Реферат: Быт древних японцев. Регламентация ее истоки и результаты. Быт древней японии


Традиции и быт Японии - История и культура Японии

Японский дом:

В Японии в средние века сложилась конструкция традиционного японского дома. Это был деревянный каркас с тремя подвижными и одной подвижной стеной. Они не являлись опорой и могли свободно сниматься. В теплое время года в качестве стен использовали решетчатые конструкции, оклеенные полупрозрачной бумагой; в холодные же сезоны - деревянные панели. Так как влажность в Японии очень велика, дома приподнимались над землей примерно на 60 см. Дом стоял на опорных столбах с каменными основаниями. Каркас здания был легок и гибок, что уменьшало разрушительную силу при землетрясениях. Кровля, черепичная или тростниковая, с большим навесом, под которым располагалась веранда. Все детали последней тщательно полировали, чтобы предохранить от воздействия влаги. Вокруг дома разбивали сад, символизирующий единство человека и природы.

Обычно дом делился на две части: жилую комнату и помещение при входе, хотя размер, количество и расположение комнат можно было регулировать с помощью внутренних перегородок. Важная часть жилой комнаты - небольшая ниша, устроенная в неподвижной стене, в которой висел свиток живописи и стоит букет цветов. Место рядом с ней считалось самым почетным в доме. Пол в таком жилище деревянный, покрыт специальными циновками. На полу и сидели, и спали - на матрацах, которые днем убирали в стенные шкафы. А вообще, в доме почти не было мебели.

Японская кухня:Традиции японской кухни насчитывают 1500 лет. Основу современной японской кухни составляют овощи (капуста, огурцы, редис, репа, баклажаны, картофель, соя, различные виды бобовых), рис, рыба, дары моря (моллюски, трепанги, осьминоги, крабы, креветки, морские водоросли). Почти совсем не популярны жиры, сахар, мясо, молоко.

Мясо и молоко в меню японца были допустимы примерно до конца VII века. Но с тех пор как буддизм стал одной из основных религий (VIII в.), в стране были введены жесткие ограничения на животные продукты. Именно тогда на столах обеспеченных японцев появилось первое подобие суси (мы произносим как суши) - рисовых колобков с кусочками сырой рыбы.

Три следующие века Япония находилась под сильнейшим влиянием Китая. Именно оттуда пришло искусство приготовления тофу. Это сыр, приготовленный в основном из соевого белка и напоминающий по виду творог. Почти повсеместное блюдо на завтрак. Китай был родиной и соевого соуса сею. Из Китая же в IX веке к японцам пришло пристрастие к зеленому чаю. Подобно китайцам, японская придворная знать того времени ест за столом и сидит на стульях. Все пользуются ложками, правда японского типа. Это как бы приобщает их к более высокой в то время китайской культуре. Но придворные становились не столько гурманами, сколько обжорами, к обычному для страны двухразовому питанию они добавили многочисленные промежуточные закуски и чаепития.

В Х веке появляются национальные предметы кухонной утвари - пиалы для каждого вида еды (чая, риса, супа), палочки. Все приборы являлись сугубо личными, но пиала для чая могла быть общей, что сближало людей, сидящих за столом. Из обихода снова - и теперь уже надолго - исчезают стулья, более высокие столы и ложки.

В 1185 году правительство страны перебралось в Камакуру, где царил суровый, даже аскетичный образ жизни воинов-самураев. Дзэн-буддизм самураев требовал гораздо более скромного и здорового питания. Буддийская вегетарианская кухня, перенятая в китайских монастырях, стала типичной для того времени. Широкое разнообразие вегетарианских блюд компенсировалось тем, что подавали такие блюда маленькими порциями.

В XV веке опять меняется структура японского обеда. К основному блюду - рису - подаются дополнительные: суп, маринады. Этому периоду присуща излишняя роскошь угощения. Изобилие дополнительных блюд должно было достигать таких количеств, чтобы невозможно было съесть все сразу. Горячие блюда остывали и теряли свой вкус и привлекательность, по этой причине опять произошла реформа 'искусства стола', и получила дальнейшее развитие чайная церемония. Она превратилась в своеобразный ритуально-философский мини-спектакль, в котором каждая деталь, предмет, порядок вещей имели свое неповторимое значение.

Чайная церемония:Чай завезли в Японию из Китая в VII веке. В Китае его ценили как лекарственное растение, помогающее от усталости, болезни глаз, ревматизма. Потом, как утонченное времяпрепровождение. Но такого культа чая, как в Японии, пожалуй, не было ни в одной стране. С чайной церемонией японцев познакомил японский монах Эйсай, основатель монастыря в самурайской резиденции в Киото при поддержки самого императора.В XVI веке в самурайских кругах вошла в моду игра - "чайное соревнование". Чай привозили из разных мест. Выпивая чашку чая, участники должны были определить его родину. С тех пор чай полюбился японцам, чаепитие вошло в обычай. Появились постоянные чайные плантации в районе Удзи возле Киото. До сих пор лучшие сорта чая в Японии собирают в Удзи.С XV века японские монахи осваивают технику чайного ритуала, а в следующих веках она достигает совершенства. Чайная церемония становится искусством воплощения изящества Пустоты и благости Покоя (тя-но ю). В свою очередь этот ритуал породил такие искусства, как икэбана, стиль керамики в духе ваби, японские сады, оказал влияние на фарфор, живопись, интерьер японского дома. Чайный ритуал повлиял на мироощущение японцев, и, наоборот, мироощущение японцев XVI века вызвало к жизни стиль ваби, определив размеренный уклад жизни, вкусы, психический склад японцев. Японцы говорят, что всякий, кто хорошо знаком с чайной церемонией, должен уметь регулировать свое поведение во всех случаях жизни с легкостью, достоинством и изяществом. Японские девушки перед замужеством брали уроки тя-но ю, чтобы приобрести красивую осанку, изящные манеры.Существуют различные школы Искусства чая. Характер чайной церемонии во многом зависит от повода встречи и от времени года. Участники одеваются в спокойные тона: в однотонные шелковые кимоно и специальные белые носки, предназначенные для деревянной обуви. У каждого небольшой складной веер. Весь ритуал делится на два действа.

Первое действо.Гости (как правило пять человек) сначала в сопровождении хозяина следуют по специальной дорожке сквозь полумрак сада. Чем ближе к чайному дому, тем более они отдаляются от суетного мира. Подойдя к небольшому бассейну с прозрачной водой, омывают руки и рот. Вход в чайный дом низкий, и гостям приходится буквально вползать через него, смиряя свой нрав.

Небольшой по размеру чайный дом разделен на три части: чайную комнату, комнату ожидания и подсобное помещение. Н.С.Николаева в "Японских садах" прекрасно описала эту церемонию: "Низко наклоняясь, один за другим, они проходят в дверь, оставляя обувь на специальном камне. Последний из вошедших задвигает дверь. Хозяин появляется не сразу. Гости должны привыкнуть к освещению комнаты, внимательно рассмотреть висящую картину, оценить утонченную прелесть единственного цветка, внутренне почувствовать, угадать подтекст церемонии, предлагаемой хозяином. Если в нишу помещен свиток каллиграфии, исполненный каким-либо методом, то и роспись чашки будет отмечаться такими же свойствами. Отзвуком нежных линий осенних трав в букете окажется тонкая изысканность рисунка на керамическом блюде.Только после того, как гости освоились с обстановкой, появляется хозяин и глубоким поклоном приветствует гостей, молча садится напротив них, у жаровни, над которой уже заранее подвешен котелок с кипящей водой. Рядом с хозяином на циновке расставлены все необходимые предметы: чашка (самая драгоценная реликвия), коробочка с порошком зеленого чая, деревянная ложка, бамбуковый венчик, которым сбивают чай, залитый чуть остуженным кипятком. Тут же стоят керамические сосуды - для холодной воды, для ополаскивания и другие предметы; все старинное, но безукоризненно чистое, и только ковш для воды да льняное полотенце новые, сверкающие белизной."

Входя в чайную комнату, где стоит жаровня для чайника, гость вежливо кланяется. Затем, держа перед собой складной веер, выражает восхищение висящим в нише свитком. Закончив осмотр, благодарные гости садятся и приветствуют хозяина.Все стадии ритуала проходят в строгом порядке. Присев, гости приступают к сладостям. Затем хозяин приглашает их в сад. О начале церемонии возвещает гонг - пять и семь ударов. После гонга гости покидают сад и возвращаются в чайную комнату. В комнате теперь светлее, отодвинута бамбуковая штора за окном, а вместо свитка в нише - ваза с цветком. Хозяин вытирает чайницу и ложку специальной тканью и моет мешалочку в горячей воде, которую наливает из чайника ковшом. Затем кладет три ложки предварительно растертого в специальной фарфоровой ступке порошкообразного зеленого чая в чашу, заливает ковшом горячей воды и взбивает чай мешалочкой, пока чай слегка не загустеет. Все движения рук, корпуса, особые, поистине церемониальные, при этом лицо строгое и неподвижное. Конец первого действа.Крепкий зеленый чай готовится из молодых листьев чайных кустов в возрасте от двадцати до семидесяти и более лет. Норма закладки чая в среднем - 1 чайная ложка порошка чая на 200 граммов воды. Важной особенностью японского способа является то, что не только чайник, но сама вода для заваривания чая должна быть от семидесяти до девяносто градусов. Время заваривания при этом не выходит за пределы 3 - 5 минут.

Действо второе.Главный гость кланяется, ставит чашу на ладонь левой руки, поддерживая правой. Размеренным движением рук, чашка медленно подносится ко рту. Сделав небольшой глоток, оценивает вкус чая; делает еще несколько глотков, вытирает пригубленное место специальной бумагой и передает чашу следующему гостю, который после нескольких глотков отправляет ее дальше, пока, пройдя по кругу, чаша не вернется к хозяину.На вкус чай чрезвычайно терпок. Его концентрация соответствует примерно 100 - 200 граммам сухого чая на 500 граммов воды. Но в то же время такой чай очень ароматен. Присутствию в чае аромата японцы придают решающее значение. За весь круг чашка выпивается полностью и эта процедура должна занимать не более десяти минут. Разговоров во втором действе не ведется и все сидят в чинных позах, в строгих парадных одеяниях. Финал. В целом, сам процесс чаепития представляет собой весьма длительную церемонию, происходящую целиком на глазах ее участников.Таким образом, чай по-японски представляется не как гастрономическая реальность, а как ритуальное групповое действо, имеющее глубокие историческо-философские корни общенациональной японской культуры и является одним из видов искусства Японии.Сформировавшаяся в XVI веке философия "Пути чая" (тядо), в настоящее время становится все больше популярной в Америке и Европе. Причину такой популярности тядо автор известной на Западе книги "О пути чая" К. Игути объясняет тем, что "люди устали от механической цивилизации и бешеного ритма жизни. А когда жизнь становится слишком беспокойной, суетной, мы ищем успокоения, свободы для души. Если будем следовать этикету, то поведение, манеры человека уравновесятся, к нему вернется ощущение красоты. Вот почему нашему времени не обойтись без Пути чая".Существуют четыре основных правила чайной философии по Рикю, прославленного мастера чайной церемонии XVI века: Гармония, Почтительность, Чистота и Спокойствие.

Гармония.Гармония - это сама атмосфера чайной церемонии. Когда вы подходите к чайному домику, видите мшистые камни, заросший водоем - вольную природу, которой человек не навязал себя. Чайный дом с соломенной крышей, подпорками из неотесанного дерева или бамбука - естественное продолжение сада. В комнате полумрак: низкая крыша почти не пропускает света. Ни одного лишнего предмета, ни одного лишнего цвета. На полке в чайной комнате стоят кувшин с водой, подставка для черпака, чашка для воды. На всем патина старины, дыхание вечности. Время как бы остановилось. Только ковш из срезанного бамбука и свежая полотняная скатерть. Вся обстановка призвана отвлечь вас от повседневности, привести дух в состояние умиротворенности, равновесия.

Почтительность.Почтительность предполагает чистосердечные, добрые отношения между людьми. Чайный дом - не только обитель простоты и естественности, но и обитель Справедливости. Почтительность предписывает, чтобы все чувствовали себя равными и знатный не кичился своей знатностью, а бедный не стыдился своей бедности. Тот, кто входит в чайную комнату, должен преодолеть в себе чувство превосходства.

Чистота.Чистота должна быть во всем: в чувствах, в мыслях. Истоки культа чистоты восходят к обряду Великого очищения.

