Общая характеристика правовых и политических учений Древнего Востока. Учения древнего востока


Этические учения Древнего Востока

На протяжении нескольких тысячелетий этическая проблематика была неразрывно связана с религиозным мировоззрением и представляла собой составную часть религиозно-нравственных систем, которые сформировали в глубокой древности религиозные нравственные системы, уникальных и самоценных по своей сути.

Из всего многообразия следует акцентировать внимание только на тех, которые продолжают определять развитие духовно-нравственной культуры человечества. Среди религиозно-нравственных систем особо выделяются этические учения Древней Индии и Китая. В Древней Индии этическая мысль не существовала вне религии индуизма. Из этой религии возникли в середине I тысячелетия до н. э. две важнейшие религиозно-нравственные системы: брахманизм и буддизм.

Брахманизм представляет собой систему религиозно-философских взглядов и ритуально-культовой практики. Идеология брахманизма была представлена шестью ортодоксальными системами, признававшими авторитет «Вед» и «Упанишад» – сборников древнейших мифов, легенд, сказаний и заклинаний. Слово «веда», которым индийцы называли свою священную литературу, означает особого рода «знание», входившее в качестве непременного компонента в ритуальные священнодействия». Термин «упа-ни-шад» означает «сидеть возле», т. е. быть у ног учителя, внимать его поучениям и откровениям, постигать скрытый, тайный характер текста. Существование человека неразрывно связано со страданием. Центром учения являются четыре благородные истины:

– «сансара» – движение колеса жизни;

– «карма» – перевоплощение души;

– «дхарма» – закон, образ жизни;

– «мокша» – состояние абсолютного блаженства.

Брахманизм выражает обобщенную суть предъявляемых человеку нравственных требований. Каждый человек должен исполнять три заповеди: подавление (себя), подаяние, сострадание. На первом месте находятся: уважение и почитание богов и брахманов, содержание брахманов, принесение богам жертвоприношений. Среди нравственных качеств выделяются: почитание предков и обычаев, уважение родителей, благочестие и щедрость; гостеприимство. В целом качественной нравственной характеристикой личности предстает аскетизм. В VI веке до н. э. оформляется буддизм. Буддийская этика исходит из осознания негативных сторон человеческой жизни. Встречи с похоронной процессией, прокаженным, стариком открыли глаза принцу Сиддхартху Гаутаму (583/556–483/476 гг. до н. э.) на зло. Этику буддизма составляют два принципа: искоренение себялюбивой жажды жизни и сострадание ко всему живому. В буддийской литературе приводится пример сострадания, переходящего в самоотверженность. Во время, когда Будда был бодхисаттвой, он увидел молодую тигрицу, обессиленную от родов, голодную настолько, что была готова съесть свое потомство. От сострадания Будда предпочел пожертвовать собой, чтобы накормить тигрицу, а детенышей – спасти от смерти. Он умертвил себя, бросившись вниз с утеса. Буддийская этика направлена, прежде всего, на достижение свободы, а не пользы, удовольствия или счастья. Она устанавливает серию продуманных и последовательных отказов. Обрывая одну за другой эгоистические привязанности, буддист становится более совершенным. Переход с одной ступени совершенства на другую предполагает рост объема соблюдаемых запретов.

В основе буддизма – учение о четырех благородных истинах:

жизнь есть страдание;

причина страданий – желания;

желания можно победить;

способ победы над желаниями – восьмеричный путь.В Древнем Китае этические идеи наиболее полно были представлены в даосизме и конфуцианстве. Эти учения формировались на основе учения о Дао как естественном миропорядке, построенном на принципе высшей справедливости. Изменения миропорядка чреваты трагическими последствиями. Ненасилие (бу-чжен) и невмешательство в естественный ход вещей (у-вей) должны составлять основу жизни древнего китайца. Идея ответственности составляет основу конфуцианства. Основателем учения был Конфуций (551–479 гг. до н. э.). Конфуцианство – это религиозно-этическое учение, где главным является понятие «жень» (человеколюбие), которое не дано от рождения, а созидается кропотливыми усилиями, долгой практикой самоисправления. В конфуцианстве идея иерархического общественного порядка, соответствует порядку мироздания. Человек должен занимать в обществе именно то место, которое соответствует его сущности. Главным средством поддержания общественной иерархии выступает ритуал («ли»).В завершение рассмотрения вопроса следует подчеркнуть, что этические воззрения Древнего Востока отличались космологизмом, стремлением к достижению гармонии человека и окружающего мира, поиском путей нравственного самосовершенствования.

Конфуций полагал, что человек по своей природе скорее добр или нейтрален. По Конфуцию, гуманность – это человечность, представляемая как мера всех добродетелей, социальности человека. Нравственность восполняет в человеке природное начало. Нравственные отношения должны были строиться на принципах уважения (быть), почтения правителей (чжун), человеколюбия (чжень), заботы о народе (шу), соблюдения ритуала (ли), добродетели (дэ), справедливости (и) и т. д. Мораль Конфуция осуждала богатство, нажитое неправедным путем. По Конфуцию лучшее воздействие на человека – это нравственное. Определяющими ценностями своего народа, по его мнению, являются: личный пример, нравственное воздействие, согласие, «правильные» мысли и поступки, а уже потом регламентация жизни, наказания и награды. Человек, обладающий всеми конфуцианскими добро­детелями в совершенстве, приобретал статус нравственного идеала. Такой идеальный человек назывался «цзюнь-цзы» («благородный муж»). Его противоположностью является «сяо жэнь» («подлый человек», «ничтожество»). Последователь Конфуция Мэн-цзы (ок. 372-289 гг. до н. э.) полагал, что принципиальным отличием человека от животного является способность соблюдать нравственные нормы. В целом, нравственность, с точки зрения конфуцианства, есть искусственное и постоянное воспроизведение небесного порядка на земле: в семье и государстве. Единство ритуала и долга воспитывало умение достойно играть свою роль в любых жизненных ситуациях.

Восьмеричный путь включает в себя: праведные взгляды, праведное поведение, праведные усилия, праведную речь, праведный образ мысли, праведную память, праведный образ жизни, праведное самоуглубление (медитацию). В соответствии с буддийским вероучением достижение нирваны – это путь, движение по которому начинается с соблюдения моральных заповедей. Буддизм предлагает исполнять пять моральных заповедей для людей, ведущих обычную, благочестивую жизнь: не убивай никакого животного существа, не бери тебе не принадлежащего, не говори неправды, не прелюбодействуй, не употребляй опьяняющих напитков. Для послушника и монаха эти заповеди дополнялись еще пятью: не посещай зрелищ; не используй мазей, благовоний и украшений; не спи на широкой и высокой постели; не имей золота и серебра; не ешь после полудня. Ведущим этическим постулатом предстает «принцип непричинения зла и непротивления злу насилием». Этические идеи буддизма нацеливают каждого человека на достижение нравственного совершенства независимо от его социального положения. В ХХ веке на основании старых, но осовремененных представлений родилось несколько новых течений буддизма. На юге Китая развился возникший в VII веке дзэнбуддизм, который, став известным на Западе, положил начало идеологии хиппи. Буддизм сыграл значительную роль в модернизации Японии (40 % японцев – буддисты). Буддизм оказал существенное влияние на все стороны жизни принявших его стран. К ХХ веку буддистские общины стали принимать участие в разнообразных политических акциях. Наиболее влиятельной является всемирное братство буддистов.

magref.ru

Экономические учения Древнего Востока

Реферат

На тему:

«Экономические учения Древнего Востока»

ПЛАН

Введение

1. Экономическая мысль Древнего Востока

2. Наука об управлении и богатстве

3. Управление общественным хозяйством

4. Арабский Восток

Заключение

Список использованных источников

ВВЕДЕНИЕ

Хотя экономическое мышление и является ровесником человеческого общества, но, строго говоря, у мыслителей древности экономической науки как таковой еще не было. В своих трудах, записках, трактатах они излагали практические рекомендации, советы по организации, методам ведения хозяйства.

Литературные источники, относящиеся к тем временам, представляют собой конгломерат различных знаний о хозяйстве и обществе, это своего рода преддверие обобщений, понятий, категорий, сложившихся намного позже. Что касается самого термина «Экономика» («домоводство»), то он возник в древнегреческом обществе. Что значит «ойкос» - дом, хозяйство, «номос» - закон, правило, то есть наука о домашнем хозяйстве.

Экономические учения эпохи дорыночной экономики. Эта эпоха включает в себя периоды Древнего мира и средневековья, в течение которых преобладали натурально-хозяйственные общественные отношения и воспроизводство было преимущественно экстенсивным. Экономическую мысль в эту эпоху выражали, как правило, философы и религиозные деятели. Достигнутый ими уровень систематизации экономических идей и концепций не обеспечил достаточных предпосылок для обособления теоретических построений того времени в самостоятельную отрасль науки, специализирующуюся сугубо на проблемах экономики.

Истоками считают папирусы Древнего Египта, законы царя Хамурапи, древнеиндийский трактат «Артхашастра». Интересные и весьма поучительные экономические заповеди содержатся в Библии. В сочинениях Аристотеля, Ксенофонта, Платона можно увидеть различные варианты теоретического осмысления экономического бытия.

1. Экономическая мысль Древнего Востока

С появлением первых государственных образований и зарождением различных форм участия государства в хозяйственной жизни, т.е. со времен древних цивилизаций, перед обществом возникло множество насущных проблем, актуальность и важность которых сохраняется до сих пор и едва ли когда будет утрачена. В их числе наиболее значимой была и, очевидно, будет всегда проблема толкования идеальной модели социально экономического устройства общества на основе логически выверенной систематизации экономических идей и концепций в экономической теории, принимаемой в результате всеобщего одобрения в качестве руководства к действию при осуществлении хозяйственной политики.

Экономические воззрения мыслителей восточных цивилизаций – Китая, Индии, Ирана – тесно связаны с особенностями хозяйственного строя этих стран, созданием государственных образований еще в период слабого развития рыночных отношений.

Важную роль в эволюции Востока играли природная среда, сложившиеся традиции и обычаи, жесткая регламентация форм и методов хозяйственной деятельности, обеспечивавшая социальный порядок и нередко тормозившая прогрессивные сдвиги в развитии производства.

