Лекция: Социально-политическая структура Древнего Китая. Древний китай иерархия


трансформация чжоуской структуры и возникновение империи

Страница 1 из 4

Глава 12. Древний Китай: трансформация чжоуской структуры и возникновение империи

Несмотря на отчетливо выраженную этническую суперстратификацию, суть которой сводилась в момент завоевания к привилегированному положению завоевателей-чжоусцев, социальное, правовое и имущественное неравенство в раннечжоуском Китае были еще не слишком заметными. Конечно, особа правителя-вана была священной, и образ жизни его и его окружения соответственно выделялись на общем фоне. Это же касается, пусть в меньшей степени, и удельной знати. Но, если судить по первым документам об инвеституре и по археологическим раскопкам, отличия не были велики. Правители не слишком отличались в образе жизни от своих подданных, что, к слову, было позже запечатлено и в преданиях о мудрых древних правителях. Постепенно, однако, положение изменялось.Усиливалось престижное потребление в верхах. Усложнялась структура привилегированных слоев как в чжоуских столицах, так и в разраставшихся уделах. Все большее количество сановников и аристократов, воинов-дружинников, а также обслуживавших их нужды ремесленников и слуг выделялось из среды общинного крестьянства и жило за его счет. Возникали новые города – центры уделов. Строились крепости, дворцы, храмы, амбары, склады, дороги и иные крупные сооружения. Внутренняя жизнь страны усложнялась, причем это касалось едва ли не в первую очередь и крестьянской общины.Увеличивалось количество земледельцев, осваивались новые земли, создавались новые поселки, причем этот процесс, как упоминалось, шел параллельно с ликвидацией этнической и правовой грани между чжоусцами и нечжоусцами, с этнической консолидацией в рамках уделов, будущих царств, жители которых все более осознавали себя как люди царства Цзинь или Лу, как жители Сун или Ци. Менялись формы землепользования и налогообложения. В исконных чжоуских землях постепенно отмирала известная со времен Инь практика отработок на больших полях. В нечжоуских по происхождению уделах уходило в прошлое взимание дани. С Сюань-вана на смену тому и другому пришла десятина-чэ. Крушение Западного Чжоу и выход на передний план системы царств означали перенесение центра тяжести социально-экономического развития внутрь этих царств, где при общей схожести развитие в каждом отдельном случае приобретало свои особые очертания.Субъектами власти-собственности в царствах были их правители. Но часть своих прерогатив они уступали владельцам уделов-кланов, которые ревниво заботились об увеличении своего престижного потребления, содержали при своих дворах ремесленников и торговых чиновников-агентов, осуществлявших производство и обмен изделиями, в том числе предметами роскоши. Судя по данным источников, в молодости такого рода торговым агентом был и знаменитый позже реформатор Гуань Чжун. С разрастанием количества привилегированного и незанятого в земледелии населения, с увеличением престижного потребления и общей массы избыточного продукта, концентрировавшегося в основном в городах, в чжоуском Китае стала ощущаться тенденция к индивидуализации потребления, к приватизации.Эта тенденция, наиболее ощутимо проявлявшаяся среди социальных верхов и обслуживавшего их персонала, затронула также и общинное крестьянство, в среде которого шел процесс имущественного расслоения. Наделы – особенно на вновь освоенных землях – все чаще практически закреплялись за отдельными семьями, владевшими ими из поколения в поколение. Семейно-клановые группы дробились на малые семьи, которым выделялась их доля семейного надела. Если эта доля была мала, семьи, как уже говорилось, переселялись и осваивали новые территории, которые более прочно закреплялись за ними и их потомками. Видимо, этот процесс, шедший в VII–VI вв. до н. э. уже в достаточно широких масштабах, способствовал приватизации, т. е. индивидуализации потребления и частному рыночному обмену произведенной продукцией.Среди древнекитайских источников, как и древнеиндийских, практически нет столь привычных для ближневосточной древности документов хозяйственной отчетности или юридических сделок, как нет и законодательного регулирования частноправовых и имущественных взаимоотношений, по меньшей мере до периода Хань. Частично это может быть объяснено характером самих отношений, частично – их сравнительно неразвитым уровнем. Может быть, здесь сыграла свою роль общая ориентация древнекитайского общества на этическую норму. Как бы то ни было, но данные об интересующих специалистов экономических процессах крайне лаконичны.Известно, например, что в ряде чжоуских царств в VI в. до н. э. были проведены важные реформы, суть которых сводилась к изменению характера налогообложения и упорядочению централизованной администрации. По-видимому, основной целью реформ был учет вновь возникавших и, возможно, на первых порах ускользавших от внимания властей свободных от налогообложения земледельческих поселений. Речь шла о том, чтобы всех земледельцев обложить налогом в соответствии с количеством земли, находившейся в распоряжении каждого двора. Известно также, что уже в VI в. до н. э. крестьянская община в большинстве царств привычно делилась на дворы-домохозяйства и измерялась именно числом таких дворов. Этот факт косвенно свидетельствует о том, что дворы в деревне существовали в качестве независимых хозяйств и что одни хозяйства могли быть богаче других. Другими словами, малоземельные могли арендовать излишки у богатых либо батрачить на них. Косвенно о том же говорят встречающиеся в текстах упоминания о необходимости поимки беглых – с их уходом царство теряло тружеников и налогоплательщиков, – о мерах для улучшения условий жизни вдов, сирот, обездоленных (таких проблем в нерасчлененной традиционной патриархальной общине практически не бывает – они возникают с разложением этой общины).

