Реферат: Культура Древней Индии 2 Религиозная литература. Литература древняя индия


Эпическая литература Древней Индии. «Махабхарата». Древний Восток

Эпическая литература Древней Индии. «Махабхарата»

Как и многие литературы мира, древнеиндийская литература имеет свой эпос, воспевающий «героическую эпоху» истории Индии. Древнеиндийский эпос представлен двумя большими поэмами, сложенными в древности, но чрезвычайно популярными в Индии и по сей день. Сказания о подвигах героев исполнялись нараспев в присутствии царей; эти сказания разрастались, объединялись друг с другом; так сложились две большие эпические поэмы: «Махабхарата» и «Рамаяна». Так же как древняя ведийская литература, они считаются священными текстами индуизма; их герои — главные действующие лица традиционного индийского театра. К эпическому жанру относят также пураны — сборники мифов и преданий.

«Махабхарата», или «Сказание о великих потомках Бхараты», — очень большая по объему эпическая поэма (около 100 000 «шлок», т. е. двустиший), посвященная событиям глубокой древности — междоусобной войне в царстве Куру. Хотя автором поэмы по традиции считается легендарный мудрец Вьяса, текст ее, очевидно, складывался в течение долгого времени и, кроме того, имеет много вставных эпизодов.

Поэма повествует о борьбе между потомками слепого царя Дхритараштры, правившего в Хастинапуре — столице Куру, и его брата Панду. Из-за своей слепоты Дхритараштра отдал трон Панду, а тот впоследствии ушел в отшельничество. Пятеро сыновей Панду (их называли пандавами) росли в Хастинапуре вместе с кауравами — сыновьями слепого царя. Кауравы возненавидели пандавов, считая их своими соперниками в борьбе за престол, и пятерым братьям пришлось покинуть столицу в поисках счастья.

В одном из царств они вступили в состязание претендентов на руку царевны Драупади. Самый отважный из пандавов, Арджуна, одержал победу, но Драупади стала женой всех пятерых братьев, которые решили жить общей судьбой. По возвращении пандавов старый царь разделил царство между ними и кауравами, но последние задумали избавиться от братьев. Произошел не вполне честный поединок между старшими братьями обоих кланов: Дурьодхана обыграл Юдхиштхиру в кости, после чего кауравы снова должны были удалиться в изгнание на 13 лет. Но и по истечении этого срока кауравы не хотели уступать.

Тогда наступило главное событие «Махабхараты» — великая битва между пандавами и кауравами, разыгравшаяся на Курукшетре — Поле племени Куру. Обе стороны, заручившись поддержкой многих царей, привели большие войска. Жестокая битва длилась 18 дней, и в живых остались только пятеро братьев и их друг Кришна. Пандавы вместе царствовали в Куру, а затем отправились в Гималаи, где их приняли к себе небожители.

Помимо основной сюжетной линии, «Махабхарата» включает несколько вставных эпизодов. Один из наиболее известных — сказание о Нале, который жил счастливо со своей женой царевной Дамаянти, но проиграл ее в кости; только после больших испытаний ему удалось вернуть жену. Другое сказание — о Савитри, преданной жене; она сумела вернуть своего мужа, уже схваченного богом смерти Ямой, и не побоялась вступить в разговор с этим ужасным божеством. В «Махабхарату» были включены и целые трактаты, среди них — важнейший в индийской культуре текст «Бхагавадгиты».

Создание «Махабхараты» нельзя отнести к какому-либо определенному времени; очевидно, что процесс сложения текста происходил в течение многих веков. Источником возникновения эпической поэмы были слагавшиеся древними сказителями песни-предания о подвигах воинов. Такого рода тексты передавались устно из поколения в поколение и, несомненно, имели множество разночтений. Создание целостного текста «Махабхараты» происходило в течение всего I тысячелетия до н. э.; окончательное же формирование поэмы в ее нынешнем виде произошло уже в первые века нашей эры, поскольку в ней есть, в частности, упоминания гуннов.

Содержание поэмы также указывает на разновременный характер отраженной в ней реальности: с одной стороны, это весьма старинные обычаи и суровые нравы, характерные для архаической ведийской эпохи, с другой — развитые города и пышные дворцы, которые могли существовать только во второй половине 1 тысячелетия до н. э. Тем не менее «Махабхарата» является одним из важнейших источников, свидетельствующих о воинских и родовых обычаях, религии, бытовой и обрядовой жизни ведийской эпохи, является богатейшим источником языкового и мифологического материала.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Ведийская литература древней Индии. Древний Восток

Ведийская литература древней Индии

Самыми ранними памятниками древнеиндийской литературы являются веды, в которых выражены верования древних ариев. Веды создавались на протяжении нескольких столетий, складываясь из тех ритуальных песнопений, которые исполнялись брахманами во время жертвоприношений, произносимых ими магических формул и заклинаний.

Чтобы удержать в памяти большое количество гимнов, ученики-брахманы запоминали их в определенном порядке, постоянно упражняя свою память, и впоследствии передавали этот устный текст своим ученикам. В стремлении сохранить разросшиеся тексты для последующих поколений среди жрецов была создана специализация; брахманы отдельной «специальности» запоминали определенный раздел вед. Будучи впоследствии записаны, веды образовали огромные по объему письменные тексты.

Веды состоят из четырех самхит: «Ригведа» — сборник гимнов, «Самаведа» — сборник песнопений, «Яджурведа» — гимны, собранные в определенном порядке для совершения ритуалов, и «Атхарваведа», содержащая в основном магические заклинания. В поздневедийскую эпоху была создана литература, составившая как бы продолжение самхит. Таким образом, брахманы и упанишады также считаются частью ведийской литературы. Язык ведийской литературы представляет собой архаическую форму санскрита, который называют «ведийским санскритом», или «ведийским языком».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Литература Древней Индии - путеводитель

Литература Древней Индии

Центральное место в древнеиндийской культуре принадлежит памятникам религиозной литературы. Древнейшие из них — веды — не только были поздно записаны, но и впоследствии передавались преимущественно от учителя к ученику в устной форме. При этом за многие столетия язык стал настолько отличаться от разговорного, что нередко заучивались наизусть обширные книги практически без всякого понимания их смысла. Сложившаяся среди брахманов сложная система запоминания и точного воспроизведения, литературных текстов оказала значительное влияние на весь характер образования и науки в Древней Индии.

Большая часть ведийских гимнов была связана с ритуалом жертвоприношений. Жрецы пели, например, обращаясь к богу:

«Ярко сверкающий блеском, прогони врагов, демонов и болезни! Как колесница с захваченной добычей, привези награду! О Агни, помоги, чтобы вечно была у того, кто богов почитает, награда в виде коровы! Да будет нам сын, продолжающий род, плоть от плоти!»

Сохранилось и множество заговоров с целью добиться власти, здоровья, успеха" или любви. Так, желая приворожить женщину, юноша произносил заклинание, пронзая стрелою ее изображение или, надевая ей на палец колечко из медвяной травы, приговаривал: «Я слаще, чем мед, слаще, чем трава медовая. Пожелай же ты меня, как медовой веточки».

Комментарии поздневедийского периода призваны были объяснить связь между ритуальным действием и произносимыми при этом формулами, нередко давая при этом аллегорическое истолкование древних обрядов. Разъясняя магический смысл ритуала, приходили, например, к отождествлению частей жертвенного животного со всею Вселенной. В связи с «жертвоприношением коня» давалось такое разъяснение: «Голова жертвенного коня — это утренняя заря, глаз — солнце, дыхание — ветер, хребет — небо, копыта — земля» и т. д. Раскрытие смысла жертвы в словах и даже мысленное воспроизведение ее стало уподобляться действительному жертвенному ритуалу, в особенности для тех, кто — как лесные отшельники —не мог служить богам у алтаря. Из подобных умозрительных построений возникали древнейшие памятники древнеиндийской философии.

Огромное внимание, которое уделялось точности передачи и истолкованию священных ведийских текстов, привело в конечном счете к появлению таких специальных дисциплин, как фонетика и этимология. На этой основе впоследствии развивалась древнеиндийская лингвистика. Определение времени для жертвоприношений требовало наблюдений над небесными светилами, а строительство сложных алтарей — геометрических познаний. Так уже в поздневедийской литературе появились зачатки наук, хотя и весьма своеобразных и не совпадающих с современными не только по своим целям, но и по методам.

Наряду с ведийской литературой оформлялась и эпическая традиция — две поэмы, «Махабхарата» и «Рамаяна», каждая из которых включает несколько десятков тысяч стихов. Основной сюжет «Махабхараты» сводится к борьбе за власть между двоюродными братьями, принадлежащими к одному царскому роду Куру. «Рамаяна» же повествует о том, как царевич Рама боролся с демоном Раваной, похитившим и унесшим на Ланку его жену Ситу. Однако более половины «Махабхараты» прямо не связано с основным сюжетом. В нее включено изложение мифов и старинных легенд, восходящих иногда к глубокой (возможно, даже индоиранской) древности. В течение веков до создания последних редакций поэм (примерно в Гуптскую эпоху) их текст все более разрастался за счет назидательных глав и целых самостоятельных трактатов (как упомянутая выше «Бхагавад-гита»), В своем окончательном виде «Махабхарата» и «Рамаяна» стали подлинной энциклопедией индуизма и неисчерпаемой сокровищницей образов для последующих поэтов и художников. Эпос, можно сказать, и доныне бытует в устной форме, будучи доступен для миллионов неграмотных индийцев и оказывая огромное воздействие на их мировоззрение.