Спокойствие.Спокойтсвие предполагает полный покой, внешний и внутренний, уравновешенность, безмятежность. Недаром иероглиф дзяку (спокойствие) переводят как нирвана.Конечно, чайная церемония в Японии - не ежедневный ритуал, а японцы пьют чай чаще, чем совершают описанное выше чайное действо. В этих случаях они предпочитают зеленый чай, а не черный, который широко распространенный у нас, но в повседневной жизни употребляют иногда и его. Примечательно и то, что, японцы, как и китайцы, пьют чай в течении дня, до еды, тогда как мы его пьем после еды. Ну а во всем остальном мы мало чем отличаемся от японцев!

Самураи:Самурая появились в Японии во времена средневековья. То есть японские самураи - это почти то же самое, что европейские рыцари, самураи считали только военное дело достойным благородного человека. Однако есть разница между европейским рыцарем и японским самураем. И эта разница - в кодексе поведения самурая, сборнике правил и традиций, который называется Бусидо.Бусидо утверждает, что главная, и единственна, цель самурая - служить хозяину. Именно так и переводится слово "самурай" -"служить великому человеку". Воин, воспитанный в духе бусидо, должен был сам оценивать свои поступки, решать, что правильно, а что не, и сам себя наказывать.

Из бусидо происходит и самый знаменитый обряд японских самураев -легендарное харакири. Собственно харакири - это самоубийство. Самурай должен был покончить с собой, если нарушил правила чести, смыть кровью позор. Но не только: поскольку служить хозяину - главная цель, то в случае гибели хозяина самурай тоже должен был совершить харакири. Кстати, именно за такое варварство этот обряд запретили.

Бусидо - это не книга правил, его изучали не по учебникам. В основном бусидо существует в виде легенд о самураях, которые правильно вели себя. И кстати, согласно этой традиции самурай должен был не только воевать, но и учиться.

Барабаны Тайко:Японские барабаны "тайко" - инструменты древние. Существуют они уже более десяти веков. На изготовление барабанов идут деревья, которым не менее пятисот лет. У ствола выдалбливают сердцевину, придают ему форму барабана, а затем натягивают специально выделанную кожу. Кстати, именно от ее выделки зависит сила звука. А высота звучания барабана регулируется с помощью креплений. Такая тщательная работа над звуковыми возможностями инструмента вполне объяснима. В старину с помощью тайко японцы обращались к богам. Сегодня многие виды японских театров по-прежнему используют их, кроме того тайко играют значительную роль в национальных фестивалях.

Традиционные костюмы:Кимоно (традиционная женская японская одежда) имеет двухтысячелетнюю историю.

В Японии очень любят традиции, вот и одевались они согласно установленным правилам: сначала обматывали бёдра тканью, затем надевали светлый обтягивающий халат, поверх него- цветочный халат, следом- кимоно и куртку, а украшали всю эту конструкцию поясом. Количество поясов на талии японцев всегда было семь, на спине их завязывали в изящный бант, напоминающий бабочку, севшую отдохнуть. Природа и животные на особом месте у японцев, они не любят различные украшения, но зато богато вышивают свою одежду, используя образы деревьев, цветов, сказочных чудищ и драконов.В наши дни кимоно мало кто носит, пожилые люди - довольно часто, но молодежь одевает кимоно только по специальным случаям, например, на фестиваль или свадьбу в часовне (эти кимоно обычно белые и очень дорогие).

По рукавам кимоно можно судить о возрасте женщины и ее материальном достатке. Девушки или девочки носили разноцветные кимоно с длинными, свободными рукавами (такие кимоно называются фурисоде). Замужние женщины носили кимоно с более короткими рукавами.

Летнее кимоно называется юката. В основном юката темно-синего или белого цвета, но девушкам и девочкам больше нравится носить яркие юката с узором из цветов.

vision7.ru

Необычный быт японцев / Всё самое лучшее из интернета

Жизнь современных японцев очень сильно отличается от жизни европейцев или американцев. Они живут в необычных домах, пользуются необычными туалетами, да и весь их быт кажется весьма необычным. Пишет блогер Gavailer: Страна восходящего солнца влюбляет в себя с первого дня. Один мой коллега несколько лет назад бросил работу в Люфтганзе, чтобы продлить свой трехнедельных отпуск в Японии. В итоге пропутешествовал по стране несколько месяцев пока не закончились деньги. Из стран, где я успел побывать, Япония по интересности теперь на первом месте. Давайте обо все по порядку. Существует заблуждение, что Токио – первый в мире город по плотности населения. На самом деле это не так. Плотность населения, например, Парижа в 3 раза выше чем Токио. Объясняется это тем, что Токио находится в сейсмичной зоне, где в среднем происходит 73 землетрясения в месяц, поэтому и застраивался на большой площади. Если продолжить сравнение с Парижем, то по численности населения столица Японии в 6-7 раз больше, а по площади города — в 20. Жильё в Токио — это абсолютная роскошь. В среднем квартира токийца занимает площадь 30 квадратных метров. Так выглядела комната в квартире немецко-японской семьи, где я жил несколько дней. Японский домофон. Можно сказать, парадная с мини-библиотекой. А это капсула в капсульном отеле. Внутри можно сидеть, есть телевизор, радио, лампочка и вентиляция. Будете в Токио, обязательно попробуйте этот вид жилья, абсолютная экзотика для европейца.Проживание дешевое. Эти капсулы расположены в таком зале. Кстати, в Токио люди живут даже в интернет-кафе. Можно просто снять комнату за 20 евро в день и жить на пространстве 2 квадратных метра. Помимо компьютера и интернета в таких местах есть душ, торговые автоматы, стиральные машины — для кого-то очень удобно. Всего в Токио около 5500 таких жителей интернет-кафе. Комфортабельные капсулы предлагаются и в аэропорту. Примерно 30 евро за 9 часов. Так выглядела еще одна токийская квартира, где я останавливался. Перейдем к ванной комнате. У японцев есть также многофункциональные ванные кабины — чудо-техники с выделенным климат-контролем. В этой кабине вода включается на пол. Эта же кабина служит сушильной кабиной для белья. Настройка температуры. Кухня. Рассказывая про Японию, просто невозможно не упомянуть про их туалеты. Они просто лучшие в мире: самые умные, комфортные и удобные. Электронный японский унитаз с пультом управления. Сверху над бачком небольшая раковина, где автоматически включается вода, можно руки помыть. Тут вам и подогрев, и музыка, и омывательная система, и обдув. При нажатии на соответствующую кнопку, выезжает трубочка, из которой под напором начинает бить струйка воды. Иногда напор и температуру можно регулировать. Просто фантастика! При чем такие унитазы встречаются и в общественных местах. Есть унитазы с автоматической очисткой после каждого клиента, а есть с бумажными подложками. Их можно положить по-разному. Каждый сам решает, как правильно. Японский «тройник». Гаражи. И многоэтажные парковки. В Токио живет 461 тысяча миллионеров, у которых на счету в пересчете больше 1 млн. евро. К повседневной жизни и будням токийцев безусловно относится общественный транспорт. А также заведения общепита c пластмассовой едой на входе. И бесконечные возможности для шоппинга. Эпицентром магазинов электроники в Токио является Akihabara. Одна из крупнейших торговых зон в мире. Японцы просто с ума сходят по играм в игровых автоматах. Если я ничего не путаю, то это лоттерейный киоск. Посмотрите на его обувь! Красивые знаки. Пешеходный переход. Стоять и двигаться на переходе нужно справа, несмотря на левостороннее движение автомобилей. Автомобили полиции и пожарной охраны. Еще городские детали.

klikabol.com

Быт древних японцев. Регламентация ее истоки и результаты

Министерство образования Российской Федерации

КГТУ

Кафедра: этики эстетики и культуры

РЕФЕРАТ

Быт древних японцев. Регламентация ее истоки и результаты

Выполнил:

Студент

Проверила:

Преподаватель

Ковтун Н.В.

2003г

ВВЕДЕНИЕ. 3

1.Культура и быт древнего японского общества. 4

2.Японское мировоззрение. 7

3.Культ поклонов и извинений. Японская вежливость. 10

4.Некоторые особенности современного японского делового этикета. Проявления “долга чести”. 13

5.Воспитание детей. 16

6.ЗАКЛЮЧЕНИЕ. 18

7.СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ.. 19

Японская культура в своих истоках принадлежит к старейшимкультурам человечества. Зародившись в эпоху неолита (VIII тыс. дон.э.), она развивалась непрерывно на единой территории. Остров-ное положение создало для страны специфические условия.Не подвергаясь на протяжении древности и средневековья внешнимвторжениям, Япония избежала и опустошительного монгольскогонашествия, которое значительно затормозило темпы историческогоразвития других восточных государств.

Вступление Японии в эпоху феодализма связано с активизациейконтактов с Китаем и Кореей, оказавшим воздействие на духовнуюжизнь страны. Чужие, но переосмысленные по-своему достижениясодействовали созданию подлинно Японского художественногостиля, порой более завершенного в своих проявлениях, чемвдохнувшие в него жизнь иноземные прообразы.

Японцы с древнейших времен постигли искусство использовать минимальное пространство с максимальной экономностью и целесообразностью. Необходимость частых перестроек и реконструкций зданий, забота о самоустойчивости содействовали раннему возникновению стандартных элементов, конструктивной четкости соотношения всех частей любого сооружения.

Открытость японцев новому, готовность и способность заимствовать внешние приметы современного образа жизни не мешают им бережно сохранять самобытность своего внутреннего мира, своеобразие своей духовной культуры. Происходящие перемены, нововведения неизбежно приобретают здесь такой характер, который наиболее соответствует традиционному контексту — образу жизни, представлениям, формам выражения. Как пишет американский наблюдатель Р. Халлоран, “западное влияние изменило лицо Японии, но не проникло в души японцев”. Действительно, во всех сферах жизни японцам удаётся умело проводить принцип “вакон ёсай”, смысл которого состоит в твёрдой установке: заимствуя иностранное, не позволять ему поколебать внутренних устоев своего образа жизни. Как прямые заимствования, так и определяемые временем и обстоятельствами необходимые изменения накладываются на существование прочных и устойчивых, сознательно хранимых норм и представлений традиционной культуры. Это единство самобытного и заимствованного с полной и естественной ассимиляцией чужого в своё (а не своего на чужой образец), единство традиционного и архисовременного обеспечивают жизненность японского искусства, его приспособляемость и выживаемость перед лицом самого активного вторжения чужих культур и художественных образцов.

Опыт Японии одновременно показателен и поучителен тем, что японцы всем строем своего жизненного уклада во многом как бы опровергают распространённое мнение о том что научно-технический прогресс необратимо отдаляет человека от самого себя и от природы, ибо они показывают возможность гибкого и умелого сочетания нового и старого, как в содержании, так и в форме, являют вдумчивое умение вписывать традиции в современность, не изменяя первым и не игнорируя последней.

О существовании древней культуры Японии долгое время ничегоне было известно. Лишь в начале XX столетия археологиобнаружили в разных частях страны следы неолитическихпоселений. Наиболее ярко особенности художественного мышлениятой эпохи продемонстрировали керамические сосуды, восходящие кVIII - середине I тысячелетия до н.э. Типичный для них орнамент,напоминавший след соломенного жгута, послужил основойнаименования всей культуры неолита на территории Японии -Дземон(след веревки).

Самые ранние остродонные, грубо вылепленные сосудыпримитивной конусообразной формы, восходящие к VIII - серединеIV тысячелетия до н. э., служили утилитарным целям. С серединыIV до середины II тысячелетия до н. э. произошло значительноеусложнение форм сосудов. Появились светильники, кубки и котлы,употреблявшиеся уже и для торжественных жертвоприношений.Увеличились почти дометровой высоты размеры многих сосудов. Часть из нихпревратилась в неподвижные предметы культа, предназначенныедля созерцания. Исполненные безудержной фантастики имонументального величия, подобные сосуды были для человека тоговремени как бы малой моделью мироздания, воплощением стихийобитаемых им вулканических островов.

С конца II тысячелетия до н. э. сосуды становятся проще и ути-литарнее. Уменьшаются их вес и размер, появляются лощение иокраска. Все это свидетельствует о том, что на стадии переходак бронзовому веку ритуальная керамическая утварь утратила свойуниверсальный магический смысл, уступив место другим видамискусства. С началом земледелия и олицетворения магических сил,охраняющих посевы, возникли керамические фигурки идолов -догу. Эти фигурки условно передавали черты человеческого иживотного облика и были покрыты магическим орнаментом -зигзагами, дисками, треугольниками.

Новый этап в истории Японии начался во второй половине I тыся-челетия до н.э., когда на территории островов Хонсю и Кюсю сло-жился ряд крупных родоплеменных союзов. Отрезок времени с Vвека до н. э. по IV век н. э. получил условное наименование Яей.Племена Яей - пришельцы из Азии, оттеснившие коренноенаселение к северу,- были носителями более высокой культуры.Они освоили рисосеяние, животноводство и ткачество, выплавкумеди и бронзы. Керамика типа яей - вазы, чаши,кувшины, блюда и кубки,- изготовленная на гончарном круге иобожженная при высокой температуре, отличается легкостью,простой и функциональностью форм, графической ясностьюстрогих геометрических узоров - полос зубчатых и волнистыхлиний.

