Враги древней руси. Половцы: какими были злейшие враги древней Руси
История современного города Афины.
Древние Афины
История современных Афин

Половцы: какими были злейшие враги Руси. Враги древней руси


Враги Древней Руси - ДРУЗЬЯ И ВРАГИ - ИСТОРИЯ - Каталог статей

хазарский воин

Их дружба началась ещё в 626 г., когда в правление императора Ираклия был заключён союз против арабов. Окончательно отношения были урегулированы ещё в начале VIII в. В 695 г. крымскому Херсонесу сильно не повезло, туда сослали свергнутого императора Юстиниана II (не побывай там первое лицо империи, никому бы в Константинополе и дела бы до Крыма не было). Юстиниан II продолжая бороться за власть склонил на свою сторону хазар, о чём херсониты донесли в метрополию. Последняя перекупила хазар, но Юстиниан II успел бежать к дунайским болгарам, организовал поход на Константинополь и вернул себе в 705 г. трон. В 710 г. он организовал поход в Крым - отмстить херсонитам. Те объединившись с хазарами выдвинули своего лидера - армянина Вардана, коего и объявили императором Филиппом. Как ни удивительно, но на сторону этого провинциального самозванца перешёл экспедиционный корпус метрополии. В 711 г. Филипп переправился в Константинополь и захватил трон, убив Юстиниана II. После чего был заключён договор о разделе Крыма: Херсон и южный берег закрепились за Византией, а восточный Крым - за Хазарией, готские города ещё раньше находились под протекторатом Хазарии.

В течение всего этого времени хазары вели активную завоевательную политику в Закавказье, соперничая здесь с арабами, и тем самым были самыми необходимыми союзниками Византии, отвлекая силы Халифата. После разгрома арабов под Константинополем Византия перешла в наступление и союз с Хазарией стал ещё более актуален. В 732 г. император Лев Исавр женил своего сына на сестре кагана. Но всё же силы Хазарского каганата были несопоставимы с силами арабов и когда последние нашли возможность сосредоточить внимание на своих северных границах, то каганат оказался на краю гибели, его армия была уничтожена в 737 г. Марваном на собственной территории.

Условием мира Марван выдвинул принятие каганом мусульманства. От такого предложения каган не смог отказаться и стал поклонником Аллаха. Однако по внутренним обстоятельствам и испытывая давление Византии арабы не смогли или не захотели (север, холодно) оставаться на Северном Кавказе. Поэтому принятие ислама каганом не оказало значительного влияния на весь Каганат, да и сами каганы достаточно быстро вернулись к своему языческому культу тенгри-хана.

В то же время в зависимых от кагана районах примыкавших к древним греческим центрам в Крыму и на Кубани (Захии) постепенно распространялось среди населения христианство. До некоторого момента это не создавало политических трудностей. Однако когда христианство стало достаточно распространено и организационно оформилось в готскую епархию, возникла проблема, связанная с тем, что по представлению Константинополя все христиане должны подчиняться де-юре патриарху и де-факто императору.

Здесь есть некоторая сложность, т.к. с одной стороны политика империи могла в конкретных обстоятельствах и не руководствоваться этой генеральной идеей, а с другой стороны, ею самостоятельно могли руководствоваться лидеры христиан на местах. Как бы то ни было, в 787 г. готский епископ Иоанн поднял восстание против хазар. В какой связи с этим восстанием было нападение на Херсонес Бравлина и было ли оно именно в связи и именно в период восстания не ясно, тем более что от Бравлина в равной степени досталось и греческому Херсону и хазарской Керчи. В 791 г. восстание потерпело поражение, и Византия приложила колоссальные усилия для спасения единоверцев. Константинополь сначала добился помилования для главы восстания - епископа Иоанна, а затем не только сохранения церковной структуры, но и повышения её статуса - была создана Готская митрополия.

Хазария, как и любое другое государство на определённом этапе испытывает необходимость смены архаического язычества на некую универсальную религию. Выбор был между мусульманством, христианством и иудаизмом. Мусульмане были враги. Христиане, несмотря на некоторый опыт матриоманальных связей, оказались так же ненадёжными поданными, а, кроме того, психологически невозможно было принятие каганом веры периферийных подданных, которые не играли никакой роли в определении политики государства. Это бы значило, что хазарская элита и столичная, и провинциальная должна была бы поступится правами в пользу тех, кого до сих пор они традиционно считали ниже себя.

Иудейство, как казалось, не имеет этих недостатков. Однако иудейские проповедники, сумев привлечь на свою сторону кагана и столичную элиту, состоящую с ним в родстве, не сумели трансформировать свою религию в универсальную. "Еврейские проповедники с большим трудом обосновали иудейское происхождение кагана и его окружения, поскольку согласно догмам иудейства… иноплеменники не могут быть истинными иудеями, но они не смогли сделать это для всех народов, входивших в состав Хазарского каганата."

Последний языческий каган умер 790 г., его сын Обадия начал религиозную реформу, связанную с принятием иудаизма. Датой принятия новой веры считается 809 г. - в соответствии с сообщением Масуди. Первыми не приняла этого провинциальная знать. Не в том дело, что они были закоренелыми приверженцами веры отцов, а в том, что их отодвигали от власти. В 810 г. они подняли восстание под именем кабаров. К ним присоединились и ранее традиционные союзники хазар - венгры. По-видимому, в ходе этой гражданской войны венгры совершили нападение на крымское побережье, о чём сообщается в житии Константина Философа.>103

Во время этой, по определению С.А.Плетнёвой "фронды", случились и гонения на крымских христиан, которые снова попытались уйти под власть Византии. Но как и в 787-791 гг. Византия ничего не смогла предпринять для удержания за собой этих земель. У Византии вообще никогда не было "лишних" войск, которые она могла бы направить в Крым для какой-либо войны там. Так, что Крымская Готия вновь была возвращена по власть кагана.

В 822 г. наметилось новое наступление халифата в Закавказье, и арабы всё-таки изгнали хазар оттуда, но развить успех, подобно тому, как это было в 737 г. не смогли. Хазария оказалась меж двух огней: с одной стороны печенеги, силами которых была подавлена фронда, но против необузданных амбиций, которых хазарам нечего было противопоставить (известная история о франкенштейне), а с другой стороны угроза с мусульман с юга.

В этой ситуации хазары вспоминают о старых союзниках и посылают посольство к императору Феофилу.

Константин Багрянородный: 42… Ибо известно, что хаган и пех Хазарии, отправив послов к этому василевсу Феофилу, просили воздвигнуть для них крепость Саркел Василевс, склоняясь к их просьбе, послал им ранее названного спафарокандидата Петрону [по прозванию Каматира] с хеландиями [тяжёлое судно на 100-500 человек] из царских судов и хеландии катепана Пафлагонии. Итак сей Петрона, достигнув Херсонеса, оставил хеландии в Херсоне; посадив людей на транспортные корабли, он отправился к месту на реке Танаис, в котором должен был строить крепость. Поскольку же на месте не было подходящих для строительства крепости камней, соорудив печи и обжегши в них кирпич, он сделал из них здание крепости, изготовив известь из мелких речных ракушек. Затем этот выше названный спафрокандидат Петрона прибыв к василевсу после постройки крепости Саркел, сказал ему: "Если ты хочешь всецело и самовластно повелевать крепостью Херсоном и местностями в нем и не упустить их из своих рук, избери собственного стратига и не доверяй их протевоинам и архонтам". Ведь до василевса Феофила не было стратига, посылаемого [туда] из этих мест, но управителем всего являлся так называемый протевоин с так называемыми отцами города. Итак василевс Феофил, размышляя при сём, того или этого послать в качестве стратига, решил наконец, послать вышеозначенного спафарокандидата Петрону как приобретшего знание местности и понимания дел отнюдь не лишенного, которого он избрал стратигом, почтив чином протоспафария, и отправил в Херсон, повелев тогдашнему протевоину и всем [прочим] повиноваться ему. С той поры до сего дня стало правилом избирать для Херсона стратигов из здешних.>

И вот традиционный комментарий к этому фрагменту, освященный именами крупнейших специалистов.

С.А.Плетнёва не оспаривая приводимого мнения коллеги и не приводя других, тем самым солидаризуется с ним: "М.И.Артамонов полагает, что миссия Петроны была скорее дипломатической, чем строительной. Недаром Константин Порфирородный писал, что Пертона по возвращении на родину представил подробный доклад о положении на востоке и о возможностях, открывающихся для империи в связи с некоторым ослаблением каганата.">96-53

Сличение текста и комментария с очевидностью показывает, что комментарий дан к представлениям авторов, и не имеет к тексту почти никакого отношения. В тексте нет:

- подробного доклада о положении на востоке; - открывающихся для империи возможностей; - некоторого ослабления каганата. Зато в тексте есть отчёт имперского чиновника, столкнувшегося на подведомственной территории с фактом самоуправления (с гражданским обществом) и воспринимающего это положение вещей как нетерпимое и несущее самую серьёзную угрозу всецельному и самовластному принципу правления в империи. Император Феофил, о котором пишут, (а заодно и Константин, который пишет) вполне адекватно воспринимает доклад и соглашается, что самоуправство ненадёжных и так называемых отцов города (протевоинов и архонтов) далее терпеть не можно, а следует, как всюду, назначать туда из центра стратига, коим и поручено быть Петроне, благо он понимает в чём дело. (Кстати, почти слово в слово текст повторён в третьей части Продолжателя Феофана, книге "Феофил", написанной так же при дворе Константина VII)

К 860 г. дело заходит так далеко, что в Хазарии вновь поднимается вопрос о смене веры и по просьбе кагана в Итиль прибывает на диспут посольство во главе с Константином (Кириллом). В письме Иосифа весьма красочно рассказано о диспуте и о том, как его выиграли иудеи, правда датировку автора письма - 340 лет назад, т.е. назад от ~960 г. в расчёт можно не принимаеть. Мухаммед начал свой поход в 622 г.