Ко второй половине I тысячелетия до н. э. относится формирование и буддийской литературы. Некоторые канонические тексты упомянуты в эдиктах Ашоки и таким образом уже в III в. до н. э. обладали авторитетом. Некоторые из них, возможно, восходят к середине I тысячелетия до н. э. времени, к которому традиция относит жизнь самого Будды. Согласно буддийским преданиям, в I в. до н. э. на Ланке записан весь канон тхеравады, десятки книг на пали — языке, близком разговорному диалекту Северо-Восточной Индии, на котором проповедовал Будда. Суждения о первоначальном буддизме до сих пор основываются главным образом на данных произведений, входящих в палийский канон. Запись его — неоценимый вклад Ланки в мировую культуру.

Канон называется «Типитака», что буквально значит «Три корзины». (Древние рукописи были обычно выполнены на узких полосках пальмовых листьев и хранились в специальных корзинах.) В первой из «корзин» содержались «уставы» — правила поведения монахов и монахинь. Последняя «корзина» включала тексты по буддийской философии и психологии, изучению которых уделялось большое внимание в монастырях. С исторической и литературной точки зрения наиболее интересны сочинения, входящие в среднюю «корзину». Они содержат сборники изречений Будды, притчи и предания о его жизни и предшествующих существованиях. Некоторые из буддийских повествований, вероятно, более древние в своей основе, чем сам буддизм. Сочинения других школ буддизма — «великой колесницы» — сохранились не полностью, иногда на санскрите, а большей частью в китайском, японском и тибетском переводах.

Из произведений научной и дидактической литературы следует прежде всего упомянуть о грамматике санскрита, составленной Панини примерно в V—IV вв. до н. э. По отзывам специалистов, это самое совершенное описание языка в мировой науке вплоть до XIX в. Письменность в Индии засвидетельствована поздно, практически первыми ее памятниками являются надписи Лшоки, Однако совершенство алфавита заставляет предполагать длительный период его развития.

Заслуженной славой пользуется древнеиндийская философия, включавшая несколько соперничавших школ. Основные философские тексты могут быть датированы первыми веками новой эры, но в некоторых случаях можно предполагать длительную традицию развития той или иной школы во второй половине I тысячелетия до н. э. Особенно важны достижения индийцев в области логики и философии языка, заслуживают внимания также их атомистические теории. Следует заметить, впрочем, что главной целью философии в Древней Индии являлось не обобщение достижений естественных наук и расширение практических познаний, а интерпретация священных текстов и достижение религиозного спасения.

Такой же характер имела и древняя психология, тесно смыкавшаяся отчасти с религией, отчасти с медициной. В Древней Индии был накоплен огромный опыт использования лекарственных растений, широко занимались врачеванием буддийские монахи. Врачи-индийцы славились в конце древности и в средние века во всем мире.

Специальные трактаты по естественным наукам датируются рубежом древности и средневековья. Ряд важнейших математических и астрономических идей несомненно навеян общими философскими концепциями. Так, знаменитый Арьябхатта (V в.), исходя из принципа относительности движения, предполагал вращение Земли вокруг собственной оси и движение ее вокруг Солнца. С понятием «пустоты» в буддийской философии, возможно, связано введение нуля в математике (и, соответственно, позиционной системы записи чисел). Так называемые арабские цифры, которые используются доныне, происходят из Индии.

Расцвет древнеиндийской культуры в первые века новой эры выражается в развитии самых разнообразных светских литературных жанров. По-видимому, к периоду правления Чандрагупты II относится творчество крупнейшего драматурга Калидасы. Сохранившиеся драмы (в том числе и знаменитая «Шакунтала», основу которой составила легенда, заимствованная из «Ма-хабхараты») почти все посвящены героическим сюжетам и связаны с придворным театром.

Более демократический характер имела проза, прежде всего басни, составившие книгу «Панчатантра». Отдельные рассказы ее нанизываются один на другой, будучи искусно вставлены в общую рамку. Арабский перевод «Панчатантры» известен под названием «Калила и Димна». Новеллы «Панчатантры» и самый способ построения литературного произведения в средние века пользовались огромной популярностью, оказав влияние на многие национальные литературы («Тысяча и одна ночь», «Декамерон» и др.).

Помимо поэтической лирики, поэм-панегириков и сборников дидактических афоризмов в стихотворной форме в Древней Индии нередко составлялись и научные трактаты, чтобы таким образом облегчить их запоминание и устную передачу. Большое количество стихов вошло и в «Артхашастру». Этот трактат ярко рисует придворные интриги, коварные провокации и тайные убийства. Главная цель политического искусства усматривается в подчинении окружающих территорий, и потому все соседние правители считаются потенциальными противниками, а соседи соседей — потенциальными союзниками «государя, стремящегося к завоеваниям».

В связи с развитием отдельных областей в послемаурийскую эпоху происходит становление литературы на некоторых разговорных индоевропейских языках, но, к сожалению, литература эта почти полностью утеряна (сохранилась она главным образом в санскритских вариантах). Складывается самостоятельная литература и на крайнем юге Индостана. Она представлена преимущественно тамильским военным героическим эпосом и любовной лирикой.

Рекомендуем ознакомится: http://www.mystic-chel.ru

worldunique.ru

Древнеиндийская литература, Ведическая литература

В этой главе рассматривается древняя литература на индоарийских языках: санскрите, пали и других пракритах. Древняя литература на других языках дана ниже, в главах, посвященных отдельным народам Южной Индии.

К древнеиндийской литературе относится огромное количество памятников самого различного характера, которые в подавляющем своем большинстве были созданы в северной, Индии: религиозные гимны, исторические хроники, эпические поэмы, сказки, классические драмы и стихи, научные трактаты и т. д.

Эти памятники еще не полностью изучены; правильнее даже сказать, что их изучение началось только недавно. Интерес ученых всего мира к этим памятникам обусловлен их научно-познавательным значением, со— держащимися в них богатыми историко-этнографическими данными, их высокохудожественной формой и тем, что они оказали заметное влияние не только на развитие литературы Китая, Японии, Кореи, Бирмы, Малайи, Индонезии и других стран Юго-Восточной Азии, но и на литературное, философское и научное творчество многих деятелей культуры стран Среднего и Ближнего Востока и даже Европы.

Датировка памятников древнеиндийской литературы чрезвычайно затруднена тем, что многие из них были записаны гораздо позже, чем возникли, а многие неоднократно перерабатывались в течение ряда столетий. Имена многих поэтов и время их жизни точно неизвестны, к тому же некоторые прославленные поэты выступали под псевдонимами и этими же псевдонимами часто пользовались авторы более поздних произведений.

Многие письменные памятники погибли потому, что были записаны на древесной коре или пальмовых листьях (позже стали писать на деревянных дощечках или на табличках из меди, золота, слоновой кости и т. п.). Поэтому огромную роль сыграла столь характерная для Индии традиция устной передачи текстов, благодаря которой сохранились древнейшие из них.

Ведическая литература

Самой древней по времени создания считается ведическая литература, потому что большая часть ее памятников относится  к так называемой добуддийской эпохе. Язык этой литературы сохраняет следы индо-иранскои языковой общности, а название происходит от санскритского слова веда, что означает «знание».

Ведами называются большие древние сборники (самхита) гимнов, молитв, магических формул и заклинаний, послужившие основой целого комплекса более поздних литературных произведений.

Известны четыре Веды: Ригвёда, Яджурвёда, Самавёда и Атхарвавёда. Язык Вед носит название ведического санскрита или ведийского языка. Это наиболее древняя из известных нам форм индийских языков. Согласно индийской религиозной традиции, Веды считались высшим откровением и каждое их слово должно было изустно нерушимо передаваться от поколения к поколению брахманов и свято храниться в памяти.

Ригведа в той редакции, которая известна современным исследователям, состоит из 1028 гимнов (сукта), объединенных в 10 разделов (мандал). Эти гимны создавались в разное время, и авторами их были представители разных социальных слоев. Поэтому в их число вошли и народные заговоры, и жреческие молитвенные формулы, и философские рассуждения. Встречаются даже гимны атеистического содержания. Метрика гимнов Ригведы тоже очень разнообразна и только частично воспринята более поздней санскритской поэзией.

В гимнах Ригведы, создававшихся на протяжении нескольких столетий, отражены многие изменения социального строя арийцев в конце II—на- чале І тысячелетия до н. э.: переход древнего общества к новым, более передовым формам хозяйства и жизни, имущественное расслоение внутри кровнородственных общин, появление частной собственности и формирование классовых отношений.

По гимнам и мифам Ригведы можно судить о том, как сильны были пережитки матриархата в обществе, где к главе рода — патриарху уже перешли общественные функции, принадлежавшие ранее матери рода; как постепенно роль патриарха в руководстве духовной жизнью общины переходила к жрецу-профессионалу, брахману, ставшему на много последующих столетий монопольным носителем права на отправление религиозных церемоний и на изучение священных текстов.