Архитектурное мышление периода Яей определилось ритмамижизни сельскохозяйственной общины. В первых веках нашей эрыскладывается тип поселений с иерархическим порядкомраспределения построек. Стиль "адзэкура", возникший от слова"кура" (житница), положил начало длительной архитектурнойтрадиции. Приподнятые на сваях бревенчатые амбары приобрелизначение священного места в поселении. Перед ними нарасчищенной площадке совершались сельскохозяйственные обряды.

Российский психолог Б.Кочубей, обобщая данные зарубежных исследований, которым положило начало учение голландского психиатра Ван Хевена о функциональной специализации полушарий головного мозга, отмечает, что у представителей дальневосточных культур — японцев, китайцев, корейцев, пользующихся иероглифическим письмом, — во многих видах деятельности левое и правое полушария головного мозга одинаково активны или же доминирует правое, “ответственное” за целостное, конкретное восприятие объекта. У европейцев и американцев те же виды работы осуществляются с доминированием левого, логического. Таким образом, существуют условно именуемые западный и восточный типы мышления.

Синто, это древнее мировоззрение, возникшее и развившееся на самобытной японской основе, вне китайского влияния, глубоко укоренившееся в сознании японцев, определяет характер их восприятия мира. Именно в синто лежат истоки японского национального самосознания, ибо смысл его — в утверждении самобытности японского народа.

В японской эстетике требования к профессионализму художника очень высоки, и искусство строится на соблюдении самых строгих законов, отнюдь не отказываясь от которых оно входит в жизнь. В японском искусстве именно искусное создание часто и создаёт впечатление самой естественной простоты. Ради художественного канона художник мог отказаться от передачи в искусстве своей индивидуальности, но не от уровня профессионализма художественного выражения. Таким образом, растворение искусства в жизни означает не снижение уровня профессиональных образцов художественной деятельности, а приближение любой деятельности к уровню и значению художественной.

ЧАЙНАЯ ЦЕРЕМОНИЯ

Чайная церемония, занимая своё место в системе дзэнских скусств (тядо — дословно “путь чая”, искусство чайной црермонии), выражает традиционный подход к пониманию соотношения жизни и искусства. Торжественный ритуал чаепития — тя-но ю — имеет как бы два пласта смысла и организации. Во-первых, это, может быть, самое яркое выражение стремления японца найти, выявить и представить, выразить прекрасное в обыденном, соединить искусство с повседневной жизнью. Отъединённость — основное настроение чайной церемонии, которое создаётся единством требований чистоты (сэй), тишины (дзяку), гармонии (ва).

К XVI веку чайная церемония сложилась в настоящее искусство, в котором, как во всяком искусстве, большое значение стало придаваться выразительности формы всех предписываемых действий, всех элементов церемонии. Процедура чайной церемонии, её содержание и смысл, устройство чайного домика (тясицу) отражали основные идеи дзэн. Своеобразный, чисто японский тип архитектуры нашёл в тясицу своё характерное выражение. Насчитывается около ста типов чайных домиков — от имитации простой сельской хижины до богато украшенного павильона.

В европейском варианте чайной церемонии существует сокращённый её вариант, носящий более условный характер. Чайная церемония в таком варианте всё более теряет своё глубокое философско-эстетическое содержание и приобретает форму просто престижного (экзотического) проведения досуга.

mirznanii.com

Быт древних японцев. Регламентация ее истоки и результаты

Министерство образования Российской Федерации

КГТУ

Кафедра: этики эстетики и культуры

РЕФЕРАТ

Быт древних японцев. Регламентация ее истоки и результаты

Выполнил:

Студент

Проверила:

Преподаватель

Ковтун Н.В.

2003г

ВВЕДЕНИЕ. 3

1. Культура и быт древнего японского общества. 4

2. Японское мировоззрение. 7

3. Культ поклонов и извинений. Японская вежливость. 10

4. Некоторые особенности современного японского делового этикета. Проявления “долга чести”. 13

5. Воспитание детей. 16

6. ЗАКЛЮЧЕНИЕ. 18

7. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ.. 19

ВВЕДЕНИЕ.

Японская культура в своих истоках принадлежит к старейшимкультурам человечества. Зародившись в эпоху неолита (VIII тыс. дон. э.), она развивалась непрерывно на единой территории. Остров-ное положение создало для страны специфические условия.Не подвергаясь на протяжении древности и средневековья внешнимвторжениям, Япония избежала и опустошительного монгольскогонашествия, которое значительно затормозило темпы историческогоразвития других восточных государств.

Вступление Японии в эпоху феодализма связано с активизациейконтактов с Китаем и Кореей, оказавшим воздействие на духовнуюжизнь страны. Чужие, но переосмысленные по-своему достижениясодействовали созданию подлинно Японского художественногостиля, порой более завершенного в своих проявлениях, чемвдохнувшие в него жизнь иноземные прообразы.

КУЛЬТУРА И БЫТ ДРЕВНЕГО ЯПОНСКОГО ОБЩЕСТВА

Японцы с древнейших времен постигли искусство использовать минимальное пространство с максимальной экономностью и целесообразностью. Необходимость частых перестроек и реконструкций зданий, забота о самоустойчивости содействовали раннему возникновению стандартных элементов, конструктивной четкости соотношения всех частей любого сооружения.

Открытость японцев новому, готовность и способность заимствовать внешние приметы современного образа жизни не мешают им бережно сохранять самобытность своего внутреннего мира, своеобразие своей духовной культуры. Происходящие перемены, нововведения неизбежно приобретают здесь такой характер, который наиболее соответствует традиционному контексту — образу жизни, представлениям, формам выражения. Как пишет американский наблюдатель Р. Халлоран, “западное влияние изменило лицо Японии, но не проникло в души японцев”. Действительно, во всех сферах жизни японцам удаётся умело проводить принцип “вакон ёсай”, смысл которого состоит в твёрдой установке: заимствуя иностранное, не позволять ему поколебать внутренних устоев своего образа жизни. Как прямые заимствования, так и определяемые временем и обстоятельствами необходимые изменения накладываются на существование прочных и устойчивых, сознательно хранимых норм и представлений традиционной культуры. Это единство самобытного и заимствованного с полной и естественной ассимиляцией чужого в своё (а не своего на чужой образец), единство традиционного и архисовременного обеспечивают жизненность японского искусства, его приспособляемость и выживаемость перед лицом самого активного вторжения чужих культур и художественных образцов.

Опыт Японии одновременно показателен и поучителен тем, что японцы всем строем своего жизненного уклада во многом как бы опровергают распространённое мнение о том что научно-технический прогресс необратимо отдаляет человека от самого себя и от природы, ибо они показывают возможность гибкого и умелого сочетания нового и старого, как в содержании, так и в форме, являют вдумчивое умение вписывать традиции в современность, не изменяя первым и не игнорируя последней.

О существовании древней культуры Японии долгое время ничегоне было известно. Лишь в начале XX столетия археологиобнаружили в разных частях страны следы неолитическихпоселений. Наиболее ярко особенности художественного мышлениятой эпохи продемонстрировали керамические сосуды, восходящие кVIII - середине I тысячелетия до н. э. Типичный для них орнамент,напоминавший след соломенного жгута, послужил основойнаименования всей культуры неолита на территории Японии -Дземон(след веревки).

Самые ранние остродонные, грубо вылепленные сосудыпримитивной конусообразной формы, восходящие к VIII - серединеIV тысячелетия до н. э., служили утилитарным целям. С серединыIV до середины II тысячелетия до н. э. произошло значительноеусложнение форм сосудов. Появились светильники, кубки и котлы,употреблявшиеся уже и для торжественных жертвоприношений.Увеличились почти дометровой высоты размеры многих сосудов. Часть из нихпревратилась в неподвижные предметы культа, предназначенныедля созерцания. Исполненные безудержной фантастики имонументального величия, подобные сосуды были для человека тоговремени как бы малой моделью мироздания, воплощением стихийобитаемых им вулканических островов.

С конца II тысячелетия до н. э. сосуды становятся проще и ути-литарнее. Уменьшаются их вес и размер, появляются лощение иокраска. Все это свидетельствует о том, что на стадии переходак бронзовому веку ритуальная керамическая утварь утратила свойуниверсальный магический смысл, уступив место другим видамискусства. С началом земледелия и олицетворения магических сил,охраняющих посевы, возникли керамические фигурки идолов -догу. Эти фигурки условно передавали черты человеческого иживотного облика и были покрыты магическим орнаментом -зигзагами, дисками, треугольниками.

Новый этап в истории Японии начался во второй половине I тыся-челетия до н. э., когда на территории островов Хонсю и Кюсю сло-жился ряд крупных родоплеменных союзов. Отрезок времени с Vвека до н. э. по IV век н. э. получил условное наименование Яей.Племена Яей - пришельцы из Азии, оттеснившие коренноенаселение к северу,- были носителями более высокой культуры.Они освоили рисосеяние, животноводство и ткачество, выплавкумеди и бронзы. Керамика типа яей - вазы, чаши,кувшины, блюда и кубки,- изготовленная на гончарном круге иобожженная при высокой температуре, отличается легкостью,простой и функциональностью форм, графической ясностьюстрогих геометрических узоров - полос зубчатых и волнистыхлиний.

Архитектурное мышление периода Яей определилось ритмамижизни сельскохозяйственной общины. В первых веках нашей эрыскладывается тип поселений с иерархическим порядкомраспределения построек. Стиль "адзэкура", возникший от слова"кура" (житница), положил начало длительной архитектурнойтрадиции. Приподнятые на сваях бревенчатые амбары приобрелизначение священного места в поселении. Перед ними нарасчищенной площадке совершались сельскохозяйственные обряды.

ЯПОНСКОЕ МИРОВОЗЗРЕНИЕ

Российский психолог Б.Кочубей, обобщая данные зарубежных исследований, которым положило начало учение голландского психиатра Ван Хевена о функциональной специализации полушарий головного мозга, отмечает, что у представителей дальневосточных культур — японцев, китайцев, корейцев, пользующихся иероглифическим письмом, — во многих видах деятельности левое и правое полушария головного мозга одинаково активны или же доминирует правое, “ответственное” за целостное, конкретное восприятие объекта. У европейцев и американцев те же виды работы осуществляются с доминированием левого, логического. Таким образом, существуют условно именуемые западный и восточный типы мышления.

Синто, это древнее мировоззрение, возникшее и развившееся на самобытной японской основе, вне китайского влияния, глубоко укоренившееся в сознании японцев, определяет характер их восприятия мира. Именно в синто лежат истоки японского национального самосознания, ибо смысл его — в утверждении самобытности японского народа.

В японской эстетике требования к профессионализму художника очень высоки, и искусство строится на соблюдении самых строгих законов, отнюдь не отказываясь от которых оно входит в жизнь. В японском искусстве именно искусное создание часто и создаёт впечатление самой естественной простоты. Ради художественного канона художник мог отказаться от передачи в искусстве своей индивидуальности, но не от уровня профессионализма художественного выражения. Таким образом, растворение искусства в жизни означает не снижение уровня профессиональных образцов художественной деятельности, а приближение любой деятельности к уровню и значению художественной.

ЧАЙНАЯ ЦЕРЕМОНИЯ

Чайная церемония, занимая своё место в системе дзэнских скусств (тядо — дословно “путь чая”, искусство чайной црермонии), выражает традиционный подход к пониманию соотношения жизни и искусства. Торжественный ритуал чаепития — тя-но ю — имеет как бы два пласта смысла и организации. Во-первых, это, может быть, самое яркое выражение стремления японца найти, выявить и представить, выразить прекрасное в обыденном, соединить искусство с повседневной жизнью. Отъединённость — основное настроение чайной церемонии, которое создаётся единством требований чистоты (сэй), тишины (дзяку), гармонии (ва).

К XVI веку чайная церемония сложилась в настоящее искусство, в котором, как во всяком искусстве, большое значение стало придаваться выразительности формы всех предписываемых действий, всех элементов церемонии. Процедура чайной церемонии, её содержание и смысл, устройство чайного домика (тясицу) отражали основные идеи дзэн. Своеобразный, чисто японский тип архитектуры нашёл в тясицу своё характерное выражение. Насчитывается около ста типов чайных домиков — от имитации простой сельской хижины до богато украшенного павильона.

В европейском варианте чайной церемонии существует сокращённый её вариант, носящий более условный характер. Чайная церемония в таком варианте всё более теряет своё глубокое философско-эстетическое содержание и приобретает форму просто престижного (экзотического) проведения досуга.