Трансформация чжоуской структурыКонфуцианство и легизмПериод Чжаньго (“Борющиеся царства”, V-III вв. дон. э.)Империя Цинь (221-207 гг. до н. э.)

Трансформация чжоуской структуры

Итак, со второй половины Чуньцю, примерно на рубеже VII–VI вв. до н. э., в чжоуском Китае все заметнее становится процесс внутренней трансформации. Этот процесс протекал двумя основными потоками. С одной стороны, как о том только что шла речь, давала о себе знать тенденция к приватизации, тесно связанная с разложением общины. С другой – происходил заметный процесс дефеодализации, о котором стоит сказать подробнее.Дело в том, что масштабы дворцовых интриг, нередко приводивших к насильственной смене правителей, а также постоянные междоусобные войны царств и аристократических уделов-кланов не просто создавали обстановку дестабилизации, но и вели к внутреннему ослаблению чжоуских государств. Усиливавшиеся в связи с этим центробежные тенденции становились опасными для дальнейшего существования Китая, что наглядно подтверждалось расширением вмешательства во внутренние дела царств варварских племен, к помощи которых время от времени прибегала то одна, то другая из вовлеченных в конфликты сторон.. Реальная власть правителей ослабевала, о чем вскользь уже говорилось в связи с упоминанием о гегемонах: после первых двух остальные претенденты на это звание уже не имели достаточной для него силы. Словом, перед раздробленным и втянутым в постоянные феодального типа междоусобицы Китаем объективно встала жизненно важная задача – преодолеть децентрализацию. И эту задачу первыми поняли и стали всеми средствами пытаться решить правители царств. Главными средствами решения были два.Первое из них сводилось к укреплению внутренней администрации за счет ослабления уделов. С конца VII и тем более в VI в. до н. э. уделы перестали создаваться. В качестве объекта пожалования за услуги правители начали прибегать к условным должностным владениям, исчислявшимся точно фиксированным количеством поселений либо дворов-домохозяйств, доход с которых становился жалованьем за службу или наградой за подвиги и успехи. Те земли в царствах, которые находились под непосредственной юрисдикцией правителя, стали превращаться в уезды, управляемые назначенными из центра чиновниками. Система уездов, начало которой было положено в царствах Чу и Цзинь в VII в. до н. э., с VI в. стала общепризнанной. Она начала вводиться и в крупных уделах, а крушение того или иного удела в ходе внутренних усобиц теперь уже неизбежно сопровождалось его расформированием и превращением в группу уездов, подчиненных представителям централизованной администрации. Независимо от того, укреплялась ли власть правителя или дело шло к распаду царства на несколько частей, возглавлявшихся главами наиболее крупных уделов, которые превращались в независимые царства, уделы как таковые отмирали, а основой администрации царств, как старых, так и вновь создававшихся, становилась именно система уездов.Второе важное средство решения проблемы укрепления централизованной власти сводилось к ослаблению родовой феодальной знати, задававшей тон в удельных усобицах. Этому ослаблению способствовали сами воинственные аристократы, истреблявшие друг друга в бесконечных внутренних войнах. Но важно было не только воспользоваться истреблением знати, владетельных чинов и близких к ним по статусу высокопоставленных да-фу, но также и найти замену им. Ведь нельзя забывать, что именно цины и да-фу занимали все ключевые позиции в управлении царствами, причем именно им, родовой знати, по традиции принадлежало право на важнейшие административные должности. И вот здесь-то и вышли на передний план упоминавшиеся уже служивые-ши, низовой слой чжоуских социальных верхов.