Ригведа содержит много повествовательных вставок, носящих характер притч, легенд или басен. Ряд сюжетов этих вставок был в последующие века положен индийскими поэтами и драматургами в основу их произведений. Многие гимны Ригведы, обращенные к богам — явлениям природы, отличаются высокой поэтичностью и красотой г.

Яджурведа состоит из молитв и особых формул, которые читали жрецы во время жертвоприношений. Ритуал богослужения имел локальные различия, и существовали разные школы, предписывавшие тот или иной порядок щертвоприношений, а поэтому сложилось несколько вариантов Яджурведы. Нам известны пять вариантов. Четыре из них называются Черной Яджурведой, а пятый — Белой Яджурведой. Четыре первых считаются более ранними, так как в них содержатся не только молитвы и жертвенные формулы, как в пятом, но также конкретные правила жертвоприношения и разные пояснения к ним.

Яджурведа служит источником, даюпщм представление не только о религии, но и о многих обычаях, частично сохранившихся до наших дней.

Атхарваведа (Веда знахарства и заклинаний) по праву может быть признана одним из наиболее интересных памятников ведической литературы. В ней поэзия переплетается с прозой, а язык очень своеобразен, благодаря обилию содержащихся в ней народных заговоров и магических формул. Многие из этих заклинаний, обращенные к духам вод, лесов, болезней, восходят к первобытной анимистической магии и являются более древними, чем самые древние гимны Ригведы. Именно поэтому некоторые индийские богословы даже отказывались считать Атхарваведу одной из Вед (так как магия противоречит сущности более поздних вероучений — буддизма и индуизма). В Атхарваведе есть и гимны, отражающие более поздний период индийской истории, чем тот, который нашел отражение в Риг- веде. Здесь уже есть специальные гимны для царей, для их домашних жрецов, военачальников и пр.

Жрецы-брахманы постепенно изменили древние магические формулы Атхарваведы и приспособили их к своему вероучению, придав им характер молитв. Многие формулы сохранили при этом свою большую эмоциональную напряженность и яркую фантастичность[1].

Чрезвычайно интересны также содержащиеся в гимнах Атхарваведы древнейшие представления о космосе и категории времени и сведения о народной медицине (последние изучаются современными индийскими учеными и врачами).

-Гимны Самаведы, или Веды напевов, построены так, что служат образцами напевов или мелодий, на которые должны петься гимны остальных

Вед. Напевы и ритмы Самаведы легли в основу более поздней индийской науки о метрике стихосложения и послужили основой для развития индийской музыки.

Наряду с Ведами откровением богов считались также другие, близкие к ним памятники ведической литературы: Брахманы, Упанишады и Араньяки.

В период создания Вед словом «брахман» обозначали и понятие «мировой души», и молитву или жертвенную формулу, обращенную к богамг и жреца, приносившего жертву и читавшего молитву. Позже, в процессе развития классового общества, оно стало обозначать всех членов сложившейся варны брахманов и те теологические комментарии, которые были созданы брахманами-жрецами в дополнение к Ведам. Последние и объединяются названием Брахманы.

Брахман сохранилось сравнительно небольшое число. Наиболее важными по своему значению считаются две, относящиеся к Ригведе, две — к Яджурведе, три — к Самаведе и одна — к Атхарваведе.

Как памятники литературы Брахманы особенно ценны содержащимися в них элементами древнего эпоса: короткими сюжетными повествованиями^ диалогами и преданиями. Наиболее красочные из них включены в Шата- патха-брахману, относящуюся к Яджурведе.

Становление классовых отношений в древней Индии сопровождалось ожесточенной борьбой между брахманами-жрецами и кшатриями-воинами (т. е. между духовной и светской властью) за господство в стране.

В Брахманах отражено стремление жрецов закрепить свои социальные позиции, приписать себе способность подчинять самих богов с помощью жертв, молитв и аскетического покаяния. Здесь впервые говорится о том, что верховный бог Праджапати, создавая все сущее, выдохнул жрецов изо рта (т. е. изначально сообщил им самое высокое положение), воинов сделал из рук и груди, торговцев и земледельцев — из бедер* и живота, а из ног — слуг и рабов.

В процессе складывания варн жрецы вводили все больше религиозных законов, обещавших жестокие кары всем «низшим» за покушения на права и привилегии «высших».

Оковы кастового гнета связывали рост производительных сил, мешали развитию ремесла и торговли. Но общество исторически развивалось, и назревала необходимость создания новых вероучений, новых философских концепций. Появлялись ордена отшельников и секты, возникали еретические учения, проповедуемые членами варны кшатриев, а также и более «низких» каст. Рациональное мышление народа, сомнения в правильности брахманских законов, поиски путей к установлению равенства людей, критическая антибрахманская и антикастовая мысль, очевидно расцветавшая главным образом в неарийской этической среде — все это нашло свое выражение в таких памятниках литературы, как Упанишады и Араньяки v которые могут быть названы первыми сборниками философских и теологических трактатов.

В Араньяках, или «лесных книгах», народу предлагался иной путь религиозного самоусовершенствования, чем в Брахманах. — не подаяние брахману и не принесение при помощи брахмана бесчисленных жертв ^ а размышление над сутью всего земного и достижение познания. Здесь впервые появляется будущий тезис буддизма — к божественной сущности может приблизиться каждый. Появление большого 'количества Араньяк связано с ростом отшельничества и аскетизма.

Упанишады вместе с Араньяками обозначаются словом Веданта — «конец Вед». Содержание их, по сравнению с Брахманами, отличается большей жизненностью; литературные достоинства тоже значительно выше. Ранние Упанишады, создававшиеся около середины I тысячелетия до н. э., состоят из прозаических текстов с небольшим количеством стихотворных вставок. Наиболее ценной из поздних Упанишад считается- «Катхака-упанишада», относящаяся к Черной Яджурведе. Самая поздняя группа Упанишад, написанная прозой, уже близка по языку и стилю санскритской прозе классического периода.

В Упанишадах сформулированы основы философского учения об атамане как о душе (и «мировой» душе и личной душе человека), о брахмане как об абсолютной сущности мироздания, о дхарме — нравственном законе жизни, о карме — воздаянии. Здесь впервые формулируются и другие догмы, ставшие позже составными частями философии индуизма._

В науке существует мнение, что эти памятники отражают процесс внедрения в мировоззрение арийского общества понятий, свойственных местному доарийскому населению и во многом направленных против ведических вероучений.

Последним разделом ведической литературы являются Веданги и Упавёды. Они создавались приблизительно между V в. до н. э. и II — III вв. н. э. Ведангами, или «частями Вед», называются трактаты, посвященные шести областям древнеиндийской науки; «Кальпа-веданга» охватывает различные произведения о правилах жизни и поведения человека; «Шикша-веданга» является наукой о языке, о фонетике: «Вьякарана» — о  грамматике; «Нирукта» — об этимологии и лексикографии; «Чханда» — о метрике и «Джьбтиша» — об астрологии.

В каждую Ведангу входит много трактатов и научных произведений. Эти трактаты — дальнейшее развитие тех ростков научной мысли, которые были в изобилии рассеяны в текстах более ранних произведений ведической литературы. Для них характерен совсем особый стиль — они состоят из так называемых сутр. Сутры (на санскрите — «нити») — краткие правила, сформулированные так сжато, что без разъяснительного комментария их часто невозможно понять. Такая краткость формулировок была необходима для облегчения заучивания их наизусть. Смысл многих ранних сутр утрачен для науки, так как комментарий к ним не был обязателен для запоминания и забылся ко времени широкого распространения письменности, т. е. к тому времени, когда в Индии стали записывать тексты памятников ведической литературы.

Большой интерес представляют «Грихья-сутры», или домашние правила, содержащие предписания, касающиеся повседневной жизни человека, его поведения, семейных отношений и т. п.

Другой группой древних памятников индийской науки являются четыре Упаведы: «Аюр-веда» — о медицине, «Дханур-веда» — о ведении войны, «Гандхарва-веда» — о музыке и «Шйльпа-веда» — об архитектуре и механике. Каждая из этих четырех ветвей охватывает большое количество трактатов, служащих как бы сводом знаний, накопленных народом за много столетий своего культурного развития. Упаведы и Веданги легли в основу дальнейшего роста основных направлений индийской науки.

Вслед за Ведангами и Упаведами было создано большое количество трактатов, известных под названием гиастр, т. е. руководств или учебников.

На основе «Кальпа-веданги» выросла целая литература по древнеиндийской юриспруденции, состоящая из Дхармашастр — своего рода сводов законов, а вернее — сводов предписаний обычного права. Первые из них являлись итогом развития обычного права и его отражения в законодательстве за период формирования и роста классовых отношений в рабовладельческой Индии, а более поздние относятся к феодальному обществу. Одна из наиболее интересных шастр — «Манава-дхармашастра» («Законы Ману»), которая обычно датируется рубежом нашей эры. В этом произведении отражено развитие кастового строя; в нем разработаны правила жизни членов разных каст и вопросы взаимоотношений между кастами- Ряд глав этих «Законов» направлен на упрочение общественного и эконо.

