Список городов Древней Руси. Город древний руси


Города Древней Руси Википедия

Древнерусские города — постоянные поселения Древней Руси, сформировавшиеся как торгово-ремесленные центры, культовые центры, защитные крепости, либо княжеские резиденции. Другой разновидностью городских поселений были погосты — пункты для сбора дани, полюдья, посредством которых великокняжеская власть закрепляла за собой подвластные племенные территории.

Происхождение[ | код]

История любых населённых пунктов на планете начинается с момента появления в данном месте первых людей, а при необходимости учитываются и глубины прошлого всей живой природы и геологической истории. На территории и в окрестностях многих средневековых городов, доживших до XXI века (Москва, Киев, Владимир и т. п.), выявлены разнообразные следы палеолита и последующих эпох. Со времён неолита в округах будущих городов существуют сравнительно устойчивые поселения, состоящие из нескольких или десятков жилищ (протогорода трипольской культуры на землях будущей России включали и сотни жилищ). В период энеолита поселения приобретают все более укреплённый характер, огораживаются или располагаются на возвышенных местах у водоёмов. В начале железного века (задолго до нашей эры)всевозможных городищ различных археологических культур на территории будущей России — сотни. Общеизвестно возникновение реальных античных городов на землях, затем вошедших в состав средневековой Руси: Ольвия, Тирас, Севастополь, Танаис, Фанагория, Корчев и т. п. Средневековые «древнерусские» города наследовали богатейшую историю отечественного градостроительства, преимущественно деревянного, символом достижений которого был античный Гелон.

Непосредственными предшественниками русских городов раннего Средневековья были укреплённые святилища и убежища типа детинца или кремля, которые воздвигали жители ряда соседских селений, разбросанных среди окружающих их полей и лугов. Такой тип поселений характерен для археологических культур, предшествовавших Древнерусскому государству, например тушемлинской (IV—VII вв.), распространённой на территории Смоленского Поднепровья. Тушемлинская культура была, по-видимому, создана балтами[1]., и её селения погибли в огне в VII—VIII вв., возможно, в ходе наступления кривичей. Наличие мощных укреплений характерно также для поселений юхновской[2] и мощинской культур. Аналогичная трансформация типа поселений «от расположенных в низких местах незащищённых селищ — к городищам на высоких, естественно защищённых местах»[3] происходит в VIII—IX вв. и у славян (Роменско-борщёвская культура, поздняя Лука-Райковецкая культура).

В IX—X вв., наряду с городами-убежищами появляются и небольшие заселённые крепости, возле которых не ранее конца X в. появляются городские посады — поселения ремесленников и купцов. Ряд городов представлял собой главные поселения того или иного «племени», так называемые племенные центры, на деле — центры «своих княжений», что подчёркивали летописи. Отсутствие письменных источников за VII—VIII в. и летописные свидетельства за IX—X вв. не позволяют установить хотя бы приблизительное количество городов Руси той эпохи. Так, по упоминаниям в летописях можно установить чуть более двух десятков городов, но их список безусловно не полон.

Даты основания ранних городов Руси установить трудно и обычно приводится первое упоминание в летописях. Однако стоит учитывать, что на момент летописного упоминания город являлся устоявшимся поселением, а более точная дата его основания определяется по косвенным данным, например, исходя из археологических культурных слоёв, раскопанных на месте города. В некоторых случаях археологические данные противоречат летописным. Например, для Новгорода, Смоленска, которые упоминаются в летописях под IX веком[источник не указан 1221 день], археологами пока не обнаружено культурных слоёв старше X века или методика археологической датировки ранних городов недостаточно отработана. Приоритет при датировке пока отдаётся письменным летописным источникам, но все делается для дискредитации очень ранних дат в этих источниках (особенно — античных, уровня Птолемея).

С XI в. начинается бурный рост количества городского населения и количества древнерусских городов вокруг существующих городов-центров. Примечательно, что возникновение и рост городов в XI—XIII вв. происходит также и западнее — на территориях современных Чехии, Польши и Германии. О причинах массового появления городов создано немало теорий. Одна из теорий принадлежит русскому историку Ключевскому и связывает возникновение древнерусских городов с развитием торговли вдоль пути «из варяг в греки». Эта теория имеет своих противников, которые указывают на зарождение и рост городов не только вдоль этого торгового пути.