Боевые искусства, входящие в систему традиционных дзэнских называются искусствами не метафорически, но являются таковыми в полном смысле слова. Так же, как остальные искусства, они основаны на философских положениях дзэн-буддизма, одинаково применяемые как мастерами боевого искусства, так и художниками и актёрами. “Чтобы овладеть искусством боя, надо постигнуть его философию.

КУЛЬТ ПОКЛОНОВ И ИЗВИНЕНИЙ, ЯПОНСКАЯ ВЕЖЛИВОСТЬ

Если сравнивать разные народы или разные эпохи по их приверженности этикету, то меркой здесь может служить, которую люди затрачивают на взаимные приветствия. На Западе, например, после средних веков показатель этот неуклонно уменьшается. Были времена, когда людям приходилось совершать при встрече чуть ли не целый ритуальный танец. Потом от церемоннейшего поклона с расшаркиванием остался лишь обычай обнажать голову, который, в свою очередь, свелся до условного прикосновения рукой к шляпе и, наконец, просто до кивка.

Неудивительно, что на подобном фоне учтивость японцев выглядит как экзотика. Легкий кивок, который остался в нашем быту единственным напоминанием о давно отживших поклонах, в Японии как бы заменяет собой знаки препинания. Собеседники то и дело кивают друг другу, даже когда разговаривают по телефону.

Встретив знакомого, японец способен замереть, согнувшись пополам, даже посреди улицы. Но еще больше поражает приезжего поклон, которым его встречают в японской семье. Хозяйка опускается на колени, кладет руки на пол перед собой и затем прижимается к ним лбом, то есть буквально простирается ниц перед гостем.

Правила поведения в японском жилище слишком сложны, чтобы их можно было освоить сразу. Главное поначалу - ни на что не наступать, ни через что не перешагивать и садиться где укажут. Мы привыкли подчас больше следить за своим поведением среди посторонних, чем в кругу семьи. Японец же за домашним столом ведет себя куда более церемоннее, чем в гостях или в ресторане.

“Всему свое место” — эти слова можно назвать девизом японцев, ключом к пониманию их многих положительных и отрицательных сторон. Девиз этот воплощает в себе, во-первых, своеобразную теорию относительности применительно к морали, а во-вторых, утверждает субординацию как незыблемый, абсолютный закон семейной и общественной жизни.

Редко увидишь японца, который мастерил бы что-нибудь дома своими руками. Сборщик телевизоров не имеет представления о том, как отремонтировать электрический утюг. Когда нужно что-нибудь починить или приладить, по всякому пустяку принято вызывать специалиста. Причем каждый такой мастеровой глубоко убежден, что лучше заказчика разбирается в своем деле, и потому философски относится ко всякого рода пожеланиям и советам, попросту пропуская их мимо ушей. Бессмысленно, например, доказывать японскому портному, что костюм должен сидеть не так, а иначе. Горничная в японской гостинице может чуть свет зайти в комнату и раздвинуть оконные створки, даже если постояльцу хотелось бы поспать еще часок-другой. По ее мнению, она лучше знает, когда надо вставать.

Хочется, однако, подчеркнуть другое. Вряд ли японцы действительно любят одиночество, скорее наоборот. Они любят быть на людях, любят думать и действовать сообща. Японцам присуща обостренная боязнь одиночества, боязнь хотя бы на время перестать быть частью какой-то группы, перестать ощущать свою принадлежность к какому-то кругу людей. Хорошо знакомую туристским фирмам склонность японцев путешествовать “повзводно” можно объяснить многими причинами: и плохим знанием иностранных языков, и опасением попасть в затруднительное положение из-за разницы в нравах и обычаях. Но достаточно побывать в Японии, чтобы убедиться: японцы не только за границей, но и у себя дома любят шествовать большой толпой за флажком экскурсовода. Подчас людей больше волнует даже не то, что сакуру наконец расцвела или что листья кленов побагровели, а сам повод убедиться в этом сообща, разделить свои чувства с другими. Про японцев можно сказать, что их больше, чем самостоятельность, радует чувство причастности.

Устои патриархальной семьи — это устои японского образа жизни. Вертикальные связи “оя — ко”, то есть “отец — сын”, а в более широком смысле “учитель — ученик”, “покровитель — подопечный”, прослеживаются, дают о себе знать повсюду.

Стремление избегать случайных услуг или оказывать их порой производит впечатление, что японцы — люди неотзывчивые. Но дело тут не в черствости. Сделать что-то для незнакомца без его просьбы — значит поставить его в положение морального должника, воспользоваться его затруднением в свою пользу — вот к какому абсурдному парадоксу приводит японское понятие о долге чести.

“Стыд служит почвой, на которой произрастают все добродетели” — эта распространенная фраза показывает, что поведение японца регулируется людьми, которые его окружают. Поступай как принято, иначе люди отвернутся от тебя, — вот что требует от японца долг чести.

НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ ЯПОНСКОГО ДЕЛОВОГО ЭТИКЕТА. ДОЛГ ЧЕСТИ

Желание избегать открытого столкновения противоположных взглядов проявляется у японцев и в практике принятия решений. Решения эти обычно представляют собой не результат чьей-то личной инициативы, а итог согласования мнений всех заинтересованных лиц — как бы общий знаменатель, найденный на основе взаимных уступок. Связанные жесткими правилами поведения и нормами “подобающего места”, японцы вообще предпочитают преодолевать наиболее острые разногласия не на заседаниях, а за выпивкой, когда алкоголь помогает на время сбрасывать оковы этикета. Огромные расходы японских фирм на “представительские цели”, а попросту говоря, на попойки в барах и кабаре мотивируются тем, что подобные заведения служат удобным местом для согласования противоречивых мнений.

Важно иметь в виду, однако, что компромисс в представлении японцев — это зеркало момента. Подобно тому, как их мораль делит поступки не на хорошие и дурные, а на подобающие и неподобающие, японцы считают само собой разумеющимся, что соглашение имеет силу лишь до тех пор, пока сохраняются условия, в которых оно было достигнуто. Там, где англичанин скажет: “Раз возник спор, обратимся к тексту соглашения и посмотрим, что там записано”, — японец будет доказывать, что, если обстановка изменилась, должна быть пересмотрена и прежняя договоренность.

Десять заповедей для тех, кто ведет дела в Японии.

1. Всегда старайтесь быть официально рекомендованным тому лицу или фирме, с которой вы хотите иметь дело. Причем рекомендующий вас человек должен занимать по крайней мере столь же высокое положение, как лицо, с которым вы хотите познакомиться.

2. Стремитесь придавать деловым отношениям личный характер. В этом смысле японцы напоминают того жителя Техаса, который не доверял никому, с кем еще вместе не напивался.

3. Никогда не нарушайте внешнюю гармонию. Японцы считают, что сохранить гармонию важнее, чем доказать правоту или получить выгоду.

4. Никогда не ставьте японца в положение, которое вынудило бы его “потерять лицо”, то есть признать ошибку или некомпетентность в своей области. Японские фирмы увольняют неспособных сотрудников не чаще, чем родители отрекаются от неполноценных детей.

5. Тому, как вы ведете дела, в Японии придается не меньшее значение, чем их результатам. А иногда и большее.

6. Не взывайте к логике. В Японии эмоциональные соображения более важны.

7. Не проявляйте повышенного интереса к денежной стороне дел. Поручайте торговаться о ценах посредникам и подчиненным.

8. Имейте в виду, что понятие “время — деньги” в Японии хождения не имеет.

9. Учитывайте склонность японцев выражаться неопределенно.

10. Помните, что японцы избегают самостоятельных шагов. В то время, как нам нравятся люди, которые справляются с делом сами, без оглядки на советы других, японцы смотрят на это иначе. Их идеал — анонимное общее мнение.

Японская мораль постоянно требует от человека огромного самопожертвования ради выполнения долга признательности и долга чести. Логично было бы предположить, что та же мораль насаждает аскетическую строгость нравов, считая грехом физические удовольствия, плотские наслаждения.

Однако японцы не только терпимо, но даже благожелательно относятся ко всему тому, что христианская мораль называет человеческими слабостями. Наряду с жесткими ограничениями японский образ жизни сохраняет лазейки, которые ведут к распущенности нравов.

Японская мораль лишь подчеркивает, что физическим удовольствиям следует отводить подобающее, причем второстепенное место.

ВОСПИТАНИЕ ДЕТЕЙ

Многих иностранцев поражает, что японские дети вроде бы никогда не плачут. Кое-кто даже относит это за счет знаменитой японской вежливости, проявляющейся чуть ли не с младенчества. Причина тут, разумеется, иная. Малыш плачет, когда ему хочется пить или есть, когда он испытывает какие-то неудобства или оставлен без присмотра и, наконец, когда его к чему-то принуждают. Японская система воспитания стремится избегать всего этого.

Первые два года младенец как бы остается частью тела матери, которая целыми днями носит его привязанным за спиной, по ночам кладет его спать рядом с собой и дает ему грудь в любой момент, как только он этого пожелает. Даже когда малыш начинает ходить, его почти не спускают с рук, не пытаются приучать его к какому-то распорядку, как-то ограничивать его порывы. От матери, бабушки, сестер, которые постоянно возятся с ним, он слышит лишь предостережения: “опасно”, “грязно”, “плохо”. И эти три слова входят в его сознание как нечто однозначное.

Короче говоря, детей в Японии, с нашей точки зрения, неимоверно балуют. Можно сказать, им просто стараются не давать повода плакать. Им, особенно мальчикам, почти никогда ничего не запрещают. Японцы умудряются совершенно не реагировать на плохое поведение детей, словно бы не замечая его.

Воспитание японского ребенка начинается с приема, который можно было бы назвать угрозой отчуждения. “Если ты будешь вести себя неподобающим образом, все станут над тобой смеяться, все отвернутся от тебя” — вот типичный пример родительских поучений

Школьные годы — это период, когда детская натура познает первые ограничения. В ребенке воспитывают осмотрительность: его приучают остерегаться положений, при которых он сам или кто-либо другой может “потерять лицо”.

Однако полная свобода, которой японец пользуется в раннем детстве, оставляет неизгладимый след в его характере. Именно воспоминания о беззаботных днях, когда было неведомо чувство стыда, и порождают взгляд на жизнь как на область ограничений и область послаблений. Именно поэтому японцы столь снисходительны к человеческим слабостям, будучи чрезвычайно требовательными к себе и другим в вопросах долга. Сила воли, способность ради высшего долга отвернуться от наслаждений, которые вовсе не считаются злом, — вот что японцы почитают добродетелью.

.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Следует еще раз упомянуть, что понять все тонкости японского миропонимания невозможно, особенно представителю западной культуры. Однако мы, русские, в процессе истории впитали в себя множество черт цивилизации Востока, и нам дан шанс понять точку зрения человека иной культуры. В последние годы в нашей стране интерес к Японии заметно возрастает. Открываются центры, где люди получают возможность заниматься японским языком, икэбаной, знакомиться с чайной церемонией, японским театром и боевыми искусствами. Проводятся фестивали японских фильмов.

Конечно, японский характер полон противоречий. Иностранец может назвать японскую вежливость показной, понятия японцев о долге глупыми. Но где еще найти более нравственную нацию, людей, идущих на компромисс в ущерб себе, оберегающих достоинство других, порой унижая себя, людей, способных забыть об удовольствиях хоть навсегда, если этого требует их понятие о долге.

Это вовсе не значит, что в японском сознании разум торжествует над чувствами. Просто японцы умеют сдерживать свои эмоции, оберегая окружающих. А на самом деле именно эти эмоции, оставшиеся внутри, и обуславливают их мироощущение, их тягу к красоте, естественности и гармонии природы.

1. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Берндт, Юрген “Лики Японии” ( М., “Наука”, 1988).

2. Васильев Л. С. “История религий Востока” ( М., “Наука”, 1983).

3. Завьялова О. И. “Токио и токийцы: будни, выходные, праздники”

( М., “Наука”, 1990).

4. Овчинников В. В. “Ветка сакуры”

( М., “Советский писатель”, 1988).

5. Судзуки Д., Кацуки С. “Дзэн-Буддизм” (Бишкек, 1993).

6. Цветов В. Я. “Пятнадцатый камень сада Рёандзи”

( М., “Политиздат”, 1986).

yamiki.ru

Быт древних японцев. Регламентация ее истоки и результаты

Министерство образования Российской Федерации

КГТУ

Кафедра: этики эстетики и культуры

РЕФЕРАТ

Быт древних японцев. Регламентация ее истоки и результаты

Выполнил:

Студент

Проверила:

Преподаватель

Ковтун Н.В.