Принимая все чаще и все охотнее на службу этих ши, используя их в качестве чиновников и воинов-офицеров, правители царств открыли для себя преимущество опоры именно на такого рода ши. Ши были наемными работниками, они шли к правителю и верно служили ему, исполняя те должности, на которые он их назначал, и получая то жалованье, которое он им выплачивал, – будь то выдачи из казны или право на налоги с определенного количества поселений или дворов. Заложив основу слоя чиновников и офицеров из числа ши, правители стали со временем опираться именно на него. Представители ши назначались на должности руководителей вновь создававшихся уездов, они же занимали все более видные должности в системе центрального аппарата, вытесняя из него родовую знать. Взаимоистребление и общий упадок родовой знати объективно способствовали сравнительной безболезненности этого медленного процесса замены цинов и да-фу служивыми-ши. Соответственно менялись, а точнее, в известной степени возрождались критерии для оценки заслуг: не родовитость аристократа, а личные заслуги чиновника начали становиться основой для продвижения и успеха. Это вело к укреплению центральной власти и к преодолению феодальной децентрализации. Феодализм как социально-политическая система периода Чунь-цю уходил в прошлое, а дефеодализованная административно-бюрократическая структура выходила на передний план во всех царствах чжоуского Китая.В стране в целом создавалась принципиально новая политическая ситуация. Складывались условия для объединения царств. Вопрос был теперь в том, как и на какой основе можно объединить Китай, кто это может и должен сделать. Ведь формально продолжал существовать чжоуский ван, сын Неба, владелец мандата. Он все еще возглавлял Поднебесную, хотя не отличался ни особыми достоинствами, ни реальной властью, которую крепко держали в своих руках только что усилившиеся правители царств. Так кто же и каким образом мог объединить страну в этих условиях, да к тому еще и на легитимной основе Ответы на этот вначале общетеоретический вопрос давались разные. Собственно, именно с поисками наиболее подходящего, оптимального решения генеральной проблемы объединения страны были связаны те процессы, которые с рубежа VI–V вв. стали в центре идейно-философских споров в Китае.

 

ПерваяПредыдущая 1 2 3 4 Следующая > Последняя >>

uristinfo.net

трансформация чжоуской структуры; и возникновение империи. История Востока. Том 1

Несмотря на отчетливо выраженную этническую суперстратификацию, суть которой сводилась в момент завоевания к привилегированному положению завоевателей-чжоусцев, социальное, правовое и имущественное неравенство в раннечжоуском Китае были еще не слишком заметными. Конечно, особа правителя-вана была священной, и образ жизни его и его окружения соответственно выделялись на общем фоне. Это же касается, пусть в меньшей степени, и удельной знати. Но, если судить по первым документам об инвеституре и по археологическим раскопкам, отличия не были велики. Правители не слишком отличались в образе жизни от своих подданных, что, к слову, было позже запечатлено и в преданиях о мудрых древних правителях. Постепенно, однако, положение изменялось.