Хозяйство[ |

ru-wiki.ru

Города Древней Руси - Русская историческая библиотека

XIII. СТРОЙ И ГРАЖДАНСТВЕННОСТЬ ДРЕВНЕЙ РУСИ

 

(продолжение)

 

 

Городское население в древней России составляло главную основу государственного быта и решительно преобладало над сельским населением. Летописи упоминают в дотатарскую эпоху до трехсот городов. Но, без сомнения, это число далеко не соответствует их действительному количеству, если под городом разуметь то, что и разумелось в древности, то есть всякое укрепленное или огороженное поселение.

До объединения Руси под одним княжеским родом и вообще в языческую эпоху, когда каждое племя жило особо и дробилось на многие общины и княжения, не только внешние враги, но и частые взаимные ссоры заставляли население огораживаться от неприятельского нападения. Города неизбежно и постепенно умножались вместе с переходом славяно-русских племен от кочевого и бродячего быта к оседлому. Еще в VI веке, по известию Иорнанда, леса и болота заменяли славянам города, т.е. служили им вместо укреплений против неприятелей. Но и это известие нельзя принимать буквально. Уже в те времена, по всей вероятности, были укрепленные поселения и даже существовали значительные торговые города. С большим развитием оседлости и земледелия число их сильно возросло в последующие века. Около трех столетий спустя после Иорнанда другой латинский писатель (неизвестный, по имени географ Баварский) перечисляет славянские и неславянские племена, населявшие Восточную Европу, и считает у них города десятками и сотнями, так что в сложности получается несколько тысяч городов. Если бы его известие и было преувеличено, все-таки оно указывает на огромное количество городов в древней России. Но из такого количества еще нельзя заключать о густоте и многочисленности самого населения страны. Города эти были собственно городки или небольшие селитьбы, окопанные валом и рвом с прибавлением тына, или частокола, и только частью имели стены из плетней и бревенчатых срубов, наполненных землей и камнями с башнями и воротами. В мирное время население их занималось земледелием, скотоводством, рыбным и звериным промыслом в окрестных полях, лесах и водах. На эти сельские занятия горожан прямо указывает летопись, влагая в уста Ольги следующие слова, обращенные к осажденным жителям Коростеня: "Чего хотите досидеться; все ваши города уже передались мне и обязались платить дань и возделывают свои нивы и свою землю; а вы хотите лучше голодом поморить себя, чем заплатить дань". Но при первой военной тревоге население укрывалось в свои городки, готовое выдержать осаду и дать отпор неприятелю. Сообразно с потребностями защиты и самое место для города обыкновенно выбирали где-нибудь на береговом возвышении реки или озера; по крайней мере с одной стороны он примыкал к дебрям и болотам, которые не только препятствовали неприятельскому нападению с этой стороны, но и служили укрытием на случай взятия городка. Разумеется, чем открытее была страна, чем более подвергалась неприятельским нападениям, тем большая потребность существовала в поселениях, окопанных валами, как это и было в южной полосе Древней Руси. В местах же лесистых, болотистых и вообще защищенных самой природой, укрепленных таким способом селений встречалось, конечно, меньше.

Вид древнерусского города

Вид древнерусского города

Автор изображения - фрилансер Елена Доведова [NIKLEN]

 

Когда русское племя посредством собственных дружин распространило свое господство в Восточной Европе и когда эти дружины объединили восточных славян под властью одного княжеского рода, естественно, должны были уменьшиться и опасность от соседей, и взаимные драки между славянским племенами. Русь, с одной стороны, обуздывала внешних врагов, которых нередко громила в их собственной земле; а с другой стороны, княжеская власть запрещала в своих владениях драки, возникшие из-за обладания полем, лесом, пастбищем, рыбною ловлею или из-за похищенных женщин, а также нападения с целью грабежа, добычи рабов и т.п. Налагая дани на туземное население, князья взамен, кроме внешней защиты, давали им суд и расправу, т.е. обязывались более или менее защищать слабых от обид сильнейшего, другими словами, полагали начало государственному строю. Поэтому жители множества городков вследствие большей чем прежде безопасности могли постепенно расселяться по окрестным местам в неукрепленных хуторах и поселках, чтобы удобнее заниматься сельским хозяйством; самые городки нередко получали более мирный характер, постепенно превращаясь в открытые селения. Отсюда все более и более размножалось сельское население, преданное земледелию и другим хозяйственным занятиям. Так было преимущественно во внутренних областях; но по окраинам и там, где существовало более опасности, а также в землях покоренных инородцев князья уже сами заботились о поддержании и сооружении хорошо укрепленных городов, в которых размещали своих дружинников. Вообще в эту русско-княжескую эпоху постепенно выработалось различие между городским и сельским населением.