В ранних цивилизациях, как отмечал А. Маршалл, «влияние экономических факторов оказывается скрытым под поверхностью»(1). Их последствия проявляются не через годы, а через поколения, они трудно уловимы. Производственная деятельность крестьян и ремесленников не должна была отклоняться от установившейся практики. Сложная система правил фактически опутывала каждого, кто обрабатывал землю и «он не мог руководствоваться собственными суждениями и рекомендациями даже в отношении самых заурядных вопросов».

Особенности государственно - регламентирующей системы хозяйственной организации стран Востока нашли отражение в памятниках древности: хрониках, философских трактатах, юридических установлениях. В этих документах зачастую нелегко выделить экономическую составляющую, определить мотивы, которыми руководствовались создатели нормативных положений и законов.

2. Наука об управлении и богатстве

В Индии одним из первых экономических трактатов античности является «Артхашастра», (санскр.

– «Наука о пользе»), описывающий деяния индийского властителя (предположительно IV в. до н.э.). Историки, изучающие этот труд, называют его «Инструкцией по материальному процветанию».

Истоки индийской «политологии» восходят еще к поздневедийской эпохе (в перечне дисциплин знания Чхандогья-упанишады упоминается и экаяна – «наука единоправления»). Среди первых теоретиков и, вероятно, уже популяризаторов артхашастры были странствующие философы паривраджаки, которые обсуждали такие незначительные с точки зрения буддистов темы, как «цари, воры, министры, армии, опасности, сражения» и т.д.

Трактат состоит из нескольких разделов, из которых третий – наука об управлении и четвертый – раздел о богатстве, они содержат подробное изложение экономических вопросов, как правило, в виде нормативных положений и рекомендаций по управлению и хозяйственному развитию древнеиндийского государства. Автором «Артхашастры» считается Каутилья – полулегендарный министр и советник основателя династии мауриев императора Чандрагупты I.

В древнеиндийском трактате упоминается, что одной из обязанностей верховной власти было создание страховых запасов «на несколько лет пользования».

В трактате рекомендуется кастовое деление, возникшее первоначально на основе разделения жителей по роду занятий.

Социальное и кастовое деление закрепляли традиции господствующей религии - индуизма. Этические идеи индуизма предписывали стремиться к самоограничению, нравственному совершенствованию, в известной степени к отрешению от повседневных забот о материальном благополучии.

Таким образом, экономические идеи в древнеиндийском обществе имели под собой традиции кастовой и производственной регламентации, опиравшиеся на религиозно – предписывающие основы. Религия и государственная власть оказывали существенное воздействие на формы общинного устройства, способствовали консервации безденежного обмена, регламентировали организацию ремесел, ведение торговых операций.

3. Управление общественным хозяйством

Экономическая мысль Китая складывалась под влиянием идей Конфуция (551 – 479 до н.э.), его последователя Мэн-цзы (372 – 289 до н.э.), философские и этико–политические воззрения которых были достаточно специфичны. Конфуцианство проповедовало нормы поведения в обществе, основанные на почитании старейших, подчинении правителям, которым предписывалось управлять и воспитывать народ. Каждому члену общества было определено то или иное место в социальной иерархии, и этому он должен был следовать в своих делах и поступках.

Сторонник регламентированных патриархальных отношений и защиты государством экономического благополучия родовой знати и всех «вышестоящих», Конфуций настаивал на мысли, что только образованный правитель, являясь «отцом народа» и гарантом «правильного действия», способен реально повлиять на равномерное распределение создаваемого обществом богатства. Этот философ хотя и признавал божественное и природное начало деления людей по сословиям, тем не менее, считал обязательным долгом каждого человека стремиться к моральному совершенству, постижению естественных правил уважения старших, сыновней почтительности и дружбе с братьями. По его мнению, тогда «у народа будет достаток», когда хозяйствование будет умелым, а труд, приумножающий богатство народа и государя, станет одинаково выгодным как в условиях «великой общности» (коллективной собственности крестьянской общины), так и частного владения потомственной аристократии и непотомственных рабовладельцев.

В политико-экономическом трактате Древнего Китая «Гуаньцзы» (IV – III в. до н.э.), были обоснованы принципы и организация налогового обложения, различных повинностей (трудовой повинности, промысловой подати), установлен принцип подворного обложения. Крестьяне не только платили налоги, но и определенное число дней участвовали в строительстве укреплений, дворцов, рытье каналов, перевозке грузов.

В мозаике экономических представлений, которые мы находим в документах, хрониках, трактатах китайских мыслителей древности, отражены особенности жизни и быта, специфика социально – экономического и культурного развития страны, системы азиатского способа производства. Детально обрисованы системы налогового обложения, организация общественных работ, методы денежной политики.

4. Арабский Восток

Феодальный общественно – экономический строй начал развиваться в странах Арабского Востока с VII в. Земля обращалась в феодальную собственность, крестьянство жестоко эксплуатировалось и закреплялось за феодалами. Однако сохранились на весьма продолжительное время существенные остатки и пережитки рабовладельческого строя. Рост классовых противоречий приводил к выступлениям крестьянства против феодального гнета, а внутриклассовые противоречия порождали политическую и идейную борьбу между передовыми и отсталыми группами внутри господствующего класса.

На Аравийском полуострове в начале VII в возросшие социально – классовые противоречия привели к образованию арабского государства, религиозно – политической идеологией которого был ислам, отражавший интересы феодальной знати и торговцев.

Основатель новой религии и государства Мухаммед стремился привлечь на свою сторону родовую аристократию и богачей, но в то же время он и его последователи, желая расположить к себе бедноту, выступили против богатства, ростовщичества, лихоимства. Священная книга мусульман – Коран требует, чтобы верующие не были жадны к наживе и не стремились к чрезмерному обогащению.

Вместе с тем Коран пытается обосновать божественным предопределением общественное неравенство, наличие в обществе богатых и бедных, господствующих и подчиненных.

mirznanii.com

Этические учения Древнего Востока

Поиск Лекций

 

При всем многообразии и богатстве философско-этической мысли Древнего Востока ей присуще неко­торое внутреннее единство, отличающее ее от европей­ской философии:

отсутствие поступательного процесса накопления и приращения знания, которое только разнообразится н детализируется, но не растет и углубляется;

не последовательное, развернутое во времени сущест­вование школ, учений и течений, а параллельное их сосуществование во времени;

отсутствие персонального философского творчест­ва, определенная безликость историко-этического про­цесса;

весьма слабая ориентация на достижения естест­венных наук, на научную методологию и стандарты научного мышления и характерная для мифологиче­ского мышления образность, сочность и красочность языка;

общность воззрений на практическую направлен­ность философских исканий, их направленность не на внешнюю действительность и объективную реальность, а на обретение блаженства и равновесия в себе.

Эти черты философской мысли и всего обществен­ного сознания отразили особенности исторической эво­люции Востока и характерного для него жизненного уклада.

Расслоение первобытнообщинного строя и станов­ление классового общества происходили здесь крайне замедленно и сопровождались длительным и устойчи­вым сохранением общинного уклада жизни. Отсутст­вие частной собственности на землю, появлению кото­рой препятствовала сначала родовая община, а позже сельскохозяйственная соседская община и стоящее над ними государство, обусловливало неразвитость товар­ного производства и торговли, мешало индивидуали­зации бытия человека и развитию в нем личности. За­мкнутость и изолированность этих сельских общин, подчиненных государству и основанных на примитив­ном разделении труда и натуральном хозяйстве, спо­собствовали застойности всей социально-экономиче­ской жизни, консерватизму социальной культуры, ста­тичности и неизменности всего жизненного уклада вос­точного общества.

Классовая структура общества в подобных услови­ях имеет тенденцию к закреплению в иерархии наслед­ственных каст, фиксирующих социальное неравенст­во. В подобном обществе человек оказывается пол­ностью зависимым и бесправным перед лицом общины и государства, опутанным рабскими цепями традици­онных правил и превращенным в покорное орудие суе­верий. Сознание устойчивости и прочности своего бытия такой человек находит только в религиозно-мифологическом сознании, утверждающем сверхъ­естественную связь человека с окружающим миром, природой, божественным космосом. Слиться с ним, под­чиниться ему, отказавшись от своего «я», следовать обычаям и традициям предков и выполнять указания старших — такова нравственность этого общества, та­кова суть этических учений.

Так, в Древней Индии к в VI до н. э. на основании религиозно-мифологической идеологиибрахманизмасформировалось шесть ортодоксальных брахманских систем, т. е. учений, признающих авторитет «Вед» и «Упанишад» — сборников древнейших мифов, легенд, сказаний и заклинаний, а также комментариев к ним. Это — веданта, йога, ньяя, вайшешика, миманса и санкхья.

Основополагающими идейными конструкциями брахманизма стало учение о Брахмане как абсолют­ной божественной первооснове всего сущего и атмане как его индивидуальном проявлении. Будучи актив­ным творческим началом всего бытия, Брахман высту­пает как мировая душа, духовная субстанция, из кото­рой все порождается и во что все превращается. Ду­ховная сущность человека представляет индивидуаль­ное проявление Брахмана — атман.

Брахман и атман тождественны и различны друг с другом, и каждый человек обязан это знать и следо­вать своей природе, не нарушая всеобщей гармонии-бытия.

Основными принципами нравственно-этического учения брахманизма стали понятия сансары, кармы, дхармы и мокши.

В созданном Брахманом мире все связано со всем, совершается вечный круговорот жизни, и в это непре­рывное движение колеса жизни —сансары — втяну­то все живое. Душа человека после его смерти не исче­зает, а перевоплощается в другое существо.

Принципкармы ставит это перевоплощение в зави­симость от прошлой жизни человека, от соблюдения им предписанного для каждой кастыдхармы — зако­на образа жизни. Соблюдение дхармы и следование ей или же, наоборот, ее нарушение влечет посредством кармы перерождение души человека либо в сторону повышения его социального статуса, либо наоборот. Законами кармы и дхармы установлена и поддержи­вается сама иерархия каст — брахманы, кшатрии, вайшьи и шудры образуют эту иерархию. Однако пе­ревоплощение душ не ограничивается только более высокой или низшей кастой, а может включать также превращение в животных.