Усиливалось престижное потребление в верхах. Усложнялась структура привилегированных слоев как в чжоуских столицах, так и в разраставшихся уделах. Все большее количество сановников и аристократов, воинов-дружинников, а также обслуживавших их нужды ремесленников и слуг выделялось из среды общинного крестьянства и жило за его счет. Возникали новые города – центры уделов. Строились крепости, дворцы, храмы, амбары, склады, дороги и иные крупные сооружения. Внутренняя жизнь страны усложнялась, причем это касалось едва ли не в первую очередь и крестьянской общины.

Увеличивалось количество земледельцев, осваивались новые земли, создавались новые поселки, причем этот процесс, как упоминалось, шел параллельно с ликвидацией этнической и правовой грани между чжоусцами и нечжоусцами, с этнической консолидацией в рамках уделов, будущих царств, жители которых все более осознавали себя как люди царства Цзинь или Лу, как жители Сун или Ци. Менялись формы землепользования и налогообложения. В исконных чжоуских землях постепенно отмирала известная со времен Инь практика отработок на больших полях. В нечжоуских по происхождению уделах уходило в прошлое взимание дани. С Сюань-вана на смену тому и другому пришла десятина-чэ. Крушение Западного Чжоу и выход на передний план системы царств означали перенесение центра тяжести социально-экономического развития внутрь этих царств, где при общей схожести развитие в каждом отдельном случае приобретало свои особые очертания.

Субъектами власти-собственности в царствах были их правители. Но часть своих прерогатив они уступали владельцам уделов-кланов, которые ревниво заботились об увеличении своего престижного потребления, содержали при своих дворах ремесленников и торговых чиновников-агентов, осуществлявших производство и обмен изделиями, в том числе предметами роскоши. Судя по данным источников, в молодости такого рода торговым агентом был и знаменитый позже реформатор Гуань Чжун. С разрастанием количества привилегированного и незанятого в земледелии населения, с увеличением престижного потребления и общей массы избыточного продукта, концентрировавшегося в основном в городах, в чжоуском Китае стала ощущаться тенденция к индивидуализации потребления, к приватизации.

Эта тенденция, наиболее ощутимо проявлявшаяся среди социальных верхов и обслуживавшего их персонала, затронула также и общинное крестьянство, в среде которого шел процесс имущественного расслоения. Наделы – особенно на вновь освоенных землях – все чаще практически закреплялись за отдельными семьями, владевшими ими из поколения в поколение. Семейно-клановые группы дробились на малые семьи, которым выделялась их доля семейного надела. Если эта доля была мала, семьи, как уже говорилось, переселялись и осваивали новые территории, которые более прочно закреплялись за ними и их потомками. Видимо, этот процесс, шедший в VII–VI вв. до н.э. уже в достаточно широких масштабах, способствовал приватизации, т.е. индивидуализации потребления и частному рыночному обмену произведенной продукцией.

Среди древнекитайских источников, как и древнеиндийских, практически нет столь привычных для ближневосточной древности документов хозяйственной отчетности или юридических сделок, как нет и законодательного регулирования частноправовых и имущественных взаимоотношений, по меньшей мере до периода Хань. Частично это может быть объяснено характером самих отношений, частично – их сравнительно неразвитым уровнем. Может быть, здесь сыграла свою роль общая ориентация древнекитайского общества на этическую норму. Как бы то ни было, но данные об интересующих специалистов экономических процессах крайне лаконичны.

Известно, например, что в ряде чжоуских царств в VI в. до н.э. были проведены важные реформы, суть которых сводилась к изменению характера налогообложения и упорядочению централизованной администрации. По-видимому, основной целью реформ был учет вновь возникавших и, возможно, на первых порах ускользавших от внимания властей свободных от налогообложения земледельческих поселений. Речь шла о том, чтобы всех земледельцев обложить налогом в соответствии с количеством земли, находившейся в распоряжении каждого двора. Известно также, что уже в VI в. до н.э. крестьянская община в большинстве царств привычно делилась на дворы-домохозяйства и измерялась именно числом таких дворов. Этот факт косвенно свидетельствует о том, что дворы в деревне существовали в качестве независимых хозяйств и что одни хозяйства могли быть богаче других. Другими словами, малоземельные могли арендовать излишки у богатых либо батрачить на них. Косвенно о том же говорят встречающиеся в текстах упоминания о необходимости поимки беглых – с их уходом царство теряло тружеников и налогоплательщиков, – о мерах для улучшения условий жизни вдов, сирот, обездоленных (таких проблем в нерасчлененной традиционной патриархальной общине практически не бывает – они возникают с разложением этой общины).