Если число укрепленных селитьб не было так многочисленно, как прежде, зато самые города сделались значительнее и стали вмещать в себе население более разнообразное по своему делению на классы и сословия. Они постепенно становятся средоточием для окрестной области как в военно-правительственном отношении, так и в промышленно-торговом; по крайней мере, это должно сказать о городах наиболее значительных. Такие города обыкновенно состояли из двух главных частей: "детинца" и "острога". Детинец, иначе кремль, считался внутренней частью, хотя он редко приходился внутри, а обыкновенно одной или двумя сторонами был расположен над самым береговым спуском. В нем помещались соборный храм и двор князя или его посадника, а также дворы некоторых бояр и духовных лиц. Здесь пребывала и часть младшей дружины, или детские, составлявшие городскую оборону (от них и название "детинца"). Острогом назывался внешний, или окольный, город, примыкавший к детинцу. Он также опоясывался валом, стенами и башнями, а с наружной стороны – еще рвом, наполненным водой; такой крепостной ров обыкновенно назывался греблею. Стены и башни в Древней Руси были деревянные; только в немногих городах встречались каменные. Понятно, что при обилии леса и недостатке гор и камня укрепления в Восточной Европе носили иной характер, чем в Западной, где замки и города укреплялись еще по образцу римских колоний. Впоследствии окольный город стал более известен под именем "посада"; в нем преимущественно жило население торговое и разного рода ремесленники. Необходимой принадлежностью его было "торговище", или "торжок", куда в известные дни съезжались люди из окрестных деревень для обмена своих произведений. В больших городах с умножением населения вокруг острога заводились новые селитьбы, носившие названия "предгородия", "застенья", а впоследствии – "слобод", обитатели которых занимались или земледелием, или огородничеством, рыбной ловлей и другими промыслами. Эти предгородия в свою очередь опоясывались валом. Кроме того, около больших городов в более или менее значительном от них расстоянии насыпались валы с той целью, чтобы в случае неприятельского нашествия окрестные сельские жители могли укрыться за ними не только с своими семьями и с хлебными запасами, но и со своими стадами. Особенно в Южной Руси, где грозила постоянная опасность от кочевников, и доселе можно видеть остатки многочисленных валов по соседству с важнейшими древними городами.

В те времена, когда еще не было строгого деления по сословиям и занятиям, когда была так сильна потребность в защите себя, своей семьи, своего имущества и жилища, все свободное население должно было иметь привычку к оружию, чтобы в случае нужды встать в ряды войска. Горожане по преимуществу сохраняли свой воинственный характер; при обороне городов, равно и в больших походах княжие дружинники составляли только ядро военной силы; но, конечно, они были и лучше вооружены, и более привычны к воинскому делу, более искусны в употреблении оружия. Земская рать, по-видимому, имела своих особых начальников в лице "тысяцких" и "сотских". Названия эти напоминают те времена, когда все свободное население делилось по тысячам и сотням и с таким делением выступало на войну. А потом сотские и десяцкие обратились в земских чиновников, заправлявших некоторыми текущими делами, особенной раскладкой и сбором даней и повинностей[1].

[1] Пособиями для общественных отношений и учреждений Древней Руси служат Плошинского "Городское состояние русского народа в его историческом развитии". СПб. 1852. Погодина "Исследования и лекции". Т. VII. Соловьева "История отношений между князьями Рюрикова дома". М. 1847. В. Пассека "Княжеская и докняжеская Русь" (Чт. Общ. И. и Др. 1870, кн. 3). Сергеевича "Вече и князь". М. 1867. (Подробную рецензию Градовского на это сочинение см. в Ж. М. Н. Пр. 1868. Октябрь.) Беляева "Лекции по истории русского законодательства". М. 1879. Лимберта "Предметы ведомства веча в княжеский период". Варшава. 1877. Самоквасова "Заметки по истории Русского государственного устройства и управления" (Ж. М. Н. Пр. 1869. Ноябрь и Декабрь). Его же "Древние города России". СПб. 1870. Его же "Начала политического быта древнерусских славян". Вып. I. Варшава. 1878. В двух последних сочинениях проф. Самоквасов доказывает несостоятельность прежде господствовавшего мнения о малочисленности городов в древнейшей Руси – мнения, основанного на нескольких гадательных фразах летописца о быте русских славян до так наз. призвания Варягов. (Некоторые писатели, по недостатку критики, до того полагались на эти фразы, что самое построение городов на Руси считали делом призванных Варягов.) Лучшая рецензия по теории о городах проф. Самоквасова принадлежит проф. Леонтовичу (Сборник Госуд. Знаний. Т. II. СПб. 1875).