Тот же, кто всегда ревностно и усердно исполнял истинную дхарму и прошел всю лестницу превраще­ний, достигает освобождения из потока сансар и сли­вается с Брахманом. Это состояние абсолютного бла­женства и освобождения от перерождений называется мокшей.

Таким образом, брахманизм поддерживает и закреп­ляет сложившийся социальный порядок и социальную стабильность, определяя правильный образ жизни, круг обязанностей для каждой касты, и одновременно выра­жает обобщенную суть предъявляемых к любому чело­веку требований: «подавление, подаяние, сострадание».

Как и во всякой религиозной концепции морали, здесь на первое место выставляются религиозные цен­ности — уважение и почитание богов и брахманов, содержание брахманов, принесение богам жертвопри­ношений, культивирование добродетелей смирения, ненасилия и покорности. Чувственные радости жизни признаются чем-то ненастоящим, от чего необходимо воздерживаться и отказываться во имя будущей жизни.

Наряду с религиозными добродетелями брахманизм культивировал и целый ряд общечеловеческих нрав­ственных норм: почитание предков и сохранение обы­чаев, уважение к родителям я вообще старшим, гос­теприимство, доброжелательное отношение ко всему живому, правдивость, благочестие, щедрость, воздер­жание от гнева и стремлений к удовольствиям.

Наоборот, в качествеадхармы, т. е. нарушения ис­тинной дхармы, влекущей к порочному образу жизни и поведению, брахманизм видит непочитание истинно­го учения, несоблюдение кастовых установлений, алч­ность к чужому, воровство, ложь и клевету, гнев, ос­корбление и насилие.

Причем, опираясь на принципы дхармы и кармы, брахманизм недвусмысленно предупреждает наруша­ющего дхарму о том, что польза от неблаговидных дел весьма призрачна, а сами дела не останутся безнаказан­ными, если не для него самого, то для его потомков.

В то же время подлинный путь в блаженное состоя­ние слияния атмана с Брахманом и достижение мокши связан с усилиями, с преодолением трудностей. Он предполагает не просто пассивное соблюдение предпи­санного данной касте круга обязанностей, но и совер­шенствование своих духовных сил, для чего лучшим средством является аскетизм: «что с трудом преодо­левается, с трудом получается, с трудом исполняет­ся, — все это достижимо посредством аскетизма, ибо сила аскетизма непреодолима».

Таким образом, этика брахманизма предстает как одна из первых религиозно-этических систем, призван­ных духовными средствами цивилизовать общество и человека, гармонизировать отношение между ними, дать человеку ценностные ориентиры, определить круг основных обязанностей и придать жизни какой-то смысл.

В то же время она оправдывала и закрепляла соци­ально-классовое неравенство, насаждала идеи покор­ности и терпения, веру в сверхъестественные пути из­бавления от трудностей жизни.

Примерно в VI в. до н. э. в Индии возникает оппо­зиционное ортодоксальное брахманизму учение, назван­ное по имени легендарного его основателябуддизмом.Это учение зародилось среди гущи народных масс как отражение недовольства кастовым строем и выраже­ние протеста против социальной несправедливости и угнетения. В качестве идеологии простых людей буд­дизм проповедовал духовное равенство всех людей, независимость человеческого достоинства от кастового и социального статуса, порицал присущую брахманиз­му сложную обрядность, богатые жертвоприношения как недоступные для бедных людей. Одновременно буддизм резко критиковал четко обозначившуюся в брахманизме тенденцию к перерождению от скромности и аскетизма, воздержания и умеренности к роскоши, и богатству.

В то же время буддизм в значительной степени уна­следовал идейный материал брахманизма, его содер­жание и принципы — сансары, кармы, дхармы, или дхаммы, и мокши, которая заменена здесьнирванойкак высшей целью учения и жизненной практики буд­дизма. Одновременно в буддизме был сохранен глав­ный признак религиозного учения — вера в сверхъес­тественный способ избавления от страданий посредст­вом духовной работы над собой и изменения своего отношения к миру.

Постепенно из тех, кто проповедовал своей жизнью это учение, складывались целые общины бродячих отшельников-нищих, «бхикшу», буддистских монахов, выражением образа жизни которых и стала буддист­ская этика. В монашеских общинах и буддистских мо­настырях и сложилась легенда о чудесном рождении, жизни и учении основателя буддизма Сидхартхи Гаутама Шакьямуни, ставшего в результате чудесного просветления и пробуждения Буддой.

Философские взгляды буддизма не получили сис­тематического изложения, в основном выражаясь в беседах, поучениях и изречениях, приписываемых са­мому Будде и его сподвижникам.

Буддизм не занимался вопросами о сущности бы­тия, устройстве мироздания и природе познания, но в то же время в своем учении о страдании и избавлении от него он по существу рассматривает страдание как сущность человеческого бытия.

В основе этического учения буддизма помещается учение о четырех благородных истинах. Первая исти­на утверждает, что все в мире есть страдание. Вторая истина раскрывает причину страданий — это «жажда наслаждений, жажда существования», т. е. привязан­ность человека к жизни.

Таким образом, буддизм выступает как весьма пес­симистическое учение, абсолютизирующее значение страдания в жизни человека, превращающее его в сущ­ность человеческой жизни. Жить для человека — зна­чит подвергаться страданию, причиной которого явля­ется жажда бытия, привязанность к жизни, порожда­ющая многообразные влечения и желания, которые никогда не могут быть удовлетворены в принципе и поэтому доставляют человеку переживания и страда­ния. Люди постоянно чего-то желают — славы, богат­ства, власти, почестей, наслаждений, однако все это оказывается в конечном счете недостижимым, ибо при­рода желаний такова, что они бесконечны и беспокой­ны и всегда бегут от того, что есть, к тому, чего нет.

В то же время желания и страсти преображают людей и заставляют уклоняться от истинной дхаммы, делают их нечестными, несправедливыми, завистли­выми и злобными, отчего они еще больше страдают.

Даже ливень из золотых монет, утверждает буддизм, не способен сделать человека счастливым, ибо одному достанется больше, другому — меньше, но пропорции бедности и богатства сохранятся, как сохранится и желание быть богаче других. В то же время, как уверяет буддизм, достаточно одного проницатель­ного взгляда, чтобы убедиться, что в мире нет ничего такого, к чему стоило бы страстно стремиться, ибо ко­гда этого достигаешь, его всегда оказывается недоста­точно!

И хотя человек по природе не способен не желать, третья благородная истина утверждает возможность уничтожения страданий — «это полное бесследное уничтожение этой жажды, отказ от нее, отбрасывание, освобождение, оставление ее».

Четвертая истина указывает благой восьмеричный путь, ведущий к прекращению страданий, сочетающий правильное познание, правильное понимание, правиль­ное сосредоточение и правильное поведение. Главным средством победить страдание является возможно бо­лее полный отказ от желаний и страстей, самообузда­ние всех чувств, стремлений и мыслей. Для этого тре­буется постоянное изучение истинного учения и отказ от заблуждений, твердая вера и решимость следовать этому учению и достичь просветления — нирваны и прекращения потока перерождений. Наиболее далеки от этого глупцы, не знающие истинной дхаммы, любя­щие богатство, почести, власть. Мудрец же, бхикшу, любит лишь одну нирвану, он не заботится о богатстве и не делает запасов, его удел —освобождение от всего, лишение желаний и привязанностей. Это делает его независимым ни от чего, спокойным и великим.

Таким образом, главное на этом пути — смирение самого себя и одновременно победа над самим собой, открывающая простор для духовного самосовершен­ствования. Ибо, как утверждает буддизм, если кто в битве тысячу раз победил тысячу противников, а дру­гой — лишь однажды самого себя, — именно он и есть величайший из победителей!

Параллельно с постоянным подчеркиванием необ­ходимости духовных волевых усилийпо самоовладе­нию буддизм разворачивает широкую панораму нрав­ственных установлений, наполненных общечеловече­ским гуманистическим содержанием. Здесь обращает внимание требование скромности и простоты в жизни, умеренности и воздержанности во всем, вежливости и терпеливости в общении с людьми. Буддизм настаивает на уважительном отношении к старшим, требует непричинения вреда всему живому, отказа от грубос­ти, зависти, гнева, ненависти. Ненависть, утверждает буддизм, кончается отсутствием ненависти, а не дру­гой ненавистью. Творящий зло никогда не достигает умиротворения, ибо он вечно пребывает в состоянии озлобленности, зависти и недоброжелательности, и сотворенное им зло возвращается к этому глупцу, как пыль, поднятая против ветра!

Человек, постигший истинную дхамму, принимает на себя обязательства быть добрым, отзывчивым, скромным и незлобивым, отказавшись от всяких при­вязанностей в жизни, проповедуя своей жизнью сми­рение и неделание зла. Он должен быть правдивым и нежадным, радостным и приветливым, не выискивать чужие и избавляться от собственных недостатков пос­редством постоянной работы над собой, выдержки и долготерпения — именно в этом заключается высший аскетизм, ведущий к нирване.

Такой человек может быть бхикшу — странствую­щим нищим, или оставаться в своем прежнем социаль­ном качестве, но его духовный статус делает его брах­маном независимо от происхождения и кастовой при­надлежности.

Образ брахмана трактуется здесь не как недости­жимая высшая каста, а как высшая цель самосовер­шенствования человека, которая хоть и очень трудна, но достижима для всех. Это своего рода нравственный идеал, достижение которого вознаграждается нирваной — состоянием угасания и остывания страстей и жела­ний, обретения полной невозмутимости и бесстрастия, пребыванием души в покое и тишине, мире и счастье.

Итак, можно констатировать присущее буддистской этике гуманистическое содержание, боль за человека, протест против его унижения и угнетения, против кас­тового строя, стремление научить человека достойной жизни и доброте в мире, полном страданий и зла.

Однако в реальности тогдашней жизни для подлин­ного решения проблем страдания не было практичес­ких возможностей, и поэтому приходилось искать идеальный выход при помощи усилий, направленных на изменение сознания, преобразование внутреннего мира человека и устранение посредством этого чувства и со­знания несчастья. Буддизму оказалась в полной мере присуща характерная для идеализма попытка разре­шения проблем посредством одного только изменения сознания, оставляющая эти проблемы в действитель­ности нерешенными.