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Титулы китайской знати — WiKi

Китайская цивилизация насчитывает свыше четырёх тысяч лет истории. Однако, в настоящее время, возможно достаточно чётко прочесть историю только последних трёх тысяч лет. До XX века — это монархическая держава, и за прошедшие столетия титулы и звания в Китае меняли своё название, значимость и значение не один раз. Говорить о какой либо стройности в соподчинённости и в соответственности возможно лишь со времён эпохи Чжоу. Но в последующие времена создавались новые звания и титулы, менялись значимость или отменялись вовсе старые. Также, с приходом новой династии могли возрождаться старые титулы, что вносило сумятицу в казалось бы стройный свод китайской служивой знати. Дополнительную трудность составляет перевод на европейские языки титулов и званий Китая. Учитывая, что в настоящее время сложно однозначно определить соответствие таких понятий как «император» — «царь» — «король» без жёсткой привязки к определённому временному отрезку и месту, то соответственно ещё сложнее говорить об продолжении этой цепочки понятиями «ван» — «ди» 帝. Например, понятие ван обозначает монарха в эпохи Шан и Чжоу, но начиная с Хань соответствует понятию «князь». Тем большую сложность составляет корреляция между китайскими и западными понятиями, выражающими аристократическое подчинение.

Эпоха Шан-Инь (1600—1027 гг. до н. э.)

В государстве Шан-Инь монарх носил титул «ван» (кит. 王), что в данном контексте традиционно переводится как «царь» либо оставляется без перевода. Формирование светской рабовладельческой аристократии происходило из окружения царя: сыновей, иных родичей, близких людей, подчинённых. Судя по количеству титулованной знати, упомянутой в гадательных надписях, всего существовало порядка двух сотен региональных владений, каждое из которых создавалось специальным указом вана.

Термин «хоу» (кит. 侯) изначально означал военачальника рода (племени), лучника. В период Шан-Инь он стал применяться для обозначения военачальников вана, которые им посылались для охраны пограничных территорий.

Термин «бо» (кит. 伯) имел значение «дядя»; теперь он стал означать «военачальник», «правитель области». По общественному положению бо был старше хоу, так как являлся правителем нескольких (или даже многих) хоу.

Термин «цзы» (кит. 子) имел значение «сын», потом стал обозначать сыновей царя. В надписях того периода данный иероглиф часто употребляется в значении управителя местности. Со временем иероглиф стал применяться для обозначения аристократического титула вне зависимости от того, был ли его носитель сыном царя, или нет.

Эпоха Чжоу

В XI веке до н. э. государство Шан-Инь пало, и на его месте образовалось царство Чжоу. Глава нового государства также стал именоваться ваном, высшие сановники нового царства получили титул гун (кит. 公), также в число высшей чжоуской аристократии входили и иные титулованные особы — хоу, бо, цзы, нань (кит. 男). Обычно это были правители издревле существовавших полуавтономных владений, а также те чжоусцы, что получили свои уделы непосредственно от вана. Из более поздних схем может сложиться впечатление, что существовала строгая иерархия титулов, но на самом деле стройная система отсутствовала, сами титулы с лёгкостью взаимозаменялись[1].

Постепенно число титулованной знати росло за счёт раздачи титулов, власть самого вана ослабевала, и в итоге территория Китая стала представлять собой конгломерат государственных образований, которые, хотя и признавали формальный сюзеренитет вана, но фактически являлись независимыми государствами. С утратой власти ваном приближенная к нему аристократия утратила своё былое положение. На смену её пришла новая рабовладельческая аристократия, которая пользовалась своим земельным фондом без санкции чжоуского царя. Понимая, что владение землёй является основой благополучия, она начинает вести борьбу за овладение землёй. В период Восточного Чжоу наследственная рабовладельческая знать лишилась своих родовых земельных владений.