мического положения членов «высших» каст. Здесь очень четко сформулированы запреты взаимного общения «высших» с «низшими» и предписаны жестокие наказания «низших» за оскорбления, нанесенные «высшим» и даже просто за общение с «высшими». Но вместе с тем, хорошо понимая необходимость производственного общения между членами разных каст, составители этих правил сопроводили запреты общения такими разъяснениями, как например: «Всегда чиста рука ремесленника и товар, выставленный [на продажу]. . .» г.

Из древних шастр большой известностью пользуется и «Артхашастра» — трактат о политике, экономике и управлении государством. Его создателем считается Каутилья — министр первого царя из династии Маурья, Чан- драгупты I (правившего в Магадхе в IV в. до н. э.). В Артхашастре показана жизнь индийского государства с монархическим образом правления, характеризующаяся сложной внутренней и внешней политикой и развитыми экономическими отношениями.

Существовали также шастры по грамматике, служащие до наших дней ценнейшими пособиями для изучения санскрита. Наиболее известными из них являются грамматики, созданные учеными Панини (V в. до н. э.) и Патанджали (И в. до н. э.).

Создавались также шастры, посвященные вопросам театра и драматургии, религии, искусства, любви и даже косметики. В них можно найти очень ценные для историка и особенно для этнографа описания жизни и быта разных слоев индийского общества той эпохи.

Эпическая литература

Первыми ростками древнеиндийского эпоса должны  быть признаны прозаические и стихотворные повествовательные вставки в гимны Вед и в Брахманы — маленькие истории о богах и демонах, о царях и мудрецах, о доблести героев. Барды-сказители (суша) хранили в памяти большой запас этих повествований и песен, обновляя и обогащая их с течением времени. Одна из таких героических песен — песня о битве между двумя ветвями царского рода — Пандавами и Кауравами — за господство в стране явилась смысловым стержнем большой эпической поэмы Махабхараты. Эту поэму по праву считают целой литературой. В нее вошли и воинские песни, и мифологические предания, и философские рассуждения, и генеалогия царских родов, и сказки. Точное время ее возникновения еще не определено исследователями. Считается, что она стала складываться как единая поэма и получила широкую известность на рубеже и в первые века нашей эры.

Вполне возможно, что она приобрела свой окончательный вид в эпоху Гупта, т. е. в IV—V вв. н. э., когда на базе раннефеодальных общественных отношений создавалась огромная империя и появилась необходимость идеологически обосновать стремление правителей объединить страну. Одним из таких факторов была в ту эпоху религия индуизма, вобравшая в себя многие народные культы и призванная стать общеиндийской религией, а роль другого фактора мог сыграть эпос, пронизанный идеей объединения страны. Вероятно, именно в эту эпоху были собраны и объединены вокруг основного сюжетного ядра — повести о битве двух воинских групп за власть, — многие бытовавшие в народе разрозненные героические песни и повествования, возникшие в разное время (и, возможно, даже не имевшие прямого отношения к героям поэмы). Науке известно теперь, что первая запись Махабхараты как единой поэмы относится именно к этому историческому периоду.

В индийской литературной и религиозной традиции Махабхарата часто рассматривается как одна из Вед. Она и являлась по сути дела Ведой воинского сословия — кшатриев, жизни, мыслям, делам и подвигам которых она посвящена. Вишну, выступающий в своих аватарах (перевоплоБой Равана с армией Рамы. Народный лубокщениях) как бог-герой и воитель, является одним из центральных действующих лиц поэмы. «Чтение Махабхараты есть благочестие. Поэтому если верующий прочтет хотя бы один стих, ему отпускаются все грехи». «Как океан лучше всех озер, а корова — лучшее из животных, так Ма- хабхарата лучше всего», — говорится во вступлении к поэме.

 

Махабхарата состоит из 18 книг. Индийская традиция часто присоединяет к ней в качестве ее 19-й книги и созданную приблизительно в эту же эпоху поэму «Харивамша» (История рода Хари). В Махабхарату включено такое большое количество сюжетных эпизодов, что в течение многих столетий индийские поэты и драматурги обращались к ней, как к источнику тем для своих произведений. До наших дней сказители и брахманы- священнослужители читают толпе отрывки из этой поэмы во время праздников или в дни паломничества, ее читают и пересказывают детям, пьесы на сюжеты из Махабхараты постоянно ставятся любительскими и профессиональными театральными коллективами.

Махабхарата целиком и в отрывках неоднократно переводилась на все новоиндийские и многие европейские языки.

Другой, не менее прославленной эпической поэмой является Рамаяна (Сказание о Раме). Основной сюжет Рамаяны встречается в кратком виде и в Махабхарате. Автором Рамаяны считается полумифическое лицо — поэт Вальмики. Возможно, именно он и создал поэму в ее первоначальном виде, т. е. в форме героической песни, но с течением времени Рамаяна разрослась до значительного размера (хотя и не достигла даже четверти объема Махабхараты).

В своем первоначальном виде эпическая Рамаяна нам неизвестна. В окончательном виде она имеет 24 тысячи гилок (двустиший), объединенных в семь книг. И подобно Махаб- харате, ее считают самостоятельным родом литературы, так как она явилась основой-для создания самых разнообразных произведений, развивающих, поясняющих и пересказывающих ее сюжет полностью и в отрывках.

В противоположность Махаб- харате Рамаяна отличается единством композиции; но так же как и Махабхарата, она является произведением эпического характера, однако в ней уже можно отыскать истоки более поздних поэтических приемов.

В той форме, в какой она известна нам, она может считаться прообразом широко распространенного в Индии типа поэм с героическим содержанием — кавья. Эти кавья изобилуют поэтическими сравнениями, иногда замысловатыми оборотами речи, красочными метафорами и многословными описаниями.

Сюжет Рамаяны развивается очень стройно и последовательно, и в ней нет того огромного количества вставных эпизодов, которыми изобилует Махабхарата.

Содержание поэмы посвящено жизни и героическим делам Рамы, царившего в древнеиндийском государстве Кошала. В поэме повествуется о детстве Рамы, о его браке с прекрасной Ситой — дочерью Земли, о том, как из-за интриги младшей жены своего отца Рама провел 14 лет в изгнании, как десятиголовый Равана — владыка острова Ланки и повелитель всех демонов, сеющих зло на земле, похитил Ситу, и как Рама в сопровождении своего верного брата Лакшмана и в союзе с обезьянами и медведями атаковал Ланку, убил Равану и таким образом не только освободил Ситу, но и избавил всех людей от власти зла.

Рамаяна является героическим, воинским эпосом, а ее герой Рама считается одним из воплощений бога Вишну на земле. Эта поэма стала библией вишнуитов, и в эпоху средневекового реформаторского движения вишнуизма переложена и переведена на' все новоиндийские языки (наиболее популярным переложением является «Рамаяна» Тульси Даса на языке авадхи, завершенная поэтом в 1575 г.)[2].

Рамаяна, подобно Махабхарате, является достоянием всего индийского народа и прочно вросла в его быт, искусство и религию.

По легенде сам бог Брахма вдохновил Вальмики на сотворение поэмы и сказал: «До тех пор, пока стоят горы и реки текут по земле, песнь о  Раме будет жить повсюду».

Эти мифические слова вполне соответствуют реальной действительности, так как и в современной Индии все жители городов и сел знают и любят Рамаяну. Имена героев поэмы стали нарицательными, а сами герои служат образцами храбрости, благородства и верности. Разыгрывание тех или иных сцен из Рамаяны является обязательным элементом всех общеиндийских храмовых и деревенских праздников.

Поэма переведена и на многие европейские языки как целиком, так и в отрывках.

К эпической литературе могут быть также отнесены Пураны — предания о делах богов, полубогов и пророков, а также царей и героев. По содержанию самых древних из Пуран можно заключить, что они возникли еще в родовом обществе, тогда как в более поздних уже содержатся рассуждения о кастах, о брахманских правилах и законах, о богах индуистского п&нтеона и т. п. Пураны создавались и в I тысячелетии н. э.

В них иногда затрагиваются вопросы повседневной жизни, поэтики, театра и т. п. Главная ценность многих из них заключается в историческом содержании, в списках и генеалогиях царских династий. Считается, например, что нет лучшего источника для изучения династии Маурья, чем «Виш- ну-пурана», тогда как «Вайу-пурана» содержит интересное описание эпохи Гупта, и т. п.

В период оформления религиозносоциальной системы индуизма брахманы стали придавать этим народным сказаниям выгодный для себя философский и теологический смысл и даже предписали женщинам и «низшим» кастам считать Пураны своей Ведой (потому, что ни те, ни другие не имели права слушать или изучать настоящие Веды).

Всего известно 18 Пуран и довольно большое количество так называемых Упапуран, которые стали каноническими книгами различных религиозных сект.

[1]‘ Например, заклятие против червей, считающихся источником всех болезней: «• . . да будут уничтожены черви с белыми плечами, а также черные черви с белыми руками и пестрые,,и другие. А червям мужского и женского пола да будут камнями аздроблены головы и да сгорят их лица в огне».