2003г

ВВЕДЕНИЕ. 3

1. Культура и быт древнего японского общества 4

2. Японское мировоззрение 7

3. Культ поклонов и извинений. Японская вежливость. 10

4. Некоторые особенности современного японского делового этикета. Проявления “долга чести”. 13

5. Воспитание детей 16

6. ЗАКЛЮЧЕНИЕ 18

7. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 19

ВВЕДЕНИЕ.

Японская культура в своих истоках принадлежит к старейшимкультурам человечества. Зародившись в эпоху неолита (VIII тыс. дон. э.), она развивалась непрерывно на единой территории. Остров-ное положение создало для страны специфические условия.Не подвергаясь на протяжении древности и средневековья внешнимвторжениям, Япония избежала и опустошительного монгольскогонашествия, которое значительно затормозило темпы историческогоразвития других восточных государств.

Вступление Японии в эпоху феодализма связано с активизациейконтактов с Китаем и Кореей, оказавшим воздействие на духовнуюжизнь страны. Чужие, но переосмысленные по-своему достижениясодействовали созданию подлинно Японского художественногостиля, порой более завершенного в своих проявлениях, чемвдохнувшие в него жизнь иноземные прообразы.

КУЛЬТУРА И БЫТ ДРЕВНЕГО ЯПОНСКОГО ОБЩЕСТВА

Японцы с древнейших времен постигли искусство использовать минимальное пространство с максимальной экономностью и целесообразностью. Необходимость частых перестроек и реконструкций зданий, забота о самоустойчивости содействовали раннему возникновению стандартных элементов, конструктивной четкости соотношения всех частей любого сооружения.

Открытость японцев новому, готовность и способность заимствовать внешние приметы современного образа жизни не мешают им бережно сохранять самобытность своего внутреннего мира, своеобразие своей духовной культуры. Происходящие перемены, нововведения неизбежно приобретают здесь такой характер, который наиболее соответствует традиционному контексту — образу жизни, представлениям, формам выражения. Как пишет американский наблюдатель Р. Халлоран, “западное влияние изменило лицо Японии, но не проникло в души японцев”. Действительно, во всех сферах жизни японцам удаётся умело проводить принцип “вакон ёсай”, смысл которого состоит в твёрдой установке: заимствуя иностранное, не позволять ему поколебать внутренних устоев своего образа жизни. Как прямые заимствования, так и определяемые временем и обстоятельствами необходимые изменения накладываются на существование прочных и устойчивых, сознательно хранимых норм и представлений традиционной культуры. Это единство самобытного и заимствованного с полной и естественной ассимиляцией чужого в своё (а не своего на чужой образец), единство традиционного и архисовременного обеспечивают жизненность японского искусства, его приспособляемость и выживаемость перед лицом самого активного вторжения чужих культур и художественных образцов.

Опыт Японии одновременно показателен и поучителен тем, что японцы всем строем своего жизненного уклада во многом как бы опровергают распространённое мнение о том что научно-технический прогресс необратимо отдаляет человека от самого себя и от природы, ибо они показывают возможность гибкого и умелого сочетания нового и старого, как в содержании, так и в форме, являют вдумчивое умение вписывать традиции в современность, не изменяя первым и не игнорируя последней.

О существовании древней культуры Японии долгое время ничегоне было известно. Лишь в начале XX столетия археологиобнаружили в разных частях страны следы неолитическихпоселений. Наиболее ярко особенности художественного мышлениятой эпохи продемонстрировали керамические сосуды, восходящие кVIII - середине I тысячелетия до н. э. Типичный для них орнамент,напоминавший след соломенного жгута, послужил основойнаименования всей культуры неолита на территории Японии -Дземон(след веревки).

Самые ранние остродонные, грубо вылепленные сосудыпримитивной конусообразной формы, восходящие к VIII - серединеIV тысячелетия до н. э., служили утилитарным целям. С серединыIV до середины II тысячелетия до н. э. произошло значительноеусложнение форм сосудов. Появились светильники, кубки и котлы,употреблявшиеся уже и для торжественных жертвоприношений.Увеличились почти дометровой высоты размеры многих сосудов. Часть из нихпревратилась в неподвижные предметы культа, предназначенныедля созерцания. Исполненные безудержной фантастики имонументального величия, подобные сосуды были для человека тоговремени как бы малой моделью мироздания, воплощением стихийобитаемых им вулканических островов.

С конца II тысячелетия до н. э. сосуды становятся проще и ути-литарнее. Уменьшаются их вес и размер, появляются лощение иокраска. Все это свидетельствует о том, что на стадии переходак бронзовому веку ритуальная керамическая утварь утратила свойуниверсальный магический смысл, уступив место другим видамискусства. С началом земледелия и олицетворения магических сил,охраняющих посевы, возникли керамические фигурки идолов -догу. Эти фигурки условно передавали черты человеческого иживотного облика и были покрыты магическим орнаментом -зигзагами, дисками, треугольниками.

Новый этап в истории Японии начался во второй половине I тыся-челетия до н. э., когда на территории островов Хонсю и Кюсю сло-жился ряд крупных родоплеменных союзов. Отрезок времени с Vвека до н. э. по IV век н. э. получил условное наименование Яей.Племена Яей - пришельцы из Азии, оттеснившие коренноенаселение к северу,- были носителями более высокой культуры.Они освоили рисосеяние, животноводство и ткачество, выплавкумеди и бронзы. Керамика типа яей - вазы, чаши,кувшины, блюда и кубки,- изготовленная на гончарном круге иобожженная при высокой температуре, отличается легкостью,простой и функциональностью форм, графической ясностьюстрогих геометрических узоров - полос зубчатых и волнистыхлиний.

Архитектурное мышление периода Яей определилось ритмамижизни сельскохозяйственной общины. В первых веках нашей эрыскладывается тип поселений с иерархическим порядкомраспределения построек. Стиль "адзэкура", возникший от слова"кура" (житница), положил начало длительной архитектурнойтрадиции. Приподнятые на сваях бревенчатые амбары приобрелизначение священного места в поселении. Перед ними нарасчищенной площадке совершались сельскохозяйственные обряды.

ЯПОНСКОЕ МИРОВОЗЗРЕНИЕ

Российский психолог Б.Кочубей, обобщая данные зарубежных исследований, которым положило начало учение голландского психиатра Ван Хевена о функциональной специализации полушарий головного мозга, отмечает, что у представителей дальневосточных культур — японцев, китайцев, корейцев, пользующихся иероглифическим письмом, — во многих видах деятельности левое и правое полушария головного мозга одинаково активны или же доминирует правое, “ответственное” за целостное, конкретное восприятие объекта. У европейцев и американцев те же виды работы осуществляются с доминированием левого, логического. Таким образом, существуют условно именуемые западный и восточный типы мышления.

Синто, это древнее мировоззрение, возникшее и развившееся на самобытной японской основе, вне китайского влияния, глубоко укоренившееся в сознании японцев, определяет характер их восприятия мира. Именно в синто лежат истоки японского национального самосознания, ибо смысл его — в утверждении самобытности японского народа.

В японской эстетике требования к профессионализму художника очень высоки, и искусство строится на соблюдении самых строгих законов, отнюдь не отказываясь от которых оно входит в жизнь. В японском искусстве именно искусное создание часто и создаёт впечатление самой естественной простоты. Ради художественного канона художник мог отказаться от передачи в искусстве своей индивидуальности, но не от уровня профессионализма художественного выражения. Таким образом, растворение искусства в жизни означает не снижение уровня профессиональных образцов художественной деятельности, а приближение любой деятельности к уровню и значению художественной.

ЧАЙНАЯ ЦЕРЕМОНИЯ

Чайная церемония, занимая своё место в системе дзэнских скусств (тядо — дословно “путь чая”, искусство чайной црермонии), выражает традиционный подход к пониманию соотношения жизни и искусства. Торжественный ритуал чаепития — тя-но ю — имеет как бы два пласта смысла и организации. Во-первых, это, может быть, самое яркое выражение стремления японца найти, выявить и представить, выразить прекрасное в обыденном, соединить искусство с повседневной жизнью. Отъединённость — основное настроение чайной церемонии, которое создаётся единством требований чистоты (сэй), тишины (дзяку), гармонии (ва).

К XVI веку чайная церемония сложилась в настоящее искусство, в котором, как во всяком искусстве, большое значение стало придаваться выразительности формы всех предписываемых действий, всех элементов церемонии. Процедура чайной церемонии, её содержание и смысл, устройство чайного домика (тясицу) отражали основные идеи дзэн. Своеобразный, чисто японский тип архитектуры нашёл в тясицу своё характерное выражение. Насчитывается около ста типов чайных домиков — от имитации простой сельской хижины до богато украшенного павильона.

В европейском варианте чайной церемонии существует сокращённый её вариант, носящий более условный характер. Чайная церемония в таком варианте всё более теряет своё глубокое философско-эстетическое содержание и приобретает форму просто престижного (экзотического) проведения досуга.

Боевые искусства, входящие в систему традиционных дзэнских называются искусствами не метафорически, но являются таковыми в полном смысле слова. Так же, как остальные искусства, они основаны на философских положениях дзэн-буддизма, одинаково применяемые как мастерами боевого искусства, так и художниками и актёрами. “Чтобы овладеть искусством боя, надо постигнуть его философию.

КУЛЬТ ПОКЛОНОВ И ИЗВИНЕНИЙ, ЯПОНСКАЯ ВЕЖЛИВОСТЬ

Если сравнивать разные народы или разные эпохи по их приверженности этикету, то меркой здесь может служить, которую люди затрачивают на взаимные приветствия. На Западе, например, после средних веков показатель этот неуклонно уменьшается. Были времена, когда людям приходилось совершать при встрече чуть ли не целый ритуальный танец. Потом от церемоннейшего поклона с расшаркиванием остался лишь обычай обнажать голову, который, в свою очередь, свелся до условного прикосновения рукой к шляпе и, наконец, просто до кивка.

Неудивительно, что на подобном фоне учтивость японцев выглядит как экзотика. Легкий кивок, который остался в нашем быту единственным напоминанием о давно отживших поклонах, в Японии как бы заменяет собой знаки препинания. Собеседники то и дело кивают друг другу, даже когда разговаривают по телефону.

Встретив знакомого, японец способен замереть, согнувшись пополам, даже посреди улицы. Но еще больше поражает приезжего поклон, которым его встречают в японской семье. Хозяйка опускается на колени, кладет руки на пол перед собой и затем прижимается к ним лбом, то есть буквально простирается ниц перед гостем.

Правила поведения в японском жилище слишком сложны, чтобы их можно было освоить сразу. Главное поначалу - ни на что не наступать, ни через что не перешагивать и садиться где укажут. Мы привыкли подчас больше следить за своим поведением среди посторонних, чем в кругу семьи. Японец же за домашним столом ведет себя куда более церемоннее, чем в гостях или в ресторане.

“Всему свое место” — эти слова можно назвать девизом японцев, ключом к пониманию их многих положительных и отрицательных сторон. Девиз этот воплощает в себе, во-первых, своеобразную теорию относительности применительно к морали, а во-вторых, утверждает субординацию как незыблемый, абсолютный закон семейной и общественной жизни.

Редко увидишь японца, который мастерил бы что-нибудь дома своими руками. Сборщик телевизоров не имеет представления о том, как отремонтировать электрический утюг. Когда нужно что-нибудь починить или приладить, по всякому пустяку принято вызывать специалиста. Причем каждый такой мастеровой глубоко убежден, что лучше заказчика разбирается в своем деле, и потому философски относится ко всякого рода пожеланиям и советам, попросту пропуская их мимо ушей. Бессмысленно, например, доказывать японскому портному, что костюм должен сидеть не так, а иначе. Горничная в японской гостинице может чуть свет зайти в комнату и раздвинуть оконные створки, даже если постояльцу хотелось бы поспать еще часок-другой. По ее мнению, она лучше знает, когда надо вставать.

Хочется, однако, подчеркнуть другое. Вряд ли японцы действительно любят одиночество, скорее наоборот. Они любят быть на людях, любят думать и действовать сообща. Японцам присуща обостренная боязнь одиночества, боязнь хотя бы на время перестать быть частью какой-то группы, перестать ощущать свою принадлежность к какому-то кругу людей. Хорошо знакомую туристским фирмам склонность японцев путешествовать “повзводно” можно объяснить многими причинами: и плохим знанием иностранных языков, и опасением попасть в затруднительное положение из-за разницы в нравах и обычаях. Но достаточно побывать в Японии, чтобы убедиться: японцы не только за границей, но и у себя дома любят шествовать большой толпой за флажком экскурсовода. Подчас людей больше волнует даже не то, что сакуру наконец расцвела или что листья кленов побагровели, а сам повод убедиться в этом сообща, разделить свои чувства с другими. Про японцев можно сказать, что их больше, чем самостоятельность, радует чувство причастности.