В последнем сочинении г. Самоквасова ("Начало политического быта") представлен обзор разных теорий политического быта русских славян в эпоху призвания; таковы теории: родовая, общинная, задружно-общинная и смешанная. Представителями патриархального и родового быта являются Соловьев и Кавелин, общинного – Беляев, Аксаков и Лешков, задружно-общинного – Леонтович (см. его статью в Ж. М. Н. Пр. 1874. №№ 3 и 4), а смешанного – Затыркевич ("О влитии борьбы между городами и сословиями на образование строя Русского государства в домонгольский период". Чт. Об. И. и Др. 1874). Критика на него проф. Сергеевича в Ж. М. Н. Пр. 1876. № 1. Проф. Никитский ("Теория родового быта в древней Руси". "Вестник Европы". 1870. Август) развивает теорию рода фиктивного или политического. Помянутого проф. Самоквасова "Главнейшие моменты в государственном развитии древней Руси". Варшава. 1886. (Примыкает к родовой теории междукняжеских отношений.) Проф. Хлебникова "Русское государство и развитие русской личности (Киев. Университет. Известия. 1879. № 4). Мы не входим в разбор всех этих теорий; так как они более или менее исходным своим пунктом берут мнимое призвание Варяжских князей, считая его историческим фактом и полагая его началом Русской государственной жизни. Даже г. Затыркевич, признавая более древнее происхождение Русского государственного быта, в то же время как-то сплетает его с призванием Варягов и считает Русь выходцами из Скандинавии. С своей стороны мы возводим начало нашего государственного быта с туземными русскими князьями во главе ко времени гораздо более раннему, чем эпоха мнимого призвания Варягов. Во внутренних отношениях видим в Древней Руси существование общины и веча рядом с дружинно-княжеским началом, но при явном подчинении сему последнему. (Несколько моих мыслей о происхождении государственного быта вообще см. в Известиях Моск. Общ. Естествознания, Антропологии и Этнографии за 1879 г.: "О некоторых этнографических наблюдениях".) Что касается до местных славянских князей, существовавших до подчинения их Киеворусскому княжему дому, то летопись сохранила нам несколько имен. Таковы: в X веке древлянский Мал и полоцкий Рогволод, а позднее встречаем у Вятичей Ходоту, современника Владимиру Мономаху. Вятичи позднее других племенных князей подчинились Киевскому княжему роду. Этот род на место побежденных князей сажал своих членов, или своих посадников.

www.rushist.com

Список городов Древней Руси — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

На протяжении веков число городов в Древней Руси, упоминаемых в летописях и, других источниках, неуклонно росло[1]. В IX—X веках упоминаются 25 городов, в XI веке — еще 64, в XII веке — еще 135 и в XIII веке к ним добавляются еще 47 городов. Всего ко времени нашествия Батыя Киевская Русь насчитывала до 300 городов или в среднем по 20—25 на княжество[2]. Помимо них существовали безымянные укрепленные поселения, порой довольно крупные. Всего их насчитывалось более тысячи. Соотношение городов и таких поселений в различных областях составляло от 1:3 до 1:7. При этом, эти укрепления в летописях не считались городами. Вероятно, летописцы относили их к погостам или слободам[3].

По мнению историка Даркевича, в домонгольской Руси можно выделить три периода градообразования: середина X — первая половина XI века; вторая половина XI — середина XII века; вторая половина XII — до 1237—1240 годов[4]. В первый период идёт массовое строительство городов по Днепру и Волхову. На второй период приходится начало феодальной раздробленности на Руси — в это время возрастает роль малых и периферийных городов. Третий период характеризуется максимальным развитием древнерусского города и его культуры[4].