Абсолютизируя страдание как суть человеческой жизни, буддизм оказывался совершенно далек от по­иска его действительных социальных источников и корней, чем затемнял их понимание и косвенно мешал их преодолению.

Наиболее глубокое воздействие на развитие этичес­кой мысли в Китае оказало учение Конфуция (Кунцзы), жившего в VI—V вв. до н. э. Подобно Будде Кон­фуций не интересовался вопросами онтологии и гносе­ологии, тем не менее источником нравственных требо­ваний и ценностей он полагал небо (Тянь) как вы­сшую творческую силу, действующую в природе и об­ществе. Небесное веление есть судьба, которой подчи­нены и люди, и государства, и человек должен беспре­кословно следовать воле неба.

Центральным понятием его этики является «жэнь», которое обычно переводится как гуманность, человеч­ность, человеколюбие.

Оно выражает требование доброжелательности, ува­жительности, почтительности, верности долгу и вза­имности в отношениях между людьми и рассматрива­ется как цель нравственного совершенствования. От­сюда вытекают сформулированные Конфуцием мораль­ные требования: плати добром за добро и справедли­востью за зло, познавай себя, уважай и люби старших, строго соблюдай существующий порядок, почитай пред­ков, заботься о младших. Одним из важнейших пра­вил Конфуций считает требование не делать другим того, чего не желаешь себе.

Принцип «жэнь» дополняется у Конфуция поняти­ем «сяо», выражающим суть взаимоотношения млад­ших к старшим по возрасту и общественному положению — это сыновняя преданность, почтительность и любовь, поддерживающая установленный небом поря­док. Этот порядок опирается на представление, что император — сын неба, осуществляющий его волю, он отец всех населяющих Поднебесную. Этот порядок строго иерархичен, его образуют четыре класса лю­дей, различающихся степенью обладания мудростью. К высшим категориям принадлежат обладающие от рождения высшим знанием и приобретающие его пос­редством учения — это благородные мужи, составля­ющие основу порядка. Две низшие категории образу­ют те, кто учится с трудом или вообще не способен к знаниям. Это народ, который во имя сохранения по­рядка можно и нужно заставить повиноваться, хотя и нельзя заставить понимать почему.

Третьим важнейшим принципом конфуцианского учения является «ли» — означащий церемонии, риту­ал. Церемонии — это внешнее выражение почтитель­ности и преданности установленному порядку, они ока­зывались весьма сложными и длительными, точно рас­писывающими поведение человека в любых ситуациях и регламентирующими его. И только неукоснитель­ное соблюдение «ли» может обеспечить порядок в Поднебесной, предотвратить волнения, смуты и мя­тежи.

Опора государства — благородные мужи, строго следующие принципам «жэнь», «сяо» и «ли». Их обя­занность — наставлять народ в добродетели путем примера, а если нужно, применяя силу.

Обучение же добродетели, заключающееся в посто­янном морализировании и изложении мелочно распи­санных предписаний и церемоний, составляет главную задачу и привилегию конфуцианцев — ученых-книж­ников и одновременно государственных советников и чиновников.

Таким образом, этика Конфуция закрепляла тради­ционный общественный порядок, общинно-патриар­хальные устои жизни и социальное неравенство. На протяжении многих веков оно использовалось правя­щими классами для сохранения стабильности в обществе и для удержания своего господства. Учение о том, что источником морали является «воля неба», что пра­витель — сын неба, гуманность — прирожденное ка­чество тех, кто управляет, тогда как простой народ чужд добродетелей и лишь системой церемоний и жест­ким ритуалом воспитывается в духе смирения и пре­данности, оказывалось весьма эффективным средст­вом идеологического воздействия, не утратившим сво­его значения в Китае и до сего дня.

В то же время оно препятствовало развитию лич­ной самостоятельности человека в вопросах морали, а тем самым и развитию самой морали.

Античная этика

 

Приступая к рассмотрению античной философско-этической мысли, необходимо отметить, что она яви­лась одним из выражений грандиозного и невиданного ранее взлета в истории мировой культуры, так назы­ваемого «греческого чуда». Античная культура на мно­гие века предстала как классический образец гармо­нии человека и общества, жизни и искусства, действи­тельности и высокого человеческого духа. Дав миру образец всесторонне и гармонично развитой личности, античная культура продемонстрировала нравственную силу и доблесть демократического общества, вырабо­тала новый жизнеутверждающий и оптимистичный взгляд на мир и человека.

Главным отличием от цивилизаций Древнего Вос­тока, определившим принципиально новый тип разви­тия античной Греции, стало значительно более интен­сивное и динамичное разложение родового общества и становление классового, с глубоким разделением тру­да, появлением частной собственности, интенсивной эксплуатацией рабского труда в рамках товарного про­изводства, развитием торговли, денег, городов как цен­тров новой культуры.

Эти глубинные процессы обусловили более острое столкновение интересов родоплеменной аристократии и быстро набирающего силу демоса, сопровождавшее­ся политической и идеологической борьбой и завер­шившееся в основном победой демоса и установлени­ем рабовладельческой полисной демократии.

Победа демократических форм организации общес­твенной жизни способствовала резкому оживлению политической и духовной ее сферы, предопределила социальный, политический и идеологический плюра­лизм, борьбу мировоззрений, идей и мнений. Эта борьба в основном была направлена на подрыв религиозно-мифологического мировоззрения и традиционной нравственности родового общества, утверждение новых представлений об обществе, человеке, нравственности.

Именно с непосредственной практической необхо­димостью замены традиционного мировоззрения и нрав­ственности позднеродового общества, обосновывающего господство и привилегии родоплеменной, военной и землевладельческой аристократии на всей сумме ми­фологических представлений и «извечности» существу­ющего порядка, связано появление новой философии.

Главным предметом нравственно-этических размыш­лений в «предфилософии» —мифологии, эпосе, дра­матургии и поэзии, а также в исканиях первых фило­софов — Фалеев, Анаксимандра, Анаксимена, Герак­лита и других — является положение человека в быс­тро изменяющемся мире. Эти изменения знаменовали собой переход от устойчиво-традиционных структур общинного уклада жизни, где индивид полностью под­чинен обычаям, традициям, мифологемам, к демокра­тическому укладу, нуждающемуся в человеке, осозна­ющем себя и свои интересы в отношении к общему благу.

Поэтому, если присмотреться к рассуждениям пер­вых философов, то за их представлениями об устрой­стве бытия, поисками его единого субстанционального основания и отношения отдельных вещей к общему основанию можно увидеть действительную проблему, имеющую социально-нравственный подтекст, — инди­видуализация человека, его отделение от общества и поиск путей самоопределения.

И если вначале ответ на эту проблему давался в традиционном духе посредством мифологического, космологического или натурфилософского обоснова­ния: жить и поступать нужно вот так, потому что так устроен космос, природа, — то в V в. до н. э. в связи со значительными социальными изменениями происходит переворот в общественном сознании и в философии.

Окончательное установление и упрочение демокра­тии, оживление политической и идеологической жизни, всеобщий подъем патриотических и гражданских чувств, вызванный успешными греко-персидскими вой­нами, приводят к перемещению в V в. до н. э. фило­софских интересов с области космологических и на­турфилософских проблем на положение человека в об­ществе. Демократия порождает новые представления о человеке, когда его ценность и достоинства опреде­ляются не происхождением и знатностью, не местом в природной и общественной иерархии, а его личными заслугами, делами, способностями и умениями, общест­венной активностью. Это требует пересмотра традици­онно-мифологического взгляда на человека.

Демократия с ее идейным плюрализмом и столкно­вением мировоззрений, взглядов, точек зрения порож­дает вопросы о критериях правоты, об объективном содержании справедливости, честности, добродетели, о возможности истинного познания в этой области, доказательстве и опровержении каких-то позиций. И с этого момента философия уже вынуждена анализиро­вать и осмысливать природу самих понятий и духов­ных ценностей, выступать в качестве теоретического самосознания.

Новый образ жизни требует и нового человека — способного осознавать и формулировать свои позиции и интересы и интересы общества, анализировать их, рассуждать самостоятельно и убеждать других в пра­вильности своих позиций, т. е. владеющего способ­ностью мышления, ораторского искусства, публичной полемики.

Все вместе это вызвало к жизни появлениесофис­тики — широкого просветительского движения и философско-этического учения, обосновывающего личную независимость человека в вопросах морали и его при­оритет по отношению к космосу и вообще окружаю­щей действительности.

В самом общем виде суть проблематики, занимав­шей софистов, можно выразить как вопрос о природе общественной жизни, природе социальной организа­ции, социальных институтов, форм правления, зако­нов и добродетелей — являются ли они установлени­ем божественным, или хотя бы естественным, и поэто­му имеющим однозначный, вечный и неизменный ха­рактер, или все это человеческие установления и поэ­тому относительны, изменчивы и произвольны?

Первая из этих альтернатив отражала интересы со­хранения старых привычных порядков и подчинение им человека, в то время как вторая — предполагала освобождение человека от пут мифологии, родовой морали и обычаев, от власти навязанных традиций и установлений.

И ответ, который дали софисты, звучал так: «Чело­век есть мера всех вещей...».

Это означало огромный прогресс в деле раскрепо­щения человека, обретения им самостоятельности. Со­фисты утверждали право человека смотреть на мир через призму своих целей и интересов, а не слепо под­чиняться чужим требованиям, чьим бы авторитетом они ни подкреплялись. Они учили человека подвергать все рациональному рассмотрению и анализу, следуя луч­шему.

В приложении к вопросам нравственности позиция софистов утверждала, что человек сам является кри­терием добра и зла, что нет никакого объективного единого для всех содержания добродетелей, что мо­ральные ценности зависят от пользы и интересов чело­века, т. е. являются относительными.

Деятельность софистов, безусловно, несла прогрес­сивный смысл — утверждала основы новой, гуманис­тической, морали, расшатывала устои старой, автори­тарной, подчиняющей человека чуждым ему ценнос­тям и лишающей самостоятельности.

Софисты защищали личную свободу человека в во­просах морали, подчеркнув значимость внутреннего субъективного отношения человека к нравственным требованиям для морали.