Хотя миссия Константина и оказывается неудачной - веру каган не поменял, что не помешало в житии Константина сообщить о его победе в диспуте, тем не менее, союз с хазарами продолжается. Хазарские воины состоят в дружине императора Льва VI и принимают участие в неудачном для ромеев сражении против болгарского царя Симеона примерно в 894 г.>93-149

А история с назначением стратига в Херсон имеет продолжение. Херсон так и не становится заурядным имперским уездным городом N. С 866/867 гг. в Херсоне возобновляется после полуторастолетнего перерыва чеканка собственных денег, а в 896 г. херсониты даже убивают имперского стратига.

В то же время сама Хазария знакомится с новым народом - русами, которые, хотя напрямую и не угрожают хазарам, но своим разбоем на Каспии создают угрозу ответных действий халифата. Хазария находит достаточно эффективное средство нейтрализации руси - перебить всех, и этим на 40 лет отбивает охоту к походам "за зипунами".

И всё же, ничто не вечно в подлунном мире. Почти двухсотлетние союзнические отношения Византии и Хазарии начинают разваливаться. Я не вижу в этом никаких экономических или стратегических причин. У Византии никогда не было сил, чтобы вести какую-либо наступательную политику в Крыму, где была база и уж тем более за его пределами, где баз не было. Можно сколько угодно обвинять греков в том, что они действовали чужими руками. Но эти действия не принесли империи ни одного квадратного метра территории. Т.е., нанимая печенегов, гузов, турок (угров) или ещё кого, можно доставить массу проблем непрятелю и тем удовлетворится. Но вот ни одного клочка земли от всех этих союзников получить нельзя. Нельзя и всё. Всё, что Византия завоёвывала, она завоёвывала сама. Да, с союзниками. Но только дураки воюют без союзников.

А с другой стороны, Хазария имела все чисто военные возможности для установления своего полного господства в Крыму. Будь на то желание и воля, никакое греческое золото, ни тем более несколько сот херсонских солдат не смогли бы помешать планомерному наступлению. В таких случаях можно отбить один штурм, модно разбить одну или две армии, но тотальное превосходство в ресурсах решает исход противостояния. И тем не менее, никаких фактов, свидетельствовавших бы об изменении деморкационной линии между херсонскими и хазарскими климатами в Крыму нет. И это на протяжении почти 300-летнего соседства, представляемого почти всеми авторами, как жесточайшее противоборство.

Причина, как я уже сказал, по большей части психологическая. Итильскому правительству по части идеологии нечего было предложить своим подданным. Иудейская религия не миссионерская. Поэтому всё большее число подданных выбирало одну из двух действительно универсальных религий - христианами становились на юго-западе, мусульманами - в остальных регионах. В довершение к старым врагам у хазаров во второй половине IX в. появились и новые противники - неведомая северная русь. Начав с самого окраинного форпоста - крепости Самватас, за 30-40 лет русь переподчинила себе практически всех лесных данников хазар, кроме вятичей.

В таких условиях у хазарского правительства начал портится характер. "От восхищавшей современников необычайной веротерпимости хазарского правительства ничего не осталось. Но чем догматичнее становилась религия кагана, чем крепче становилось вокруг кольцо раввинов, тем стремительнее терял он власть не только над данниками и вассальными государствами, но и над своими подданными.">95-70

Хазария ещё может огрызаться. В 913 г. русь была страшно наказана: мусульманская гвардия лариссов за три дня просто вырезала несколько десятков тысяч русов возвращавшихся из похода на Каспий. В 930 г. хазары сумели подавить восстание принявших христианство алан. Но после 889 г. печенеги заняли все причерноморские степи и отрезали хазар от их портов на Тамани и в Крыму. Но после 922 г. Булгария окончательно ушла в мусульманский мир. Но где-то между 913 и 944 г. Хазарский порт Таматарха перешёл под контроль руси.

"К середине X в. Хазарский каганат только в воображении кагана представлял собой какую-то заметную политическую единицу.">95-70

Все стратегические позиции в Северном Причерноморье заняли печенеги. Печенеги стали соседями и болгар и угров, печенеги стояли на пути русов, печенеги соседствовали с Херсонесом. Но печенеги не создали никакого подобия государства и поэтому не имели собственных политических интересов. Поэтому они оказались идеальным инструментом северной политики Константинополя - платишь деньги и бери.

Что же касается непосредственных интересов Византии в Крыму, то в конце книги Константин VII ещё раз возвращается к проблеме Херсона. Именно глава (53) об этой крепости завершает трактат "Об управлении империей". Почти весь этот пространный текст посвящён древней истории. Только в самом конце Константин переходит к современности. В современности же (т.е. около середины X в.) проблема Херсона - это проблема ненадёжности херсонских подданных империи, которые могут восстать. И тогда надо отбирать все их корабли в имперских портах, и прекращать с ними торговлю, без которой Херсон не может существовать.

Василевс ромеев не видит каких-то иных, внешних, опасностей для Херсона, с которыми не могли бы справится на месте, и к которым надо было бы привлекать внимание центра. Василевс не считает даже возможным, что херсониты могут к кому-то обратиться за помощью, кому-то другому продать свои товары и у кого-то другого купить зерно.

До гибели Хазарии оставалось менее тридцати лет.

источник

ЗАРАБОТАЙ со мной ЗДЕСЬ и ЗДЕСЬ

Правильный разговор с коллектором http://sbor-reporter.ru

Про СЕО http://ruskart.blogspot.com

Про выгоды татаро-монгольского ига http://grumdas.ru

Как сделать сухое горючее http://geroikryma.net

Единая заявка на кредит здесь

wikii.ru

Половцы: какими были злейшие враги древней Руси

Половцы остались в истории Руси злейшими врагами Владимира Мономаха и жестокими наемниками времен междоусобных войн. Племена, поклонявшиеся небу, почти два века терроризировали Древнерусское государство.

«Куманы»

В 1055 году Переяславльский князь Всеволод Ярославич возвращаясь из похода на торков, повстречал отряд новых, неизвестных до того на Руси, кочевников во главе с ханом Болушем. Встреча прошла мирно, новые «знакомые» получили русское название «половцы» и будущие соседи разошлись.

С 1064 года в византийских и с 1068 в венгерских источниках упоминаются куманы и куны, также до этого неизвестные в Европе.

Им предстояло сыграть немалую роль в истории Восточной Европы, превратившись в грозных врагов и коварных союзников древнерусских князей, став наемниками в братоубийственной междоусобице. Присутствие половцев, куманов, кунов, появившихся и исчезнувших в одно время, не осталось незамеченным, а вопросы, кем они были и откуда пришли, по сей день волнуют историков.

Согласно традиционной версии, все четыре вышеупомянутых народа, представляли собой единый тюркоязычный народ, который по-разному называли в различных частях света.

Их предки – сары – обитали на территории Алтая и восточного Тянь-Шаня, но образованное ими государство в 630 году было разбито китайцами.

Уцелевшие направились в степи восточного Казахстана, где получили новое название «кипчаки», что, по легенде, означает «злосчастные» и о чем свидетельствуют средневековые арабо-персидские источники. Однако как в русских, так и в византийских источниках кипчаки вообще не встречаются, а схожий по описанию народ зовется «куманами», «кунами» или «половцами». Причем этимология последнего так и остается неясной. Возможно, слово происходит от древнерусского «половь», что значит «желтый». По мнению ученых, это может говорить о том, что этот народ обладал светлым цветом волос и относился к западной ветви кипчаков – «сары-кипчаки» (куны и куманы относились к восточной и обладали монголоидной внешностью). По другой версии, термин «половцы» мог произойти от привычного нам слова «поле», и обозначать всех жителей полей, вне зависимости от их племенной принадлежности.

У официальной версии существует немало слабых сторон.

Если все народности изначально представляли единый народ – кипчаков, то как объяснить, что ни Византии, ни Руси, ни Европе этот топоним был неизвестен? В странах ислама, где о кипчаках знали не понаслышке, напротив, совершенно не слышали о половцах или куманах.

На помощь неофициальной версии приходит археология, согласно которой, главные археологические находки половецкой культуры – каменные бабы, воздвигнутые на курганах в честь павших в битве воинов, были характерны лишь для половцев и кипчаков. Куманы, несмотря на свое поклонение небу и культу богини матери, не оставляли подобных памятников.

Все эти аргументы «против» позволяют многим современным исследователям отойти от канона изучения половцев, куманов и кунов как одного и того же племени. По мнению кандидата наук Юрия Евстигнеева, половцы-сары – это тюргеши, по какой-то причине бежавшие из своих территорий в Семиречье.

Оружие междоусобиц

Половцы были отнюдь не намерены оставаться «добрым соседом» Киевской Руси. Как и подобает кочевникам, они вскоре освоили тактику внезапных набегов: устраивали засады, нападали врасплох, сметали на своем пути неподготовленного противника. Вооруженные луками и стрелами, саблями и короткими копьями, половецкие воины бросались в бой, на скаку забрасывая врага кучей стрел. Они шли «облавой» по городам, грабя и убивая людей, угоняя их в плен.

Помимо ударной конницы, их сила заключалась еще и в разработанной стратегии, а также в новых для того времени технологиях, как, например, тяжелые самострелы и «жидкий огонь», которые они позаимствовали, очевидно, у Китая еще со времен жизни на Алтае.

Однако до тех пор, пока на Руси держалась централизованная власть, благодаря порядку престолонаследия, установленному при Ярославе Мудром, их набеги оставались лишь сезонным бедствием, а между Русью и кочевниками даже завязались определенные дипломатические отношения. Велась оживленная торговля, население широко общалось в приграничных районах. Среди русских князей стали популярны династические браки с дочерьми половецких ханов. Две культуры сосуществовали в хрупком нейтралитете, который не мог долго продолжаться.