Крупные города имели сложные оборонительные системы. Отдельно защищался детинец — центр города. Укрепления покрывали значительную территорию, в случае опасности за ними могло укрыться не только население города, но и его окрестностей[5][4]. Каждый такой город был и княжеской резиденцией со своим княжеским двором (до 2000 м2). В то же время, в ряде городов, таких как Новгород, Киев, Рязань и Смоленск, существовали и дворы обычных горожан (до 600 м2)[6]. Наличие дворов в значительной степени сказалось на городской планировке. Как правило, одна-две улицы проходили вдоль рек и пересекались малыми улочками и переулками. Еще одной характерной чертой русского города XI—XIII веков было обязательное наличие церкви или храма. В древнерусских городах насчитывалось от двух-трёх, до нескольких десятков церквей. Монастыри могли располагаться и вне города[7].

Академик Б. А. Рыбаков выделял следующие функции города в Древнерусском государстве: военная, экономическая, административная, идеологическая и культурная. По его мнению, с социальной точки зрения древнерусский город был местом концентрации феодальной знати[8]. Схожие функции выделял В. П. Даркевич[4].

Список городов дан в хронологическом порядке.

Список городов

Видео по теме

См. также

Примечания

  1. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 40. — ISBN 5-02009473-0.
  2. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 40. — ISBN 5-02009473-0.
  3. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 40. — ISBN 5-02009473-0.
  4. ↑ 1 2 3 4 Происхождение и развитие городов древней Руси (X-XIII вв.) (рус.). Проверено 9 апреля 2013. Архивировано 14 апреля 2013 года.
  5. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 48. — ISBN 5-02009473-0.
  6. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 46. — ISBN 5-02009473-0.
  7. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 48. — ISBN 5-02009473-0.
  8. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 49. — ISBN 5-02009473-0.
  9. ↑ П. П. Толочко. Новые археологические исследования Киева (1963—1978) // Новое в археологии Киева. — Киев, 1981.
  10. ↑ В. Л. Янин, М. Х. Алешковский. Происхождение Новгорода (к постановке проблемы) // журнал «История СССР», № 2, М.—Л., 1971, стр. 32—61
  11. ↑ Наследие Земли Псковской. Проверено 23 мая 2013. Архивировано 26 мая 2013 года.
  12. ↑ Сапунов А. П. Исторические судьбы Полоцкой епархии с древнейших времен до половины XIX в.. — Витебск, 1889.
  13. ↑ Историческая справка. Проверено 23 мая 2013.

Литература

  • Древняя Русь. Город, замок, село.. — Москва: Наука, 1985. — 429 с.
  • Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — 168 с. — ISBN 5-02009473-0.
  • Тихомиров М. Н. Древнерусские города. — Москва: Государственное издательство политической литературы, 1956.

wikipedia.green

Список городов Древней Руси — Википедия РУ

На протяжении веков число городов в Древней Руси, упоминаемых в летописях и, других источниках, неуклонно росло[1]. В IX—X веках упоминаются 25 городов, в XI веке — еще 64, в XII веке — еще 135 и в XIII веке к ним добавляются еще 47 городов. Всего ко времени нашествия Батыя Киевская Русь насчитывала до 300 городов или в среднем по 20—25 на княжество[2]. Помимо них существовали безымянные укрепленные поселения, порой довольно крупные. Всего их насчитывалось более тысячи. Соотношение городов и таких поселений в различных областях составляло от 1:3 до 1:7. При этом, эти укрепления в летописях не считались городами. Вероятно, летописцы относили их к погостам или слободам[3].

По мнению историка Даркевича, в домонгольской Руси можно выделить три периода градообразования: середина X — первая половина XI века; вторая половина XI — середина XII века; вторая половина XII — до 1237—1240 годов[4]. В первый период идёт массовое строительство городов по Днепру и Волхову. На второй период приходится начало феодальной раздробленности на Руси — в это время возрастает роль малых и периферийных городов. Третий период характеризуется максимальным развитием древнерусского города и его культуры[4].

Крупные города имели сложные оборонительные системы. Отдельно защищался детинец — центр города. Укрепления покрывали значительную территорию, в случае опасности за ними могло укрыться не только население города, но и его окрестностей[5][4]. Каждый такой город был и княжеской резиденцией со своим княжеским двором (до 2000 м2). В то же время, в ряде городов, таких как Новгород, Киев, Рязань и Смоленск, существовали и дворы обычных горожан (до 600 м2)[6]. Наличие дворов в значительной степени сказалось на городской планировке. Как правило, одна-две улицы проходили вдоль рек и пересекались малыми улочками и переулками. Еще одной характерной чертой русского города XI—XIII веков было обязательное наличие церкви или храма. В древнерусских городах насчитывалось от двух-трёх, до нескольких десятков церквей. Монастыри могли располагаться и вне города[7].