Представителей новой земельной аристократии стали называть «дафу» (кит. 大夫), то есть «большими людьми». Они получали от правителей княжеств поселения и поля, причём земли им жаловались вместе с людьми. Постепенно «большие люди» образовали сильные семейные роды и сосредоточили в своих руках огромную власть. Они опирались на служилое сословие — «ши» (кит. 士).

Империя Цинь

В III веке до н. э. властитель царства Цинь — Ин Чжэн — захватил все остальные царства и объединил под своей властью весь Китай. Для себя и своих потомков он избрал новый титул — «хуанди» (кит. 皇帝), то есть «император». Все прежние аристократические титулы были уничтожены. Критерием знатности отныне стали богатство и государственные заслуги.

Империя Хань

Так как основатель империи Хань — Лю Бан — в ходе своей борьбы против циньской империи опирался на многих представителей доциньской родовой аристократии, то, придя к власти, он восстановил два высших древних аристократических титула, уничтоженных Цинь Шихуанди: титулы ван и хоу. Эти титулы были пожалованы соратникам Лю Бана, а также родственникам императорской семьи. Введённая Лю Баном практика пожалования земель титулованной знати создавала серьёзную угрозу единству империи. Не доверяя титулованной знати и крайне опасаясь её усиления, Лю Бан уничтожил почти всех бывших соратников, не принадлежавших к императорской семье.

Последующие императоры продолжили политику ослабления власти ванов и дробления их владений. Сила и мощь ванов были окончательно сломлены при У-ди: в 127 году до н. э. был издан декрет об обязательном разделе пожалованных владений между всеми наследниками аристократических домов, что привело их к дроблению и сразу резко уменьшило экономическую силу этой знати.

Троецарствие

В сильнейшем из образовавшихся после распада государства Хань трёх царств — царстве Вэй — была введена система из девяти титулов: ван, гун, хоу, бо, цзы, нань, сянь-хоу, сян-хоу, гуаньнэй-хоу.

Империя Цзинь

В империи Цзинь система титулов знатности была весьма сложной, и состояла из 18 разрядов, высшие шесть из которых носили традиционные названия ван, гун, хоу, бо, цзы и нань.

Эпоха южных и северных династий

Империя Суй

Основатель империи Суй установил девять аристократических титулов: го-ван, цзюнь-ван, го-гун, цзюнь-гун, сянь-гун, хоу, бо, цзы, нань. Его сын оставил только ван, гун и хоу, отменив всё остальное.

Империя Тан

При империи Тан в 637 году был составлен свод-перечень аристократии, включавший 293 фамилии и 1654 семьи (впоследствии периодически уточнялся и пополнялся). Обладание титулом знатности обуславливалось лишь происхождением (за исключением ситуации, когда титул жаловался императором члену данного рода впервые).

Все братья и сыновья императора (за исключением наследника престола) получали титул «циньван» (кит. 亲王). Сыновья наследника престола получали титул «цзюньван» (кит. 郡王). Сыновья циньванов, которым предстояло унаследовать удел, получали титул «сыван» (кит. 嗣王), остальные — при наличии особого расположения к ним императора — также могли получить титул цзюньван, но обычно получали титул «цзюньгун» (кит. 郡公). Дети и внуки, наследующие владения сыванов и цзюньванов, получали титулы «гогун» (кит. 国公).

Империя Сун

Система аристократических титулов времён империи Сун в целом соответствовала образцам империи Тан.

Империя Юань

Империя Мин

При империи Мин титулы знатности примерно соответствовали танским образцам.

В частности, расселенные по разным городам империи сыновья императора Хунъу и их прямые наследники по старшей мужской линии носили титул ван. Например, шестой сын императора Хунъу, Чжу Чжэнь, поселенный в Учан, стал родоначальником линии Чуйских ванов.

Империя Цин

При империи Цин бытовала довольно сложная система титулования, различные титулы могли даваться представителям разных национальностей. На вершине аристократической пирамиды находились маньчжуры, четырьмя высшими титулами (после императора) были циньван, цзюньван, «бэйлэ» (кит. 贝勒), «бэйцзы» (кит. 贝子).