В 1073 году триумвират трех сыновей Ярослава Мудрого: Изяслава, Святослава, Всеволода, которым он завещал Киевскую Русь, распался. Святослав и Всеволод обвинили своего старшего брата в заговоре против них и стремлении стать «самовластцем», подобно отцу. Это стало рождением большой и долгой смуты на Руси, которой воспользовались половцы. Не принимая до конца ничьей стороны, они охотно выступали на стороне человека, который сулил им большие «барыши». Так, первый князь, прибегнувший к их помощи, Олег Святославич (которого дяди лишили наследства), позволил половцам грабить и жечь русские города, за что и был прозван Олегом Гориславичем.

Впоследствии, призыв половцев в качестве союзников в междоусобной борьбе стал распространенной практикой. В союзе с кочевниками внук Ярослава, Олег Гориславич, выгнал Владимира Мономаха из Чернигова, он же заполучил Муром, прогнав оттуда сына Владимира Изяслава. В итоге, перед воюющими князьями встала реальная опасность утраты собственных территорий.

В 1097 году, по инициативе Владимира Мономаха, тогда еще князя Переславля, был созван Любечский съезд, который должен был покончить с междоусобной войной. Князья условились, что отныне каждый должен был владеть своей «отчиной». Даже киевский князь, который формально оставался главой государства, не мог нарушить границы. Так, благими намерениями на Руси была официально закреплена раздробленность. Единственное, что еще тогда объединяло русские земли, был единый страх перед половецкими нашествиями.

Война Мономаха

Самым ярым врагом половцев среди русских князей был Владимир Мономах, при великом княжении которого временно прекратилась практика использования половецких войск в целях братоубийства. Летописи, которые, правда, при нем активно переписывались, рассказывают о Владимире Мономахе, как о самом влиятельном князе на Руси, который слыл патриотом, не жалевшим ни сил, ни жизни ради обороны русских земель. Натерпевшись поражений от половцев, в союзе с которыми стоял его брат и его злейший враг – Олег Святославич, он разработал совершенно новую стратегию в борьбе с кочевниками – воевать на их же территории.

В отличие от половецких отрядов, которые были сильны во внезапных набегах, русские дружины получали преимущество в открытом бою. Половецкая «лава» разбивалась о длинные копья и щиты русских пеших воинов, а русская конница, окружая степняков, не давала им удирать на своих знаменитых легкокрылых конях. Было продумано даже время похода: до ранней весны, когда русские кони, которых кормили сеном и зерном, были сильнее отощавших на подножном корму половецкий лошадей.

Давала преимущество и излюбленная тактика Мономаха: он предоставлял возможность врагу атаковать первым, предпочитая защиту за счет пеших, поскольку, нападая, противник изматывал себя намного больше, чем оборонявшийся русский воин. Во время одной из таких атак, когда пехота приняла на себя основной удар, русская конница обошла с флангов и ударила в тыл. Это решило исход сражения.

Владимиру Мономаху было достаточно всего нескольких походов в половецкие земли, чтобы надолго избавить Русь от половецкой угрозы. В последние годы жизни Мономах отправил своего сына Ярополка с войском за Дон, в поход против кочевников, но он не нашел их там. Половцы откочевали подальше от границ Руси, в кавказские предгорья.

На страже мертвых и живых

Половцы, как и многие другие народы, канули в лету истории, оставив после себя "половецких каменных баб", которые до сих пор стерегут души их предков. Когда-то их ставили в степи «сторожить» мертвых и защищать живых, а также помещали в качестве ориентиров и указателей для бродов.

Очевидно, этот обычай они привезли с собой из первоначальной Родины – Алтая, распространив его по Дунаю.«Половецкие бабы» - далеко не единственный пример подобных памятников. Задолго до появления половцев, в IV-II тысячелетии до нашей эры, таких истуканов на территории нынешних России и Украины ставили потомки индо-иранцев, а спустя пару тысяч лет после них – скифы.

«Половецкие бабы», как и другие каменные бабы – не обязательно изображение женщины, среди них много и мужских лиц. Даже сама этимология слова «баба», происходит от тюркского «балбал», что означает «пращур», «дед-отец», и связано с культом почитания предков, а вовсе не с существами женского пола.

Хотя, по другой версии, каменные бабы – следы ушедшего в прошлое матриархата, а также культа почитания богини-матери у половцев (Умай), олицетворявшей земное начало. Единственный обязательный атрибут – сложенные на животе руки, держащие чашу для жертвоприношений, и грудь, которая также встречается у мужчин, и очевидно связана с кормлением рода.

Согласно верованиям половцев, которые исповедовали шаманизм и тенгрианство (поклонение небу), мертвые наделялись особой силой, позволяющей помогать своим потомкам. Поэтому, проезжающий мимо половец должен был принести статуе жертву (судя по находкам, это были обычно бараны), чтобы заручиться ее поддержкой. Вот как описывает этот обряд азербайджанский поэт XII века Низами, жена которого была половчанкой:

«И пред идолом гнётся кипчаков спина. Всадник медлит пред ним, и, коня придержав, Он стрелу, наклонясь, вонзает меж трав, Знает каждый пастух, прогоняющий стадо, Что оставить овцу перед идолом надо».

Читайте также:

исправить оишбку

cyrillitsa.ru

Славяне и их враги. Л.Н. Гумилев. История Руси. Кремлион

По соседству с Киевской державой в Восточной Европе зарождалось могучее государство — Хазарский каганат. История его заслуживает внимания. Сами хазары были одним из замечательных народов той эпохи. Первоначально их поселения сосредоточивались в низовьях Терека и по берегам Каспия. В то время уровень воды в Каспийском море находился на отметке  36, иными словами, на 8 м ниже, чем сейчас. Оттого очень большой была территория волжской дельты, доходившей до полуострова Бузачи — продолжения Мангышлака. Это были настоящие каспийские Нидерланды, изобиловавшие рыбой.

Хазары — кавказское племя, жившее на территории современного Дагестана. Автору этих строк доводилось находить в низовьях Волги их скелеты; казалось, они принадлежат подросткам. Длина скелета составляет около 1,6 м, сами кости мелки и хрупки. Подобный антропологический тип сохранился у терских казаков. Следы обитания хазар у Каспия сейчас скрыты наступившим морем, и лишь дагестанский виноград, принесенный хазарами с Кавказа в дельту Волги, остался свидетельством их миграции.

Врагами прикаспийских хазар были степняки буртасы и булгары. И тех, и других в VI в. подчинили себе тюрки. В начавшейся у победителей династической распре одни тюрки оперлись на булгар, другие на хазар. Победили хазары и их союзники. Степные булгары бежали на Среднюю Волгу, где основали город Великий Булгар. Другая часть булгарской орды во главе с ханом Аспарухом ушла на Дунай, где, смешавшись с южнославянскими племенами, положила начало новому народу — болгарам. Но нам сейчас интересны хазары.

У хазар не было государственной власти. Сейчас от языка этого племени сохранилось одно слово, служившее названием крепости, — Саркел, что значит «белый дом». Тюркские, финно угорские и славянские языки не знают ничего похожего на это имя.В VII VIII вв. хазары подверглись натиску наступавших через Кавказ арабов. В этой войне им помогли тюрки — народ очень храбрый и воинственный. Именно они первыми в Центральной Азии освоили мощное оружие конника — саблю. И было для чего. Тюрки вели частые войны с Китаем, где правила династия Тан.

Династия Тан (618 907) управляла Китаем талантливо и успешно. Рис при танских правителях стоил дешевле, чем когда бы то ни было. Китайцы активно общались со своим «Западом»: тюрками, согдийцами, тибетцами и даже арабами. Представители династии Тан мечтали о создании обширной азиатской империи, которая включала бы не только Срединную равнину (нынешний Китай), но и степи Монголии, леса Маньчжурии и оазисы Согдианы. Борьба Тан за имперскую власть над Азией началась победой над тюрками в середине VII в.

Представитель разбитой тюркской династии убежал к хазарам. Хазары приняли его и… сделали своим ханом. Хан тюрк их очень устраивал. Он кочевал со своей ставкой в низовьях Волги, между нынешними Волгоградом и Астраханью, весной откочевывал на Терек, лето проводил между Тереком, Кубанью и Доном, а с приходом холодов возвращался на Волгу. Хазарам не приходилось содержать своего хана. Он не требовал с них налогов, кормясь собственным кочевым хозяйством. Хан и пришедшая с ним военная знать, удовлетворяясь дарами подданных, не вводили системы поборов и не занимались торговлей. Тюркские ханы и беки, возглавив хазар, ставших к тому времени совсем невоинственными, организовали их защиту от арабов. Те наступали из Азербайджана через Дербент на Терек и Волгу. Тюрки — народ воинов — защищали хазар от врагов и совместно с ними образовали в Прикаспии небольшое государство.

И вот это тюркско хазарское государство испытало внедрение иного народа с иными традициями и культурой.

Изучая историю различных народов, мы постоянно сталкиваемся с повторяющимися явлениями огромного значения — миграциями населения. Миграции сильно разнятся. Случается, что народ переселяется на чужую территорию и хорошо к ней приспосабливается. Именно так распространялись славяне с верховьев Вислы до берегов Балтийского, Адриатического и Эгейского морей. Они сумели обосноваться везде: это был молодой, сильный и очень активный народ. Другие народы, переселившиеся в районы с непривычным и для них климатом и природными условиями, исчезли. Они или вымерли, или смешались с местным населением. Так в южной Франции, в Испании, Северной Африке закончились исторические судьбы вандалов, свевов, готов.