Академик Б. А. Рыбаков выделял следующие функции города в Древнерусском государстве: военная, экономическая, административная, идеологическая и культурная. По его мнению, с социальной точки зрения древнерусский город был местом концентрации феодальной знати[8]. Схожие функции выделял В. П. Даркевич[4].

Список городов дан в хронологическом порядке.

http-wikipediya.ru

Список городов Древней Руси — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

На протяжении веков число городов в Древней Руси, упоминаемых в летописях и, других источниках, неуклонно росло[1]. В IX-X веках упоминаются 25 городов, в XI веке — еще 64, в XII веке — еще 135 и в XIII веке к ним добавляются еще 47 городов. Всего ко времени нашествия Батыя Киевская Русь насчитывала до 300 городов или в среднем по 20—25 на княжество[2]. Помимо них существовали безымянные укрепленные поселения, порой довольно крупные. Всего их насчитывалось более тысячи. Соотношение городов и таких поселений в различных областях составляло от 1:3 до 1:7. При этом, эти укрепления в летописях не считались городами. Вероятно, летописцы относили их к погостам или слободам[3].

По мнению историка Даркевича, в домонгольской Руси можно выделить три периода градообразования: середина X — первая половина XI века; вторая половина XI — середина XII века; вторая половина XII — до 1237-1240 годов[4]. В первый период идёт массовое строительство городов по Днепру и Волхову. На второй период приходится начало феодальной раздробленности на Руси — в это время возрастает роль малых и периферийных городов. Третий период характеризуется максимальным развитием древнерусского города и его культуры[4].

Крупные города имели сложные оборонительные системы. Отдельно защищался детинец — центр города. Укрепления покрывали значительную территорию, в случае опасности за ними могло укрыться не только население города, но и его окрестностей[5][4]. Каждый такой город был и княжеской резиденцией со своим княжеским двором (до 2000 м2). В то же время, в ряде городов, таких как Новгород, Киев, Рязань и Смоленск, существовали и дворы обычных горожан (до 600 м2)[6]. Наличие дворов в значительной степени сказалось на городской планировке. Как правило, одна-две улицы проходили вдоль рек и пересекались малыми улочками и переулками. Еще одной характерной чертой русского города XI—XIII веков было обязательное наличие церкви или храма. В древнерусских городах насчитывалось от двух-трёх, до нескольких десятков церквей. Монастыри могли располагаться и вне города[7].

Академик Б. А. Рыбаков выделял следующие функции города в Древнерусском государстве: военная, экономическая, административная, идеологическая и культурная. По его мнению, с социальной точки зрения древнерусский город был местом концентрации феодальной знати[8]. Схожие функции выделял В. П. Даркевич[4].

Список городов дан в хронологическом порядке.

Список городов

См. также

Напишите отзыв о статье "Список городов Древней Руси"

Примечания

  1. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 40. — ISBN 5-02009473-0.
  2. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 40. — ISBN 5-02009473-0.
  3. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 40. — ISBN 5-02009473-0.
  4. ↑ 1 2 3 4 [www.russiancity.ru/books/b37.htm Происхождение и развитие городов древней Руси (X-XIII вв.)] (рус.). Проверено 9 апреля 2013. [www.webcitation.org/6FsFHqVCa Архивировано из первоисточника 14 апреля 2013].
  5. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 48. — ISBN 5-02009473-0.
  6. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 46. — ISBN 5-02009473-0.
  7. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 48. — ISBN 5-02009473-0.
  8. ↑ Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — С. 49. — ISBN 5-02009473-0.
  9. ↑ П. П. Толочко. Новые археологические исследования Киева (1963—1978) // Новое в археологии Киева. — Киев, 1981.
  10. ↑ В. Л. Янин, М. Х. Алешковский. [www.russiancity.ru/books/b39.htm Происхождение Новгорода (к постановке проблемы) // журнал «История СССР», № 2, М.—Л., 1971, стр. 32—61]
  11. ↑ [culture.pskov.ru/ru/persons/object/132 Наследие Земли Псковской]. Проверено 23 мая 2013. [www.webcitation.org/6GuP7SCnS Архивировано из первоисточника 26 мая 2013].
  12. ↑ Сапунов А. П. Исторические судьбы Полоцкой епархии с древнейших времен до половины XIX в.. — Витебск, 1889.
  13. ↑ [grad-rostov.ru/istoricheskaya-spravka Историческая справка]. Проверено 23 мая 2013.