Однако абсолютизация относительности и субъек­тивности моральных ценностей привела их к этиче­скому релятивизму, утрате объективных общезначи­мых критериев морали и нравственных оценок, а тем самым к нравственному произволу. Объективно это вело к подрыву нравственности как средства духовно­го единения людей и в конечном счете к моральному цинизму и беспринципности.

Вот против этих крайностей этического учения со­фистов и выступилСократ, заслуживший своей ос­троумной и ироничной полемикой с софистами славу величайшего мудреца Древней Греции.

Его философские взгляды не получили системати­ческого изложения, а излагались в беседах, спорах, диспутах, главной целью которых было выяснение вопроса, как следует жить человеку. Сознательно от­казавшись от натурфилософских проблем, Сократ сде­лал предметом своего рассмотрения именно моральное бытие человека и ценностное содержание жизни — вопросы добра и зла, добродетели, пользы и счастья. При этом своими беседами он всегда побуждал их учас­тников к самостоятельному поиску нравственной ис­тины и к самосовершенствованию.

Сократ был весьма обеспокоен крайним субъекти­визмом софистов. Рассматривая мораль как глубочай­шую основу человеческой жизни, он высказывает твер­дое убеждение в существовании общих определений морали, стремится найти объективные, общезначи­мые характеристики нравственных понятий. Он счи­тает, что без единой системы нравственных ценно­стей, имеющих для людей одинаково положенное со­держание, имеющее устойчивый и общеобязательный характер, общество оказывается в опасности. Ибо в таком обществе каждый сам определяет для себя, что является добром, что злом, что справедливо, а что нет.

Вместе с тем он согласен с софистами в том, что человек должен сам обрести понимание добра и добро­детели, а не подчиняться навязанным ему требовани­ям и ценностям.

В конечном итоге его поиски объективного, общезна­чимого и одинаково положенного содержания доброде­тели, которое должно быть обретено человеком в резуль­тате его собственных самостоятельных усилий, привели Сократа к выводу о том, что добродетель есть знание.

Ведь именно знание обладает всеми этими характе­ристиками. Поэтому нравственная жизнь и доброде­тельное поведение — это соответствующее знанию, истинной идее в душе человека, а безнравственное по­ведение — проявление невежества. Невежественный человек не осознает общих принципов, на которых основана жизнь общества, и не следует им, тем самым нанося вред обществу, а значит, и себе.

В то же время Сократ под знанием добродетели понимает вовсе не обычное, профессиональное знание, которое передается посредством простого научения. Софисты лишь по видимости учат добродетели, ибо они не признают за нею общеобязательного характе­ра, а следовательно, не считают знанием. Сократ же считает добродетель знанием, но отвергает возможность ему научиться.

Это противоречие можно правильно понять, если только допустить, что добродетель есть особого рода знание, которое не передается и не переносится извне, а как бы возникает в душе человека, произрастает там. Фактически это определенное состояние сознания, един­ство знания и личностного отношения к нему, то, что можно назвать убеждением.

Таким образом, своим пониманием морали Сократ противостоял субъективизму и индивидуализму, выте­кающему из позиций софистов. Своим рационализмом Сократ стремился задержать идеологическими средства­ми тенденции к ослаблению античного полиса, обус­ловленные социально-имущественным расслоением, растущим из частной собственности эгоизмом и инди­видуализмом.

Сократовский этический рационализм в конечном счете приобретал в глазах простолюдинов аристокра­тический и элитарный характер, что вместе с его иро­нией, разоблачавшей их самодовольное невежество, сделало Сократа поистине невыносимым для обывате­ля человеком. И по ложным обвинениям он был осуж­ден и казнен.

Сократовскую линию в развитии этики продолжил его ученикПлатон. Он известен как создатель первой развитой объективно-идеалистической философской системы. Его идеализм явился прямым продолжением сократовского этического рационализма и отражением исторической и личной драмы.

Платон жил во времена, когда расцвет античного полиса сменяется его упадком, и надвигающийся кри­зис демонстрирует, как корыстолюбивый эгоизм и ин­дивидуалистические настроения все более вытесняют идеи общественного служения, героические идеалы патриотизма и нравственного величия. Эти перемены, как и казнь Сократа, он воспринял как наступление на идеалы разума, мудрости и добродетели со стороны поднимающейся невежественной черни, олицетворяю­щей косное и грубое материальное начало.

Разочаровавшись в несовершенстве реальной дей­ствительности, пронизанной борьбой за низменные и грубые материальные интересы и выгоды, наполнен­ной враждой и злобой, невежеством и насилием, пре­зрением черни к идеалам разума и справедливости, нравственным добродетелям, Платон был вынужден обратиться к идеальной действительности и признать ее за высшую реальность.

Суть его этического идеализма заключается в ро­мантической, вере в силу идеала, вере в идеальное во­обще как истинно сущее бытие, стремление к которо­му составляет главное человеческое предназначение.

Не его идеалистическая онтология послужила осно­вой этики, а трагическое несовершенство человечес­кой жизни, в которой не нашлось места для разумнос­ти, справедливости, совершенства, стало основой иде­алистической онтологии, перенесения основных жизненных ценностей в сверхчувственный и сверхъестес­твенный мир. Расхождение человеческих чаяний и стремлений с попирающей их действительностью всег­да являлось питательной почвой для утопического со­знания, воплощением которого стала платоновская концепция истинно сущего бытия, идеального государ­ства и человека.

Именно в учении о человеке и бессмертии его души и в учении об идеальном государстве и добродетелях составляющих его сословий заключена социально-эти­ческая концепция Платона.

В соответствии с его концепцией мира сверхчувствен­ного, истинно сущего, вечного и неизменного, идеаль­ного бытия, противостоящего текущему, преходяще­му, несовершенному чувственно воспринимаемому миру вещей и явлений, Платон помещает нравственные цен­ности — благо, добро, справедливость, добродетель, честность — в мир идей, правильно утверждая их идеальный характер. Этот мир идей выступает у Пла­тона в качестве единственно реально существующего, порождающего многообразие чувственно-телесного зем­ного бытия, которое он рассматривает как несовершен­ное подобие, копии и слепки с мира идей.

Поэтому обретение добродетели и нравственно со­вершенная жизнь возможны только по мере отреше­ния души человека от всего земного, чувственно-те­лесного, несовершенного и неподлинного и устремле­нии в мир сверхчувственных, умопостигаемых идей.

Душа человека состоит из трех частей — разумной, волевой и чувствующей, и способность человека к нрав­ственно совершенной жизни, по Платону, т. е. степень его добродетельности, зависит от достоинства души, от того, какая часть является преобладающей. Чувст­ва и желания отвлекают душу от созерцания идеаль­ного мира и приобщения к нему, и только разумность, способность к умозрению открывает человеку путь в реальный мир идей.

При этом каждой части души соответствует опреде­ленная степень ее совершенства, достижение которого также определяющим образом влияет на степень добродетели человека. Разумности соответствует муд­рость, волевой части души — мужество, а чувствующая часть души должна ориентироваться на умеренность.

Таким образом, добродетель человека зависит от того, какая способность, часть его души является пре­обладающей и от степени совершенства этой способ­ности. Первое от человека не зависит, так как преоб­ладающая способность души является врожденной и обусловлена прежней жизнью души в мире истинно сущного бытия. Второе же является результатом вос­питания и земного образа жизни человека.

Каждый человек должен вести такой образ жизни и заниматься такой деятельностью, которая соответствует природе его души. Именно тогда земная жизнь людей в обществе будет приближаться к порядку, отражаю­щему мир идей, идеальному миру.

Так может быть создано идеальное государство, ско­пированное с мира идей, соответствующее идеалам разума и нравственного совершенства. В устройстве такого государства Платон по аналогии с человечес­кой душой выделяет три образующих его функции: управления, защиты и материального обеспечения. Соответственно этому в нем должны быть три сосло­вия, каждому из которых присуща своя определенная добродетель. Править должны мудрецы-философы, души которых наиболее приспособлены к постижению мира идей, у которых доминирующей частью является разум, а главной добродетелью — мудрость. Они дол­жны править таким образом, чтобы земная жизнь людей в этом государстве как можно более полно со­ответствовала идеальному миропорядку.



poisk-ru.ru

Основные религиозно-философские учения Древнего Востока

1. Мифология - колыбель философии

Если существуют столь различные объяснения мира, рассмотренные нами в предыдущей главе, то как же тогда возможна философия - наука обо всем окружающем мире, познании и человеке, если для кого-то мир - одно, а для кого-то - совершенно другое? Одни считают его реально существующей суммой всех материальных вещей, другие - всего лишь нереальной тенью божественного замысла, а третьи – не тем и не другим. Ведь, если допустим, некие ученые захотели изучить какой-то предмет, и один из них назвал его водой, другой - огнем, а третий - камнем, например, то могли бы они вообще изучать его? Трудно себе представить философию в качестве науки о мире - строгой и беспристрастной. Но ведь пять тысяч лет люди философствовали, и все, о чем они думали и говорили, называется историей философии. И если философия как наука сама по себе сомнительна, то история философии есть совершившийся факт. Поэтому философия вообще возможна прежде и, скорее всего, как история философии. Давайте посмотрим, что думали люди о мироздании давным-давно и совсем недавно, на какие вопросы пытались ответить и какие проблемы - решить. Тем более, что вопросы эти и проблемы, наверное, были одни и те же, так как человека всегда окружал - где бы он ни находился и когда бы ни жил - один и тот же мир. Древний египтянин и средневековый европеец, и житель Нового Света, и мы с вами, поднимая голову к небу, видим одно и то же солнце. И много тысячелетий назад, как и сейчас в северной части ночного небосвода неподвижно, безмолвно и величественно висел ковш Большой Медведицы. И раньше, как и сегодня лето сменялось осенью, а рождение - смертью, вечно увядала и расцветала природа, и по земле проходили поколения. И всегда и везде люди радовались и печалились, любили и ненавидели, стремились к счастью и отчаивались, и добро постоянно боролось со злом. Поэтому, если мы задумаемся об окружающем мире, мысль наша пойдет теми же путями, что и мысли наших далеких предшественников. Для нас философствовать - это значит вместе с древними мудрецами и когда-то жившими философами, и современными учеными размышлять о мироздании, его законах, смыслах и тайнах.