Была и еще одна форма миграции: группа купцов или отряд завоевателей создавали свою колонию на чужой территории. Так англичане колонизировали Индию. Они зарабатывали там деньги, отнюдь не становясь индусами, а потом возвращались в Англию. И французы в своих африканских колониях не превращались в негров. Поработав и послужив в Африке, они возвращались в Париж.Для хазар колонизаторами стали представители персидской и византийской ветвей еврейского народа.

В Иране евреи появились во II в., после поражения, нанесенного им римлянами в иудейских войнах. Персы охотно приняли евреев как врагов Рима и расселили их по ряду городов. Так образовались еврейские колонии в городах Исфахане и Ширазе, а также в Армении и Азербайджане.

Но в V в. в Персии произошли события драматические и для персов, и для пришлых народов. При шахе Каваде его визирь Маздак возглавил движение, которое по его имени называется маздакитским. Маздак был находчивый политик и во время очередного голода в стране выдвинул простую программу борьбы с кризисом. Суть ее состояла в следующем. В мире существует добро и зло. Добро — это Разум, а зло — неразумие, инстинкты. Представляется неразумным существование богатых и бедных, когда одни имеют гаремы, много хороших лошадей и дорогого оружия, проводят время в пирах и на охоте, а другие голодают. Поэтому будет справедливо казнить тех, у кого много имущества, а их добро и гаремы раздать бедным.

Маздак начал осуществлять эту программу, но бедных было много, и всем добра богатых не досталось. Досталось только сторонникам Маздака — маздакитам. Персы согласились бы отдать за собственную жизнь и земли, и оружие, и коней, но им было жаль своих жен. Они выражали недовольство — в ответ следовали казни. Сам шах был арестован маздакитами. Но он бежал к степнякам эфталитам и вернулся с их войском. Его сын, энергичный Хосров, мобилизовал степняков саков. Поднялись все, недовольные маздакитами, поднялись многочисленные дети казненных. В 529 г. Хосров взял власть в свои руки, повесил Маздака и расправился с его сторонниками. Их живьем закапывали в землю вертикально и при этом вниз головой.

Казалось бы, какое это имеет отношение к евреям? А самое прямое. Евреи принимали активное участие в этих событиях. Одни были сторонниками шаха Хосрова, другие — маздакитами. После победы Хосрова уцелевшие маздакиты, персы и евреи, бежали в Азербайджан. Спасшиеся евреи поселились к северу от Дербента на широкой равнине между Тереком и Судаком. Тем временем в Византии освоились евреи, бывшие противниками маздакитов и бежавшие из Ирана в период торжества Маздака. Они были приняты греками, хотя и без всякого энтузиазма. Так создались две ветви евреев, о которых мы уже упомянули.

Евреи, оказавшиеся на Кавказе, начисто забыли и свою древнюю грамоту, и традиции иудаизма, и его обряды. Забыв все, они сохранили память лишь о запрете на работу в субботний день. Они пасли скот, возделывали землю и дружили с хазарами — своими северными соседями. Восстановил иудаизм среди своих соплеменников один из вождей по имени Булан (по тюркски «лось»). В 730 г. он принял имя Сабриэль и пригласил иудеев — учителей религиозного закона.

Между тем Византия вела отчаянную борьбу с арабами. Евреи, нашедшие в Византии спасение, должны были бы помогать византийцам. Но помогали они довольно странно. Договариваясь тайно с арабами, евреи открывали по ночам ворота городов и впускали арабских воинов. Те вырезали мужчин, а женщин и детей продавали в рабство. Евреи же, дешево скупая невольников, перепродавали их с немалой выгодой для себя. Это не могло нравиться грекам. Но решив не приобретать себе новых врагов, они ограничились тем, что предложили евреям уехать. Так в землях хазар появилась и вторая группа евреев — византийская.

Страна к северу от Терека понравилась переселенцам. Луга, покрытые зеленой травой, были прекрасными пастбищами. В притоках Волги водились осетры и стерлядь. Здесь проходили торговые пути. Соседние племена были беззлобны и неагрессивны. Используя свою грамотность, евреи стали осваивать и развивать занятия, не свойственные местному населению: в их руках оказались дипломатия, торговля, образование.

В начале IX в. еврейское население Хазарии к своему экономическому и интеллектуальному могуществу добавило и политическое. Мудрый Обадия, про которого древние документы говорят, что «он боялся Бога и любил закон», совершил государственный переворот и захватил власть. Он выгнал из страны тюрок, составлявших военное сословие Хазарии. При этом Обадия опирался на отряды наемников — печенегов и гузов. Хазарские тюрки долго воевали с захватчиками, но были разбиты и частью погибли, частью отступили в Венгрию.

Казалось бы, должно было произойти смешение хазар с евреями. Но не тут то было. Согласно старой еврейской мудрости, «никто не может обнаружить след птицы в воздухе, змеи на камне и мужчины в женщине», поэтому евреями считались все дети евреек, независимо от того, кто был их отец. У хазар же, как у всех евразийских народов, родство определялось по отцу. Эти разные традиции не давали смешаться двум народам (этносам), и отличие двух народов закреплялось тем, что дети евреек и дети хазарок обучались по разному. Учитель раввин не принимал в школу ребенка, если тот не был евреем, то есть если его мать была хазарка или печенежка. И отец учил такого ребенка сам, но, конечно, хуже, чем учили в хедере (школе). Так закреплялись два разных стереотипа (образа) поведения. Это различие и определило различные судьбы двух народов: евреев и хазар.

Евреи, в отличие от хазар, к IX в. активно включились в тогдашнюю систему международной торговли. Караваны, ходившие из Китая на Запад, принадлежали в основном евреям. А торговля с Китаем в VIII IX вв. была самым выгодным занятием. Династия Тан, стремясь пополнить пустеющую из за содержания большой армии казну, разрешила вывозить из страны шелк. За шелком и шли еврейские караваны в Китай. Путь проходил через степи уйгуров и дальше через Семиречье, мимо озера Балхаш, к Аралу, к городу Ургенч. Очень трудным был переход через плато Устюрт. Затем караваны пересекали реку Яик и выходили к Волге. Здесь усталых путников ждал отдых, обильная пища и развлечения. Прекрасная волжская рыба и фрукты, молоко и вино, музыканты и красавицы услаждали караванщиков. И у заправлявших экономикой Поволжья еврейских торговцев скапливались сокровища, шелка, рабы. Потом караваны уходили дальше, попадая в Западную Европу: Баварию, Лангедок, Прованс, и, перевалив через Пиренеи, оканчивали долгий путь у мусульманских султанов Кордовы и Андалузии.

Снаряжавшие караваны купцы — не только еврейские, но и согдийские — основывали в Китае свои колонии — сеттльменты. Один такой сеттльмент был на северо западе Китая в городе Чанъань, другой — на юго востоке в городе Кантон.

Вся тяжесть экономической политики императорского Китая ложилась на плечи крестьян, ибо шелк правительственные чиновники собирали именно с них. В результате возникло крестьянское восстание под руководством Хуан Чао (874 901). Он использовал и всеобщее недовольство, и то, что правительство империи ослабло от очередных военных неудач. Восстание было направлено против засилья иностранцев. Правительство Тан обвинялось в том, что оно разрешило и поддерживало торговлю с иноземцами. Восставшие взяли Кантон, где все пришлое население было вырезано. Затем они прошли всю страну до Чанъаня и даже заняли этот город со смешанным населением. Но горожане, защищая жен и детей, сумели выгнать повстанцев. Тем временем правительство Тан призвало на помощь два племени: тибетцев и тюрок шато. Вождь шато, Одноглазый Дракон, с четырьмя тысячами своих всадников и таким же отрядом тибетцев изрубил двухсоттысячное войско повстанцев. Хуан Чао погиб, спаслись только успевшие бежать: шато пленных не брали. Правительство победило, но хозяйство Китая было подорвано восстанием. Множество крестьян было убито. Вывозить стало нечего, ибо некому было вырабатывать шелк и ухаживать за тутовыми деревьями. Китай выбыл из мировой торговли.

Катастрофа, постигшая караванный путь из Китая в Испанию — «шелковую дорогу», конечно же, отразилась и на Хазарии. Но энергичные хазарские купцы во главе с правителем, титул которого был «бек», или «малик», нашли выход. Их отряды двинулись на север. Поднявшись по Волге, воины Хазарии разгромили и подчинили Камскую (Волжскую) Булгарию. Еще севернее простирались бескрайние земли, которые в норвежских сагах назывались Биармия, а в русских летописях — Великая Пермь. Вот тут то купцы рахдониты (в переводе «знающие путь») и организовали свои торговые поселения — фактории.

Леса Биармии давали драгоценный мех соболей, куниц, горностаев. Мало того, рахдониты организовали торговлю детьми. И снова потянулись караваны с мехами для арабской знати, с рабами и рабынями для гаремов мусульманских владык. Султаны и эмиры Багдадского халифата больше ценили воинов рабов («сакалиба»), чем наемные отряды из независимых кочевников.

Эта деятельность Хазарии компенсировала ей сокращение торгового оборота с Китаем. Но произошла очередная неприятность. В IX в. стал разваливаться Багдадский халифат. Его центр, Багдад, как паук, сосал соки из огромных подвластных ему областей, ничего не давая взамен. И вот откололась Испания, затем Марокко, Алжир, Тунис. Отделились Египет, Средняя Азия и Восточный Иран. Наконец, обособилась область Дейлем, о которой надо рассказать подробней.