Литература

  • Древняя Русь. Город, замок, село.. — Москва: Наука, 1985. — 429 с.
  • Куза А. В. Малые города Древней Руси. — Москва: Наука, 1989. — 168 с. — ISBN 5-02009473-0.
  • Тихомиров М. Н. Древнерусские города. — Москва: Государственное издательство политической литературы, 1956.

Отрывок, характеризующий Список городов Древней Руси

– Наше дело солдатское. А вот барин, так удивительно. Вот так барин! – По местам! – крикнул молоденький офицер на собравшихся вокруг Пьера солдат. Молоденький офицер этот, видимо, исполнял свою должность в первый или во второй раз и потому с особенной отчетливостью и форменностью обращался и с солдатами и с начальником. Перекатная пальба пушек и ружей усиливалась по всему полю, в особенности влево, там, где были флеши Багратиона, но из за дыма выстрелов с того места, где был Пьер, нельзя было почти ничего видеть. Притом, наблюдения за тем, как бы семейным (отделенным от всех других) кружком людей, находившихся на батарее, поглощали все внимание Пьера. Первое его бессознательно радостное возбуждение, произведенное видом и звуками поля сражения, заменилось теперь, в особенности после вида этого одиноко лежащего солдата на лугу, другим чувством. Сидя теперь на откосе канавы, он наблюдал окружавшие его лица. К десяти часам уже человек двадцать унесли с батареи; два орудия были разбиты, чаще и чаще на батарею попадали снаряды и залетали, жужжа и свистя, дальние пули. Но люди, бывшие на батарее, как будто не замечали этого; со всех сторон слышался веселый говор и шутки. – Чиненка! – кричал солдат на приближающуюся, летевшую со свистом гранату. – Не сюда! К пехотным! – с хохотом прибавлял другой, заметив, что граната перелетела и попала в ряды прикрытия. – Что, знакомая? – смеялся другой солдат на присевшего мужика под пролетевшим ядром. Несколько солдат собрались у вала, разглядывая то, что делалось впереди. – И цепь сняли, видишь, назад прошли, – говорили они, указывая через вал. – Свое дело гляди, – крикнул на них старый унтер офицер. – Назад прошли, значит, назади дело есть. – И унтер офицер, взяв за плечо одного из солдат, толкнул его коленкой. Послышался хохот. – К пятому орудию накатывай! – кричали с одной стороны. – Разом, дружнее, по бурлацки, – слышались веселые крики переменявших пушку. – Ай, нашему барину чуть шляпку не сбила, – показывая зубы, смеялся на Пьера краснорожий шутник. – Эх, нескладная, – укоризненно прибавил он на ядро, попавшее в колесо и ногу человека. – Ну вы, лисицы! – смеялся другой на изгибающихся ополченцев, входивших на батарею за раненым. – Аль не вкусна каша? Ах, вороны, заколянились! – кричали на ополченцев, замявшихся перед солдатом с оторванной ногой. – Тое кое, малый, – передразнивали мужиков. – Страсть не любят. Пьер замечал, как после каждого попавшего ядра, после каждой потери все более и более разгоралось общее оживление. Как из придвигающейся грозовой тучи, чаще и чаще, светлее и светлее вспыхивали на лицах всех этих людей (как бы в отпор совершающегося) молнии скрытого, разгорающегося огня. Пьер не смотрел вперед на поле сражения и не интересовался знать о том, что там делалось: он весь был поглощен в созерцание этого, все более и более разгорающегося огня, который точно так же (он чувствовал) разгорался и в его душе. В десять часов пехотные солдаты, бывшие впереди батареи в кустах и по речке Каменке, отступили. С батареи видно было, как они пробегали назад мимо нее, неся на ружьях раненых. Какой то генерал со свитой вошел на курган и, поговорив с полковником, сердито посмотрев на Пьера, сошел опять вниз, приказав прикрытию пехоты, стоявшему позади батареи, лечь, чтобы менее подвергаться выстрелам. Вслед за этим в рядах пехоты, правее батареи, послышался барабан, командные крики, и с батареи видно было, как ряды пехоты двинулись вперед. Пьер смотрел через вал. Одно лицо особенно бросилось ему в глаза. Это был офицер, который с бледным молодым лицом шел задом, неся опущенную шпагу, и беспокойно оглядывался. Ряды пехотных солдат скрылись в дыму, послышался их протяжный крик и частая стрельба ружей. Через несколько минут толпы раненых и носилок прошли оттуда. На батарею еще чаще стали попадать снаряды. Несколько человек лежали неубранные. Около пушек хлопотливее и оживленнее двигались солдаты. Никто уже не обращал внимания на Пьера. Раза два на него сердито крикнули за то, что он был на дороге. Старший офицер, с нахмуренным лицом, большими, быстрыми шагами переходил от одного орудия к другому. Молоденький офицерик, еще больше разрумянившись, еще старательнее командовал солдатами. Солдаты подавали заряды, поворачивались, заряжали и делали свое дело с напряженным щегольством. Они на ходу подпрыгивали, как на пружинах. Грозовая туча надвинулась, и ярко во всех лицах горел тот огонь, за разгоранием которого следил Пьер. Он стоял подле старшего офицера. Молоденький офицерик подбежал, с рукой к киверу, к старшему. – Имею честь доложить, господин полковник, зарядов имеется только восемь, прикажете ли продолжать огонь? – спросил он. – Картечь! – не отвечая, крикнул старший офицер, смотревший через вал. Вдруг что то случилось; офицерик ахнул и, свернувшись, сел на землю, как на лету подстреленная птица. Все сделалось странно, неясно и пасмурно в глазах Пьера. Одно за другим свистели ядра и бились в бруствер, в солдат, в пушки. Пьер, прежде не слыхавший этих звуков, теперь только слышал одни эти звуки. Сбоку батареи, справа, с криком «ура» бежали солдаты не вперед, а назад, как показалось Пьеру. Ядро ударило в самый край вала, перед которым стоял Пьер, ссыпало землю, и в глазах его мелькнул черный мячик, и в то же мгновенье шлепнуло во что то. Ополченцы, вошедшие было на батарею, побежали назад. – Все картечью! – кричал офицер. Унтер офицер подбежал к старшему офицеру и испуганным шепотом (как за обедом докладывает дворецкий хозяину, что нет больше требуемого вина) сказал, что зарядов больше не было. – Разбойники, что делают! – закричал офицер, оборачиваясь к Пьеру. Лицо старшего офицера было красно и потно, нахмуренные глаза блестели. – Беги к резервам, приводи ящики! – крикнул он, сердито обходя взглядом Пьера и обращаясь к своему солдату.