Устои патриархальной семьи — это устои японского образа жизни. Вертикальные связи “оя — ко”, то есть “отец — сын”, а в более широком смысле “учитель — ученик”, “покровитель — подопечный”, прослеживаются, дают о себе знать повсюду.

Стремление избегать случайных услуг или оказывать их порой производит впечатление, что японцы — люди неотзывчивые. Но дело тут не в черствости. Сделать что-то для незнакомца без его просьбы — значит поставить его в положение морального должника, воспользоваться его затруднением в свою пользу — вот к какому абсурдному парадоксу приводит японское понятие о долге чести.

“Стыд служит почвой, на которой произрастают все добродетели” — эта распространенная фраза показывает, что поведение японца регулируется людьми, которые его окружают. Поступай как принято, иначе люди отвернутся от тебя, — вот что требует от японца долг чести.

НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ ЯПОНСКОГО ДЕЛОВОГО ЭТИКЕТА. ДОЛГ ЧЕСТИ

Желание избегать открытого столкновения противоположных взглядов проявляется у японцев и в практике принятия решений. Решения эти обычно представляют собой не результат чьей-то личной инициативы, а итог согласования мнений всех заинтересованных лиц — как бы общий знаменатель, найденный на основе взаимных уступок. Связанные жесткими правилами поведения и нормами “подобающего места”, японцы вообще предпочитают преодолевать наиболее острые разногласия не на заседаниях, а за выпивкой, когда алкоголь помогает на время сбрасывать оковы этикета. Огромные расходы японских фирм на “представительские цели”, а попросту говоря, на попойки в барах и кабаре мотивируются тем, что подобные заведения служат удобным местом для согласования противоречивых мнений.

Важно иметь в виду, однако, что компромисс в представлении японцев — это зеркало момента. Подобно тому, как их мораль делит поступки не на хорошие и дурные, а на подобающие и неподобающие, японцы считают само собой разумеющимся, что соглашение имеет силу лишь до тех пор, пока сохраняются условия, в которых оно было достигнуто. Там, где англичанин скажет: “Раз возник спор, обратимся к тексту соглашения и посмотрим, что там записано”, — японец будет доказывать, что, если обстановка изменилась, должна быть пересмотрена и прежняя договоренность.

Десять заповедей для тех, кто ведет дела в Японии.

1. Всегда старайтесь быть официально рекомендованным тому лицу или фирме, с которой вы хотите иметь дело. Причем рекомендующий вас человек должен занимать по крайней мере столь же высокое положение, как лицо, с которым вы хотите познакомиться.

2. Стремитесь придавать деловым отношениям личный характер. В этом смысле японцы напоминают того жителя Техаса, который не доверял никому, с кем еще вместе не напивался.

3. Никогда не нарушайте внешнюю гармонию. Японцы считают, что сохранить гармонию важнее, чем доказать правоту или получить выгоду.

4. Никогда не ставьте японца в положение, которое вынудило бы его “потерять лицо”, то есть признать ошибку или некомпетентность в своей области. Японские фирмы увольняют неспособных сотрудников не чаще, чем родители отрекаются от неполноценных детей.

5. Тому, как вы ведете дела, в Японии придается не меньшее значение, чем их результатам. А иногда и большее.

6. Не взывайте к логике. В Японии эмоциональные соображения более важны.

7. Не проявляйте повышенного интереса к денежной стороне дел. Поручайте торговаться о ценах посредникам и подчиненным.

8. Имейте в виду, что понятие “время — деньги” в Японии хождения не имеет.

9. Учитывайте склонность японцев выражаться неопределенно.

10. Помните, что японцы избегают самостоятельных шагов. В то время, как нам нравятся люди, которые справляются с делом сами, без оглядки на советы других, японцы смотрят на это иначе. Их идеал — анонимное общее мнение.

Японская мораль постоянно требует от человека огромного самопожертвования ради выполнения долга признательности и долга чести. Логично было бы предположить, что та же мораль насаждает аскетическую строгость нравов, считая грехом физические удовольствия, плотские наслаждения.

Однако японцы не только терпимо, но даже благожелательно относятся ко всему тому, что христианская мораль называет человеческими слабостями. Наряду с жесткими ограничениями японский образ жизни сохраняет лазейки, которые ведут к распущенности нравов.

Японская мораль лишь подчеркивает, что физическим удовольствиям следует отводить подобающее, причем второстепенное место.

ВОСПИТАНИЕ ДЕТЕЙ

Многих иностранцев поражает, что японские дети вроде бы никогда не плачут. Кое-кто даже относит это за счет знаменитой японской вежливости, проявляющейся чуть ли не с младенчества. Причина тут, разумеется, иная. Малыш плачет, когда ему хочется пить или есть, когда он испытывает какие-то неудобства или оставлен без присмотра и, наконец, когда его к чему-то принуждают. Японская система воспитания стремится избегать всего этого.

Первые два года младенец как бы остается частью тела матери, которая целыми днями носит его привязанным за спиной, по ночам кладет его спать рядом с собой и дает ему грудь в любой момент, как только он этого пожелает. Даже когда малыш начинает ходить, его почти не спускают с рук, не пытаются приучать его к какому-то распорядку, как-то ограничивать его порывы. От матери, бабушки, сестер, которые постоянно возятся с ним, он слышит лишь предостережения: “опасно”, “грязно”, “плохо”. И эти три слова входят в его сознание как нечто однозначное.

Короче говоря, детей в Японии, с нашей точки зрения, неимоверно балуют. Можно сказать, им просто стараются не давать повода плакать. Им, особенно мальчикам, почти никогда ничего не запрещают. Японцы умудряются совершенно не реагировать на плохое поведение детей, словно бы не замечая его.

Воспитание японского ребенка начинается с приема, который можно было бы назвать угрозой отчуждения. “Если ты будешь вести себя неподобающим образом, все станут над тобой смеяться, все отвернутся от тебя” — вот типичный пример родительских поучений

Школьные годы — это период, когда детская натура познает первые ограничения. В ребенке воспитывают осмотрительность: его приучают остерегаться положений, при которых он сам или кто-либо другой может “потерять лицо”.

Однако полная свобода, которой японец пользуется в раннем детстве, оставляет неизгладимый след в его характере. Именно воспоминания о беззаботных днях, когда было неведомо чувство стыда, и порождают взгляд на жизнь как на область ограничений и область послаблений. Именно поэтому японцы столь снисходительны к человеческим слабостям, будучи чрезвычайно требовательными к себе и другим в вопросах долга. Сила воли, способность ради высшего долга отвернуться от наслаждений, которые вовсе не считаются злом, — вот что японцы почитают добродетелью.

.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Следует еще раз упомянуть, что понять все тонкости японского миропонимания невозможно, особенно представителю западной культуры. Однако мы, русские, в процессе истории впитали в себя множество черт цивилизации Востока, и нам дан шанс понять точку зрения человека иной культуры. В последние годы в нашей стране интерес к Японии заметно возрастает. Открываются центры, где люди получают возможность заниматься японским языком, икэбаной, знакомиться с чайной церемонией, японским театром и боевыми искусствами. Проводятся фестивали японских фильмов.

Конечно, японский характер полон противоречий. Иностранец может назвать японскую вежливость показной, понятия японцев о долге глупыми. Но где еще найти более нравственную нацию, людей, идущих на компромисс в ущерб себе, оберегающих достоинство других, порой унижая себя, людей, способных забыть об удовольствиях хоть навсегда, если этого требует их понятие о долге.

Это вовсе не значит, что в японском сознании разум торжествует над чувствами. Просто японцы умеют сдерживать свои эмоции, оберегая окружающих. А на самом деле именно эти эмоции, оставшиеся внутри, и обуславливают их мироощущение, их тягу к красоте, естественности и гармонии природы.

1.СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Берндт, Юрген “Лики Японии” ( М., “Наука”, 1988).

2. Васильев Л. С. “История религий Востока” ( М., “Наука”, 1983).

3. Завьялова О. И. “Токио и токийцы: будни, выходные, праздники”

( М., “Наука”, 1990).

4. Овчинников В. В. “Ветка сакуры”

( М., “Советский писатель”, 1988).

5. Судзуки Д., Кацуки С. “Дзэн-Буддизм” (Бишкек, 1993).

6. Цветов В. Я. “Пятнадцатый камень сада Рёандзи”

( М., “Политиздат”, 1986).



vuz-24.ru

Быт древних японцев. Регламентация ее истоки и результаты

Выполнил:

Студент

Проверила:

Преподаватель

Ковтун Н.В.

2003г

Возможно вы искали - Курсовая работа: Быт и нравы эпохи Возрождения

ВВЕДЕНИЕ. 3

1.Культура и быт древнего японского общества. 4

2.Японское мировоззрение. 7

3.Культ поклонов и извинений. Японская вежливость. 10

4.Некоторые особенности современного японского делового этикета. Проявления “долга чести”. 13

Похожий материал - Реферат: Бытие культуры

5.Воспитание детей. 16

6.ЗАКЛЮЧЕНИЕ. 18

7.СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ.. 19

Японская культура в своих истоках принадлежит к старейшимкультурам человечества. Зародившись в эпоху неолита (VIII тыс. дон.э.), она развивалась непрерывно на единой территории. Остров-ное положение создало для страны специфические условия.Не подвергаясь на протяжении древности и средневековья внешнимвторжениям, Япония избежала и опустошительного монгольскогонашествия, которое значительно затормозило темпы историческогоразвития других восточных государств.

Вступление Японии в эпоху феодализма связано с активизациейконтактов с Китаем и Кореей, оказавшим воздействие на духовнуюжизнь страны. Чужие, но переосмысленные по-своему достижениясодействовали созданию подлинно Японского художественногостиля, порой более завершенного в своих проявлениях, чемвдохнувшие в него жизнь иноземные прообразы.

Очень интересно - Доклад: В.И.Суриков

Японцы с древнейших времен постигли искусство использовать минимальное пространство с максимальной экономностью и целесообразностью. Необходимость частых перестроек и реконструкций зданий, забота о самоустойчивости содействовали раннему возникновению стандартных элементов, конструктивной четкости соотношения всех частей любого сооружения.

Открытость японцев новому, готовность и способность заимствовать внешние приметы современного образа жизни не мешают им бережно сохранять самобытность своего внутреннего мира, своеобразие своей духовной культуры. Происходящие перемены, нововведения неизбежно приобретают здесь такой характер, который наиболее соответствует традиционному контексту — образу жизни, представлениям, формам выражения. Как пишет американский наблюдатель Р. Халлоран, “западное влияние изменило лицо Японии, но не проникло в души японцев”. Действительно, во всех сферах жизни японцам удаётся умело проводить принцип “вакон ёсай”, смысл которого состоит в твёрдой установке: заимствуя иностранное, не позволять ему поколебать внутренних устоев своего образа жизни. Как прямые заимствования, так и определяемые временем и обстоятельствами необходимые изменения накладываются на существование прочных и устойчивых, сознательно хранимых норм и представлений традиционной культуры. Это единство самобытного и заимствованного с полной и естественной ассимиляцией чужого в своё (а не своего на чужой образец), единство традиционного и архисовременного обеспечивают жизненность японского искусства, его приспособляемость и выживаемость перед лицом самого активного вторжения чужих культур и художественных образцов.

Опыт Японии одновременно показателен и поучителен тем, что японцы всем строем своего жизненного уклада во многом как бы опровергают распространённое мнение о том что научно-технический прогресс необратимо отдаляет человека от самого себя и от природы, ибо они показывают возможность гибкого и умелого сочетания нового и старого, как в содержании, так и в форме, являют вдумчивое умение вписывать традиции в современность, не изменяя первым и не игнорируя последней.

О существовании древней культуры Японии долгое время ничегоне было известно. Лишь в начале XX столетия археологиобнаружили в разных частях страны следы неолитическихпоселений. Наиболее ярко особенности художественного мышлениятой эпохи продемонстрировали керамические сосуды, восходящие кVIII - середине I тысячелетия до н.э. Типичный для них орнамент,напоминавший след соломенного жгута, послужил основойнаименования всей культуры неолита на территории Японии -Дземон(след веревки).

Самые ранние остродонные, грубо вылепленные сосудыпримитивной конусообразной формы, восходящие к VIII - серединеIV тысячелетия до н. э., служили утилитарным целям. С серединыIV до середины II тысячелетия до н. э. произошло значительноеусложнение форм сосудов. Появились светильники, кубки и котлы,употреблявшиеся уже и для торжественных жертвоприношений.Увеличились почти дометровой высоты размеры многих сосудов. Часть из нихпревратилась в неподвижные предметы культа, предназначенныедля созерцания. Исполненные безудержной фантастики имонументального величия, подобные сосуды были для человека тоговремени как бы малой моделью мироздания, воплощением стихийобитаемых им вулканических островов.