Между южным побережьем Каспийского моря и Иранским нагорьем высится хребет Эльбурс — высокие, труднопроходимые горы. На узкой прибрежной полосе обитали три очень древних народа. Их земли звались Дейлем (на юго западе), Табаристан (на юге), на востоке располагался Гурган — «волчья страна» (от персидского слова «гург» — волк). Жители этих мест были крайне воинственны. Но они не исповедовали ислам, и это мешало им покорить соседей мусульман, которые отчаянно сопротивлялись «неверным». Тогда правитель Дейлема со своим народом принял ислам в форме шиизма. Это ни к чему не обязывало вождя дейлемитов, который не вникал в религиозные оттенки, но зато считал себя наследником древних персидских царей и даже присвоил себе титул шахиншаха — царя царей. После этого воины Дейлема захватили на севере часть Азербайджана до Дербента, а на юге — западную Персию. В 945 г. они покорили Багдад. Таким образом, удобный и легкий путь с Волги в Багдад по берегу Каспия был пересечен: дейлемиты не пропускали никого.

Еврейское правительство Хазарии, свергшее тюркскую военную знать, пользовалось услугами войск из Гургана. Мы уже говорили, что гурганцы были воинственны и очень храбры. Кроме того, они сражались в интересах купцов Хазарии за очень высокую плату. Отслужив, а точнее, провоевав положенный срок, оставшиеся в живых возвращались домой богатыми. Хазарские правители были истыми купцами: они покупали победы, и только победы. Если воины терпели поражение, что иногда случалось, их казнили. Бесстрашные гурганцы одержали для хазарских евреев победы над гузами на реке Яик, над булгарами на Каме, над буртасами на реке Сакмаре, над савирами (сабирами) на Донце. Но эти победоносные гурганцы отказались воевать против единоверцев — мусульман дейлемитов. И тогда хазарские евреи, народ находчивый, пригласили для войны с мусульманами древних русов.Русов наняли на тех же условиях, что и гурганцев: высокая плата и обязательные победы. Русы освоили корабельное дело и мореплавание еще на Балтике. Наемное войско русов шло по Волге, строило корабли на Каспии и затем совершало морские набеги на территорию Персии. В первом походе они совершенно разграбили остров Абескун. С дейлемитами русы столкнулись во время второго похода в 913 г. Дейлемиты отбили атаку, и русы, чтобы не возвращаться с пустыми руками, напали на мусульманский город Гянджу в южном Азербайджане. Тогда хазарский правитель разрешил своей гвардии — гурганцам — отомстить за единоверцев. Несколько дней сопротивлялось усталое войско русов, но было разбито мусульманами. Немногие спасшиеся бегством были истреблены на Волге кочевниками буртасами. Так — гибелью — закончился для русской дружины поход 913 г.

Два последующих десятилетия истории Хазарии были наполнены мелкими конфликтами со славянами и уже возникшим Киевским княжеством. Опорой хазар на западе была построенная еще в 834 г. на берегу Волги крепость Саркел.

В 939 г. произошло событие чрезвычайной важности. Русский вождь — князь Игорь — захватил принадлежавший Хазарии город Самкерц (ныне Тамань), расположенный на берегу Керченского пролива. Хазарский правитель ответил на удар ударом: на русов двинулась мусульманская гвардия под командованием еврея, «достопочтенного Песаха». Песах освободил Самкерц, переправился через Керченский пролив и прошел маршем по южному берегу Крыма (940), истребляя христианское население. Спаслись лишь укрывшиеся в неприступном Херсонесе. Перейдя Перекоп, Песах дошел до Киева и обложил русское княжество данью. Тогда же русы выдали хазарам свои мечи, о чем и рассказывается в «Повести временных лет».

«Сказание о хазарской дани» подчеркивает разницу в вооружении русов, славян и азиатских народов. Тяжелый меч — привычное оружие скандинавских и славянских богатырей. Азиаты издавна предпочитали легкую саблю. С шестилетнего возраста они учились рубить «с оттяжкой на себя», и в руках взрослого сабля оказывалась страшнее меча.

Но вернемся к русам и хазарам. В 943 г. хазары вновь послали войско русов — уже своих данников — на Каспии, для войны с дейлемитами. Русы захватили в низовьях Куры крепость Бердаа. Страшнее сабель и стрел дейлемитов оказалась вспыхнувшая в лагере русов дизентерия. Они пробились к своим ладьям и отплыли. Но, видимо, на Русь не вернулся никто, так как в русских летописях нет ни слова об этом походе.

Итак, благодаря обширной торговле рабами, мехами и шелком Хазарский каганат, население которого состояло из аборигенов и пришлых евреев, в IX Х вв. превратился в одну из самых богатых стран Евразии того времени.

Образовавшееся русско славянское государство с центром в Киеве быстро усилилось и сразу же начало расширяться к берегам Черного моря. В этом движении славяно русы столкнулись с таким грозным противником, каким была в конце IX — начале Х в. Византия.

Говоря об отношениях Киева и Византии в Х в., необходимо сразу отметить следующие обстоятельства.Во первых, в Х в. весьма изменились ландшафтно климатические условия жизни народов Евразии и, в частности, обитателей Северного Причерноморья. Наступила очередная вековая засуха, вследствие которой часть печенегов откочевала из Средней Азии в низовья Днепра. Печенеги в поисках союзников вступили в контакт с Византией и стали для нее надежными друзьями, а враги печенегов и Византии — мадьяры — выступили союзниками славян и русов и как могли поддерживали их.

Во вторых, события войн славяно русов с Византией переданы в византийских хрониках и русских летописях с очень сильными искажениями. Вместо правдивого изложения событий мы имеем легенды, которые сочинялись летописцами в угоду «начальству», в зависимости от политической ситуации.

Особенно характерна «историческая мифология» для русского летописания — знаменитой «Повести временных лет» Нестора. Инок Нестор жил и трудился в Киево Печерской лавре — культурном центре Киева, где в XI XII вв. были сильны антигреческие настроения. Отражением этих настроений служит, например, факт переноса Нестором даты похода русов под руководством Аскольда на Царьград на 47 лет (с 860 г. на 907 г.) и вообще приписание похода Олегу. Так подвиги древнего руса в войне с Византией оказались совершенными варяжским конунгом. Более того, если внимательно прочесть повествование Нестора, можно заметить, что с 882 по 885 г. Олег одерживает победы над всеми славянскими племенами, в том числе и над платившими дань хазарам. Однако ни о реакции хазар на победы Олега, ни о самих хазарах Нестор не пишет ни слова, причем летописная пауза в рассказе о хазарских делах занимает ни много ни мало 80 лет. Очевидно, летописец вполне сознательно умалчивает о каких то событиях, но о каких именно — мы можем только догадываться.

Попробуем для начала исходить из твердо установленных фактов. А знаем мы следующее. Византия вынуждена была бороться с коалицией мадьяр и славяно русов. Первыми, кто воспользовался скованностью сил греков, были арабские пираты. Больше всего острота ситуации сказалась на владениях Византии в Восточном Средиземноморье. Арабо берберские пираты из Испании захватили остров Крит и вырезали там все христианское население. Сирийские и египетские арабы захватили острова Эгейского моря: Лемнос, Родос, Наксос и другие. Наконец, в 904 г. великий арабский корсар Лев Триполитанский сумел напасть на Фесалоники и разграбил окрестности второго по величине города империи. Этот пират покушался даже на Константинополь, но, не имея достаточных сил, обратился за помощью к не меньшим разбойникам — русам дромитам.

Прозвище «дромиты» (от греч. «дромос» — бег) свидетельствовало о стремительности набегов этой днепровской вольницы. Первый набег русов на Константинополь состоялся еще в 860 г. Тогда греки встретили врага иконой Богоматери Одигитрии; стены города оказались неприступными. Русы отошли от столицы и предпочли заключить выгодный для них мир. Так было положено начало войнам славяно русов с Византией, длившимся до конца Х в.

И вот по зову Льва Триполитанского с низовьев Днепра, Днестра и Южного Буга вновь потянулись ладьи дромитов. Их флот собрался у берегов Босфора, где русов встретила греческая эскадра наварха Иоанна Радина. Большая часть русских кораблей была сожжена «греческим огнем». (Мы и сейчас не знаем химического состава этого страшного оружия византийцев. Можно только догадываться, что его основу составляла нефть.) Спасся лишь один отряд, уведенный его вождем Хельги и скрывшийся в устье Днепра. После такого успеха греки легко отразили атаку арабов Льва Триполитанского.

Попробуем представить, что можно было сделать на месте русов дромитов. Поход на Константинополь окончился жутким разгромом, большая часть соратников погибла в пламени «греческого огня». Высадившиеся на берег попали в плен и были превращены в невольников, ни о какой добыче не было и речи. Острая вражда между русами и Византией усугубилась. Было очевидно, что воевать с мощным противником без поддержки нельзя, и русы стали искать союзников. Ими оказались хазары.

Иудейское правительство Хазарии было враждебно христианской Византии. Хазары, как мы уже знаем, использовали русские войска в каспийских походах и, конечно, в войнах против греков. Большой поход против ромеев был совершен в 941 г. И снова византийский флот сжег «греческим огнем» ладьи славян и русов. Но хазарское правительство устраивал и такой исход: ведь силы Византяи на Черном море были скованы этой борьбой. А поскольку в Малой Азии грекам приходилось бороться с мусульманами, то Хазарский каганат оказался гегемоном в Восточной Европе. Хазария смогла обложить данью славян, мордву, мерю и камских булгар. Эти последние рассчитывали на помощь мусульман, и часть булгар приняла ислам (922). Но распадавшийся халифат — оплот магометан — не мог помочь даже себе, а тем более далеким единоверцам.

Неудачно сопротивлялся Хазарии в начале Х в. и Киев. Мы помним, что попытка русов захватить Самкерц и утвердиться на берегах Азовского моря вызвала ответный поход полководца Песаха и поставила Киев в положение данника итильских купцов рахдонитов. При сборе дани для хазар в Древлянской земле был убит Игорь, князь киевский и муж Ольги (944). Сопротивление хазарам, а не война с Византией становилось главной проблемой для Киева. И потому княгиня киевская Ольга, правившая при малолетнем сыне Святославе, постаралась приобрести в лице греков сильного союзника: она отправилась в Константинополь, где приняла крещение, избрав своим крестным отцом императора Константина Багрянородного.