[2] Новейшие переводы на русский язык: В. И. Кальянов. Махабхарата, Адипарва. «П., 1950; см. «Послесловие» этой книги о более ранних русских переводах; Б.Л.Смирнов. Махабхарата, II. Бхагавадгита. Ашхабад, 1956; его же. Махабхарата, III. Эпизоды из книги III, V. Ашхабад, 1957; его же. Махабхарата, I. Две поэмы из4 III книги. Ашхабад, 1959; его же. Махабхарата, Мокшадхарма. Ашхабад, 1961.

lib7.com

Реферат - Культура Древней Индии 2 Религиозная литература

Реферат

На тему:

«Искусство Древней Индии»

Уфа 2010

Введение

Одна из важнейших задач понимания древнего мира – осмысление многообразия и уникальности древних культур, отдаленных от нынешних временем и пространством. Все они, взятые вместе и представляющие некое цивилизационное целое, своим многообразием и уникальностью в значительной степени повлияли на формирование и характер современной цивилизации. Именно в этой роли, своими достижениями, базой для создания нынешнего научно-технического мира, их культурное единство и обретает значимость. Трудно себе представить страну с более богатой мифологией, чем Индия, и вряд ли можно найти в иной мифологии сочетание глубоких философских абстракций и практических приложений мифа, таких, как йога, аскеза, наставления в практике повседневной жизни.

1. Литература

Из того, что уже было сказано, ясно, что центральное место в древнеиндийской культуре принадлежит памятникам религиозной литературы. Древнейшие из них – веды – не только были поздно записаны, но и впоследствии передавались преимущественно от учителя к ученику в устной форме. При этом за многие столетия язык стал настолько отличаться от разговорного, что нередко заучивались наизусть обширные книги практически без всякого понимания их смысла. Сложившаяся среди брахманов сложная система запоминания и точного воспроизведения литературных текстов оказала значительное влияние на весь характер образования и науки в древней Индии.

Огромное внимание, которое уделялось точности передачи и истолкованию священных ведийских текстов, привело, в конечном счете, к появлению таких специальных дисциплин, как фонетика и этимология. На этой основе впоследствии развивалась древнеиндийская лингвистика. Определение времени для жертвоприношений требовало наблюдений за небесными светилами, а строительство сложных алтарей – познаний в геометрии. Так уже в поздневедийской литературе появились зачатки наук, хотя и весьма своеобразных и не совпадающих с современными не только по своим целям, но и по методам.

Наряду с ведийской оформлялась и эпическая традиция. В своем окончательном виде «Махабхарата» и «Рамаяна» стали подлинной энциклопедией индуизма и неисчерпаемой сокровищницей образов для поэтов и художников последующих времен. Эпос, можно сказать, и доныне бытует в устной форме, будучи доступен миллионам неграмотных индийцев и оказывая огромное воздействие на их мировоззрение. Ко второй половине I тысячелетия до н.э. относится формирование и буддийской литературы – Типитаки школы тхеравады. Сочинения других школ буддизма – «великой колесницы» – сохранились не полностью, иногда на санскрите, а большей частью в китайском, японском, тибетском переводах.

Расцвет древнеиндийской культуры в первые века христианской эры выражается в развитии самых разнообразных светских жанров. Особо надо отметить санскритскую драму, предназначенную как для придворного, так и для городского театра. Огромной популярностью пользовался сборник басен «Панчатантра». Отдельные рассказы его нанизываются один на другой, будучи искусно вставлены в общую рамку. Арабский перевод «Панчатантры» известен под названием «Калила и Димна». Новеллы «Панчатантры» и самый способ построения литературного произведения оказали в средние века влияние на многие национальные литературы («Тысяча и одна ночь», «Декамерон» и др.).

Помимо поэтической лирики, поэм-панегириков и сборников дидактических афоризмов, нередко в стихотворной форме составлялись и научные трактаты, чтобы, таким образом, облегчить их запоминание и устную передачу. Большое количество стихов вошло и в трактат о политике – Артхашастру. Этот трактат ярко рисует придворные интриги, коварные провокации и тайные убийства. Главная цель политического искусства усматривается в подчинении окружающих территорий, и потому все соседние правители считаются потенциальными противниками, а соседи соседей – потенциальными союзниками «государя, стремящегося к завоеваниям».

Из произведений научной и дидактической литературы следует прежде всего упомянуть грамматику санскрита, составленную Панини примерно в IV в. до н.э. Заслуженной славой пользуется древнеиндийская философия, включавшая в себя несколько соперничавших школ. Основные философские тексты могут быть датированы первыми веками христианской эры, но в некоторых случаях можно предполагать длительную традицию развития той или иной школы во второй половине I тысячелетия до н.э. Особенно важны достижения индийцев в области логики и философии языка, заслуживают внимания также их атомистические теории. Впрочем, главной целью философии в древней Индии являлось не обобщение достижений естественных наук и расширение практических познаний, а интерпретация священных текстов и достижение религиозного спасения.

2. Архитектура

Строительство из кирпича и камня начинается, в основном, в послемаурийскую эпоху. Сохранившиеся памятники связаны, прежде всего, с буддизмом (например, пещерные монастыри Западной Индии). Высеченные в скалах залы достигают площади примерно 500 кв. м при высоте около 15 м. Характерно их внутреннее оформление, воспроизводящее традиции деревянного зодчества (перекрытия и прочие элементы, излишние в постройках из камня и тем более в пещерах).

Из наземных построек самые значительные находятся в Санчи. Здесь на вершине большого холма, невдалеке от важного политического центра послемаурийской эпохи, был расположен огромный буддийский монастырь. От самого монастыря и гостиницы для паломников сохранилось немногое. А главной достопримечательностью Санчи является большая ступа, сооруженная во II–I вв. до н.э. С четырех сторон света ее окружают резные каменные ворота с изображением сцен из буддийских легенд. Каменные ступы являются непременной принадлежностью и пещерных храмов, будучи вообще самыми характерными памятниками буддийской архитектуры. Наиболее крупная ступа на Ланке по размерам сопоставима с египетскими пирамидами.

Едва ли не древнейшими памятниками индийской культуры (конечно, если не говорить о периоде Индской цивилизации) являются колонны, на которых высечены надписи Ашоки. Все колонны были изготовлены из камня, добытого в окрестностях Варанаси, тщательно отполированы и доставлены в отдаленные области Маурийской державы. Скульптура, венчающая колонну, например знаменитые львы, обнаруживает известное влияние персидского и, возможно, греческого искусства. Объясняется это, очевидно, тем, что индийские мастера в то время еще не привыкли работать по камню.

3. Скульптура и живопись

В послемаурийскую эпоху сложились местные школы скульптуры. Наиболее известными являются школы Гандхары (Северо-Запад Индии), региона Матхуры (центральная часть Северной Индии) и одной из областей Декана (школа Амаравати).

Расцвет гандхарской школы, формировавшейся под сильным влиянием эллинистического и римского искусства, относится к первым векам христианской эры. Стиль Гандхары, начиная с эпохи Кушан, оказывал воздействие на буддийское искусство Центральной и Восточной Азии. В большей степени связаны с традициями изобразительного искусства Индии школы Матхуры и Амаравати. Именно на их основе развивалось средневековое искусство не только самой Индии, но, в известной мере, и стран Юго-Восточной Азии. Распространение буддизма «великой колесницы» способствовало появлению обширного пантеона святых-бодхисаттв. Массовые находки терракотовых статуэток говорят о широком спросе на произведения искусства, связанного с буддизмом.

Всемирно известные памятники индийской живописи находятся в Аджанте (Западная Индия). Пещерные храмы и монастыри Аджанты создавались в течение почти тысячи лет, начиная с послемаурийского времени. Стены некоторых залов покрыты яркими изображениями сцен из буддийских преданий. Замечательные фрагменты живописи, сходной с росписями Аджанты, находят и на Шри-Ланке. Несмотря на отсутствие политического единства, различие языков и верований народов Индии, эта страна в течение средних веков и нового времени сохраняла сложившееся в древности единство культуры. Господствующая в Индии религия – индуизм – освящала традиционность повседневного уклада жизни.

Влияние буддийской религии, литературы, философии и искусства прослеживается у многих народов средневекового Востока. Древнеиндийская медицина и математика славились во всем мире, а замечательные достижения в области лингвистики, логики, психологии лишь сейчас могут быть оценены по достоинству.

Индийскую культуру можно сравнить с могучей рекой, которая берет начало высоко в Гималаях и продолжает свое течение среди лесов и равнин, садов и ферм, деревень и городов. В нее вливаются многочисленные притоки, меняются ее берега, но сама река остается неизменной. Индийской культуре в равной мере присущи единство и многообразие, приверженность традиции и восприимчивость к новому. За многовековую историю Индии пришлось немало пережить, ко многому приспособиться, ассимилировать элементы различных культур, но при этом она сумела сохранить свое древнее наследие.

Необычайно разнообразны природа и климат страны; здесь живут многочисленные народности со своими верованиями, языками и культурой. Однако во всем присутствует неповторимый индийский колорит. Источник этого единства неуловим. Его можно почувствовать, но невозможно понять. В своей знаменитой книге «Открытие Индии» Джавахарлал Неру дал блестящий анализ единства и целостности индийской культуры, коренящихся в ее поразительном многообразии.