Вам будет интересно - Реферат: Вавилон

С конца II тысячелетия до н. э. сосуды становятся проще и ути-литарнее. Уменьшаются их вес и размер, появляются лощение иокраска. Все это свидетельствует о том, что на стадии переходак бронзовому веку ритуальная керамическая утварь утратила свойуниверсальный магический смысл, уступив место другим видамискусства. С началом земледелия и олицетворения магических сил,охраняющих посевы, возникли керамические фигурки идолов -догу. Эти фигурки условно передавали черты человеческого иживотного облика и были покрыты магическим орнаментом -зигзагами, дисками, треугольниками.

Новый этап в истории Японии начался во второй половине I тыся-челетия до н.э., когда на территории островов Хонсю и Кюсю сло-жился ряд крупных родоплеменных союзов. Отрезок времени с Vвека до н. э. по IV век н. э. получил условное наименование Яей.Племена Яей - пришельцы из Азии, оттеснившие коренноенаселение к северу,- были носителями более высокой культуры.Они освоили рисосеяние, животноводство и ткачество, выплавкумеди и бронзы. Керамика типа яей - вазы, чаши,кувшины, блюда и кубки,- изготовленная на гончарном круге иобожженная при высокой температуре, отличается легкостью,простой и функциональностью форм, графической ясностьюстрогих геометрических узоров - полос зубчатых и волнистыхлиний.

Архитектурное мышление периода Яей определилось ритмамижизни сельскохозяйственной общины. В первых веках нашей эрыскладывается тип поселений с иерархическим порядкомраспределения построек. Стиль "адзэкура", возникший от слова"кура" (житница), положил начало длительной архитектурнойтрадиции. Приподнятые на сваях бревенчатые амбары приобрелизначение священного места в поселении. Перед ними нарасчищенной площадке совершались сельскохозяйственные обряды.

Российский психолог Б.Кочубей, обобщая данные зарубежных исследований, которым положило начало учение голландского психиатра Ван Хевена о функциональной специализации полушарий головного мозга, отмечает, что у представителей дальневосточных культур — японцев, китайцев, корейцев, пользующихся иероглифическим письмом, — во многих видах деятельности левое и правое полушария головного мозга одинаково активны или же доминирует правое, “ответственное” за целостное, конкретное восприятие объекта. У европейцев и американцев те же виды работы осуществляются с доминированием левого, логического. Таким образом, существуют условно именуемые западный и восточный типы мышления.

Синто, это древнее мировоззрение, возникшее и развившееся на самобытной японской основе, вне китайского влияния, глубоко укоренившееся в сознании японцев, определяет характер их восприятия мира. Именно в синто лежат истоки японского национального самосознания, ибо смысл его — в утверждении самобытности японского народа.

Похожий материал - Реферат: Вазопись Древней Греции

В японской эстетике требования к профессионализму художника очень высоки, и искусство строится на соблюдении самых строгих законов, отнюдь не отказываясь от которых оно входит в жизнь. В японском искусстве именно искусное создание часто и создаёт впечатление самой естественной простоты. Ради художественного канона художник мог отказаться от передачи в искусстве своей индивидуальности, но не от уровня профессионализма художественного выражения. Таким образом, растворение искусства в жизни означает не снижение уровня профессиональных образцов художественной деятельности, а приближение любой деятельности к уровню и значению художественной.

ЧАЙНАЯ ЦЕРЕМОНИЯ

Чайная церемония, занимая своё место в системе дзэнских скусств (тядо — дословно “путь чая”, искусство чайной црермонии), выражает традиционный подход к пониманию соотношения жизни и искусства. Торжественный ритуал чаепития — тя-но ю — имеет как бы два пласта смысла и организации. Во-первых, это, может быть, самое яркое выражение стремления японца найти, выявить и представить, выразить прекрасное в обыденном, соединить искусство с повседневной жизнью. Отъединённость — основное настроение чайной церемонии, которое создаётся единством требований чистоты (сэй), тишины (дзяку), гармонии (ва).

К XVI веку чайная церемония сложилась в настоящее искусство, в котором, как во всяком искусстве, большое значение стало придаваться выразительности формы всех предписываемых действий, всех элементов церемонии. Процедура чайной церемонии, её содержание и смысл, устройство чайного домика (тясицу) отражали основные идеи дзэн. Своеобразный, чисто японский тип архитектуры нашёл в тясицу своё характерное выражение. Насчитывается около ста типов чайных домиков — от имитации простой сельской хижины до богато украшенного павильона.

cwetochki.ru

Быт древних японцев. Регламентация ее истоки и результаты

Министерство образования Российской Федерации

КГТУ

Кафедра: этики эстетики и культуры

РЕФЕРАТ

Быт древних японцев. Регламентация ее истоки и результаты

Выполнил:

Студент

Проверила:

Преподаватель

Ковтун Н.В.

2003г

ВВЕДЕНИЕ. 3

1. Культура и быт древнего японского общества 4

2. Японское мировоззрение 7

3. Культ поклонов и извинений. Японская вежливость. 10

4. Некоторые особенности современного японского делового этикета. Проявления “долга чести”. 13

5. Воспитание детей 16

6. ЗАКЛЮЧЕНИЕ 18

7. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 19

Японская культура в своих истоках принадлежит к старейшимкультурам человечества. Зародившись в эпоху неолита (VIII тыс. дон. э.), она развивалась непрерывно на единой территории. Остров-ное положение создало для страны специфические условия.Не подвергаясь на протяжении древности и средневековья внешнимвторжениям, Япония избежала и опустошительного монгольскогонашествия, которое значительно затормозило темпы историческогоразвития других восточных государств.

Вступление Японии в эпоху феодализма связано с активизациейконтактов с Китаем и Кореей, оказавшим воздействие на духовнуюжизнь страны. Чужие, но переосмысленные по-своему достижениясодействовали созданию подлинно Японского художественногостиля, порой более завершенного в своих проявлениях, чемвдохнувшие в него жизнь иноземные прообразы.

Японцы с древнейших времен постигли искусство использовать минимальное пространство с максимальной экономностью и целесообразностью. Необходимость частых перестроек и реконструкций зданий, забота о самоустойчивости содействовали раннему возникновению стандартных элементов, конструктивной четкости соотношения всех частей любого сооружения.

Открытость японцев новому, готовность и способность заимствовать внешние приметы современного образа жизни не мешают им бережно сохранять самобытность своего внутреннего мира, своеобразие своей духовной культуры. Происходящие перемены, нововведения неизбежно приобретают здесь такой характер, который наиболее соответствует традиционному контексту — образу жизни, представлениям, формам выражения. Как пишет американский наблюдатель Р. Халлоран, “западное влияние изменило лицо Японии, но не проникло в души японцев”. Действительно, во всех сферах жизни японцам удаётся умело проводить принцип “вакон ёсай”, смысл которого состоит в твёрдой установке: заимствуя иностранное, не позволять ему поколебать внутренних устоев своего образа жизни. Как прямые заимствования, так и определяемые временем и обстоятельствами необходимые изменения накладываются на существование прочных и устойчивых, сознательно хранимых норм и представлений традиционной культуры. Это единство самобытного и заимствованного с полной и естественной ассимиляцией чужого в своё (а не своего на чужой образец), единство традиционного и архисовременного обеспечивают жизненность японского искусства, его приспособляемость и выживаемость перед лицом самого активного вторжения чужих культур и художественных образцов.

Опыт Японии одновременно показателен и поучителен тем, что японцы всем строем своего жизненного уклада во многом как бы опровергают распространённое мнение о том что научно-технический прогресс необратимо отдаляет человека от самого себя и от природы, ибо они показывают возможность гибкого и умелого сочетания нового и старого, как в содержании, так и в форме, являют вдумчивое умение вписывать традиции в современность, не изменяя первым и не игнорируя последней.

О существовании древней культуры Японии долгое время ничегоне было известно. Лишь в начале XX столетия археологиобнаружили в разных частях страны следы неолитическихпоселений. Наиболее ярко особенности художественного мышлениятой эпохи продемонстрировали керамические сосуды, восходящие кVIII - середине I тысячелетия до н. э. Типичный для них орнамент,напоминавший след соломенного жгута, послужил основойнаименования всей культуры неолита на территории Японии -Дземон(след веревки).

Самые ранние остродонные, грубо вылепленные сосудыпримитивной конусообразной формы, восходящие к VIII - серединеIV тысячелетия до н. э., служили утилитарным целям. С серединыIV до середины II тысячелетия до н. э. произошло значительноеусложнение форм сосудов. Появились светильники, кубки и котлы,употреблявшиеся уже и для торжественных жертвоприношений.Увеличились почти дометровой высоты размеры многих сосудов. Часть из нихпревратилась в неподвижные предметы культа, предназначенныедля созерцания. Исполненные безудержной фантастики имонументального величия, подобные сосуды были для человека тоговремени как бы малой моделью мироздания, воплощением стихийобитаемых им вулканических островов.

С конца II тысячелетия до н. э. сосуды становятся проще и ути-литарнее. Уменьшаются их вес и размер, появляются лощение иокраска. Все это свидетельствует о том, что на стадии переходак бронзовому веку ритуальная керамическая утварь утратила свойуниверсальный магический смысл, уступив место другим видамискусства. С началом земледелия и олицетворения магических сил,охраняющих посевы, возникли керамические фигурки идолов -догу. Эти фигурки условно передавали черты человеческого иживотного облика и были покрыты магическим орнаментом -зигзагами, дисками, треугольниками.

Новый этап в истории Японии начался во второй половине I тыся-челетия до н. э., когда на территории островов Хонсю и Кюсю сло-жился ряд крупных родоплеменных союзов. Отрезок времени с Vвека до н. э. по IV век н. э. получил условное наименование Яей.Племена Яей - пришельцы из Азии, оттеснившие коренноенаселение к северу,- были носителями более высокой культуры.Они освоили рисосеяние, животноводство и ткачество, выплавкумеди и бронзы. Керамика типа яей - вазы, чаши,кувшины, блюда и кубки,- изготовленная на гончарном круге иобожженная при высокой температуре, отличается легкостью,простой и функциональностью форм, графической ясностьюстрогих геометрических узоров - полос зубчатых и волнистыхлиний.

Архитектурное мышление периода Яей определилось ритмамижизни сельскохозяйственной общины. В первых веках нашей эрыскладывается тип поселений с иерархическим порядкомраспределения построек. Стиль "адзэкура", возникший от слова"кура" (житница), положил начало длительной архитектурнойтрадиции. Приподнятые на сваях бревенчатые амбары приобрелизначение священного места в поселении. Перед ними нарасчищенной площадке совершались сельскохозяйственные обряды.

Российский психолог Б.Кочубей, обобщая данные зарубежных исследований, которым положило начало учение голландского психиатра Ван Хевена о функциональной специализации полушарий головного мозга, отмечает, что у представителей дальневосточных культур — японцев, китайцев, корейцев, пользующихся иероглифическим письмом, — во многих видах деятельности левое и правое полушария головного мозга одинаково активны или же доминирует правое, “ответственное” за целостное, конкретное восприятие объекта. У европейцев и американцев те же виды работы осуществляются с доминированием левого, логического. Таким образом, существуют условно именуемые западный и восточный типы мышления.

Синто, это древнее мировоззрение, возникшее и развившееся на самобытной японской основе, вне китайского влияния, глубоко укоренившееся в сознании японцев, определяет характер их восприятия мира. Именно в синто лежат истоки японского национального самосознания, ибо смысл его — в утверждении самобытности японского народа.

В японской эстетике требования к профессионализму художника очень высоки, и искусство строится на соблюдении самых строгих законов, отнюдь не отказываясь от которых оно входит в жизнь. В японском искусстве именно искусное создание часто и создаёт впечатление самой естественной простоты. Ради художественного канона художник мог отказаться от передачи в искусстве своей индивидуальности, но не от уровня профессионализма художественного выражения. Таким образом, растворение искусства в жизни означает не снижение уровня профессиональных образцов художественной деятельности, а приближение любой деятельности к уровню и значению художественной.

ЧАЙНАЯ ЦЕРЕМОНИЯ

Чайная церемония, занимая своё место в системе дзэнских скусств (тядо — дословно “путь чая”, искусство чайной црермонии), выражает традиционный подход к пониманию соотношения жизни и искусства. Торжественный ритуал чаепития — тя-но ю — имеет как бы два пласта смысла и организации. Во-первых, это, может быть, самое яркое выражение стремления японца найти, выявить и представить, выразить прекрасное в обыденном, соединить искусство с повседневной жизнью. Отъединённость — основное настроение чайной церемонии, которое создаётся единством требований чистоты (сэй), тишины (дзяку), гармонии (ва).