Здесь мы вновь сталкиваемся с явной хронологической путаницей Нестора и других летописцев. Согласно Новгородской I летописи, Ольга родилась в 893 г., в Константинополе побывала в 955 м. Ей должно было быть в то время уже 62 года, а Нестор уверяет нас, что Константин был столь очарован Ольгой, что хотел на ней жениться. По нашему мнению, поездка Ольги в Византию и крещение ее состоялись примерно на 10 лет раньше — в 946 г.

Возвращаясь на твердую почву установленных фактов, мы убеждаемся в реальности похода Святослава против хазар. Молодой князь, оказавшийся энергичным полководцем, начал его летом 964 г. Святослав не решился идти от Киева к Волге напрямую через степи. Это было очень опасно, ибо племя северян, обитавшее на этом пути между Черниговом и Курском, было сторонником хазар. Русы поднялись по Днепру до его верховьев и перетащили ладьи в Оку. По Оке и Волге Святослав и дошел до столицы Хазарии — Итиля.Союзниками Святослава в походе 964 965 гг. выступили печенеги и гузы. Печенеги, сторонники Византии и естественные враги хазар, пришли на помощь Святославу с запада. Их путь, скорее всего, пролег у нынешней станицы Калачинской, где Дон близко подходит к Волге. Гузы пришли от реки Яик, пересекши покрытые барханами просторы Прикаспия. Союзники благополучно встретились у Итиля.

Столица Хазарии располагалась на огромном острове (19 км в ширину), который образовывали две волжские протоки: собственно Волга (с запада) и Ахтуба (с востока). Ахтуба в те времена была такой же полноводной рекой, как и сама Волга. В городе стояли каменная синагога и дворец царя, богатые деревянные дома рахдонитов. Была и каменная мечеть, ведь с мусульманами там обращались вежливо.

Воины Святослава отрезали все пути из Итиля. Но его жители наверняка знали о приближении русских, и большая часть хазар аборигенов убежала в дельту Волги. Волжская дельта была естественной крепостью: в лабиринте протоков мог разобраться только местный житель. Летом невероятные тучи комаров, появлявшихся с закатом солнца, победили бы любое войско. Зимой же Волгу сковывал лед, и дельта становилась недоступной ладьям. Острова дельты были покрыты бэровскими буграми — огромными холмами высотой с четырехэтажный дом. Эти бугры и дали убежище настоящим хазарам.

В ином положении оказалось еврейское население. Изучать волжские протоки еврейским купцам и их родственникам смысла не было: они для того и создавали свою монополию внешней торговли и ростовщичества, чтобы жить в комфорте искусственного ландшафта — города. Евреи были чужды коренному населению — хазарам, которых они эксплуатировали. Естественно, что хазары своих правителей, мягко говоря, недолюбливали и спасать их не собирались.

В осажденном городе евреям бежать было некуда, потому они вышли сражаться со Святославом и были разбиты наголову. Уцелевшие бежали «черными» землями к Тереку и спрятались в Дагестане. («Черными» земли к северу от Терека назывались потому, что из за малоснежной зимы в этом районе сильные ветры легко поднимали со снегом пыль, и возникали «черные» вьюги.)Святослав пришел и на Терек. Там стоял второй большой город хазарских евреев — Семендер. В городе и окрестностях было четыре тысячи виноградников. (Ныне это пространство между станицами Червленной и Гребенской; оно описано Л.Н.Толстым в повести «Казаки».) Семендер имел четырехугольную цитадель, но она не спасла город. Святослав разгромил Семендер и, забрав у населения лошадей, волов, телеги, двинулся через Дон на Русь. Уже по дороге домой он взял еще одну хазарскую крепость — Саркел, находившуюся около нынешней станицы Цимлянской. Саркел был построен византийцами в период их короткой дружбы с Хазарией, и создал его грек — архитектор Петрона. В Саркеле Святослав встретил гарнизон, состоявший из наемных кочевников. Князь одержал победу, разрушил крепость, а город переименовал в Белую Вежу. Там в дальнейшем поселились выходцы из Черниговской земли. Взятием Саркела завершился победоносный поход Святослава на Хазарию.

В результате похода 964 965 гг. Святослав исключил из сферы влияния еврейской общины Волгу, среднее течение Терека и часть Среднего Дона. Но не все военно политические задачи были решены. На Кубани, в северном Крыму, в Тьмутаракани еврейское население под именем хазар по прежнему удерживало свои главенствующие позиции и сохраняло финансовое влияние. Однако основным достижением похода, бесспорно, явилось то, что Киевская Русь вернула себе независимость.

Автор: Гумилёв Л.Н.

kremlion.ru

Половцы: злейшие враги древней Руси

Половцы остались в истории Руси злейшими врагами Владимира Мономаха и жестокими наемниками времен междоусобных войн. Племена, поклонявшиеся небу, почти два века терроризировали Древнерусское государство.

«Куманы»

В 1055 году Переяславльский князь Всеволод Ярославич возвращаясь из похода на торков, повстречал отряд новых, неизвестных до того на Руси, кочевников во главе с ханом Болушем. Встреча прошла мирно, новые «знакомые» получили русское название «половцы» и будущие соседи разошлись.

С 1064 года в византийских и с 1068 в венгерских источниках упоминаются куманы и куны, также до этого неизвестные в Европе.

Им предстояло сыграть немалую роль в истории Восточной Европы, превратившись в грозных врагов и коварных союзников древнерусских князей, став наемниками в братоубийственной междоусобице. Присутствие половцев, куманов, кунов, появившихся и исчезнувших в одно время, не осталось незамеченным, а вопросы, кем они были и откуда пришли, по сей день волнуют историков.

Согласно традиционной версии, все четыре вышеупомянутых народа, представляли собой единый тюркоязычный народ, который по-разному называли в различных частях света.

Их предки – сары – обитали на территории Алтая и восточного Тянь-Шаня, но образованное ими государство в 630 году было разбито китайцами.

Уцелевшие направились в степи восточного Казахстана, где получили новое название «кипчаки», что, по легенде, означает «злосчастные» и о чем свидетельствуют средневековые арабо-персидские источники. Однако как в русских, так и в византийских источниках кипчаки вообще не встречаются, а схожий по описанию народ зовется «куманами», «кунами» или «половцами». Причем этимология последнего так и остается неясной. Возможно, слово происходит от древнерусского «половь», что значит «желтый». По мнению ученых, это может говорить о том, что этот народ обладал светлым цветом волос и относился к западной ветви кипчаков – «сары-кипчаки» (куны и куманы относились к восточной и обладали монголоидной внешностью). По другой версии, термин «половцы» мог произойти от привычного нам слова «поле», и обозначать всех жителей полей, вне зависимости от их племенной принадлежности.

У официальной версии существует немало слабых сторон.

Если все народности изначально представляли единый народ – кипчаков, то как объяснить, что ни Византии, ни Руси, ни Европе этот топоним был неизвестен? В странах ислама, где о кипчаках знали не понаслышке, напротив, совершенно не слышали о половцах или куманах.

На помощь неофициальной версии приходит археология, согласно которой, главные археологические находки половецкой культуры – каменные бабы, воздвигнутые на курганах в честь павших в битве воинов, были характерны лишь для половцев и кипчаков. Куманы, несмотря на свое поклонение небу и культу богини матери, не оставляли подобных памятников.

Все эти аргументы «против» позволяют многим современным исследователям отойти от канона изучения половцев, куманов и кунов как одного и того же племени. По мнению кандидата наук Юрия Евстигнеева, половцы-сары – это тюргеши, по какой-то причине бежавшие из своих территорий в Семиречье.

Оружие междоусобиц

Половцы были отнюдь не намерены оставаться «добрым соседом» Киевской Руси. Как и подобает кочевникам, они вскоре освоили тактику внезапных набегов: устраивали засады, нападали врасплох, сметали на своем пути неподготовленного противника. Вооруженные луками и стрелами, саблями и короткими копьями, половецкие воины бросались в бой, на скаку забрасывая врага кучей стрел. Они шли «облавой» по городам, грабя и убивая людей, угоняя их в плен.

Помимо ударной конницы, их сила заключалась еще и в разработанной стратегии, а также в новых для того времени технологиях, как, например, тяжелые самострелы и «жидкий огонь», которые они позаимствовали, очевидно, у Китая еще со времен жизни на Алтае.

Однако до тех пор, пока на Руси держалась централизованная власть, благодаря порядку престолонаследия, установленному при Ярославе Мудром, их набеги оставались лишь сезонным бедствием, а между Русью и кочевниками даже завязались определенные дипломатические отношения. Велась оживленная торговля, население широко общалось в приграничных районах. Среди русских князей стали популярны династические браки с дочерьми половецких ханов. Две культуры сосуществовали в хрупком нейтралитете, который не мог долго продолжаться.

В 1073 году триумвират трех сыновей Ярослава Мудрого: Изяслава, Святослава, Всеволода, которым он завещал Киевскую Русь, распался. Святослав и Всеволод обвинили своего старшего брата в заговоре против них и стремлении стать «самовластцем», подобно отцу. Это стало рождением большой и долгой смуты на Руси, которой воспользовались половцы. Не принимая до конца ничьей стороны, они охотно выступали на стороне человека, который сулил им большие «барыши». Так, первый князь, прибегнувший к их помощи, Олег Святославич (которого дяди лишили наследства), позволил половцам грабить и жечь русские города, за что и был прозван Олегом Гориславичем.