Уже памятники хараппской цивилизации (3000–1800 до н.э.) уже несут в себе те характерные черты, которые позже стали ассоциироваться с Индией и ее культурой. Подтверждением тому служат археологические находки в Хараппе и Мохенджо-Даро. Статуя мужчины, погруженного в размышление, свидетельствует о том, что уже в те времена была известна практика йоги. Гладкая поверхность торса и отсутствие мускульного напряжения наводят на мысль о древнеиндийской концепции внутренней энергии. Божество, изображенное на одной из глиняных печатей, имеет большое сходство с позднейшими изображениями Шивы. Браслеты, подобные тем, что украшают руки бронзовой танцовщицы, можно и сейчас купить в любой лавке. Новейшие исследования показали, что влияние хараппской культуры распространилось даже на отдаленные районы Северной и Западной Индии, а народности, жившие в бассейне Инда, поддерживали тесные контакты с дравидийской цивилизацией, существовавшей задолго до прихода в Индию ариев.

Приблизительно между 2000 и 1600 г. до н.э. часть племен, принадлежавших к многочисленной группе ариев, или индоариев, переселились в Индию. Они говорили на санскрите и поклонялись богам, олицетворявшим стихийные силы природы: Индре-громовержцу, владыке атмосферы, богу жертвенного огня Агни и всеведущему Варуне, карающему богу-судии и божеству водной стихии. Гимны, посвященные этим и другим богам, составили четыре сборника – Веды. Древнейшим из них является Ригведа (1500–1200 до н.э.), для которой характерен поиск Высшей реальности, лежащей в основе всего многообразия жизни. Эта мысль развивается в диалогах упанишад (900–600 до н.э.). Ведическую поэзию отличают одухотворенность, превосходный стиль и движение от внешней формулы к внутреннему переживанию. Вне ведической (индуистской) традиции в 6 в. до н.э. возникли две другие религии. Личность Будды с его проповедью любви, сострадания и гармонии оказала огромное воздействие на развитие индийской философии и культуры, хотя в качестве религии буддизм пустил более глубокие корни за пределами Индии. Основателем джайнизма был Махавира, в учении которого развиваются идеи освобождения и отказа от любого насилия. Джайны тоже внесли большой вклад в развитие индийского искусства и философии.

В 326 г. до н.э. Александр Македонский форсировал Инд, и хотя вскоре он повернул свои войска назад, греческое вторжение стало важным фактором сближения Индии с греко-римским миром. Шесть лет спустя царь Чандрагупта, основатель династии Маурьев, сделал попытку объединить разрозненные индийские княжества в централизованную империю со столицей в Паталипутре (ныне Патна, штат Бихар). Его внук Ашока (273–237 до н.э.), проникшись отвращением к войне, стал ревностным буддистом. По его указанию на гладкой поверхности каменных колонн высекались буддийские изречения, призывавшие к состраданию и милосердию. Капители, завершающие колонны, представляют собой прекрасные образцы скульптуры.

Правители династии Шунги (185–149 до н.э.) были ортодоксальными индуистами, но при Канишке (династия Кушан), который правил на северо-западе Индии (78–101), произошло заметное возрождение буддизма. При Кушанах в буддийской скульптуре получил развитие гандхарский стиль, отмеченный заметным влиянием античности. Другим центром буддийского искусства стала Матаура, расположенная к югу от Дели. Во времена Гуптской империи (319 – 540), которую называют «золотым веком» древнеиндийской культуры, политический и культурный центр снова переместился в Паталипутру. Некоторые цари гуптской династии, например Чандрагупта и Скандагупта, были поэтами и музыкантами. В царствование Чандрагупты жил величайший поэт и драматург, писавший на санскрите, – Калидаса. Шедеврами ваяния и живописи этой эпохи считаются скульптурные изображения Будды в Сарнатхе и фрески в пещерах Аджанты (Западная Индия). Закат империи Гуптов сопровождался политической раздробленностью.

--PAGE_BREAK--

Харша, правитель княжества Ка-наудж, попытался приостановить этот процесс, но после его смерти в 648 г. возникли независимые княжества в Кашмире, Бенгалии, Ориссе и многих других районах Северной и Южной Индии. В культурном отношении это был необычайно плодотворный период. Династии Чола, Паллавов и Раштракутов воздвигли великолепные храмы в Танд-жавуре, Махабалипураме и Эллоре. В XI в. построен храм Солнца в Конараке (штат Орисса) и храм Шивы в Каджурахо (Центральная Индия). Характерным элементом их архитектурного стиля является скульптура. В литературе; санскрит постепенно вытеснялся местными диалектами – бенгали, маратхи, хинди и панджаби. На юге Индии развивалась литературная традиция на тамили, телугу и каннада. Большое распространение получили такие религиозно-философские течения, как веданта, в частности учения Шанкары (VIII в.) и Рамануджи (XII в.). Наряду с этим в социальной и религиозной жизни существовали и консервативные тенденции. Система каст, первоначально связанная лишь с ролью человека в процессе производства, со временем стала жесткой и самодовлеющей.

Поворотным моментом в истории культуры Индии явилось установление в конце XII в. мусульманского владычества. Кардинальные различия между исламом и индуизмом неизбежно привели к конфликту между ними. Однако вскоре началось их примирение, чему способствовала близость веданты мистицизму суфиев. Многие мусульманские феодалы как в Дели, так и в провинциальных княжествах покровительствовали индийским литераторам и музыкантам и даже принимали участие в индуистских празднествах. Интеграционные процессы усилились после основания в 1526 г. империи Великих Моголов. В царствование Акбара (1556–1605), политика которого отличалась мудростью и терпимостью, были заложены основы общенациональной культуры.

Стремительный закат империи Великих Моголов приходится на первую четверть XVIII в. С этого периода начинается вторжение в Индию европейцев: португальцев, голландцев, французов и, наконец, англичан. К концу XVIII в. Великобритания прочно утвердила здесь свое господство. Внедрение английской модели образования и деятельность христиан-миссионеров оказали огромное воздействие на культурную жизнь и религиозное самосознание индийцев. Новая столица, Калькутта, а вслед за ней Бомбей и Мадрас стали центрами западной цивилизации. Часть образованных индийцев, чрезмерно увлекшись европейской культурой, игнорировала свое национальное наследие. Тогда за духовное и культурное возрождение Индии стали ратовать представители реформаторского движения, основателем которого был Рам Мохан Рой.

Руководители этого движения, известного как Брахма Самадж, утверждали абсолютную истинность священных книг индуизма и ислама, не отвергая в то же время прогрессивной западной философской мысли. Еще одним источником духовного возрождения страны стало учение Рамакришны (1836–1886), проповедовавшего, что все вероучения – это лишь различные пути, ведущие к одной цели, а его знаменитый ученик Свами Вивекананда (1863–1902) вошел в историю как посланец индийской интеллектуальной культуры в Европе и Америке.

Несмотря на политический гнет, национальная индийская культура продолжала развиваться. Прозаики и драматурги второй половины XIX в. стали обращаться к политической, исторической и социальной тематике. Выдающийся поэт Галиб, писавший на урду, и бенгальский романист Банким Чаттерджи внесли огромный вклад в индийскую литературу. Традиции классической индийской музыки продолжили выдающиеся музыканты, в основном мусульмане. В Лакнау и Джайпуре сложилась школа индийского танца катхак. Позднее возникло движение за возрождение индийской живописи, во главе которого стояли Абааниндранат Тагор и другие художники «бенгальской школы». В Калькутте и Бомбее ставились пьесы на современные темы и на религиозно-мифологические сюжеты.

В этот период набирало силу движение за независимость под руководством партии Индийский национальный конгресс, созданной в 1885 г. Пробудившееся чувство патриотизма нашло отражение в литературных произведениях того времени. Возвращение Махатмы Ганди в Индию из Южной Африки, где он героически боролся против расизма, открыло новую страницу в истории страны. Учение Ганди затрагивало все аспекты жизни, но главный акцент в нем делался на общественно-политические вопросы. В своих стихах и романах крупнейшие писатели того времени – Баради на тамили, Премчанд на хинди, Сорат Чаттерджи на бенгали – выражали идеалы гандизма. В индийской культуре XX в. возвышается исполинская фигура Рабиндраната Тагора, одного из величайших поэтов и философов в истории человечества.

Его яркая индивидуальность и разносторонняя одаренность проявились во многих сферах искусства и литературы – поэзии, музыке, драме, романе, рассказе и даже живописи. Тагор был первым писателем Востока, удостоенным Нобелевской премии. Он основал университет Вишва-Бхарати и предвосхитил многие концепции современной системы образования. Целое поколение индийских писателей и художников испытало его влияние. Ганди и Тагор по праву считаются творцами современной Индии. 15 августа 1947 г. страна обрела независимость. Так, по словам Джавахарлала Неру, она «встретилась со своей судьбой». Религиозно-общинная рознь, раздел страны, последовавшее за ним кровопролитие и, наконец, убийство Махатмы Ганди были тяжелыми потрясениями, но Индия скоро оправилась от постигших ее несчастий и начала строить новую жизнь, заняв законное место в международной семье наций. Она достигла значительных успехов во многих сферах культурной жизни. Почти на всех четырнадцати официальных языках народов Индии появились превосходные литературные произведения. Среди художников, обогативших индийскую культуру в последние десятилетия, Рави Шанкар и Али Акбар в классической музыке, Джамини Рей и М.Ф. Хуссейн в живописи, Баласарасвати в классическом танце, Сатьяджит Рей в кинематографии.