Для удобства изучения истории люди создают ее периодизацию, то есть делят всю историю человечества на большие периоды или этапы. Существуют различные варианты исторической периодизации, потому что разделить историю на периоды можно по-разному (по различным признакам). Наиболее распространенной и простой является периодизация, по которой (далее см. ниже со слов “...выделяется пять больших исторических эпох....”

Волнистый значок (”) на схеме показывает, что человек современного типа появился приблизительно, а не ровно 40 тыс.лет назад. Точное время появления человека установить невозможно, так как он появился не вдруг, а медленно и постепенно превращался из животного (обезьяны) в человека (есть и другие мнения по поводу происхождения человека, но современная наука считает наиболее убедительной теорию Чарльза Дарвина, по которой человек произошел от обезьяны, а вернее, - и нынешние обезьяны и человек произошли от общих млекопитающих предков, живших приблизительно 15 миллионов лет назад).

Вделяется пять больших исторических эпох: Древний мир, Средние века, Возрождение, Новое время и ХХ-ое столетие. В каждую из них человек пытался познать и объяснить окружающий мир и самого себя.

Мы уже говорили о том, что живущий на земле человек, в силу самого факта своего существования не может не познавать окружающий мир, не философствовать о нем. Поэтому элементы философии появились, наверное, вместе с появлением человека. Человек же современного типа или человек разумный (Homo Sapiens) появился примерно 40 тысяч лет назад. Первые цивилизации возникли приблизительно 5 тысяч лет назад. Значит, большая часть человеческой истории приходится на первобытные времена. Мы знаем, что пещерные жители охотились и собирали дары природы, хранили огонь и боролись за жизнь. Они не писали книг, не совершали кругосветных путешествий и не делали научно-технических открытий. Науки и искусства появились в полном смысле только в эпоху цивилизации. Но видя перед собой окружающий мир, древнейший человек не мог не задумываться о нем, если был существом разумным, не мог не пытаться объяснить его себе, хотя бы в самых общих чертах.

Первобытный человек объяснял себе окружающее с помощью мифов, совокупность которых – мифология - была тем “корнем”, из которого впоследствии выросли различные формы дкховной культуры: наука, религия, искусство и философия. (Появившись в первобытный период человеческой истории, мифология не исчезла, а продолжала существовать наряду с другими – религиозными и философскими представлениями). Человек видел движение светил по небосводу, смену дня и ночи, разливы рек, вечное обновление природы. Ему было необходимо объяснить себе все это, понять происходящее вокруг. Но у него не было опыта, накопленного предыдущими поколениями, так как он первым шел по земле, у него не было книг и учебников, в которых он нашел бы ответы на волнующие его вопросы, не было научных приборов и технических приспособлений, с помощью которых он мог бы исследовать внешний мир и правильно понять его.

Мысленно поставим себя на место первобытных людей: мы ничего не знаем, но хотим узнать, а средств для этого у нас никаких нет, кроме собственных глаз, рук и ног. Мы стоим, допустим, посередине Балканского полуострова, идем в одну сторону и видим, что земля кончается, и перед нами расстилается бескрайний морской простор до самого горизонта, где небо сходится с водой; идем в противоположную сторону и находим такую же картину. Также мы видим, что Солнце выплывает из океана на Востоке, медленно путешествует по небу, все освещая, и исчезает в воде на Западе, все погружая во тьму, а вместо него над головой - ночное небо, усыпанное мириадами других светил. Что мы скажем по поводу всего этого? Наверное, что земля - это плоский диск, покоящийся на поверхности бескрайнего океана, который заключен в огромную вращающуюся сферу небесных светил, вечно движущихся в одном направлении - то в темных глубинах океана, то в светлом пространстве над ним. Теперь представим себя первобытными охотниками, всю свою жизнь проводящими в погоне за дикими животными, в убиении их и разделывании их туш. Мы видим на ночном небосводе то тоненький серп луны, то половину ее, то полную луну, иногда небо вообще безлунно, а днем в том же направлении, что и луна ночью, по небесному своду движется солнце. Наверное, мы скажем, что солнце охотится за луной, отрезая у нее куски мяса, но в какой-то момент луне удается вырваться из рук солнца, спрятаться, и тогда она вновь обрастает мясом; солнце замечает это и опять начинает гоняться за ней. У древних египтян, жизнь которых была тесно связана с Нилом, солнце - это бог Амон-Ра, который плывет по небесной реке в золотой лодке. В античном мире популярнейшим средством передвижения была колесница, и в греческой мифологии солнце - это бог Гелиос, который несется по небу в золотой колеснице, запряженной огненными лошадьми. А как не сравнить человеческую радость, смех, улыбки, счастье с расцветающей весной природой, ласковым солнцем, голубым небом и пением птиц, и, наоборот, - печаль, грусть, тоску и слезы - с природой увядающей, с пустеющими полями, опадающими листьями, серым небом и моросящим осенним дождем? Древние греки считали, что когда-то властитель подземного царства Аид похитил у богини плодородия Деметры прекрасную дочь Персефону, и верховный бог Зевс, дабы никому не было обидно, постановил, чтобы Персефона одну часть года проводила с мужем Аидом под землей, а другую часть - с матерью Деметрой на земле. Когда Персефона уходит к Аиду, Деметра печалится, и природа увядает, когда же дочь возвращается, она радуется, и все вокруг расцветает.

Как видим, первобытному человеку ничего не оставалось, как объяснить окружающий мир через самого себя, через свои занятия, образ жизни и чувства, сказать себе, что все вокруг такое же, как и он. Человек распространил свои черты на внешний мир, наделил его своими свойствами и качествами. Все вокруг, по его представлениям так же, как и он живет, то же самое чувствует и тем же самым занимается. На уровне мифологического сознания человек не только не отделяет себя от мира и не противопоставляет себя ему, он, напротив, отождествляет себя с миром, а мир - с собой. Он равен миру, и мир равен ему. Человек и мир - одно и тоже, а значит, в мифологии нет разделения на объект и субъект, они равны друг другу, слиты воедино. Но где нет объекта и субъекта, там нет и познания. Если человек един с миром, то надо ли его познавать, если он и мир - одно, значит, человек уже все знает о мире. Но осознает ли он это знание? Не осознает. Получается парадокс: человек все знает о мире, но не ведает об этом. Это незнание знания и есть главная особенность мифологического состояния.

Было бы неправильно полагать, что мифологическое сознание - явление давно ушедшей эпохи. В сегодняшней жизни мы вполне можем наблюдать его. Ребенок от рождения примерно до трех лет находится полностью в мифологическом пространстве. Присмотритесь к нему внимательно: он не выделяет себя из мира, а все окружающее для него - такое же, как он сам. Если младенец ударился, например, о стол, он стучит по нему, наказывая предмет, причинивший ему боль, пусть столу тоже будет больно, чтобы он больше никогда не обижал маленького. Посмотрите на детские рисунки: неодушевленные предметы - шкафы, тарелки, пылесосы - изображены с глазами, ушами, улыбками. Все вокруг ребенка живет и чувствует, все одушевлено, так же как для первобытного человека одушевлен окружающий мир. Это перенесение человеком своих качеств на все окружающее называется антропоморфизмом (от греч. антропос - человек и морфос - вид, форма), то есть приданием внешнему миру человеческих черт. Нам кажется, что ребенок наивен и ничего не понимает, но возможно, что, находясь в единстве с миром, он знает о нем все, только на своем особом первобытном, мифологическом уровне. Какие истины мироздания и какие глубины сущего были открыты древнейшим людям и доступны младенцам? Наше сравнение тех и других не просто аналогия. Вспомним, что онтогенез повторяет филогенез, то есть, что человеческий эмбрион за девять внутриутробных месяцев проходит в сокращенном виде несколько миллиардов лет эволюции всего живого на земле. Почему бы не предположить, что в первые три года своей жизни человек кратко повторяет несколько тысячелетий первобытности.

mirznanii.com

Политические и правовые учения в государствах Древнего Востока

Введение

Древнейшие политико-правовые учения возникли в Египте, Индии, Палестине, Китае и других странах древнего Востока.

В цивилизациях Древнего Востока сложился самый ранний тип общества, пришедшего на смену первобытному. Экономически он характеризуется господством патриархального натурального хозяйства, устойчивостью государственных форм собственности на землю и общинного землевладения, крайне медленным развитием индивидуальной частной собственности. Современные исследователи относят древневосточные общества к так называемым локальным (или речным) цивилизациям земледельческого типа.

Основную массу населения в государствах Древнего Востока составляли крестьяне, объединенные в сельские общины. Рабовладение, несмотря на довольно широкое распространение в некоторых странах (например, в Египте, Индии), в производстве решающей роли не играло. Привилегированное положение в обществе занимали лица, принадлежавшие к аппарату государственной власти, придворная и имущественная знать. На содержании политической идеологии Древнего Востока сказались прежде всего традиционализм общинной жизни, незрелость классов и классового самосознания. Патриархальные сельские общины ограничивали инициативу человека, удерживая его в рамках вековых обычаев. Политическая мысль Древнего Востока длительное время развивалась на основе религиозно-мифологического мировоззрения, унаследованного от родового строя.

Главенствующее место в политическом сознании раннеклассовых обществ занимали мифы о божественном, сверхъестественном происхождении общественных порядков. С этими мифами были тесно связаны традиции обожествления существующей власти и ее предписаний.

Цари, жрецы, судьи и другие представители власти считались потомками или наместниками богов и наделялись священными чертами.

Политические взгляды были тесно переплетены с общемировоззренческими (философскими), моральными и иными представлениями. Древнейшие правовые запреты, например, являлись одновременно общемировоззренческими принципами (законами всего мира), религиозными заповедями и моральными предписаниями. Такого рода воззрения прослеживаются в законах царя Хаммурапи, в правовых предписаниях Талмуда, в индийских религиозных книгах. В государствах Древнего Востока политические и правовые учения еще не обособились от мифов, не сформировались в относительно самостоятельную сферу общественного сознания.

Незавершенный характер этого процесса проявлялся в следующем.

Во-первых, политико-правовые учения Древнего Востока оставались сугубо прикладными. Главное содержание их составляли вопросы, касающиеся искусства ("ремесла") управления, механизма осуществления власти и правосудия. Иначе говоря, в политических доктринах разрабатывались не столько теоретические обобщения, сколько конкретные проблемы техники и методов отправления власти.