wiki-org.ru

Псков, Древний город Руси

Подпишись на нас:

Псков, Древний город Руси

Внушительная крепость Пскова — свидетельство того, какие осады приходилось выдерживать городу, тысячу лет стоящему на западном рубеже России.

Псков — один из самых древних городов России, ему более 1100 лет. Многочисленные и разнообразные памятники древнерусской культуры делают Псков одним из самых привлекательных для туристов уголков страны.

ГОРОД-КРЕПОСТЬ

Могучие стены и башни псковской крепости всегда играли в жизни города заметную роль. Когда-то — благодаря своей толщине и высоте, сейчас — благодаря своей красоте.

В древнерусском летописном своде «Повесть временных лет» первое упоминание о Пскове датируется 903 г. В X-XI вв. он входил в состав Киевской Руси, а после ее распада отошел к Новгородской феодальной республике. Уже в то время Псков обладал значительной самостоятельностью, например имел собственный высший законодательный орган — вече. В 1348 г. Псковская республика обрела независимость от Новгорода и сохраняла ее вплоть до 1510 г., пока не была присоединена к Москве. История древнего Пскова — это история непрерывных войн. Положение города на самом западном краю русских земель предопределяло как экономическое процветание, так и постоянную угрозу извне. Псков подвергался многочисленным нападениям со стороны немцев, литовцев, поляков, шведов. Для защиты города в XIII в. вокруг Пскова выстроили неприступные каменные укрепления, которые непрерывно совершенствовались в соответствии с требованиями времени. Крепость Пскова выдержала 26 крупных осад и бессчетное количество штурмов. Но любые, даже самые мощные стены бесполезны, когда в дело идут авиабомбы и тяжелая артиллерия. Вторая мировая война оставила город в руинах. В 1945 г. Псков был включен 8 число 15 древних русских городов, подлежащих восстановлению в первую очередь. На кропотливую работу по возвращению шедеврам архитектуры их первоначального облика ушли долгие десятилетия. Сегодня Псков — настоящий город-музей. Башни и стены, храмы и палаты — всего более сотни памятников древнерусского зодчества предстают глазам путешественников.

Подпишись на нас, чтобы ничего не пропустить:

vanilla.su


Смотрите также