Избирательность, способность к ассимиляции и переосмыслению характеризовали индийскую культуру на всем протяжении ее развития. Ей не раз приходилось переживать периоды кризисов и сомнений. Сегодняшний мир с его точными науками и передовой техникой ставит перед ней новые задачи, требует поиска новых путей. Как сохранить непреходящие ценности национальной, религиозной и эстетической традиций, выдержавшие испытание пяти тысячелетий, как соединить их с сегодняшней действительностью – вот вопросы, которые занимают современных индийских философов, художников и писателей. От того, сумеют ли они гармонично и творчески решить эту задачу, зависит направление будущего развития индийской культуры.

Список литературы

Индийская культура и буддизм. М., 72

Моде Х. Искусство Южной и Юго-Восточной Азии. М., 78

www.ronl.ru

Литература Древней Индии — курсовая работа

   Соответственно ведийские памятники делятся на несколько разрядов. К первому разряду ведийской литературы относятся четыре сборника (самхиты.) гимнов, заговоров и жертвенных заклинаний; ко второму — брахманы, теологические трактаты в прозе, к третьему — арань-яки и упапишады, философские поучения и диалоги. Обилие и разнообразие ведийских памятников уже само по себе подсказывает, что в диахронической перспективе ведийская литература прошла много ступеней развития. И действительно, время создания вед охватывает целую эпоху: от конца II до середины I тыс. до н. э. При этом древнейшая ведийская самхита «Ригведа» сложилась, по-видимому, к 1000 г. до н. э., оформление других самхит, «Сачаведы», «Яджурведы» и «Атхарваведы», приходится на IX—VII вв.до н. э, а конечная редакция брахман и ранних упанишадсостоялась в VIII — VI вв. дон. э. (некоторые упанншады и веданги относятся даже к более позднему периоду — IV—III вв. до н. э.). Отделенные друг от друга столетиями, памятники вед, естественно, отражают различные уровни социально-политических отношений (от первобытно-общинного до со славно-кастового строя), различные уровни художественного осмыслении действительности. И тем не менее в рамках ведийского канона, в его основной функции целостного религиозно-культового комплекса, оти памятники воспринимаются индийской традицией, да в какой-то мереи современным европейским читателем, как единая и взаимосвязанная система текстов.4

  Разнородность и вместе с тем функциональное единство характеризуют и отдельные памятники ведийской литературы. Среди самих вед своими художественными достоинствами и глубиной содержания выделяется «Ригведа» («Веда гимнов»), из которой, кстати говоря, заимствованы почти весь текст «Самаведы» и некоторые части «Яджурведы» и «Атхарваведы». Подавляющее большинство гимнов «Ригведы» — восхваления, молитвы и просьбы, обращенные к богам. Все они призваны обеспечить просителю расположение богов и желанные для него материальные или духовные блата. Их объединяет, таким образом, общее культовое, магическое назначение, нивелирующее при функциональном к ним подходе их индивидуальные особенности.

  Немногим уступает «Ригведе» по своей историко-культурной ценности четвертая ведийская самхита — «Атхарваведа» («Веда заклинаний»). Она считается четвертой, поскольку вошла в ведийский канон позже других, самхит и долгое время не признавалась священной. Полагают, что ее редакция была закопчена уже после того, как сложились три первые веды. Однако сравнительно позднее происхождение «Атхарваведы» как сборника в целом отнюдь пе означает такого же позднего происхождения отдельных ее гимнов, многие среди них даже превосходят в возрасте ранние гимны «Ригведы». В значительной своей части они являются продуктом весьма архаической культуры, представляют собой фрагменты народной магической поэзии и, возможно, были заимствованы ариями из фольклора аборигенов Индии. К такому роду гимнам в «Атхарваведе» в первую очередь относятся многочисленные полные экспрессии заклинания против всяческих болезней, злых демонов и враждебных человеку существ, любовные заговоры, мольбы о здоровье и долгой жизни. Включая эти гимны в «Атхарваведу», жрецы — составители самхиты, стремились подчинить народные верования и культы потребностям ведийской религии, ввести их, соответствующим образом приспособив и трапе-формировав, в ведийский ритуал. С этой же целью заклинания и заговори в составе «Атхарваведы» были дополнены обычными обращениями к ведийским божествам, которые по вдохновенности и выразительности нередко способны выдержать сравнение с лучшими гимнами, а также космогоническими и философскими гимнами, отражающими еще более высокую ступень абстрагирования и усложнения ведийской религии.

  Ко второму разряду ведийской литературы — брахманам («толкования высшей оути») принадлежат «Айтарейя-» и «Каушитаки-брахманы» «Риг-веды», «Тайттирпя-» и «Шатапатха-брахманы» «Яджурведы», «Джайминия», «Шадвинша-» и «Тандъямаха-брахманы» «Самаведы», а также около десятка других сочинений, менее древних и значительных. Содержание брахман в основном ограничено толкованием ритуала, в них скрупулезно и пространно объясняются происхождение, смысл и назначение каждой детали и каждого атрибута жертвоприношения, которому брахманы приписывают силу выше силы богов и в котором они видят первопричину творения и основу жизни. Объяснения эти даются вне связи с реальной исторической почвой, они строятся, как правило, на отождествлении понятий разных уровней, магии чисел, игре слов и ложных этимологиях. И хотя в использовании этих приемов творцы брахман достигают большого искусства, в целом стиль брахман остается сухим и монотонным, лишь иногда ритмичное чередование повторов и ритуальных формул придает ему величественность и внутреннее напряжение. Поэтому с художественной точки зрения наибольший интерес вызывают вкрапленные в прозу брахман мифы, легенды и сказания. Обычно они приводятся «к случаю», иллюстрируя происхождение того или иного ритуального акта или в качестве комментария к уже не вполне ясному ведийскому тексту (см. легенды о Пуруравасе и Урваши в «Шатапатха-брахмане» и о Шунахше-пе в «Айтарейя-брахмапе»). Но часто даже в культовом контексте они сохраняют относительную независимость и могут рассматриваться как древнейшие, и притом весьма яркие, образцы индийской повествовательной прозы. Иногда эти сказания, восходящие в своих истоках к общеиндийскому фольклору, обнаруживают поразительное сходство со сказаниями других пародов. Неоспорима, в частности, близость легенды о Пуруравасе и Урваши к римской сказке об Амуре и Психее или легенды о потопе в «Шатапатха-брахмане» к соответствующим шумерским, семитским и греческим мифам.

   Уже в брахманах (особенно в мифах о сотворении мира «владыкой живых существ» Праджапати) мы сталкиваемся с попытками философских спекуляций о сущности мироздания, богов и людей. Однако специально философской экзегезе ведийской религии посвящены произведения третьего разряда ведийской литературы — упанишады («сокровенное знание»). Число упанишад чрезвычайно велико (всего их свыше двухсот), но подлинно древними, непосредственно примыкающими вместе с арапьяками («лесными книгами») к брахманам и заключающими ведийскую литературу «шрути», являются десять — четырнадцать сочинений. Среди них наиболее известны «Брихадараньяка-упанишада», «Чхандогья-упанишада», «Каушитаки-упанишада», «Катха-упанишада», «Иша-упанишада» и некоторые другие, написанные частично стихами, частично прозой. Упаии-шады, в отличие от брахманов, ставят себе целью научить не точному и неукоснительному исполнению культовых предписаний, но, переосмыслив само понятие ритуальной жертвы в жертву духовную,— глубокому постижению законов и смысла бытия. Именно в упанишадах развиты — впоследствии ставшие кардинальными для индийской религии и философии — доктрины сансары (круговорота рождений), кармы (предопределенности форм существования индивидуума его же собственными деяниями в прошлом), мокши (освобождения) и, прежде всего, учение о Брахмане и Атмане (единстве всего сущего, объекта и субъекта).

  Как это вообще свойственно древним религиозно-философским текстам, создатели упанишад облекали свои идеи в форму аллегории, притчи, развернутого сравнения, нашли, подобно Платону, такой специфический прием изложения абстрактных концепций, как диалог учителя и ученика. Выразительность и своеобразие стиля упанишад, преломлявшего отвлеченную мысль в конкретно-чувственные образы, содействовали распространению их учения не только в Индии, но и далеко за ее пределами.