Государственная власть при этом в подавляющем большинстве учений отождествлялась с властью царя или императора. Причиной тому послужила свойственная Древнему Востоку тенденция к усилению власти единоличных правителей и образованию такой формы государственного управления обществом, как восточная деспотия. Верховный правитель считался олицетворением государства, средоточием всей государственной жизни. "Государь и его держава — вот главные элементы государства", — сказано в индийском трактате "Артхашастра".

Во-вторых, политические учения Древнего Востока не отделялись от морали и представляли собой этико-политические доктрины. Повышенный интерес к проблемам морали вообще характерен для идеологии формирующихся классов. Это общая закономерность всей истории политической мысли, и наиболее отчетливо она проявилась на стадии формирования раннеклассовых обществ.

Преобразования в обществе и государстве во многих древневосточных учениях связывались с изменениями морального облика людей. Само искусство управления подчас сводилось к нравственному совершенствованию государя, к управлению силой личного примера. "Если правитель утвердит свое совершенство, — говорилось в китайской книге "Шу цзин", — то во всем его многочисленном народе не будет сообществ злоумышленников" Многие акции социального протеста проходили под лозунгами морального содержания и были направлены против конкретных носителей или узурпаторов власти. Народные массы выступали главным образом за восстановление справедливости, перераспределение богатства, но не подвергали сомнению экономические и политические основы общества.

В-третьих, для политико-правовых учений Древнего Востока характерно то, что в них не только сохранялись, но и развивались религиозно-мифологические воззрения. Преобладание в политических учениях практико-прикладной и нравственной тематики приводило к тому, что наиболее общие, отвлеченные от непосредственной практики вопросы (например, происхождение государства и права, их историческое развитие) оставались без решения либо решались при помощи тех воззрений, которые предоставляло религиозно-мифологическое сознание.

Социально-политические теории Древнего Востока, одним словом, являлись сложными идеологическими образованиями, состоявшими из религиозных догм, моральных представлений и прикладных знаний о политике и праве. Соотношение этих элементов в различных учениях было неодинаково.

Развернутые религиозные учения были созданы идеологами господствующих сословий (культ фараона в Египте, идеология брахманизма в Индии и др.). Эти учения освящали социальное неравенство, привилегии знати, власть эксплуататорской верхушки. Основы общества объявлялись божественными установлениями, и любая попытка посягательства на них рассматривалась как вызов богам Народным массам стремились внушить благоговейный страх перед божественной властью государя, привить смирение и покорность.

Господствующей идеологии противостояли политические взгляды угнетенных. Они критиковали официальные религиозные догмы, искали новые формы веры (например, ранний буддизм), выступали против гнета и произвола, выдвигали требования в защиту справедливости. Их идеи оказывали значительное влияние на развитие политической теории. Правящие круги всегда были вынуждены учитывать в идеологии требования эксплуатируемого большинства. Некоторые идеи социальных низов, как, скажем, призыв библейского пророка Исайи перековать мечи на орала, используются в политической идеологии до сих пор.

Вследствие экономической отсталости, завоевательных войн и других причин многие государства Древнего Востока утратили независимость или погибли. Возникшие в них политические учения, как правило, не получали дальнейшего развития. Последовательная преемственность истории политико-правовой мысли сохранялась лишь в Индии и Китае.

2. Политическая и правовая идеология Древней Индии

Ведущими направлениями в политической и правовой идеологии Древней Индии являлись брахманизм и буддизм. Они возникли в середине I тысячелетия до н.э ,когда у арийских племен, покоривших Индию, началось образование классов. Своими корнями оба направления восходили к религиозно-мифологическому мировоззрению, изложенному в Ведах — древних ритуальных книгах ариев. Идейные расхождения между брахманизмом и буддизмом произошли на почве толкования мифов и правил поведения, которые освящала религия. Наиболее острые разногласия между ними были связаны с трактовкой правил для варн — родовых групп, положивших начало кастовой организации индийского общества

Варн у древних индийцев было четыре — варна жрецов (брахманы), варна воинов (кшатрии), варна земледельцев, ремесленников и торговцев (вайшьи) и низшая варна (шудры) Согласно ведическому преданию, варны произошли из тела космического великана Пуруши, из уст которого родился брахман, из рук — кшатрий, из бедер — вайшья, а из ступней — шудра. Члены первых трех варн считались полноправными общинниками. У них в подчинении находились шудры

На основе религиозно-мифологических представлений брахманы создали новую идеологию — брахманизм. Она была направлена на утверждение верховенства родовой знати в складывающихся государствах Социально-политические идеи различных школ брахманизма отражены в многочисленных законоведческих и политических трактатах Наиболее авторитетным среди них был трактат "Манавадхармашастра" ("Наставления Ману о дхарме" — составлен в период II в. до н. э. — II в. н э.). На русский язык трактат переведен под названием "Законы Ману".

Одним из краеугольных положений религии брахманизма был догмат о перевоплощении душ, согласно которому душа человека после смерти будет блуждать по телам людей низкого происхождения, животных и растений либо, если он провел праведную жизнь, возродится в человеке более высокого общественного положения или в небожителе. Поведение человека и его будущие перерождения брахманы оценивали в зависимости оттого, как он выполняет предписания дхармы — культовые, общественные и семейные обязанности, установленные богами для каждой варны. Брахманам предписывалось изучение Вед, руководство народом и обучение его религии; кшатриям полагалось заниматься военным делом Управлять государственными и общественными делами было привилегией двух высших варн.

Вайшьи должны были обрабатывать землю, пасти скот и торговать. "Но только одно занятие Владыка указал для шудры — служение этим (трем) варнам со смирением", — утверждали "Законы Ману" Формально шудры были свободными, но то положение в обществе, которое отводили им "Законы Ману", мало чем отличалось от положения рабов. В идеологии брахманизма были разработаны подробные правила жизни для шудр, а также для других низших сословий, к которым причислялись рожденные от смешанных браков, рабы и неприкасаемые. Для иноземцев и племен, не знавших деления на варны, рабство признавалось естественным явлением

mirznanii.com

Учение о государстве и праве в странах древнего востока

УЧЕНИЕ О ГОСУДАРСТВЕ И ПРАВЕ В СТРАНАХ ДРЕВНЕГО ВОСТОКА, ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ И РИМА

ВВЕДЕНИЕ

Древний мир - это пора зарождения государственности и политических идей на почве религиозной мифологии. В мифологической форме впервые выражаются понятия мирового порядка, правды и справедливости необходимости соблюдения установленных правил, власти как средство их обеспечения, форм государства.

Политическая мысль каждой древней цивилизации своеобразна. На Востоке особо крупный вклад в развитие представлений о государстве и праве внесли Индия и Китай. При всем своеобразии их политических идей (индийская мысль за исключением трактатов об искусстве управления - артхашастр, носящих в основном светский характер, сугубо религиозна и мифологична, а китайская мысль-рационалистична) обе системы отразили общественный и политический строй, покоящийся на так называемом азиатском способе производства. Для него характерны: верховная собственность государства на землю и эксплуатация свободных крестьян - общинников посредством налогов и общественных работ. Типичной государственной формой стала восточная деспотия. Большое распространение получили патерналистические представления о власти. Монарх был связан только обычаем, традицией. При этом подчеркивалось, что цель государства -общее благо, царь - отец подданных, которые не вправе предъявить ему какие -либо требования. Правитель ответственен перед богами, а не перед людьми. Политическая мысль Востока проникнута верой в мудрость старых установлений и традиций, в их совершенство.

В развитие политической мысли Запада исключительный вклад внесла Древняя Греция. Там сложился “античный способ производства” с его значительным распространением рабовладения. Политический строй представлял собой полную противоположность восточным деспотиям. Греция сохранила раздробленность. Формой политической организации служит полис (государство - город) . Царская власть уступила место аристократии и рабовладельческой демократии. Формы правления отличались разнообразием и быстро менялись. Бурная политическая жизнь содействовала расцвету теоретической мысли и побуждала к поискам совершенной государственной системы. Сама постановка такой задачи была бы неприемлемой для мыслителей Востока, исходивших из незыблемости раз и навсегда установленного порядка вещей, которые нарушаются только из-за несоблюдения людьми божественных предначертаний.

Политическая мысль Греции быстро прошла путь от мифа к теории. Греки систематизировали и анализировали многообразие политических форм, изучили условия, благоприятствующие становлению различных политических систем, закономерности их смены. Они верили в возможность рационально сконструировать идеальную форму правления и осуществить ее на практике.

Одна черта роднила все политические мысли древности как на Западе, так и на Востоке: личность не рассматривалась как самостоятельная ценность. Она считалась частицей ограниченного целого - общества, государства.

1. Политические и правовые учения Древнего Востока.

Формирование политико-правовой мысли как в Древнем Востоке, так и на Древнем Западе связано с возникновением государственности.

В своем возникновении политико-правовая мысль повсюду у древних народов восходит к мифологическим истокам и оперирует мифологическими представлениями о мечте человека в мире. На ранней стадии развития политико-правовые воззрения не успели отдифферинцироваться в относительно самостоятельную область человеческих знаний и представляли собой составной момент целостного мифологического мировоззрения.

Земные порядки , согласно мифологическим представлениям - неразрывная часть общемировых, космических порядков, имеющих божественное происхождение. В русле такого понимания и освещается в мифе тема земной жизни людей, их общественного и государственного устройства, их взаимоотношений между собой и с богами, их прав и обязанностей - словом, всего того, что им позволено и что им запрещено.

Божественный первоисточник существующих социальных и политико-правовых порядков -основная идея и тема древних мифов, но в мифах различно решается и освещается вопрос о способе и характере связи божественного начала с земными отношениями. Различные версии этой связи, по существу, обусловлены своеобразием того строя и тех порядков, мировоззренческое оправдание которых дается в мифе (Китай, Египет, Иудея).

