня, носящее имя Люблян и находящееся у реки, носящей имя Тира в провинции Урузган в Южном Афганистане.Фото автора

Впрочем, многие другие исследователи данную теорию опровергали, считая джатов потомками древнего арийского населения Индостана.Таким образом, ничего необычного в том что скифы могли проживать и в Сибири и в Средней Азии и на Балканах нет,и ничего нет невозможного в том, что именно они и были предками славян.Ведь и советский академик Б.А. Рыбаков, в книге «Киевская Русь и русские княжества XII-XIII веков» отнес начало славянской-русской истории к XV веку до Рождества Христова, и высказал гипотезу, на основании ряда документов, что предками славян были отдельные скифские народы времен Геродота.

Источники1. «Кыдым из Укока.Богиня древнего Алтая». Живой журнал http://nmtr.livejournal.com 2. Сайт Nuristan -Richard F. Strand http://nuristan.info3. «The Kafirs of the Hindu Kush: Art and Society of the Waigal and Ashkun Kafirs».Max Klimburg. Steiner. Stuttgart 1999. Vol. I).4. «Идеи расизма и арийства в России».С.А. Гурулёв5. Живой Журнал http://aquilaaquilonis.livejournal.com 6. «A history of Ladakh».A. H. Francke.Sterling Publishers PVT LTD. New Delhi 7. «Encyclopedia of Religion and Ethics».Edited by James Hastings Edited by James Hastings. New York. Charles Scribner's Sons 8. John Mock, Ph.D. http://www.mockandoneil.com/ 9. “The Waigal 'Horn Chair'Author”.M. Alam Nuristani.”Man, New Series, Vol. 6, No. 3 (Sep., 1971) Royal Anthropological Institute of Great Britain and Ireland10. «The Kafirs of the Hindu Kush: Art and Society of the Waigal and Ashkun Kafirs».Max Klimburg. Steiner. Stuttgart 1999. Vol. I11. «Расология-наука о наследственных качествах людей».В.Б.Авдеев. «Белые Альвы».Москва 12. «Так называемые средиземноморцы Южной Сибири и Казахстана, индоевропейские миграции и происхождение славян.».А.Г. Козинцев. Музей антропологии и этнографии РАН.13. "Краткая расология Европы".Гюнтер Ганс.1925 год14. «Почему китайцы рисуют демонов рыжеволосыми? (К вопросу о народах белокурой расы в Средней Азии)». Г. Е. Грумм-Гржимайло. СПб., 1899

15. «Белокурая раса в Средней Азии» .СПб, 1909. Г. Е. Грумм-Гржимайло

16. «Антропологические темы в Средней Азии» . А.И. Виљкинс, М., 1884.

17. «Славяне. Северный исток».Иван Ташкинов. Томск.2012 г.18. «Геродот-история в девяти книгах».Издательство «Наука».Ленинград.1972 год.19. „Страбон-География в 17 книгах“.Издательство „Наука“.1964 год20. «О скифском народе-саках».Монография.В.В.Григорьев.Типография Императорской Академии наук.Санкт Петербург.1871 г.21. “Древний Шумер. Очерки культуры”. В.Емельянов СПб., «Петербургское востоковедение», 2001г.22. «Всемирная история»-Том первый.Древний мир.Оскар Егер.«Специальная литература».Санкт-Питербург.1997-1999 г.23. Всемирная история, том II (1956) глава XIII. О.В. Кудрявцев, М.М. Дьяконов.24. «Србе-народ најстарији». Ольга Луковић-Пьяновић. «Мирослав». Земун(Белград). 2003 г.

Видео презентация книги „Сербская Руна“ Олега Валецкого и Браниславы Совиль в историко-культурном центре „Андрич Град“ в Вышеграде в Республике Сербской

prom1.livejournal.com