К XVI веку чайная церемония сложилась в настоящее искусство, в котором, как во всяком искусстве, большое значение стало придаваться выразительности формы всех предписываемых действий, всех элементов церемонии. Процедура чайной церемонии, её содержание и смысл, устройство чайного домика (тясицу) отражали основные идеи дзэн. Своеобразный, чисто японский тип архитектуры нашёл в тясицу своё характерное выражение. Насчитывается около ста типов чайных домиков — от имитации простой сельской хижины до богато украшенного павильона.

В европейском варианте чайной церемонии существует сокращённый её вариант, носящий более условный характер. Чайная церемония в таком варианте всё более теряет своё глубокое философско-эстетическое содержание и приобретает форму просто престижного (экзотического) проведения досуга.

Боевые искусства, входящие в систему традиционных дзэнских называются искусствами не метафорически, но являются таковыми в полном смысле слова. Так же, как остальные искусства, они основаны на философских положениях дзэн-буддизма, одинаково применяемые как мастерами боевого искусства, так и художниками и актёрами. “Чтобы овладеть искусством боя, надо постигнуть его философию.

КУЛЬТ ПОКЛОНОВ И ИЗВИНЕНИЙ, ЯПОНСКАЯ ВЕЖЛИВОСТЬ

Если сравнивать разные народы или разные эпохи по их приверженности этикету, то меркой здесь может служить, которую люди затрачивают на взаимные приветствия. На Западе, например, после средних веков показатель этот неуклонно уменьшается. Были времена, когда людям приходилось совершать при встрече чуть ли не целый ритуальный танец. Потом от церемоннейшего поклона с расшаркиванием остался лишь обычай обнажать голову, который, в свою очередь, свелся до условного прикосновения рукой к шляпе и, наконец, просто до кивка.

Неудивительно, что на подобном фоне учтивость японцев выглядит как экзотика. Легкий кивок, который остался в нашем быту единственным напоминанием о давно отживших поклонах, в Японии как бы заменяет собой знаки препинания. Собеседники то и дело кивают друг другу, даже когда разговаривают по телефону.

Встретив знакомого, японец способен замереть, согнувшись пополам, даже посреди улицы. Но еще больше поражает приезжего поклон, которым его встречают в японской семье. Хозяйка опускается на колени, кладет руки на пол перед собой и затем прижимается к ним лбом, то есть буквально простирается ниц перед гостем.

Правила поведения в японском жилище слишком сложны, чтобы их можно было освоить сразу. Главное поначалу - ни на что не наступать, ни через что не перешагивать и садиться где укажут. Мы привыкли подчас больше следить за своим поведением среди посторонних, чем в кругу семьи. Японец же за домашним столом ведет себя куда более церемоннее, чем в гостях или в ресторане.

“Всему свое место” — эти слова можно назвать девизом японцев, ключом к пониманию их многих положительных и отрицательных сторон. Девиз этот воплощает в себе, во-первых, своеобразную теорию относительности применительно к морали, а во-вторых, утверждает субординацию как незыблемый, абсолютный закон семейной и общественной жизни.

Редко увидишь японца, который мастерил бы что-нибудь дома своими руками. Сборщик телевизоров не имеет представления о том, как отремонтировать электрический утюг. Когда нужно что-нибудь починить или приладить, по всякому пустяку принято вызывать специалиста. Причем каждый такой мастеровой глубоко убежден, что лучше заказчика разбирается в своем деле, и потому философски относится ко всякого рода пожеланиям и советам, попросту пропуская их мимо ушей. Бессмысленно, например, доказывать японскому портному, что костюм должен сидеть не так, а иначе. Горничная в японской гостинице может чуть свет зайти в комнату и раздвинуть оконные створки, даже если постояльцу хотелось бы поспать еще часок-другой. По ее мнению, она лучше знает, когда надо вставать.

Хочется, однако, подчеркнуть другое. Вряд ли японцы действительно любят одиночество, скорее наоборот. Они любят быть на людях, любят думать и действовать сообща. Японцам присуща обостренная боязнь одиночества, боязнь хотя бы на время перестать быть частью какой-то группы, перестать ощущать свою принадлежность к какому-то кругу людей. Хорошо знакомую туристским фирмам склонность японцев путешествовать “повзводно” можно объяснить многими причинами: и плохим знанием иностранных языков, и опасением попасть в затруднительное положение из-за разницы в нравах и обычаях. Но достаточно побывать в Японии, чтобы убедиться: японцы не только за границей, но и у себя дома любят шествовать большой толпой за флажком экскурсовода. Подчас людей больше волнует даже не то, что сакуру наконец расцвела или что листья кленов побагровели, а сам повод убедиться в этом сообща, разделить свои чувства с другими. Про японцев можно сказать, что их больше, чем самостоятельность, радует чувство причастности.

Устои патриархальной семьи — это устои японского образа жизни. Вертикальные связи “оя — ко”, то есть “отец — сын”, а в более широком смысле “учитель — ученик”, “покровитель — подопечный”, прослеживаются, дают о себе знать повсюду.

Стремление избегать случайных услуг или оказывать их порой производит впечатление, что японцы — люди неотзывчивые. Но дело тут не в черствости. Сделать что-то для незнакомца без его просьбы — значит поставить его в положение морального должника, воспользоваться его затруднением в свою пользу — вот к какому абсурдному парадоксу приводит японское понятие о долге чести.

“Стыд служит почвой, на которой произрастают все добродетели” — эта распространенная фраза показывает, что поведение японца регулируется людьми, которые его окружают. Поступай как принято, иначе люди отвернутся от тебя, — вот что требует от японца долг чести.

Желание избегать открытого столкновения противоположных взглядов проявляется у японцев и в практике принятия решений. Решения эти обычно представляют собой не результат чьей-то личной инициативы, а итог согласования мнений всех заинтересованных лиц — как бы общий знаменатель, найденный на основе взаимных уступок. Связанные жесткими правилами поведения и нормами “подобающего места”, японцы вообще предпочитают преодолевать наиболее острые разногласия не на заседаниях, а за выпивкой, когда алкоголь помогает на время сбрасывать оковы этикета. Огромные расходы японских фирм на “представительские цели”, а попросту говоря, на попойки в барах и кабаре мотивируются тем, что подобные заведения служат удобным местом для согласования противоречивых мнений.

Важно иметь в виду, однако, что компромисс в представлении японцев — это зеркало момента. Подобно тому, как их мораль делит поступки не на хорошие и дурные, а на подобающие и неподобающие, японцы считают само собой разумеющимся, что соглашение имеет силу лишь до тех пор, пока сохраняются условия, в которых оно было достигнуто. Там, где англичанин скажет: “Раз возник спор, обратимся к тексту соглашения и посмотрим, что там записано”, — японец будет доказывать, что, если обстановка изменилась, должна быть пересмотрена и прежняя договоренность.

Десять заповедей для тех, кто ведет дела в Японии.

1. Всегда старайтесь быть официально рекомендованным тому лицу или фирме, с которой вы хотите иметь дело. Причем рекомендующий вас человек должен занимать по крайней мере столь же высокое положение, как лицо, с которым вы хотите познакомиться.

2. Стремитесь придавать деловым отношениям личный характер. В этом смысле японцы напоминают того жителя Техаса, который не доверял никому, с кем еще вместе не напивался.

3. Никогда не нарушайте внешнюю гармонию. Японцы считают, что сохранить гармонию важнее, чем доказать правоту или получить выгоду.

4. Никогда не ставьте японца в положение, которое вынудило бы его “потерять лицо”, то есть признать ошибку или некомпетентность в своей области. Японские фирмы увольняют неспособных сотрудников не чаще, чем родители отрекаются от неполноценных детей.

5. Тому, как вы ведете дела, в Японии придается не меньшее значение, чем их результатам. А иногда и большее.

6. Не взывайте к логике. В Японии эмоциональные соображения более важны.

7. Не проявляйте повышенного интереса к денежной стороне дел. Поручайте торговаться о ценах посредникам и подчиненным.

8. Имейте в виду, что понятие “время — деньги” в Японии хождения не имеет.

9. Учитывайте склонность японцев выражаться неопределенно.

10. Помните, что японцы избегают самостоятельных шагов. В то время, как нам нравятся люди, которые справляются с делом сами, без оглядки на советы других, японцы смотрят на это иначе. Их идеал — анонимное общее мнение.

Японская мораль постоянно требует от человека огромного самопожертвования ради выполнения долга признательности и долга чести. Логично было бы предположить, что та же мораль насаждает аскетическую строгость нравов, считая грехом физические удовольствия, плотские наслаждения.

Однако японцы не только терпимо, но даже благожелательно относятся ко всему тому, что христианская мораль называет человеческими слабостями. Наряду с жесткими ограничениями японский образ жизни сохраняет лазейки, которые ведут к распущенности нравов.

Японская мораль лишь подчеркивает, что физическим удовольствиям следует отводить подобающее, причем второстепенное место.

Многих иностранцев поражает, что японские дети вроде бы никогда не плачут. Кое-кто даже относит это за счет знаменитой японской вежливости, проявляющейся чуть ли не с младенчества. Причина тут, разумеется, иная. Малыш плачет, когда ему хочется пить или есть, когда он испытывает какие-то неудобства или оставлен без присмотра и, наконец, когда его к чему-то принуждают. Японская система воспитания стремится избегать всего этого.

Первые два года младенец как бы остается частью тела матери, которая целыми днями носит его привязанным за спиной, по ночам кладет его спать рядом с собой и дает ему грудь в любой момент, как только он этого пожелает. Даже когда малыш начинает ходить, его почти не спускают с рук, не пытаются приучать его к какому-то распорядку, как-то ограничивать его порывы. От матери, бабушки, сестер, которые постоянно возятся с ним, он слышит лишь предостережения: “опасно”, “грязно”, “плохо”. И эти три слова входят в его сознание как нечто однозначное.

Короче говоря, детей в Японии, с нашей точки зрения, неимоверно балуют. Можно сказать, им просто стараются не давать повода плакать. Им, особенно мальчикам, почти никогда ничего не запрещают. Японцы умудряются совершенно не реагировать на плохое поведение детей, словно бы не замечая его.

Воспитание японского ребенка начинается с приема, который можно было бы назвать угрозой отчуждения. “Если ты будешь вести себя неподобающим образом, все станут над тобой смеяться, все отвернутся от тебя” — вот типичный пример родительских поучений

Школьные годы — это период, когда детская натура познает первые ограничения. В ребенке воспитывают осмотрительность: его приучают остерегаться положений, при которых он сам или кто-либо другой может “потерять лицо”.

Однако полная свобода, которой японец пользуется в раннем детстве, оставляет неизгладимый след в его характере. Именно воспоминания о беззаботных днях, когда было неведомо чувство стыда, и порождают взгляд на жизнь как на область ограничений и область послаблений. Именно поэтому японцы столь снисходительны к человеческим слабостям, будучи чрезвычайно требовательными к себе и другим в вопросах долга. Сила воли, способность ради высшего долга отвернуться от наслаждений, которые вовсе не считаются злом, — вот что японцы почитают добродетелью.

.

Следует еще раз упомянуть, что понять все тонкости японского миропонимания невозможно, особенно представителю западной культуры. Однако мы, русские, в процессе истории впитали в себя множество черт цивилизации Востока, и нам дан шанс понять точку зрения человека иной культуры. В последние годы в нашей стране интерес к Японии заметно возрастает. Открываются центры, где люди получают возможность заниматься японским языком, икэбаной, знакомиться с чайной церемонией, японским театром и боевыми искусствами. Проводятся фестивали японских фильмов.

Конечно, японский характер полон противоречий. Иностранец может назвать японскую вежливость показной, понятия японцев о долге глупыми. Но где еще найти более нравственную нацию, людей, идущих на компромисс в ущерб себе, оберегающих достоинство других, порой унижая себя, людей, способных забыть об удовольствиях хоть навсегда, если этого требует их понятие о долге.

Это вовсе не значит, что в японском сознании разум торжествует над чувствами. Просто японцы умеют сдерживать свои эмоции, оберегая окружающих. А на самом деле именно эти эмоции, оставшиеся внутри, и обуславливают их мироощущение, их тягу к красоте, естественности и гармонии природы.

1. Берндт, Юрген “Лики Японии” ( М., “Наука”, 1988).

2. Васильев Л. С. “История религий Востока” ( М., “Наука”, 1983).

3. Завьялова О. И. “Токио и токийцы: будни, выходные, праздники”

( М., “Наука”, 1990).

4. Овчинников В. В. “Ветка сакуры”

( М., “Советский писатель”, 1988).

5. Судзуки Д., Кацуки С. “Дзэн-Буддизм” (Бишкек, 1993).

6. Цветов В. Я. “Пятнадцатый камень сада Рёандзи”

( М., “Политиздат”, 1986).

doc4web.ru


Смотрите также