Впоследствии, призыв половцев в качестве союзников в междоусобной борьбе стал распространенной практикой. В союзе с кочевниками внук Ярослава, Олег Гориславич, выгнал Владимира Мономаха из Чернигова, он же заполучил Муром, прогнав оттуда сына Владимира Изяслава. В итоге, перед воюющими князьями встала реальная опасность утраты собственных территорий.

В 1097 году, по инициативе Владимира Мономаха, тогда еще князя Переславля, был созван Любечский съезд, который должен был покончить с междоусобной войной. Князья условились, что отныне каждый должен был владеть своей «отчиной». Даже киевский князь, который формально оставался главой государства, не мог нарушить границы. Так, благими намерениями на Руси была официально закреплена раздробленность. Единственное, что еще тогда объединяло русские земли, был единый страх перед половецкими нашествиями.

Война Мономаха

Самым ярым врагом половцев среди русских князей был Владимир Мономах, при великом княжении которого временно прекратилась практика использования половецких войск в целях братоубийства. Летописи, которые, правда, при нем активно переписывались, рассказывают о Владимире Мономахе, как о самом влиятельном князе на Руси, который слыл патриотом, не жалевшим ни сил, ни жизни ради обороны русских земель. Натерпевшись поражений от половцев, в союзе с которыми стоял его брат и его злейший враг – Олег Святославич, он разработал совершенно новую стратегию в борьбе с кочевниками – воевать на их же территории.

В отличие от половецких отрядов, которые были сильны во внезапных набегах, русские дружины получали преимущество в открытом бою. Половецкая «лава» разбивалась о длинные копья и щиты русских пеших воинов, а русская конница, окружая степняков, не давала им удирать на своих знаменитых легкокрылых конях. Было продумано даже время похода: до ранней весны, когда русские кони, которых кормили сеном и зерном, были сильнее отощавших на подножном корму половецкий лошадей.

Давала преимущество и излюбленная тактика Мономаха: он предоставлял возможность врагу атаковать первым, предпочитая защиту за счет пеших, поскольку, нападая, противник изматывал себя намного больше, чем оборонявшийся русский воин. Во время одной из таких атак, когда пехота приняла на себя основной удар, русская конница обошла с флангов и ударила в тыл. Это решило исход сражения.

Владимиру Мономаху было достаточно всего нескольких походов в половецкие земли, чтобы надолго избавить Русь от половецкой угрозы. В последние годы жизни Мономах отправил своего сына Ярополка с войском за Дон, в поход против кочевников, но он не нашел их там. Половцы откочевали подальше от границ Руси, в кавказские предгорья.

На страже мертвых и живых

Половцы, как и многие другие народы, канули в лету истории, оставив после себя "половецких каменных баб", которые до сих пор стерегут души их предков. Когда-то их ставили в степи «сторожить» мертвых и защищать живых, а также помещали в качестве ориентиров и указателей для бродов.

Очевидно, этот обычай они привезли с собой из первоначальной Родины – Алтая, распространив его по Дунаю.«Половецкие бабы» - далеко не единственный пример подобных памятников. Задолго до появления половцев, в IV-II тысячелетии до нашей эры, таких истуканов на территории нынешних России и Украины ставили потомки индо-иранцев, а спустя пару тысяч лет после них – скифы.

«Половецкие бабы», как и другие каменные бабы – не обязательно изображение женщины, среди них много и мужских лиц. Даже сама этимология слова «баба», происходит от тюркского «балбал», что означает «пращур», «дед-отец», и связано с культом почитания предков, а вовсе не с существами женского пола.

Хотя, по другой версии, каменные бабы – следы ушедшего в прошлое матриархата, а также культа почитания богини-матери у половцев (Умай), олицетворявшей земное начало. Единственный обязательный атрибут – сложенные на животе руки, держащие чашу для жертвоприношений, и грудь, которая также встречается у мужчин, и очевидно связана с кормлением рода.

Согласно верованиям половцев, которые исповедовали шаманизм и тенгрианство (поклонение небу), мертвые наделялись особой силой, позволяющей помогать своим потомкам. Поэтому, проезжающий мимо половец должен был принести статуе жертву (судя по находкам, это были обычно бараны), чтобы заручиться ее поддержкой. Вот как описывает этот обряд азербайджанский поэт XII века Низами, жена которого была половчанкой:

«И пред идолом гнётся кипчаков спина. Всадник медлит пред ним, и, коня придержав, Он стрелу, наклонясь, вонзает меж трав, Знает каждый пастух, прогоняющий стадо, Что оставить овцу перед идолом надо».

Читайте также:

исправить оишбку

cyrillitsa.ru

какими были злейшие враги Руси

1-11745

Половцы остались в истории Руси злейшими врагами Владимира Мономаха и жестокими наемниками времен междоусобных войн. Племена, поклонявшиеся небу, почти два века терроризировали Древнерусское государство.

 

«Куманы»

 

В 1055 году Переяславльский князь Всеволод Ярославич возвращаясь из похода на торков, повстречал отряд новых, неизвестных до того на Руси, кочевников во главе с ханом Болушем. Встреча прошла мирно, новые «знакомые» получили русское название «половцы» и будущие соседи разошлись.

 

С 1064 года в византийских и с 1068 в венгерских источниках упоминаются куманы и куны, также до этого неизвестные в Европе.

Им предстояло сыграть немалую роль в истории Восточной Европы, превратившись в грозных врагов и коварных союзников древнерусских князей, став наемниками в братоубийственной междоусобице. Присутствие половцев, куманов, кунов, появившихся и исчезнувших в одно время, не осталось незамеченным, а вопросы, кем они были и откуда пришли, по сей день волнуют историков.

 

Согласно традиционной версии, все четыре вышеупомянутых народа, представляли собой единый тюркоязычный народ, который по-разному называли в различных частях света.

Их предки – сары – обитали на территории Алтая и восточного Тянь-Шаня, но образованное ими государство в 630 году было разбито китайцами.

 

Уцелевшие направились в степи восточного Казахстана, где получили новое название «кипчаки», что, по легенде, означает «злосчастные» и о чем свидетельствуют средневековые арабо-персидские источники. Однако как в русских, так и в византийских источниках кипчаки вообще не встречаются, а схожий по описанию народ зовется «куманами», «кунами» или «половцами». Причем этимология последнего так и остается неясной. Возможно, слово происходит от древнерусского «половь», что значит «желтый». По мнению ученых, это может говорить о том, что этот народ обладал светлым цветом волос и относился к западной ветви кипчаков – «сары-кипчаки» (куны и куманы относились к восточной и обладали монголоидной внешностью). По другой версии, термин «половцы» мог произойти от привычного нам слова «поле», и обозначать всех жителей полей, вне зависимости от их племенной принадлежности.

 

У официальной версии существует немало слабых сторон.

Если все народности изначально представляли единый народ – кипчаков, то как объяснить, что ни Византии, ни Руси, ни Европе этот топоним был неизвестен? В странах ислама, где о кипчаках знали не понаслышке, напротив, совершенно не слышали о половцах или куманах.

 

На помощь неофициальной версии приходит археология, согласно которой, главные археологические находки половецкой культуры – каменные бабы, воздвигнутые на курганах в честь павших в битве воинов, были характерны лишь для половцев и кипчаков. Куманы, несмотря на свое поклонение небу и культу богини матери, не оставляли подобных памятников.

 

Все эти аргументы «против» позволяют многим современным исследователям отойти от канона изучения половцев, куманов и кунов как одного и того же племени. По мнению кандидата наук Юрия Евстигнеева, половцы-сары – это тюргеши, по какой-то причине бежавшие из своих территорий в Семиречье.

 

Оружие междоусобиц

 

Половцы были отнюдь не намерены оставаться «добрым соседом» Киевской Руси. Как и подобает кочевникам, они вскоре освоили тактику внезапных набегов: устраивали засады, нападали врасплох, сметали на своем пути неподготовленного противника. Вооруженные луками и стрелами, саблями и короткими копьями, половецкие воины бросались в бой, на скаку забрасывая врага кучей стрел. Они шли «облавой» по городам, грабя и убивая людей, угоняя их в плен.

 

Помимо ударной конницы, их сила заключалась еще и в разработанной стратегии, а также в новых для того времени технологиях, как, например, тяжелые самострелы и «жидкий огонь», которые они позаимствовали, очевидно, у Китая еще со времен жизни на Алтае.

 

Однако до тех пор, пока на Руси держалась централизованная власть, благодаря порядку престолонаследия, установленному при Ярославе Мудром, их набеги оставались лишь сезонным бедствием, а между Русью и кочевниками даже завязались определенные дипломатические отношения. Велась оживленная торговля, население широко общалось в приграничных районах. Среди русских князей стали популярны династические браки с дочерьми половецких ханов. Две культуры сосуществовали в хрупком нейтралитете, который не мог долго продолжаться.

 

В 1073 году триумвират трех сыновей Ярослава Мудрого: Изяслава, Святослава, Всеволода, которым он завещал Киевскую Русь, распался. Святослав и Всеволод обвинили своего старшего брата в заговоре против них и стремлении стать «самовластцем», подобно отцу. Это стало рождением большой и долгой смуты на Руси, которой воспользовались половцы. Не принимая до конца ничьей стороны, они охотно выступали на стороне человека, который сулил им большие «барыши». Так, первый князь, прибегнувший к их помощи, Олег Святославич (которого дяди лишили наследства), позволил половцам грабить и жечь русские города, за что и был прозван Олегом Гориславичем.

 

Впоследствии, призыв половцев в качестве союзников в междоусобной борьбе стал распространенной практикой. В союзе с кочевниками внук Ярослава, Олег Гориславич, выгнал Владимира Мономаха из Чернигова, он же заполучил Муром, прогнав оттуда сына Владимира Изяслава. В итоге, перед воюющими князьями встала реальная опасность утраты собственных территорий.