  Упанишады в какой-то мере отражали свободную интеллектуальную реакцию на окостеневшие и уже не вполне отвечающие изменившимся социально-историческим условиям догматы ведийской религии. Однако и формально и по существу они не порывали с ними, а лишь намечали новую возможность их интерпретации. Между тем в середине I тыс. до н. э. возникают два реформаторских движения, которые, хотя и уходят своими корнями в индийскую религиозную и культурную традицию, тем не менее пытаются предложить решительно отличную от вед систему духовных ценностей. Влияние первого из этих движений — джайнизма — исторически оказалось весьма ограниченным, зато другому — буддизму — суждено было стать одной из великих мировых религий.5

  Основатель буддизма Гаутама Будда выступил со своими проповедями в конце VI в. до п. э. Будда сознательно уклонялся от решения абстрактных, метафизических проблем, его учение носило практический характер. Будда стремился указать новый путь жизни, который избавил бы человека от страдания. Этот путь он видел не в ритуале и жертвах, но и не в аскетизме, а в добродетели, самовоспитании, знании, дающих свободу от жизненных пут и привязанностей. Только такой путь, согласно учению Будды, может избавить человека от страданий сансары — бесконечной цепи существований то в одном, то в другом облике. Проповеди Будды составили, как утверждают его последователи, основу священного буддийского канона, отрывки из которого дошли до нас на многих языках (в том числе и санскрите), а полная версия—на языке пали. Палийский канон «Типитака» был записан в 80 г.до н. э. па Цейлоне, но история его создания начинается много раньше, и он включает в себя тексты, складывавшиеся на протяжении многих столетий — от VI до II в. до н. э.

  «Типитака» состоит из трех разделов: «Виная-питаки» («Корзины наставлений»), «Сутта-питаки» («Корзины текстов») и «Абхидхамма-питаки» («Корзины мудрости»). Каждый из разделов, в свою очередь, делится оа части, а каждая часть содержит несколько книг.

  В целом «Типитаку» характеризует, казалось бы, совершенно свободное смешение стилей, жанров и форм, часто в рамках не только одной части, но и одной книги имеются отрывки разного по времени и содержанию происхождения, однако все вместе они дают широкую и взаимосвязанную панораму учения раннего буддизма, последовательно излагая правила поведения и жизни в буддийской общине, буддийскую этику п дидактику.

  Само собой разумеется, что тексты «Типитаки» интересны прежде всего для историка буддийской религии. Но этим их значение далеко не исчерпывается. Многие книги канона по своим чисто литературным, художественным качествам принадлежат к выдающимся произведениям и индийской и мировой литературы. В этом отношении выделяется второй раздел «Типитаки» — «Сут-та-питака», которая, будучи адресованной широкому кругу слушателей, излагает буддийское учение — дхамму наименее догматически. Тексты «Сутта-питаки» написаны прозой и стихами, содержат поучительные диалоги, легенды и притчи, связанные с именами Будды или его учеников. Самой известной частью «Сутта-питаки» является ее последняя, пятая часть — «Кхуддака-никая» («Собрание коротких поучений»). В нее, наряду с другими памятниками, включены книги, которые по праву считаются шедеврами буддийской классики: «Дхаммапада» («Путь добродетели»), «Сутта-нипата» («Малое собрание текстов»), «Тхера-гатха» и «Тхери-гатха» («Строфы монахов и монахинь») и «Джатаки» («Истории былых рождений [Будды]»).

  «Дхаммапада» — своего рода компендиум буддийской мудрости, в ней в виде коротких сентенций, которые традиция приписывает самому Будде, полно и просто изложены основные моральные принципы буддизма. Каждая сентенция составляет одну строфу, звучащую лаконично и афористично, по исключительно емкую по мысли. Отдельные строфы вполне самостоятельны и закончены, тем не менее они связаны едва заметными переходами, то примыкая друг к другу как тезис и антитезис, то развивая и углубляя какую-либо одну идею. Это позволило составителям «Дхаммапады» объединить группы сентенций в главы и главы эти назвать либо. Тематически (о мудрых, о зле, о счастье, о гневе и т. п.), либо по центральному, обычно аллегорическому, образу, связующему отдельные строфы (глава о цветах, глава о слоне-). Сравнения, метафоры, аллегории «Дхаммапады» зиждутся па явлениях повседневного опыта и почерпнуты в житейских наблюдений. Каждое из них искусно, многосторонне обыгрывается и получает дополнительные окраску и смысл в контексте всего памятника в целом. Ото придает образам «Дхаммапады» необычную объемность, многозначность, и, став традиционными в последующей буддийской литературе, они всегда вызывают у читателей пли слушателей множество разноплановых ассоциаций.

  Та же, что и в «Дхаммападе», глубина и подкупающая простота идей, находящих созвучие в эпической литературе иных народов, та же убедительность художественных средств их воплощения обусловили мировую славу другого буддийского памятника — «Сутта-нипаты.

  Особое место в «Тяпитаке» занимают два собрания коротких лирических поэм «Тхера-гатха» и «Тхери-гатха», приписываемые соответственно монахам и монахиням, ближайшим сподвижникам и ученикам Будды. Среди других книг канона они выделяются ярко выраженной эмоциональной окраской, подробными описаниями явлений природы и различных оттенков человеческих чувств. Поэтому, оставаясь взволнованной проповедью величия Будды и его учения, они в то же время предвосхищают некоторые линии развития классической индийской лирики. С лиризмом гатх связано разнообразие используемых в них поэтических приемов (аллптерацн'1 и ассонансов, тропов, игры слов, рефренов, повторов), обилие всевозможных намеков, аллюзий и ассоциаций, иногда уже для нас непонятных, но придающих стилю гатх исповедальный пафос и ощущение непосредственности. Как и в других частях капона, тщательная реконструкция позволяет отличить в составе «Тхера-гатха» и «Тхери-гатхи» более ранние и более поздние части, но это не противоречит конечному единству сборников, в целом дающих возможность заглянуть во внутренний мир членов древней буддийской общины.

   Наконец, последнее из выдающихся произведений, входящих в «Сутта-питаку»,— «Джатаки», или рассказы о былых существованиях Будды. Джатаки наиболее наглядно воплотили в себе тот синтез общеиндийских литературных и фольклорных традиций и буддийского учения, который вообще характерен для палийского канона. Большая часть сюжетов джатак (всего их в «Типитаке» пятьсот сорок семь) почерпнута из индийского народного творчества. Поэтому многие басни, легенды и сказки, которые используются в джатаках, встречаются в других памятниках индийской литературы (эпосе, «Панчатантре», «Катхасаритсагаре» и т. д.), в индийском и мировом фольклоре (например, джатака о верном изречении, за которой стоит общеизвестная сказка о благодарных зверях и неблагодарном человеке). Присутствуют в джатаках и традиционные для индийской литературы приемы обрамления, чередования стихов и прозы, резюмирующих сентенций и т. п., а кардинальная для религиозно-философских учений Индии идея метемпсихоза реализуется в них как серия эпизодов из различных рождений Будды на пути к конечному его просветлению. В этой связи каждая джатака распадается на три части: введение, в котором изложены события, побудившие Будду, рассказать последующую историю, затем сама история о прошлом и, наконец, отождествление героев этой истории с Буддой и его слушателями. Поучительность и серьезный тон сочетаются в джатаках с занимательностью рассказа, и не случайно они были главным средством буддийской пропаганды, отражая наиболее распространенное и доступное для широких масс понимание буддизма. По своей популярности с джатаками могут сравниться немногие произведения мировой классики. Они переводились и перелагались на языки всех тех стран Азии, куда проник буддизм, а кроме того, лишенные буддийской морали, вотлп в десятки произведений дидактической и развлекательной литературы. Поэтому люди, не имеющие никакого отношения к буддизму и никогда не слышавшие о джатаках, тем не менее хорошо знают часть их сюжетов из книг Эзопа и Бабрия, Лафонтена и Крылова, из «Тысячи п одной ночи» и «Калилы и Димны».

  Сопоставляя буддийский канон с ведийским, мы убеждаемся, что каждый из них обладает особой, только ему присущей спецификой. Мифологические представления, которые, хотя и на разных уровнях интерпретации, определили общий характер содержания и образности ведийской литературы, в книгах «Типитаки» отошли на второй план, лишь иногда выступая в качестве декоративного фона. По-разному расставлены стилистические акценты: ведийские тексты возвещают истину, буддийские — убеждают в ней; величественному, безусловному тону проповеди вед противостоит более интимный, доверительный топ «Типитаки», ее стиль диалогичен не просто по форме, но и по внутренней сути. Человеческий опыт и мироощущение представлены в ведах в отвлеченных категориях и символах, буддийские памятники стремились найти для них конкретное и осязаемое воплощение. Эти и другие подобного рода отличия обусловлены особенностями ведийской и буддийской религии, обусловлены разрывом во времени между ведийским» и буддийскими памятниками. И тем не менее между ними есть много общего, что позволяет отнести их (а вместе с ними джайнские и эпические тексты) к одному, а именно к первому периоду древнеиндийской литературы. Прежде всего, история других литератур древности показывает, что становление этих литератур обычно начинается с появления памятников двух типов: религиозных сводов и эпоса. Первыми произведениями китайской литературы считаются «Шуцзин», «Шицзин» и «Ицзин», вошедшие в конфуцианское «Шестикнижие», история иранской литературы открывается «Авестой», еврейской — Библией, греческой — «Илиадой» и «Одиссеей». Среди древнейших памятников месопотамской, угаритской, хеттской и египетской литератур преобладают фрагменты мифологического эпоса и ритуальных текстов. Таким образом, со сравнительной точки зрения создание четырех литературных комплексов, о которых шла речь (ведийского, буддийского, джайнского и эпического), знаменует собой начало развития индийской литературы.

freepapers.ru


Смотрите также