Примечания

  1. ↑ «История Китая» п/ред. А. В. Меликсетова, Москва, Издательство Московского университета, 2002, стр.38

Источники

  • История Древнего мира. Древний Восток. Индия, Китай, страны Юго-Восточной Азии. / Под ред. А. Н. Бадак, И. Е. Войнич, Н. М. Волчек и др. — Мн.: Харвест, 1999. — ISBN 985-433-232-2.
  • История Китая. / Под ред. А. В. Меликсетова. — М.: издательство Московского университета, 2002. — ISBN 5-211-04413-4.
  • Уголовные установления Тан с разъяснениями (Тан люй шу и). Цзюани 1—8. Введение (автор — В. М. Рыбаков). — СПб.: Петербургское Востоковедение, 1999. — ISBN 5-85803-113-7.
  • Бокщанин А. А., Непомнин О. Е. Лики Срединного царства: Занимательные и познавательные сюжеты средневековой истории Китая. — М.: издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2002. — ISBN 5-02-018123-4.

ru-wiki.org

Лекция - Социально-политическая структура Древнего Китая

Хар-ая черта древнекитайской политической мысли : она рано выделилась из религиозно-мифологической литературы и поставила в центр изучения организацию государства, проблемы взаимоотношения человека с обществом. Своего расцвета политическая мысль достигла во второй половине I тысячелетия до н.э. В это время сформировались основные политические учения Древнего Китая.Среди них: конфуцианство, моизм, легизм, даосизм. Особенно велико значение политического наследия Конфуция (551-479 гг. до н.э.). Это единственная цивилизация на Земле названная именем конкретного человека. Учение Конфуция пронизано ностальгией по золотым древним временам, когда государь – правитель, почитавшийся народом как самый добродетельный и мудрейший человек, имел обыкновение избирать себе в преемники самого добродетельного и мудрого из своих подчиненных. Все, о чем писал и чему учил Конфуций, опиралось на мудрость древних китайских обычаев… Признавая божественную и естественную стороны происхождения власти, учитель Кун свой главный интерес видел в том, как обустроить жизнь людей, обеспечить мудрый и справедливый порядок в государстве. Этот порядок предполагает пять разнородных отношений: властителя и подчиненных, мужа и жены, отца и сына, старшего брата и младшего, друзей. В первых четырех должно быть повеление, с одной стороны, и полное подчинение, с другой. Властвовать следует справедливо и с благоволением, подчиняться же правдиво и искренне. В дружбе же руководящим принципом должна быть обоюдная добродетель. Конфуций пытался восстановить весь комплекс сложившихся веками обычаев, определявших каждый шаг китайцев “ли”, пример же в их исполнении должны были показывать высшие и средние чиновники. Характерно, что он достаточно скептически относился к попыткам управления посредством создания новых жестоких законов. Таким путем можно вызвать страх, но не достигнуть нравственного обновления. Следование ритуалу, обычаю позволяло, по его мнению, избежать насилия и острых социальных конфликтов. Конфуций также обращал внимание на важность использования принципа “исправления имен”: приведения обозначения различных статусных групп общества в соответствии с их реальностью. Одним из видных представителей школы легистов считается Хань Фэй-цзы Если попытаться сжато сформулировать идеи Хань Фэй-цзы, то можно сказать, что он предлагал управлять при помощи законов, утверждающих абсолютную власть правителя. Благодаря ему в политическую мысль и науку вошло правило (тезис) о том, что “Закон, власть и политическое искусство – три главные составляющие эффективного управления государством После II в. до н.э. официальная идеология Китая стала совмещать в себе, как принципы легизма, так и конфуцианства. Древний Китай – крупнейший очаг цивилизации и культуры мирового значения – в течение веков сохранял относительную замкнутость, нерасчлененность своих социально-экономических структур, политических институтов, а также патриархальный характер общественных отношений, семьи и быта, особый менталитет.

 

 

www.ronl.ru


Смотрите также