В 1097 году, по инициативе Владимира Мономаха, тогда еще князя Переславля, был созван Любечский съезд, который должен был покончить с междоусобной войной. Князья условились, что отныне каждый должен был владеть своей «отчиной». Даже киевский князь, который формально оставался главой государства, не мог нарушить границы. Так, благими намерениями на Руси была официально закреплена раздробленность. Единственное, что еще тогда объединяло русские земли, был единый страх перед половецкими нашествиями.

Война Мономаха

 

Самым ярым врагом половцев среди русских князей был Владимир Мономах, при великом княжении которого временно прекратилась практика использования половецких войск в целях братоубийства. Летописи, которые, правда, при нем активно переписывались, рассказывают о Владимире Мономахе, как о самом влиятельном князе на Руси, который слыл патриотом, не жалевшим ни сил, ни жизни ради обороны русских земель. Натерпевшись поражений от половцев, в союзе с которыми стоял его брат и его злейший враг – Олег Святославич, он разработал совершенно новую стратегию в борьбе с кочевниками – воевать на их же территории.

 

В отличие от половецких отрядов, которые были сильны во внезапных набегах, русские дружины получали преимущество в открытом бою. Половецкая «лава» разбивалась о длинные копья и щиты русских пеших воинов, а русская конница, окружая степняков, не давала им удирать на своих знаменитых легкокрылых конях. Было продумано даже время похода: до ранней весны, когда русские кони, которых кормили сеном и зерном, были сильнее отощавших на подножном корму половецкий лошадей.

 

Давала преимущество и излюбленная тактика Мономаха: он предоставлял возможность врагу атаковать первым, предпочитая защиту за счет пеших, поскольку, нападая, противник изматывал себя намного больше, чем оборонявшийся русский воин. Во время одной из таких атак, когда пехота приняла на себя основной удар, русская конница обошла с флангов и ударила в тыл. Это решило исход сражения.

 

Владимиру Мономаху было достаточно всего нескольких походов в половецкие земли, чтобы надолго избавить Русь от половецкой угрозы. В последние годы жизни Мономах отправил своего сына Ярополка с войском за Дон, в поход против кочевников, но он не нашел их там. Половцы откочевали подальше от границ Руси, в кавказские предгорья.

 

На страже мертвых и живых

 

Половцы, как и многие другие народы, канули в лету истории, оставив после себя "половецких каменных баб", которые до сих пор стерегут души их предков. Когда-то их ставили в степи «сторожить» мертвых и защищать живых, а также помещали в качестве ориентиров и указателей для бродов.

 

Очевидно, этот обычай они привезли с собой из первоначальной Родины – Алтая, распространив его по Дунаю.

«Половецкие бабы» - далеко не единственный пример подобных памятников. Задолго до появления половцев, в IV-II тысячелетии до нашей эры, таких истуканов на территории нынешних России и Украины ставили потомки индо-иранцев, а спустя пару тысяч лет после них – скифы.

 

«Половецкие бабы», как и другие каменные бабы – не обязательно изображение женщины, среди них много и мужских лиц. Даже сама этимология слова «баба», происходит от тюркского «балбал», что означает «пращур», «дед-отец», и связано с культом почитания предков, а вовсе не с существами женского пола.

 

Хотя, по другой версии, каменные бабы – следы ушедшего в прошлое матриархата, а также культа почитания богини-матери у половцев (Умай), олицетворявшей земное начало. Единственный обязательный атрибут – сложенные на животе руки, держащие чашу для жертвоприношений, и грудь, которая также встречается у мужчин, и очевидно связана с кормлением рода.

 

Согласно верованиям половцев, которые исповедовали шаманизм и тенгрианство (поклонение небу), мертвые наделялись особой силой, позволяющей помогать своим потомкам. Поэтому, проезжающий мимо половец должен был принести статуе жертву (судя по находкам, это были обычно бараны), чтобы заручиться ее поддержкой. Вот как описывает этот обряд азербайджанский поэт XII века Низами, жена которого была половчанкой:   «И пред идолом гнётся кипчаков спина. Всадник медлит пред ним, и, коня придержав, Он стрелу, наклонясь, вонзает меж трав, Знает каждый пастух, прогоняющий стадо, Что оставить овцу перед идолом надо».

 

 

https://cyrillitsa.ru/past/35147-polovcy-kakimi-byli-zleyshie-vragi-rus.html

pandoraopen.ru

Половцы — первые враги Руси

Кто такие половцы?

В 1055 году Переяславльский князь Всеволод Ярославич возвращаясь из похода на торков, повстречал отряд новых, неизвестных до того на Руси, кочевников во главе с ханом Болушем. Встреча прошла мирно, новые «знакомые» получили русское название «половцы» и будущие соседи разошлись.

С 1064 года в византийских и с 1068 в венгерских источниках упоминаются куманы и куны, также до этого неизвестные в Европе.

Им предстояло сыграть немалую роль в истории Восточной Европы, превратившись в грозных врагов и коварных союзников древнерусских князей, став наемниками в братоубийственной междоусобице. Присутствие половцев, куманов, кунов, появившихся и исчезнувших в одно время, не осталось незамеченным, а вопросы, кем они были и откуда пришли, по сей день волнуют историков.

Согласно традиционной версии, все четыре вышеупомянутых народа, представляли собой единый тюркоязычный народ, который по-разному называли в различных частях света.

Их предки – сары – обитали на территории Алтая и восточного Тянь-Шаня, но образованное ими государство в 630 году было разбито китайцами.

Уцелевшие направились в степи восточного Казахстана, где получили  новое название «кипчаки», что, по легенде, означает «злосчастные» и о чем свидетельствуют средневековые арабо-персидские источники. Однако как в русских, так и в византийских источниках кипчаки вообще не встречаются, а схожий по описанию народ зовется «куманами», «кунами» или «половцами». Причем этимология последнего так и остается неясной. Возможно, слово происходит от древнерусского «половь», что значит «желтый». По мнению ученых, это может говорить о том, что этот народ обладал светлым цветом волос и относился к западной ветви кипчаков – «сары-кипчаки» (куны и куманы относились к восточной и обладали монголоидной внешностью). По другой версии, термин «половцы» мог произойти от привычного нам слова «поле», и обозначать всех жителей полей, вне зависимости от их племенной принадлежности.

У официальной версии существует немало слабых сторон.

Если все народности изначально представляли единый народ – кипчаков, то как объяснить, что ни Византии, ни Руси, ни Европе этот топоним был неизвестен? В странах ислама, где о кипчаках знали не понаслышке, напротив, совершенно не слышали о половцах или куманах.

На помощь неофициальной версии приходит археология, согласно которой, главные археологические находки половецкой культуры – каменные бабы, воздвигнутые на курганах в честь павших в битве воинов, были характерны лишь для половцев и кипчаков. Куманы, несмотря на свое поклонение небу и культу богини матери, не оставляли подобных памятников.

Все эти аргументы «против» позволяют многим современным исследователям отойти от канона изучения половцев, куманов и кунов как одного и того же племени. По мнению кандидата наук Юрия Евстигнеева, половцы-сары – это тюргеши, по какой-то причине бежавшие из своих территорий в Семиречье.

russian7.ru

Половцы: какими были злейшие враги Руси

Оружие междоусобиц

Половцы были отнюдь не намерены оставаться «добрым соседом» Киевской Руси. Как и подобает кочевникам, они вскоре освоили тактику внезапных набегов: устраивали засады, нападали врасплох, сметали на своем пути неподготовленного противника. Вооруженные луками и стрелами, саблями и короткими копьями, половецкие воины бросались в бой, на скаку засыпая врага кучей стрел. Они шли «облавой» по городам, грабя и убивая людей, угоняя их в плен.

Помимо ударной конницы, их сила заключалась еще и в разработанной стратегии, а также в новых, для того времени, технологиях, как например, тяжелые самострелы и «жидкий огонь», которые они позаимствовали , очевидно, у Китая еще со времен жизни на Алтае.

Однако до тех пор, пока на Руси держалась централизованная власть, благодаря порядку престолонаследия, установленному при Ярославе Мудром, их набеги оставались лишь сезонным бедствием, а между Русью и кочевниками даже завязались определенные дипломатические отношения. Велась оживленная торговля, население широко общалось в приграничных районах Среди русских князей стали популярны династические браки с дочерьми половецких ханов. Две культуры сосуществовали в хрупком нейтралитете, который не мог долго продолжаться.

В 1073 году триумвират трех сыновей Ярослава Мудрого: Изяслава, Святослава, Всеволода, которым он завещал Киевскую Русь – распался. Святослав и Всеволод обвинили своего старшего брата в заговоре против них и стремлении стать «самовластцем», подобно отцу. Это стало рождением большой и долгой смуты на Руси, которой воспользовались половцы. Не принимая до конца ничьей стороны, они охотно выступали на стороне человека, который сулил им большие «барыши». Так, первый князь, прибегнувший к их помощи – князь Олег Святославич, которого дяди лишили наследства, позволил им грабить и жечь русские города, за что и был прозван Олегом Гориславичем.

Впоследствии, призыв половцев в качестве союзников в междоусобной борьбе стал распространенной практикой. В союзе с кочевниками, внук Ярослава Олег Гориславич выгнал Владимира Мономаха из Чернигова, он же заполучил Муром, прогнав оттуда сына Владимира Изяслава. В итоге, перед воюющими князьями встала реальная опасность утраты собственных территорий. В 1097 году, по инициативе Владимира Мономаха, тогда еще князя Переславля, был созван Любечский съезд, который должен был покончить с междоусобной войной. Князья условились, что отныне каждый должен был владеть своей «отчиной». Даже киевский князь, который формально оставался главой государства, не мог нарушить границы. Так, благими намерениями на Руси была официально закреплена раздробленность. Единственное, что еще тогда объединяло русские земли, был единый страх перед половецкими нашествиями.

russian7.ru


Смотрите также