Особенности политико-правовой мысли древнего Востока:

  • На содержание политической идеологии Др. Востока сказались прежде всего традиционализм общинной жизни. Именно традиционализм определил то, что в общественном создании сохранились пережитки мифов.
  • Основой политико-правовой мысли выступало религиозно-мифологическое мировоззрение, унаследованное от родового строя. Религия отводилось ведущее место (Правили в основном жречество). Политико-правовые учения Древнего Востока оставались сугубо прикладными. Главное содержание их составляли вопросы, касающиеся искусства управления, механизма осуществления власти и правосудия.
  • На формирование политико-правовой мысли Древнего Востока большое влияние оказывала мораль , поэтому многие концепции представляют собой этико-политические доктрины, а не политико-правовые концепции. (Примером может служить Конфуцианство как более этическая чем политико-правовая доктрина).

Вывод: Социально-политические теории Древнего Востока являлись сложными идеологическими образованиями, состоящими из религиозных догм, моральных представлений и прикладных знаний о политике и праве.

Из государств Древнего Востока будет рассматриваться история политико-правовой мысли Индии и Китая, так как Египет и Месопотамия погибли, и их политические учения дальнейшего развития не получили.

Политико-правовая мысль Древней Индии

Развитие Древнеиндийского государства прошло продолжительное время. Харабская цивилизация погибла в Древней Индии, в середине II тысячелетия до нашей эры, когда пришли древние арии (арийские племена). Наука не знает откуда они пришли. Эпоха от пришествия ариев до образования первых государств (VI в до н.э.) получила название ведийской, по имени древнейших письменных памятников (Веды). Санскритское слово “веды “ - означает “знание, “ведение”. В них говорится о создании богами из Пуруши (мирового тела и духа) четырех варн (сословий): брахманы (священнослужители), кшатрии (правители и воины), вайшья (земледельцы, ремесленники, торговцы), шудры (лица физического труда, слуги). Господствующее положение занимали брахманы и кшатрии, сосредоточившие в своих руках духовную и светскую власть. Религиозно-философская система, воплощенная в ведах, была детищем варны священнослужителей и получила название брахманизма, по имени верховного бога Брахмы.

Первыми источниками политической мысли в Индии явились священные тексты веды (древние ритуальные книги ариев). Они представляли собой сборники религиозных и ритуальных текстов различного содержания и назначения, таких сборников четыре. Исходный пункт ведийского мировоззрения мысль о божественном создании мира и общественного строя.

Одним из краеугольных положений религии брахманизма было положение о перевоплощении душ в живой природе , согласно которому душа человека после смерти будет блуждать по телам людей низкого происхождения, животных и растений либо, если он провел праведную жизнь, возродится в человеке более высокого общественного положения или небожителе. Поведение человека и его будущие перерождения брахманы оценивали в зависимости от того, как он выполняет предписание дхармы. Дхарма - это кодекс поведения человека, определяемый его общественным положением. В нем есть правила обязательные для всех, а есть правила, связанные с происхождением, родом занятий, возрастом и т.п. Дхарма - прежде всего обязанность. Понятие прав личности остается неразработанным. Личность не ощущает своей самостоятельности, не противопоставляет себя обществу, она - органическая часть целого - пользуется благами не по праву, а в награду за нравственное поведение, за соблюдение дхармы.

К ведам восходит пустившее глубокие корни в индийской мысли и образе жизни положение о божественном установлении сословно - кастового строя. В гимне Пуруше из “Ригведы” описано как четыре варны были созданы богом из частей своего тела. “Его (Пуруши) рот стал брахманом, его руки стали раджанья (синоним кшатриев, от раджа - правитель, а это удел воинов, кшатриев), его бедра стали вайшья, а из ног родился шудра”. Это положение стало традиционным для древнеиндийских источников. Оно символизирует наследственность и иерархию варн, их деление на высшие и низшие как частей тела у бога Пуруши, из которых варны созданы. Переход в высшие варны брахманы допускали лишь после смерти человека, в его будущей жизни”, как награду за служение богам, терпение и кротость.

Первые три варны считались дважды рожденными (т.е. в определенное время они получали посвящение в свою касту), а шудры единожды рожденными. Брахманам предписывалось изучение Вед, руководство и обучение религии; Кшатриям полагалось заниматься военным делом; Вайши должны были обрабатывать землю, пасти скот, торговать; Шудры должны были служить первым трем варнам, хотя оставаясь лично свободными.

Однако среди “дваждырожденных” не было равенства. Господствующими были две первые варны - брахманы и кшатрии. В “Ригведе” говорится о духовной и светской или царской власти (брахме и кшатре). С особой настойчивостью превозносились брахманы.

В ведах выдвигались два решения проблемы происхождения кшатры (светской и царской власти) создание правителя богами (или учреждение его власти по воле богов) и избрание правителя людьми (по воле богов).

mirznanii.com

Общая характеристика правовых и политических учений Древнего Востока

Поиск Лекций

Древнейшие политико-правовые учения возникли в Египте, Индии, Палестине, Китае и других странах Востока.

В цивилизациях Древнего Востока сложился самый ранний тип общества, пришедшего на смену первобытному. Экономически он характеризуется господством патриархального натурального хозяйства, устойчивостью государственных форм собственности на землю и общинного землевладения, крайне медленным развитием индивидуальной частной собственности.

Основную массу населения в государствах Древнего Востока составляли крестьяне, объединенные в сельские общины. Рабовладение, несмотря на довольно широкое распространение в некоторых странах (например, в Египте, Индии), в производстве решающей роли не играло. Привилегированное положение в обществе занимали лица, принадлежащие к аппарату государственной власти, придворная и имущественная знать. Современные исследователи относят древневосточные общества к так называемым локальным (или речным) цивилизациям земледельческого типа.

На содержании политической идеологии Древнего Востока сказались прежде всего традиционализм общинной жизни и незрелость классов. Патриархальные сельские общины ограничивали инициативу человека, удерживая его в рамках вековых обычаев. Политическая мысль Древнего Востока длительное время развивалась на основе религиозно-мифологического мировоззрения, унаследованного от родового строя.

Главенствующее место в политическом сознании раннеклассовых обществ занимали мифы о божественном, сверхъестественном происхождении общественных порядков. С этими мифами были тесно связаны традиции обожествления существующей власти и ее предписаний. Цари, жрецы, судьи и другие представители власти считались потомками или наместниками богов и наделялись священными чертами.

Политические взгляды тесно переплетались с общемировоззренческими (философскими), моральными и иными представлениями. Древнейшие правовые запреты, например, являлись одновременно общемировоззренческими принципами (законами всего мира), религиозными заповедями и моральными предписаниями. Такого рода воззрения прослеживаются в законах царя Хаммурапи, в правовых предписаниях Талмуда, в индийских религиозных книгах. В государствах Древнего Востока политические и правовые учения еще не обособились от мифов, не сформировались в относительно самостоятельную сферу общественного сознания.

Незавершенный характер этого процесса проявлялся в следующем.

Во-первых, политико-правовые учения Древнего Востока были сугубо прикладными. Главное содержание их составляли вопросы, касающиеся искусства ("ремесла") управления, механизма осуществления власти и правосудия. Иначе говоря, в политических доктринах не столько содержались теоретические обобщения, сколько разрабатывались конкретные проблемы техники и методов отправления власти.

Государственная власть при этом в подавляющем большинстве учений отождествлялась с властью царя или императора. Причиной тому послужила свойственная Древнему Востоку тенденция к усилению власти единоличных правителей и образованию такой формы государственного управления обществом, как восточная деспотия. Верховный правитель считался олицетворением государства, средоточием всей государственной жизни. "Государь и его держава — вот главные элементы государства", — сказано в индийском трактате "Артхашастра".

Во-вторых, политико-правовые учения Древнего Востока не отделялись от морали и представляли собой этико-политические доктрины. Повышенный интерес к проблемам морали вообще характерен для идеологии формирующихся классов. Это общая закономерность всей истории политической мысли, и наиболее отчетливо она проявилась на стадии формирования раннеклассовых обществ.

Преобразования в обществе и государстве во многих древневосточных учениях связывались с изменениями морального облика людей. Само искусство управления подчас сводится к нравственному совершенствованию государя, к управлению силой личного примера. "Если правитель утвердит свое совершенство, — подчеркивалось в китайской книге "Шу цзин", — то во всем его многочисленном народе не будет сообществ злоумышленников". Многие акции социального протеста проходили под лозунгами морального содержания и были направлены против конкретных носителей или узурпаторов власти. Народные массы выступали главным образом за восстановление справедливости, перераспределение богатства, но не подвергали сомнению экономические и политические основы общества.

В-третьих, для политико-правовых учений Древнего Востока характерно то, что в них не только сохранялись, но и развивались религиозно-мифологические воззрения. Преобладание в политико-правовых учениях практико-прикладной и нравственной тематики приводило к тому, что наиболее общие, отвлеченные от непосредственной практики вопросы (например, происхождение государства и права, их историческое развитие) оставались без решения либо решались при помощи тех воззрений, которые предоставляло религиозно-мифологическое сознание.

Социально-политические теории Древнего Востока, одним словом, являлись сложными идеологическими образованиями, состоявшими из религиозных догм, моральных представлений и прикладных знаний о политике и праве. Соотношение этих элементов в различных учениях было неодинаково.

Развернутые религиозные учения были созданы идеологами господствующих сословий (культ фараона в Египте, идеология брахманизма в Индии и др.). Эти учения освящали социальное неравенство, привилегии знати, власть верхушки. Основы общества объявлялись божественными установлениями, и любая попытка посягательства на них рассматривалась как вызов богам. Народным массам стремились внушить благоговейный страх перед божественной властью государя, привить смирение и покорность.

Господствующей идеологии противостояли политические взгляды угнетенных. Они критиковали официальные религиозные догмы, искали новые формы веры (например, ранний буддизм), выступали против гнета и произвола, выдвигали требования в защиту справедливости. Их идеи оказывали значительное влияние на развитие политической теории. Правящие круги всегда были вынуждены учитывать в идеологии требования эксплуатируемого большинства. Некоторые идеи социальных низов, как, скажем, призыв библейского пророка Исайи перековать мечи на орала, используются в политической идеологии до сих пор.

Вследствие экономической отсталости, завоевательных войн и других причин многие государства Древнего Востока утратили независимость или погибли. Возникшие в них политико-правовые учения, как правило, не получали развития. Последовательная преемственность истории политико-правовой мысли сохранялась лишь в Индии и Китае.

 

poisk-ru.ru


Смотрите также